СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                               Дело № А27-20868/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 сентября 2023 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                               Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Дубовика В.С., 

                                                                                              Михайловой А.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (№ 07АП-692/22 (5)) на определение от 10.07.2023 Арбитражного суда Кемеровской области (судья – Язова М.А.) по делу № А27-20868/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 652500, Кемеровская область, г. Ленинск-Кузнецкий, пр-кт. ФИО3, д. 59) по заявлению конкурсного управляющего к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании сделки должника недействительной.

В судебном заседании приняли участие:

от конкурсного управляющего ФИО4: ФИО5 по доверенности от 04.05.2023;

от ФИО2: ФИО2 (лично), ФИО6 по доверенности от 23.06.2023.

Суд

УСТАНОВИЛ:

26.10.2021 Арбитражным судом Кемеровской области возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат».

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.03.2022 ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» признано банкротом, открыто конкурсное производство.

Определением суда от 12.05.2023  конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Определением от 03.10.2022 принято к производству заявление конкурсного управляющего ФИО7 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности. Заявитель просит признать недействительными сделки по платежам ООО «ЛК Хлебокомбинат» в пользу ИП ФИО2 в общей сумме 650 000 рублей, произведенные 02.06.2021 г. в размере 100 000 рублей, 07.06.2021 в размере 150 000 рублей, 08.06.2021 г. в размере 100 000 рублей, 09.06.2021 г. в размере 150 000 рублей, 10.06.2021 в размере 100 000 рублей, 20.07.2021 в размере 50 000 рублей; применить к указанным сделкам последствия недействительности в виде возврата ФИО2 средств в размере 650 000 рублей в конкурсную массу ООО «ЛК Хлебокомбинат».

27.03.2023 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО8 о признании сделок должника недействительными, применении последствий недействительности сделок. Конкурсный управляющий просил признать недействительными платежи ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» в пользу ИП ФИО2 в общей сумме 2 653 000 рублей, произведенные по платежным документам: № 2279 от 12.10.2020 на сумму 2 000 000 рублей; № 2280 от 12.10.2020 на сумму 4 000 рублей; № 2330 от 16.10.2020 на сумму 500 000 рублей; № 2331 от 16.10.2020 на сумму 2 000 рублей; № 171 от 21.01.2021 на сумму 73 000 рублей; № 172 от 21.01.2021 на сумму 500 рублей; № 570 от 01.03.2021 на сумму 73 000 рублей; № 571 от 01.03.2021 г. на сумму 500 рублей.

Определением суда от 31.03.2023 заявление конкурсного управляющего принято к производству, заявление конкурсного управляющего ФИО8 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности объединено для совместного рассмотрения с заявлением конкурсного управляющего об оспаривании платежей ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» в пользу ИП ФИО2 в размере 650 000 рублей.

Определением от 10.07.2023 (резолютивная часть от 03.07.2023) Арбитражный суд Кемеровской области признал недействительной сделкой платежи, совершенные в пользу ИП ФИО2 в период с 12.10.2020 по 20.07.2021 в сумме 3 303 000 рублей; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» денежных средств в сумме 3 303 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение норм материального  права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что на момент совершения платежей с 12.10.2020 по 01.03.2021 не имелось неисполненных обязательств перед уполномоченным органом. Кратковременная неплатежеспособность должника не свидетельствует о финансовом кризисе в период спорных перечислений. Должник добросовестно вернул денежные средства ИП ФИО2 в целях предотвращения наращиванию кредиторской задолженности.

До судебного заседания в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступили письменные пояснения, в которых конкурсный управляющий ФИО4 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

В судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции, ФИО2 и его представитель настаивали на удовлетворении апелляционной жалобы, представитель конкурсного управляющего ФИО4 просил оставить судебный акт без изменения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда  в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ начал рассмотрение апелляционной жалобы в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и пояснений на неё, заслушав участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, в ходе анализа движения денежных средств по расчетному счету ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» конкурсным управляющим выявлены перечисления денежных средств в пользу ИП ФИО2 за период с 12.10.2020 по 20.07.2021 в сумме 3 303 000 рублей.

19.09.2019 между ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» и его учредителем ФИО2 заключен договор займа, по условиям которого заемщик ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» принимает у займодавца ФИО2 денежную сумму в размере 30 274 500 рублей на мероприятия, предусмотренные Уставной деятельностью, заемщик обязуется использовать займ в соответствии с его целевым назначением, обеспечить своевременный возврат денежной суммы в срок до 31.03.2021, выплатить денежное вознаграждение за использование денежной суммы в размере 15% годовых от суммы займа.

Во исполнение указанного договора займа ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» в период с 12.10.2020 по 20.07.2021 перечислило в адрес ИП ФИО2 денежные средства в сумме 3 303 000 руб. с назначением платежа «возврат по договору займа от 19.09.2019 г.»:

- № 2279 от 12.10.2020 на сумму 2 000 000 рублей;

- № 2280 от 12.10.2020 на сумму 4 000 рублей;

- № 2330 от 16.10.2020 на сумму 500 000 рублей;

- № 2331 от 16.10.2020 на сумму 2 000 рублей;

- № 171 от 21.01.2021 на сумму 73 000 рублей;

- № 172 от 21.01.2021 на сумму 500 рублей;

- № 570 от 01.03.2021 на сумму 73 000 рублей;

- № 571 от 01.03.2021 на сумму 500 рублей;

- платежное поручение от 02.06.2021 в размере 100 000 рублей;

- платежное поручение от 07.06.2021 в размере 150 000 рублей;

- платежное поручение от 08.06.2021 в размере 100 000 рублей;

- платежное поручение от 09.06.2021 в размере 150 000 рублей;

- платежное поручение от 10.06.2021 в размере 100 000 рублей;

- платежное поручение от 20.07.2021 на сумму 50 000 рублей.

ФИО2 с 14.08.2019  являлся единственным участником и учредителем ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат».

Конкурсный управляющий должником, полагая, что указанные перечисления являются недействительными сделками на основании пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с заявлением.

В процессе рассмотрения дела конкурсный управляющий изменил основания требований, полагая сделки недействительными на основании статьей 10, 168 ГК РФ, 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из того, что в результате оспариваемых сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ,  не нашел оснований для отмены обжалуемого определения.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ № 63 указано, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Производство по делу о банкротстве ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» возбуждено 26.10.2021, оспариваемые платежи совершены в период с 12.10.2020 по 20.07.2021, то есть в период подозрительности, установленный пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии оснований для признания спорных платежей недействительными, судебная коллегия исходит из следующего.

В целях применения Закона о банкротстве пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Кроме того, в соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются:

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

- лица, признанные заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Наличие заинтересованности сторон оспариваемых конкурсным управляющим сделок подтверждается материалами дела.

Установление аффилированности стороны оспариваемой сделки и должника влечет за собой применение повышенных стандартов доказывания и перераспределение обязанности доказывания, что обусловлено следующим.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2 являлся единственным учредителем ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат».

В этой связи наличие заинтересованности ФИО2 в совершении оспариваемых сделок является доказанным.

Абзацем 4 пункта 5 Постановления № 63 предусмотрено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Так, из мотивировочной части определения Арбитражного суда Кемеровской области от 02.02.2022 по делу № А27-20868-9/2021 следует, что у должника имелась задолженность по уплате налога на доходы физических лиц за второй и третий кварталы 2021 года, по налогу на добавленную стоимость на товары за второй и третий кварталы 2021 года, по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за 2 второй и третий кварталы 2021 года, страховых взносов на обязательное медицинское страхование за второй и третий кварталы 2021 года, по страховым взносам на обязательное социальное страхование за второй и третий кварталы 2021 года, по уплате транспортного налога. 

Требования уполномоченного органа в размере 14 413 179,12 рублей включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника, требования в сумме 7 700 323,09 рубля основного долга в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Требования уполномоченного органа в размере 1 355 391,09 рубль пени, 145 730,04 рублей штрафа учтены отдельно в реестре требований кредиторов должника и признаны подлежащими удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, объект налогообложения как совокупность налогозначимых операций (фактов) является сформировавшимся к моменту окончания налогового периода. При этом, он формируется применительно не к отдельным финансово-хозяйственным операциям или иным имеющим значение для налогообложения фактам, а к совокупности соответствующих операций (фактов), совершенных (имевших место) в течение налогового периода.

Это означает, что возникновение обязанности по уплате налога определяется наличием объекта налогообложения и налоговой базы, а не наступлением последнего дня срока, в течение которого соответствующий налог должен быть исчислен и уплачен.

Таким образом, моментом возникновения обязанности по уплате налога является день окончания налогового периода, а не день представления налоговой декларации или день окончания срока уплаты налога.

Таким образом, по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки, у должника имелась неисполненная обязанность по уплате обязательных платежей в связи с наличием задолженности по оплате налога, страховых взносов за второй и третий кварталы 2021 года.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, у должника на момент спорных перечислений имелась задолженность и перед иными кредиторами.

Так, требования перед ОАО «Ленинск-кузнецкий хлебокомбинат» (ИНН 

<

***>) на сумму 1 967 173,28 рубля за поставку ТМЦ возникли 01.10.2019 и были включены в реестр требований кредиторов в полном объеме (определение от 07.02.2022).

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы из финансовой отчетности предприятия следует деятельность предприятия носила убыточный характер:

- по итогам 2019 года убытки составили 10, 339 млн. рублей;

- по итогам 2020 года – 23, 874 млн. рублей;

- по итогам 2021 года – 42, 630 млн. рублей.

Следовательно, при наличии неисполненных денежных обязательств должник намеренно лишился ликвидного имущества - денежных средств в пользу заинтересованного лица – ИП ФИО2, чем причинен имущественный вред кредиторам.

Являясь учредителем ООО «Ленинск-Кузнецкий Хлебокомбинат» и, как следствие, аффилированным лицом в договоре займа, ФИО2 достоверно знал о наличии не погашенных платежей перед кредиторами, в то время как у общества имелись просроченные денежные обязательства перед иными кредиторами (впоследствии эти неисполненные обязательства были включены в реестр требований кредиторов общества).

Таким образом, денежные средства по спорным платежам, с учетом их необоснованного возврата, являлись непосредственным источником формирования имущества должника.

Также в соответствии с правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4,5), сама по себе выдача займа в подобной ситуации не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Так, например, пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы 2, 5-7 названного пункта).

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также капиталозамещающего финансирования на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При этом, при вложении средств через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). 

Когда же вложение средств осуществляется с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом, оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников относятся убытки, связанные с деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники, чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что денежные средства, оформленные как заем, вносились ответчиком в целях пополнения оборотных средств для осуществления хозяйственной деятельности должника, заемные отношения правомерно переквалифицированы в отношения по увеличению уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а также по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

При этом, изъятие вложенного в этом случае не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). 

Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ, как совершенные со злоупотреблением правом.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе, риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). 

В пункте 9 Обзора судебной практики, разъяснено, что если при создании контролирующее должника лицо наделило юридическое лицо недостаточным имуществом и дофинансировало займами (то есть бенефициар перераспределил риск утраты крупного вклада на случай возможного банкротства) – требования такого лица также подлежат удовлетворению после всех кредиторов, но приоритетно перед ликвидационной квотой.

При этом, не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

В пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (далее - Обзора судебной практики № 2), даны разъяснения о том, что возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать, как злоупотребление правом со стороны участника (акционера). 

Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статьи 10, 168 ГК РФ, как совершенные со злоупотреблением правом. Изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Поскольку оспариваемые сделки (платежи) совершены при наличии неисполненных обязательств перед иными относительно вовлеченных в спорные правоотношения лиц кредиторами, данные сделки по своей сути опосредовали изъятие ранее вложенных ФИО2 в деятельность должника денежных средств и привели к выводу из имущественной сферы должника ликвидных активов, которые иначе подлежали бы включению в конкурсную массу, спорные перечисления денежных средств являются недействительными сделками с применением последствий их недействительности в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника денежных средств.

При этом, подлежат отклонению доводы ФИО2 о том, что денежные средства в размере 2 000 000 рублей, поступившие на счет должника по платежному поручению № 218 от 12.10.2020 были возвращены как ошибочно перечисленные согласно письму от 12.10.2020 платежным поручением № 2279, поскольку в назначении платежа указано «возврат задолженности по договору займа от 19.09.2019 г.».

Как следует из  материалов дела, в 2019 году ФИО2 выдал несколько платежей по договору займа от 19.09.2019, и, исходя из поля назначения платежа, 2 000 000 рублей являются именно возвратом ранее выданного транша. Кроме возврата заемных средств, в эту же дату 12.10.2020 должник уплатил ФИО2 проценты за пользование средствами в размере 4 000 рублей.

Результатом совершения спорных сделок явилось причинение имущественного ущерба иным кредиторам должника ввиду утраты ими возможности удовлетворения их требований, при отсутствии со стороны ФИО2 удовлетворительных объяснений относительно совершения этих платежей, позволяющих заключить о наличии иной, нежели причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, цели и свидетельствует о доказанности совокупности обстоятельств, необходимой и достаточной для признания платежей недействительными сделками.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Судебные расходы распределяются согласно статье 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 10.07.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-20868/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                   Е.В. Кудряшева

 

Судьи                                                                                                 В.С. Дубовик

 

                                                                                                            А.П. Михайлова