АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-13105/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                            Мальцева С.Д.,

судей                                                                            Сергеевой Т.А.,

ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу потребительского кооператива по эксплуатации гаражей и овощехранилищ «Башня» на решение от 07.10.2022 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Нефедченко И.В.) и постановление от 16.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Назаров А.В., Аюшев Д.Н., Чикашова О.Н.) по делу № А45-13105/2022 по иску потребительского кооператива по эксплуатации гаражей и овощехранилищ «Башня» (630554, Новосибирская область, Новосибирский район, улица Ионосферная, дом 3, офис 32, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Новосибирскэнергосбыт» (630099, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Орджоникидзе, дом 32, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), федеральному государственному унитарному предприятию «Управление энергетики и водоснабжения» (630090, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), гаражно-строительному кооперативу «ПК Башня» (630128, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании договора и акта технологического присоединения недействительными.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП 316547600120161, ИНН 

<

***>).

Суд установил:

потребительский кооператив по эксплуатации гаражей и овощехранилищ «Башня» (далее - ПК «Башня») обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к акционерному обществу «Новосибирскэнергосбыт» (далее – компания, гарантирующий поставщик), федеральному государственному унитарному предприятию «Управление энергетики и водоснабжения» (далее – предприятие, сетевая организация), гаражно-строительному кооперативу «ПК Башня» (далее – ГСК «ПК Башня») о признании недействительными договора энергоснабжения от 22.01.2021 № О-135 (далее – договор от 22.01.2021), акта об осуществлении технического присоединения от 16.12.2020 № П1205 (далее – акт от 16.12.2020).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2.

Решением от 07.10.2022 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 16.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ПК «Башня» обратился с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить.

С позиции кассатора, судами не учтено, что договор энергоснабжения от 17.12.2009 № ЭО-1151 (далее – договор от 17.12.2009), заключенный между гарантирующим поставщиком и ПК «Башня» (ОГРН 

<

***>), к которому присоединился потребительский кооператив по эксплуатации гаражей и овощехранилищ «Башня» (ОГРН 

<

***>), является действующим, истцом не выражено воли на перераспределение максимальной мощности; в результате неправомерных действий компании по заключению договора от 22.01.2021 произошло увеличение максимальной мощности энергопринимающих устройств до 90 кВт, что превышает расчетную мощность на 50%.

В отзывах на кассационную жалобу, приобщенных судом округа к материалам дела (статья 279 АПК РФ), ГСК «ПК Башня», предприятие и компания возражают против доводов заявителя, просят оставить без изменения решение и постановление, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность судебных актов в порядке статей 284, 286 АПК РФ, изучив доводы кассационной жалобы и представленных на нее отзывов, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в 1985 году создан кооператив «Башня» по строительству и эксплуатации индивидуальных боксов для хранения овощей и гаражей для автомоторных средств индивидуального пользования на территории Советского района г. Новосибирска при профсоюзном комитете ИЯФ СО АН СССР (ИНН 

<

***>, далее – кооператив «Башня»).

Устав кооператива «Башня» принят общим собранием 31.10.1985, зарегистрирован Советским райисполкомом города Новосибирска, решением от 26.05.1987 № 246. Согласно п. 2 Устава, кооператив организован на основании совместного решения президиума Сибирского отделения Академии Наук Союза Советских Социалистических республик (далее - СО АН СССР) и исполнительного комитета Советского районного Совета народных депутатов города Новосибирска № 244/51 от 28.03.1985.

Земельный участок для возведения овощных боксов, гаражей и прочих сооружений кооператива отведен кооперативу «Башня» по решению президиума СО АН СССР от 30.01.1980 № 390 и исполкома городского Совета народных депутатов города Новосибирска по представлению городского отдела по делам строительства и архитектуры на основании распоряжения областного Совета народных депутатов Новосибирской области от 27.12.1984 № 1264.

На основании заявления 05.08.1985 кооперативу «Башня» выданы технические условия. № 15152-782, по факту исполнения которых составлены акты по установлению границ ответственности и балансовой принадлежности за состояние и обслуживание электроустановок от 29.07.2003 № 1213, от 29.07.2004 № 1213 (далее – акт от 29.07.2004).

На основании отсутствия регистрации в установленном порядке кооператив «Башня» снят с учета 24.04.2006 в налоговом органе по месту нахождения организации, в связи с исключением сведений из информационных ресурсов Единого государственного реестра юридических лиц как организации, поставленной на учет в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 01.07.1993. Отсутствие у указанного лица правопреемников установлено решением Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-39781/2018 от 30.10.2019, постановлением Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 12.04.2019 по делу № А45-13926/2018.

В рамках дел № А45-20704/2021, А45-13926/2018, А45-39981/2019, установлено, что ПК «Башня», образованный 11.08.2016, является правопреемником потребительского кооператива по эксплуатации гаражей и овощехранилищ «Башня» (ОГРН 

<

***>), заключившего с компанией договор от 17.12.2009 в отношении объекта электросетевого хозяйства – гаражей, расположенных в селе Барышево Новосибирской области по адресу: улица Ионосферная, дом 19 (точка присоединения РУ-0.4 кВ ТП-60И, максимальная мощность 60 кВт, далее – спорные объекты).

Между ПК «Башня» и компанией заключено дополнительное соглашение от 14.08.2018 к договору от 17.12.2009, согласно которому ПК «Башня» указан в договоре энергоснабжения в качестве абонента. В качестве документов, подтверждающих наличие надлежащего технологического присоединения объекта ПК «Башня» к электрическим сетям, указан акт от 29.07.2004.

К гарантирующему поставщику с заявкой на заключение договорных отношений в отношении спорного объекта обратился ГСК «ПК Башня», образованный 25.04.2014. Рассмотрение данного обращения приостановлено гарантирующим поставщиком письмом от 26.11.2019 исходящий номер ДО-43129/19, запрошены недостающие документы и сведения. В дополнение к заявке ГСК «ПК Башня» направил, документы о праве собственности членов ГСК на гаражи, акт об осуществлении технологического присоединения от 01.11.2019 № П 1102, подписанный между предприятием и ГСК «ПК Башня». В соответствии с указанным актом КЛ-0,4 кВ от фидеров 4, 5 ТП-60И и мощность 60 кВт переданы ГСК «ПК Башня», факт передачи объектов электросетевого хозяйства также подтверждался актом приема-передачи электрических сетей и электрощитовых помещений от 24.12.2016, составленным между ГСК «ПК Башня» и собственником электрических сетей ФИО3

Учитывая наличие заключенного договора на спорные объекты с ПК «Башня», компания направила в сетевую организацию запросы в отношении имеющихся документов о технологическом присоединении.

В ответ на указанное обращение предприятие уведомило об аннулировании акта от 29.07.2004, составлении акта об осуществлении технологического присоединения от 01.11.2019 с ГСК «ПК Башня».

В последующем гарантирующим поставщиком в адрес истца направлено предложение от 20.04.2020 о расторжении договора от 17.12.2009.

Для разрешения вопроса о разделении выделенной мощности проведено совместное совещание с участием представителей администрации Советского района города Новосибирска, прокуратуры, предприятия, Сибирского отделения Российской академии наук, ГСК «ПК Башня» и ПК «Башня», на котором принято решение о разделении разрешенной электрической мощности (31,36 кВт для ГСК «ПК Башня» и 28,64 кВт для ПК «Башня»).

На основании представленных ГСК «ПК Башня» документов предприятием выдан акт от 16.12.2020, предусматривающий осуществление технологического присоединения с параметром «максимальная мощность» в размере 31,36 кВт. Кроме того, в адрес ПК «Башня» направлен акт от 16.12.2020 № П1206 об осуществлении технологического присоединения с соответствующим параметром в размере 28,64 кВт.

Между компанией (гарантирующий поставщик) и ГСК «ПК Башня» (абонент) заключен договор от 22.01.2021, по условиям которого гарантирующий поставщик обязался осуществлять продажу (поставку) электрической энергии (мощности), самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии, услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии, а абонент обязался оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность) и оказанные услуги.

Истец, полагая, что имеются основания для признания акта от 16.12.2020 и договора от 22.01.2021 недействительными, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции руководствовался статьей 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), пунктами 9, 32, 34, 36 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442).

Приняв во внимание обстоятельства, предшествующие подписанию протокола совещания от 09.12.2020, опосредующего разделение максимальной мощности энегопринимающих устройств между ПК «Башня» и ГСК «ПК Башня», наличие вступившего в законную силу судебного акта по делу № А45-20704/2021, подтверждающего правомерность заключения договора от 22.01.2021, суд пришел к выводу об отсутствии противоправности в действиях сетевой организации по выдаче ГСК «ПК Башня» акта от 16.12.2020 о распределении максимальной мощности энергопринимающих устройств, отметив, что факт заключения указанного договора  не свидетельствует о наличии препятствий ПК «Башня» в пользовании своим имуществом, а лишь указывает на перераспределение выделенной мощности между потребителями. При этом судом учтены представленные ГСК «ПК «Башня» сведения о наличии у него порядка 600 членов – собственников гаражей, отсутствие сведений о членах ПК «Башня».

Апелляционная коллегия, повторно рассматривая спор, выводы суда первой инстанции поддержала, находя их законными и обоснованными, указала, что в рассматриваемой ситуации внесена правовая определенность в отношения между ПК «Башня» и ГСК «ПК «Башня», ни один из которых не является правопреемником кооператива «Башня», осуществившего изначальное технологическое присоединение.

Суд округа полагает, что по существу спор разрешен судами правильно.

Исходя из общих положений гражданского законодательства о сделках (глава 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), соответствие таковых условиям действительности, в том числе касающимся субъектного состава, соответствия воли и волеизъявления, условиям о содержании сделки и о ее форме, проверяется в судебном порядке на момент совершения сделки.

Сказанное согласуется с судебной практикой высших судебных инстанций (пункты 6, 8, 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункты 9, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25).

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров или иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

По пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Перечень нарушающих требования закона или иного правового акта сделок, являющихся ничтожными в силу прямого указания закона, предусмотрен абзацем вторым пункта 73 Постановления № 25. Кроме того, положения пункта 74 данного постановления предусматривают, что также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

С учетом указанных положений, предъявляемое третьим лицом требование о признании сделки недействительной, может быть удовлетворено лишь при условии установления конкретного интереса, охраняемого законом и нарушенного указываемой сделкой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Из положений статьи 545 ГК РФ следует, что абонент может передавать энергию, принятую им от энергоснабжающей организации через присоединенную сеть, другому лицу (субабоненту) только с согласия энергоснабжающей организации.

Пунктом 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике установлено, что технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Согласно положениям Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861), и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 процедура технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям включает составление акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон.

Пунктами 5, 6 Правил № 861 установлено, что в случае, если энергопринимающие устройства потребителя электрической энергии присоединены к электрическим сетям сетевой организации через, в том числе объекты электросетевого хозяйства лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии, такой потребитель заключает договор с той сетевой организацией, к сетям которой присоединены энергопринимающие устройства (объекты электросетевого хозяйства) лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии, к которым непосредственно присоединено его энергопринимающее устройство. Собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.

Максимальной мощностью признается наибольшая величина мощности, определенная к одномоментному использованию энергопринимающими устройствами в соответствии с документами о технологическом присоединении и обусловленная составом энергопринимающего оборудования и технологическим процессом потребителя, в пределах которой сетевая организация принимает на себя обязательства обеспечить передачу энергии. Величина максимальной мощности энергопринимающих устройств (объектов электросетевого хозяйства) определяется в процессе технологического присоединения или посредством ее перераспределения, и кладется в основу расчета платы за технологическое присоединение.

Максимальной мощностью определяются пределы обязательств сетевой организации по передаче электроэнергии потребителю, который вправе требовать от сетевой организации оказания услуг в объеме максимальной мощности. При этом законодательство об энергоснабжении не допускает перераспределение максимальной мощности в пользу третьих лиц по их требованию без согласия лица, которое ранее подключило свои энергопринимающие устройства к сетевой организации. Мощность может быть перераспределена (уступлена) исключительно по воле ее прежнего правообладателя (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.09.2016 № 307-ЭС16-5146).

Таким образом, максимальная мощность является самостоятельным материальным благом, принадлежащим субъекту, прошедшему процедуру технологического присоединения и присоединившему свои энергопринимающие устройства к энергосети.

Данное благо обладает обязательственным характером, поскольку фактически представляет собой право потребителя требовать от энергосетевой организации оказания услуг по передаче энергии в размере мощности, соответствующей количественной характеристике этого блага. При этом сеть должна иметь постоянную способность соответствовать объему требования, принадлежащего потребителю, который в любой момент может включить энергопринимающие устройства сообразно своему технологическому процессу.

По общему правилу, вступление в договорные отношения, опосредующие процедуры технологического присоединения, последующее потребление электрической энергии, а также распоряжение максимальной мощностью осуществляет потребитель – собственник энергопринимающих устройств, непосредственно потребляющий соответствующий ресурс.

Между тем, отдельные категории потребителей вступают в подобные отношения транслируя экономический интерес всех членов гражданско-правового сообщества, которое они представляют. Таковыми являются управляющие организации и товарищества собственников недвижимости, осуществляющие управление общим имуществом многоквартирных домов (статьи 135, 161 Жилищного кодекса Российской Федерации), садоводческие и огороднические некоммерческие товарищества (статья 7 Федерального закона от 29.07.2017 № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»). Соответствующее толкование приведенного правового регулирование подтверждается также применяемыми принципами ценообразования (пункт 67, Приложение № 1 к Основам ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178), так и сформированной судебной практикой (определения Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 № 309-ЭС15-8596, от 22.05.2018 № 309-ЭС18-545, от 16.06.2020 № 308-ЭС19-22189).

Аналогичные цели преследуются и потребительскими кооперативами, являющими собой основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов (статья 123.2 ГК РФ).

Поскольку предметом договоров энергоснабжения, заключаемых вышеперечисленными субъектами, является приобретение ресурса в целях удовлетворения потребностей соответствующих членов гражданско-правового сообщества, то критерии заключаемого договора энергоснабжения, в том числе – параметры максимальной мощности энергопринимающих устройств, обусловлены составом энергопринимающих устройств членов кооператива, а также являющихся его личной собственностью. При этом лица, прекратившие свое членство в потребительском кооперативе, но сохранившее право собственности на имущество, имеющее надлежащее технологическое присоединение и получающее электрическую энергию через электрические сети, находящиеся во владении кооператива, в силу принципа однократности технологического присоединения очевидно имеют право на заключение отдельного договора энергоснабжения, что предполагает необходимость перераспределения в их пользу части максимальной мощности, закрепленной за кооперативом.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Исследовав и оценив по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в их совокупности и взаимосвязи, с учетом специфики правоотношений сторон, выступая в имущественном обороте не в своих интересах, а в интересах членов кооператива, приняв во внимание обстоятельства, предшествующие подписанию протокола совещания от 09.12.2020, опосредующего разделение максимальной мощности энергопринимающих устройств между ПК «Башня» и ГСК «ПК Башня», наличие вступившего в законную силу судебного акта по делу № А45-20704/2021, подтверждающего правомерность заключения договора от 22.01.2021, учтя, что факт заключения указанного договора не свидетельствует о наличии препятствий ПК «Башня» в пользовании своим имуществом, а лишь указывает на перераспределение выделенной мощности между потребителями, приняв во внимание представленные сведения о количестве объектов, снабжаемых ГСК «ПК «Башня», а также непредставление истцом сведений о составе и характеристиках снабжаемых им объектов, учтя изначальные обстоятельства осуществления технологического присоединения кооперативом «Башня», не являющимся правопредшественником кого-либо из лиц, участвующих в деле, резюмировав отсутствие противоправности в действиях сетевой организации, суды правомерно не усмотрели оснований для удовлетворения заявленных требований.

Подобная оценка судами доказательств соответствует установленному в гражданском обороте стандарту поведения добросовестного его участника, определяемого по критерию ожидаемости действий субъекта оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, по существу повторяющие доводы апелляционной жалобы, о неправомерном перераспределении в результате заключения договора мощности отклонены как не свидетельствующие о допущенной по делу судебной ошибке.

Согласно пункту 13(1) Правил № 861 величина максимальной мощности энергопринимающих устройств (объектов электросетевого хозяйства) указывается в документах о технологическом присоединении и определяется либо в процессе технологического присоединения, либо посредством перераспределения максимальной мощности между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, либо в процедуре восстановления (переоформления) документов о технологическом присоединении.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.02.2015 № 310-ЭС14-2973, следует, что правоотношения по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к электросетям объективно предшествуют процессу передачи электроэнергии и предопределяют технические параметры, влияющие на объем обязательств сторон в правоотношениях по энергоснабжению. Вопросы, решаемые при технологическом присоединении, относятся к компетенции сетевой организации, выходят за рамки деятельности гарантирующего поставщика и не могут быть предметом соглашения между ним и потребителем электроэнергии. Поскольку величина максимальной мощности определяет обязательства сетевой организации, условие договора энергоснабжения об этой величине, противоречащее документам о технологическом присоединении, недействительно в силу ничтожности (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Таким образом, максимальная мощность является самостоятельным материальным благом, принадлежащим субъекту, прошедшему процедуру технологического присоединения и присоединившему к энергосети свои энергопринимающие устройства, либо энергопринимающие устройства лиц, в интересах которых потребитель вступает в соответствующие отношения.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

При этом следует учитывать, что в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5-8).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

При этом опровергающее лицо вправе оспорить относимость, допустимость и достоверность таких доказательств, реализовав собственное бремя доказывания.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004(2).

Вместе с тем истцом не представлены относимые и достаточные доказательства, свидетельствующие о конкретном нарушении его прав – составе объектов энергоснабжения, в отношении которых он приобретает электрическую энергию, в том числе – принадлежащих ему или его членам, наличии у указанных объектов надлежащего технологического присоединения, в том числе подтверждающие правомерность перераспределения в его пользу мощности энергопринимающих устройств, присоединенных кооперативом «Башня», либо конкретно указывающих на то, что состоявшееся перераспределение может привести к аварийным ситуациям на объектах. Судом округа также принимается во внимание поведение истца, систематически оспаривающего правомерность приобретения ГСК «ПК «Башня» коммунальных ресурсов в интересах его членов (дело № А45-30075/2018).

Оснований не согласиться с выводами судов обеих инстанций об отсутствии оснований для признания договора от 22.01.2021 и акта от 16.12.2020 недействительными суд округа не усматривает, поскольку судами установлены все существенные обстоятельства дела, правильно применены правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 АПК РФ, о существенном нарушении норм процессуального права и о нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224).

Исходя из разъяснений, приведенных в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», переоценка доказательств и выводов судов первой и апелляционной инстанций не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ, а несогласие заявителя кассационной жалобы с судебными актами не свидетельствует о неправильном применении судами норм процессуального права и не может служить достаточным основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что при принятии судами обжалуемых судебных актов не допущено нарушений норм материального и процессуального права, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены решения и постановления судов в кассационном порядке не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Ввиду того, что определением от 03.03.2023 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа ПК «Башня» предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы, суд округа с учетом результатов рассмотрения кассационной жалобы на основании статьи 110 АПК РФ взыскивает 3 000 руб. государственной пошлины в доход федерального бюджета с заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 07.10.2022 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 16.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-13105/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с потребительского кооператива по эксплуатации гаражей и овощехранилищ «Башня» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                         С.Д. Мальцев

 

Судьи                                                                                                        Т.А. Сергеева

 

ФИО1