СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                     Дело № А27-15380/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 октября 2020 года.    

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Зайцевой О.О., 

судей:             Кудряшевой Е.В. 

                                                             ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Гойник А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (№ 07АП-1502/17 (8)) на определение от 14.08.2020 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-15380/2016 о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Железобетон-4» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО2 о взыскании убытков в деле о банкротстве должника,

при участии в судебном заседании:

- от ФИО3 – ФИО4, доверенность от 31.01.2020, удостоверение адвоката,

                                                                  УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19.01.2017 (резолютивная часть решения объявлена 17.01.2017) открытое акционерное общество «Железобетон-4», город Кемерово ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (ОАО «Железобетон-4», должник) признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 04 июля 2017г. Определением суда от 19 января 2017 года (резолютивная часть определения объявлена 17.01.2017) конкурсным управляющим должника утверждён ФИО2.

          В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должником ФИО2 о взыскании убытков с бывшего руководителя должника в деле о банкротстве открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово.

Заявитель просит взыскать с ФИО3 убытки в размере 8 699 843 рублей (с учетом принятого увеличения размера требования по заявлению от 10.06.2020).

           Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 14.08.2020 конкурсному управляющему отказано во взыскании убытков с бывшего руководителя должника.

          С вынесенным судебным актом не согласился конкурсный управляющий ФИО2, обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего.  Полагает, что вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности является необоснованным. 

          ФИО3 в отзыве просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, поскольку суд сделал правильный вывод относительно пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности. 

           В судебном заседании представитель ФИО3 просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

            Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

        Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

           Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого определения, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта.

           Как следует из материалов дела, предметом иска является требование конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО3 в размере 8 699 843 руб., из них:

- 1 452 753 руб. – пени и штрафы, предъявленные должнику по результатам выездной налоговой проверки, - заявлены конкурсным управляющим 20.12.2019

- 7 247 090 руб. – платежи, совершенные в отношении контрагентов, признанные фиктивными по результатам налоговой проверки, - заявлены конкурсным управляющим уже в ходе рассмотрения заявления 10.06.2020.

         Таким образом, требование конкурсного управляющего состоит из двух эпизодов, и заявлено в разные даты, в том числе 10.06.2020 – путем уточнения заявленных требований, принятых судом.

         Суд первой инстанции, посчитав, что срок исковой давности в целом по всему заявлению конкурсного управляющего истек, отказал в удовлетворении его требования.

         Между тем, апелляционный суд не может согласиться с выводом суда первой инстанции относительно пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию в размере 1 452 753 руб., составляющему размер доначисленных пени и штрафов по результатам выездной налоговой проверки, по следующим основаниям.     

         В ходе рассмотрения дела представителем ответчика заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о возмещении убытков.

         Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

         Общий срок исковой давности составляет три года (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

         Согласно правилу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.        

         В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", разъяснено, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует

в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ).

         Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

         В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении.

        Как разъяснено в пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 52 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника к ответственности при банкротстве», согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее

в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени

должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются обществах, статья 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель. Соответствующее требование подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве.

        Поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с

допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение. При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица  узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).

        В настоящем деле конкурсный управляющий выступает от имени и в интересах должника - юридического лица.

         Из материалов дела следует, что как следует из сведений в ЕГРЮЛ ФИО3 являлся руководителем должника с 1991 года по 19.06.2014, руководителем должника с 19.06.2014 по 30.10.2015 являлся ФИО5, что также указано в Постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2020 по делу №А27-15380/2016.

         Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу о том, что, новый независимый директор ФИО5, начиная с 19.06.2014 получил реальную возможность узнать о нарушенных правах юридического лица предыдущим директором.

         Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

         Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда об отсутствии аффилированности нового директора – ФИО5 с ФИО3

         Так, согласно реестру акционеров должника, на дату избрания ФИО5 генеральным директором, ФИО3 имел 5367 голосующих акций из 12 909, что составляет 41,57% от голосов на собрании акционеров.

        ФИО6 (сын ответчика, что никем не оспаривалось) имел 2  578 голосующих акций – 19,97%, ФИО7 (дочь ответчика, что никем не оспаривалось) имела 427 голосующих акций – 3,3%.

        То есть семья Н-вых владели 64,84% голосующих акций от общего количества акций общества, что составляет его контрольный пакет.                      

        В соответствии с протоколом от 19.06.2014, на собрании присутствовали акционеры, обладающие 79,42% от голосующих акций, то есть 10 095 голосующих акций.

       Из указанного числа акций на ФИО3 пришлось 53,18% голосов (от участвующих в собрании), на  ФИО6 – 25,53% и ФИО7 – 4,22%, что составляет 82,93% голосов на собрании.

           В соответствии с протоколом общего собрания акционеров от 19.06.2014 за кандидатуру ФИО5 проголосовало 8 449 голосов, что составило 83,69 % голосов.

           Таким образом, фактически семья Н-вых определила кандидатуру и назначила нового директора. 

           В такой ситуации, апелляционный суд полагает, что ФИО5 не может быть независимым директором, не зависящим в своих решениях от основных акционеров - семьи Н-вых.

           Кроме того, 08.07.2014 года ФИО5 выдана доверенность ФИО7 (дочери ФИО3) с правом на подписание всех договоров (т.43, л.д. 128), что еще раз подтверждает довод о подконтрольности основным акционерам нового директора.

           Из материалов дела также следует, что ФИО5 выполнял функции  руководителя должника с 19.06.2014 по 30.10.2015, что установлено постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2020 по делу №А27-15380/2016.

           Основанием для обращения в суд с требованием о взыскании убытков явилось решение Инспекции ФНС РФ по г. Кемерово № 6 от 20.02.2016 года о привлечении должника к ответственности за налоговое правонарушение, согласно которому выявлено, что ФИО3, будучи руководителем должника, осуществлял взаимодействие с фирмами-однодневками, а также не перечислял в бюджет удержанные с доходов работников суммы НДФЛ, в связи с чем должник был привлечен к налоговой ответственности и ему доначислены пени в общей сумме 1 452 753 руб., в том числе: пени по НДС – 366 859 руб., штрафы по НДС – 163 008 руб., пени по НДФЛ – 501 084 руб., штрафы по НДФЛ - 421 802.  

          Позднее, определением суда 20.12.2016 по настоящему делу требование ФНС России на основании акта проверки и решения № 6 от 20.02.2016 включено в реестр требований кредиторов должника.    

           То есть, подать заявление о взыскании убытков с ФИО3 какое-либо лицо могло только с даты привлечения должника к ответственности - то есть, не ранее 20.02.2016.года. Решение ФНС РФ о привлечении должника к ответственности вынесено в тот момент, когда предприятие осталось без руководителя. 

          Соответственно, уволенный 30.10.2015 с должности генерального директора  ФИО5, объективно не мог подать заявление о взыскании с ФИО3 убытков, поскольку в период его руководства у должника еще не возникли убытки в виде пени и штрафных санкций. 

          Учитывая вышеизложенное, срок исковой давности  по требованию в размере 1 452 753 руб. не мог начаться ранее момента назначения следующего руководителя должника, которым в настоящем случае является конкурсный управляющий. 

           Таким образом, именно с даты назначения конкурсного управляющего - 17.01.2017 года срок исковой давности и должен исчисляться.

           Поскольку с заявлением конкурсный управляющий обратился 20.12.2019, то есть в пределах трех лет с момента своего назначения, то срок исковой давности им не пропущен.   

           Таким образом, в этой части выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

           При этом апелляционный суд соглашается с выводом суда о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о взыскании убытков с ФИО3 в размере 7 247 090 руб. - платежи, совершенные в отношении контрагентов, признанные фиктивными по результатам налоговой проверки. 

          Это требование заявлено конкурсным управляющим уже в ходе рассмотрения заявления 10.06.2020, то есть с пропуском срока исковой давности, поскольку о результатах проверки конкурсному управляющему было известно с 20.12.2016 – момента включения требования ФНС России в реестр требований кредиторов. Кроме того, срок исковой давности пропущен и в случае его исчисления с момента назначения конкурсного управляющего 17.01.2017.

          В этой части требования суд первой инстанции законно и обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Апелляционная жалоба конкурсного управляющего в этой части подлежит отклонению.

          Поскольку суд апелляционной инстанции пришел к выводу о соблюдении конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию в размере 1 452 753 руб., в том числе: пени по НДС – 366 859 руб., штрафы по НДС – 163 008 руб., пени по НДФЛ – 501 084 руб., штрафы по НДФЛ - 421 802, то заявление конкурсного управляющего подлежит рассмотрению по существу.  

          Решением ИФНС России по г. Кемерово № 6 от 20.06.2016 должник привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения и ему доначислены налоговые платежи. 

         Предмет и период, за который проведена проверка: по всем налогам и сборам с 01.01.2012 по 31.12.2013, по налогу на доходы физических лиц с 01.01.2012 по 28.02.2015.

          При этом факт не перечисления (несвоевременного перечисления) НДФЛ в бюджет в размере 2 299 636 руб. установлен налоговым органом в период с января 2012 по ноябрь  2013 года, то есть за период деятельности ФИО3 в качестве руководителя.

          Из материалов проверки также следует, что должник самостоятельно выплачивал заработную плату своим работникам в суммах, являющихся предметом оценки и анализа ФНС России. После ноября 2013 года НДФЛ должником не перечислялся.

         Соответственно доводы апеллянта относительно образования долга в период деятельности ФИО5, а также выплате заработной платы работникам другим юридическим лицом – ООО «Железобетон – 4», отклоняются апелляционным судом за необоснованностью.

         Таким образом, именно в период деятельности ФИО3 и сложилась основная задолженность должника по НДФЛ.

         Довод апеллянта относительно невозможности должнику перечислить НДФЛ в связи с наложенными на счета арестами судебным приставом – исполнителем также отклоняется.    

         Согласно справке о расчетных счетах у ОАО «Железобетон – 4» в период времени с с 2012 по 2013 имелось пять расчетных счетов. 

         В ходе процедуры банкротства управляющим запрашивались и представлены в материалы спора выписки по счетам.

         При этом счет в ПАО «Сбербанк России» был закрыт в 2013 и, согласно ответу банка, все сведения по счету в связи с истечением срока хранения информации не сохранены и не могут быть предоставлены суду.

           Согласно письму ПАО «Банк УРАЛСИБ» первые ограничения по счетам должника образовались 12.03.2014, то есть после ноября 2013 (периода совершения правонарушения).

          Кроме того, в период с 15.08.2012 по 27.12.2013 должник беспрепятственно перечислил значительные денежные суммы следующим организациям, являющимся, по мнению ФНС России, фирмами – однодневками:

- ООО «Сибинерт» - 3 656 058 руб.;

- ООО «Строймеханизация» - 975 810 руб.;

- ООО «ИнертСбытТранс» - 2 615 222 руб.

          Указанное означает, что руководитель должника, в отсутствие ограничений по счетам, при наличии на счетах достаточных денежных средств для перечисления удержанного у работников НДФЛ, имел реальную возможность исполнить налоговую обязанность, но посчитал необходимым направить денежные потоки третьим лицам.

          Таким образом, по мнению апелляционного суда, ФИО3 умышленно не предпринимал мер для своевременного и полного перечисления в бюджет НДФЛ.

          Кроме того, материалами проверки установлено, что должник с 2012 – 2013 годы перечислил на счета фактически не осуществлявших хозяйственную деятельность юридических лиц ООО «Сибинерт» - 3 656 058 руб., ООО «Строймеханизация» - 975 810 руб. и ООО «ИнертСбытТранс» - 2 615 222 руб., что привело к завышению суммы налоговых вычетов и, как следствие, неуплату НДС в бюджет за 2012 , 2013 годы в общей суме 1 297 117 руб., что явилось основанием для доначисления пени в размере 366 859 руб. и наложения штрафных санкции по п.1 ст.122 Налогового кодекса РФ в размере 163 008 руб.   

          При этом в акте проверки подробно изложены фактические обстоятельства, при которых налоговый орган пришел к выводу о совершении должником налоговых правонарушений: подписание документов подложными лицам, с подделыванием подписей, отсутствие юридического лица по месту его регистрации и т.д.

         Следовательно, представленные ФИО3 в материалы дела документы от  ООО «Барзасский карьер» не могут свидетельствовать о реальном осуществлении перечисленными выше тремя юридическими лицами хозяйственных операций, поскольку налоговый орган опроверг их иными доказательствами, свидетельствующими о формальном оформлении документации для получения налоговой выгоды.

 На основании пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, поданных после 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции данного закона.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Пунктом 3 данной статьи предусмотрено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления его нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) и неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий, предусмотренных законом.

Пунктами 1 - 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 года N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) предусмотрено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Бремя доказывания факта причинения должнику убытков действиями (бездействием) бывшего руководителя, а также причинной связи между его недобросовестным поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника возложено на заявителя - конкурсного управляющего должником.

Вместе с тем на ответчике - бывшем руководителе, как лице, осуществляющем распорядительные и иные, предусмотренные законом и учредительными документами функции, лежит бремя опровержения вины в его действиях (бездействии), следствием которых являются убытки.

В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ, содержащимися в пункте 1 Постановления от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Факт не перечисления в бюджет в установленный срок удержанных сумм НДФЛ с выплаченных доходов, как разница между исчисленной и фактически уплаченной суммой налога, и следовательно, причинения должнику убытков, а также факт занижения налоговой базы по НДС, подтверждаются решением налогового органа, вступившим в законную силу. 

          При этом апелляционный суд отклоняет довод апеллянта об отсутствии у ФИО3 возможности оспорить решение налогового органа, поскольку еще с 20.12.2016 требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов на основании спорного решения, а с 17.01.2017 (даты введения процедуры конкурсного производства) ФИО3 как учредитель должника (лицо, участвующее в деле), имел право обжаловать как судебный акт о признании обоснованным требования ФНС России, так и решение налогового органа.             

         Таким образом,  заявление конкурсного управляющего о взыскании с ФИО3 1 452 753 руб. в пользу ОАО «Железобетон – 4» должно быть удовлетворено, в  остальной части заявления  - отказано. 

         Определение от 14.08.2020 Арбитражного суда Кемеровской области подлежит отмене, как принятое в результате неполного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Руководствуясь статьями 258, 268, 270, 271, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

 

                                                 ПОСТАНОВИЛ:

определение 14.08.2020 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-15380/2016 отменить.

          Принять по делу новый судебный акт. 

          Заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 удовлетворить частично.

          Взыскать с ФИО3 в пользу открытого акционерного общества «Железобетон – 4» убытки в размере 1 452 753 руб.

          В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего должника ФИО2 отказать.     

          Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий  

О.О. Зайцева

Судьи

Е.В. Кудряшева 

ФИО1