Арбитражный суд Московской области

   107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-18291/20

24 сентября 2020 года

г.Москва

Резолютивная часть объявлена 15 сентября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 24 сентября 2020 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи О.В. Анисимовой при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ГСК "МИК" к АО "СИТИ-XXI ВЕК" о признании недействительности сделок

при участии в судебном заседании представителей - согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

гаражно-строительный кооператив «МИК» (далее – ГСК «МИК», ГСК, истец) обратился в Арбитражный суд Московской области к акционерному обществу «СИТИ-ХХI век» (далее – АО «СИТИ-ХХI век», общество, ответчик) с иском  о признании недействительными подписанных между истцом и ответчиком дополнительных соглашений № 1 от 11.06.2015 и № 2 от 29.07.2016 к инвестиционному договору № 1-ГТК от 26.03.2013.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее.

26.03.2013 между истцом (инвестор) и ответчиком (застройщик) был заключен Инвестиционный договор № 1-ГТК на строительство гаражно-торгового комплекса (ГТК) по адресу 

<

...> (далее – договор).

Пункт 1.1 договора: земельный участок общей площадью 11626 кв.м. с                        КН 50:22:0010211:89 категории «земли населенных пунктов», разрешенное использование «под гаражно-торговый комплекс», по адресу 

<

...> принадлежащий застройщику на праве аренды на основании договора № 111/09 от 10.06.2009 заключенного с Администрацией Люберецкого района.

Пункт 1.2 договора. ГТК – гаражно-торговый комплекс  планируемый к строительству на земельном участке, общей проектной площадь 30000 кв.м.

Пункт 1.3. Объект – нежилые помещения ГТК указанные в приложении № 1-2, 4 к договору, общей ориентировочной площадью 27000 кв.м., строительство которых осуществляется за счет инвестора (л.д. 5).

Согласно п. 2.1 договора, инвестор путем перечисления денежных средств застройщику на условиях договора обязуется осуществить финансирование инвестиционного проекта строительства ГТК, а застройщик после ввода ГТК в эксплуатацию и подписания с администрациями района и города акта о реализации контракта передать построенный объект по акту приема-передачи инвестору для дальнейшего оформления на него права собственности.

Площадь объекта указанная в договоре, является ориентировочной. Фактическая площадь объекта определяется после ввода ГТК в эксплуатацию и получения  данных по результатам обмеров БТИ и/или государственного кадастрового учета.

Ориентировочный срок завершения  строительства ГТК – 30.06.2014 На основании письменного заявления застройщика срок завершения строительства ГТК может в одностороннем порядке быть продлен застройщиком на срок составляющий не более чем полгода. Продление срока строительства не является основанием для изменения или расторжения договора (п. 2.2).

Пунктом 3.1 договора установлено, что инвестор в счет финансирования инвестиционного проекта строительства ГТК в срок до 30.03.2014 оплачивает застройщику инвестиции в размере 480000000 руб. в строгом соответствии с графиком финансирования инвестиционного проекта строительства ГТК (приложение № 3). Сумма инвестиций является предельной и может быть уменьшена по решению застройщика. Данное изменение оформляется дополнительным соглашением сторон к договору.

Согласно п. 3.5, в случае если инвестор не исполнил либо ненадлежащим образом исполнил свои обязательств по договору в части оплаты инвестиций застройщику два раза или более в соответствии с графиком финансирования (приложение № 3), застройщик вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от договора с последствиями в виде его расторжения. 

В соответствии с п. 8.1 договора, договор изменяется или расторгается в предусмотренных в нем случаях, а также может быть изменен или расторгнут по письменному соглашению сторон составленному в виде единого документа подписанному сторонами.

В приложении № 8 к договору перечислены подлежащие строительству машиноместа с размером и стоимостью (л.д. 13-21).

11.06.2015 между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение № 1 к договору, которым условия договора изменены следующим образом. 

Пункт 1.1 договора: земельный участок общей площадью 11900 кв.м. с                            КН 50:22:0010211:89 категории «земли населенных пунктов», разрешенное использование «под гаражно-торговый комплекс», по адресу 

<

...> принадлежащий застройщику на праве аренды на основании договора № 111/09 от 10.06.2009 заключенного с Администрацией Люберецкого района.

Пункт 1.2 договора. ГТК – гаражно-торговый комплекс  планируемый к строительству на земельном участке, общей проектной площадь 31300 кв.м.

Пункт 1.3. Объект – машиноместа в ГТК указанные в приложении № 1-2, 4 к договору, а также сети и сооружения инженерного назначения указанные в приложении № 4, строительство которых осуществляется за счет инвестора (л.д. 22).

Термин «Объект» не включает в себя нежилые помещения ГТК и машиноместа указанные в протоколе предварительного распределения площадей в ГТК (приложение № 4) в качестве доли застройщика.

Договор дополнен пунктом 1.9 следующего содержания. Общее имущество ГТК – помещения в ГТК не являющиеся частями нежилых помещений и предназначенные для обслуживания более одного помещения в ГТК. В том числе лестничные площадки, лестницы, коридоры, технические шахты в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в ГТК оборудование, а также крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции ГТК, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование находящееся в ГТК за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения, земельный участок с элементами озеленения и благоустройства и иные предназначенные для обслуживания и эксплуатации и благоустройства объекты в границах земельного участка на котором расположен ГТК. 

Пункт 4.1.4 договора изменен следующим образом: Подписать с застройщиком по требованию застройщика протокол окончательного распределения площадей в ГТК в соответствии с протоколом (приложение № 4), который от даты его подписания будет являться неотъемлемой частью договора.

Приложение № 4: «Протокол предварительного распределения площадей в ГТК» в редакции дополнительного соглашения № 1 к договору.

Пункт 2.2 договора. Ориентировочный срок завершения строительства ГТК 31.12.2015.

Пункт 3.1. Сумма инвестиций  оплачивается в два этапа: 1 этап 376500000 руб., оплачен в полном объеме. 2 этап: в срок до 30.11.2016 подлежит оплате 4876000 руб. согласно графику (л.д. 23).

29.07.2016 между сторонами подписано дополнительное соглашение № 2 к договору, которым внесены следующие изменения (л.д. 30).

Пункт 1.2. ГТК – гаражно-торговый комплекс планируемый к строительству на земельном участке общей проектной площадью 31300 кв.м., строительство которого осуществляется в том числе за счет собственных инвестиций застройщика.

Пункт 1.3. Объект – машиноместа и нежилые помещения в ГТК указанные в протоколе окончательного распределения площадей в ГТК, приложениях №№ 2.1-2.5 к договору. Термин объект не включает в себя нежилые помещения ГТК и машиноместа являющиеся долей застройщика указанные в протоколе окончательного распределения площадей в ГТК между застройщиком и инвестором.

Согласно п. 2.2.1 допсоглашения № 2, стороны согласовали, что протокол окончательного распределения площадей в ГТК подписывается между застройщиком и инвестором в момент подписания настоящего соглашения без указания данных государственного кадастрового учета, которые будут указаны в акте о реализации договора по результатам государственного кадастрового учета ГТК. С момента подписания протокола окончательного распределения площадей в ГТК утрачивают силу все ранее достигнутые между сторонами договоренности в отношении распределения площадей в рамках инвестиционного договора, включая протокол предварительного распределения площадей в редакции допсоглашения № 1 от 11.06.2015.

Пункт 1.9. Общее имущество ГТК – помещения в ГТК указанные в приложении № 9 «состав имущества ГТК» к договору (в редакции настоящего соглашения), а также крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции ГТК, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование находящееся в ГТК и обслуживающее более одного помещения.

Пункт 3.1. Сумма инвестиций инвестора в счет финансирования инвестиционного проекта строительства ГТК составляет 384470000 руб. На дату подписания допсоглашения № 2 инвестор оплатил денежные средства (инвестиции) в полном объеме.

Согласно пунктам 3,4,5 допсоглашения № 2, с даты подписания настоящего соглашения утрачивают свою юридическую силу приложения №№ 2.1-2.3, приложение № 4 «Протокол предварительного распределения долей в ГТК» в редакции договора и допсоглашения № 1 от 11.06.2015; вступают в юридическую силу приложения №№ 2.1-2.5, приложение № 9 «Состав общего имущества ГТК» в редакции настоящего допсоглашения, а также Протокол окончательного распределения площадей в ГТК между застройщиком и инвестором. На дату подписания настоящего соглашения инвестор ознакомлен и согласен с проектной и рабочей документацией на ГТК с учетом приложений №№ 2.1-2.5, а также ознакомлен с фактически выполненными в ГТК работами и каких-либо претензий к застройщику, проекту и/или к документам не имеет. Инвестор также подтверждает получение по одностороннему акту приема-передачи от 11.01.2016 объекта в составе имущества, определенного договором и допсоглашением № 1 от 11.06.2015 и не имеет  претензий к указанному имуществу, включая сроки передачи. Имущество, включенное в состав проекта, в соответствии с настоящим соглашением и протоколом окончательного распределения площадей в ГТК между застройщиком и инвестором, подлежит передаче в адрес ГСК «МИК», а исключенное имущество подлежит возврату в адрес застройщика в момент заключения настоящего соглашения по акту.

29.07.2016 сторонами также подписан Протокол окончательного распределения площадей между застройщиком и инвестором в ГТК расположенном по строительному адресу 

<

...> (л.д. 42).

Согласно протоколу, доля застройщика составляет: все нежилые помещения расположенные в ГТК и не являющиеся долей инвестора. Окончательный состав нежилых помещений являющихся собственностью застройщика, будет определен по результатам кадастрового учета ГТК и помещений в нем, с учетом акта о реализации контракта; 220 машиномест согласно перечню, не являющихся долей инвестора. Доля инвестора составляет: 32 машиноместа указанные в поэтажном плане  этажа ГТК (приложение № 2.1) согласно перечню, не являющиеся долей застройщика; 476 машиноместа указанные в поэтажных планах 2-5 этажей ГТК (приложения № 2.2-2.5) согласно перечню, не являющиеся долей застройщика (л.д. 36); нежилые помещения  в ГТК указанные в поэтажном плане 1 этажа ГТК (приложение № 1) под номерами 105, 106 (л.д. 44).

20.07.2015 объект – Гаражно-торговый комплекс по адресу 

<

...> на земельном участке  с КН 50:22:0010211:89 введен в эксплуатацию на основании разрешения № RU50-14-1413-2015 (л.д. 26).

29.06.2016 сторонами подписан акт приема-передачи  по договору  (л.д. 45).

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылается на то, что оспариваемыми допсоглашениями он фактически лишен части нежилых помещений (площадей), которые были предусмотрены инвестиционным договором. Допсоглашения подписывались бывшим председателем кооператива                       ФИО2 без какой-либо экономической целесообразности  и выгоды для истца, и в интересах ответчика. Данные допсоглашения были скрыты от членов кооператива. Подписывая соглашения, ответчик знал о явном ущербе кооперативу по сравнению с условиями договора. Указанные обстоятельства, по мнению истца, являются основаниями для признания сделок недействительными по ст. 174 ГК РФ.

Возражая против иска, ответчик указывает на недоказанность причинения истцу ущерба оспариваемыми сделками, а также ссылается на пропуск истцом срока исковой давности.

Проверяя обоснованность заявленных требований и возражений, арбитражный суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (п. 2).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Доказательств наличия сговора между ответчиком и подписавшим оспариваемые допсоглашения действовавшим на тот момент председателем ГСК «МИК» ФИО2 истцом не представлено.

ФИО2 по состоянию на 11.06.2015 и 29.07.2016 являлся председателем ГСК «МИК» согласно учредительным документам и ЕГРЮЛ, и как законный представитель ГСК был уполномочен подписывать указанные документы. 

В качестве оснований недействительности оспариваемых сделок истец указывает причинение кооперативу значительного ущерба, заключение допсоглашений на крайне невыгодных для кооператива условиях. 

Между тем, невыгодные условия допсоглашений, на которые ссылается ГСК, следуют из того, что по допсоглашениям кооперативу распределяется меньшая площадь, чем по договору, к которому эти допсоглашения заключены.

В данном случае допсоглашения представляют собой внесение изменений в договор в порядке, предусмотренном ст.ст. 450, 450.1, 452 ГК РФ.

Наличия в допсоглашений противоречий действующему законодательству судом не установлено.

Факт причинения оспариваемыми сделками значительного ущерба ГСК «МИК» кооперативом не доказан. 

Как поясняет ответчик и как следует из материалов дела, заключение допсоглашений с изменением распределяемых кооперативу площадей в строящемся объекте (машиномест) в сторону их уменьшения основано на недостаточном финансировании истцом строительства объекта, вследствие чего стороны пришли к решению об уменьшении инвестиций и уменьшению площадей в пользу ГСК.

Так, согласно договору, размер инвестиций составлял 480 000 000 руб. (л.д. 6).

По состоянию на дату подписания допсоглашения № 1 инвестором внесено 376 500 000 руб. (л.д. 23). На дату подписания допсоглашения № 2 инвестор внес 384 470 000 руб. (л.д. 31).

Таким образом, размер инвестиций, требуемых на строительство всего ГТК, не был внесен истцом в полном и необходимом объеме. При этом, ответчик не отказался от договора, а согласился на изменение размера инвестиций при условии уменьшения подлежащей передаче истцу площади объекта, изначально определенной в договоре.

Суд также отмечает, что объект (ГТК) построен, введен в эксплуатацию. Помещения, указанные в протоколе окончательного распределения площадей, ответчиком переданы, а истцом приняты по акту приема-передачи.

Ответчик ссылается на пропуск истцом срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Оспариваемые допсоглашения заключены в 2015 и 2016 годах. В суд с иском ГСК «МИК» обратился в 2020 году, т.е. со значительным пропуском установленного одногодичного срока.

Истец указывает на то, что иск в суд подан в течение одного года с момента вступления в должность председателя ГСК «МИК» ФИО3, которым были выявлены злоупотребления ранее действовавшего председателя ФИО2 При этом, установленный в законе одногодичный срок истек еще в тот момент, когда председателем кооператива был ФИО2 По мнению истца, применение срока исковой давности в данном случае лишает кооператив права на защиту, поэтому течение срока исковой давности необходимо исчислять с момента прекращения действий, под влиянием которых были совершены оспариваемые сделки, т.е. с момента возвращения корпоративного контроля на ГСК «МИК» ФИО3

В силу разъяснений, содержащихся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

При этом в соответствии с абз. 3 п. 12 указанного постановления срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Таким образом, смена персонального состава органов управления истца не является основанием для перерыва течения срока исковой давности, поскольку в данном случае заявлено требование о защите прав юридического лица, а не прав руководителя как физического лица.

Действия исполнительного органа юридического лица являются действиями самого юридического лица, поэтому о заключенной сделке истец знал в момент ее совершения.

Кроме того, из пояснений ответчика следует, что ФИО3, до вступления в должность председателя ГСК, являясь его членом, ранее обращался в суд общей юрисдикции с требованием о признании допсоглашений недействительными, следовательно, ранее знал об их наличии.

При данных обстоятельствах, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При указанных обстоятельствах в иске следует отказать. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме).

Судья                                                                                              О.В. Анисимова