231/2023-156791(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А11-7390/2020  22 декабря 2023 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 19.12.2023. Постановление в полном объеме изготовлено 22.12.2023. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:  

председательствующего Елисеевой Е.В.,  судей Ионычевой С.В., Кузнецовой Л.В.  

при участии представителя 

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 09.12.2021  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЖКО»  ФИО3  

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.05.2023 и  на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023  

по делу № А11-7390/2020 

по заявлению конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «ЖКО»  

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  ФИО3  

о привлечении ФИО1, ФИО1,  ФИО4, ФИО5,  

ФИО6, ФИО7, ФИО8 и общества с ограниченной ответственностью «Парус» 

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «ЖКО» (далее – ООО «ЖКО», Общество; должник) его конкурсный  управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Владимирской  области с заявлением о привлечении солидарно контролировавших должника лиц –  

бывших руководителей ООО «ЖКО» Косарева Эдуарда Валентиновича и Климова Сергея  Анатольевича, его учредителей (участников) Коврижных Олега Аркадьевича, Бобылкина  Валерия Александровича и Тихомировой Альбины Леонидовны, а также  выгодоприобретателей Коврижных Ольги Алексеевны, Калестровой Ольги Аркадьевны и  общества с ограниченной ответственностью «Парус» (далее – ответчики) к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Заявление мотивировано неисполнением руководителями (участниками) в  установленный законом срок обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением  о признании ООО «ЖКО» несостоятельным (банкротом) при наличии признаков его  неплатежеспособности (по созыву собрания для принятия решения о подаче такого  заявления) и совершением контролирующими лицами действий, повлекших  невозможность удовлетворения Обществом требований кредиторов и дальнейшее  банкротство.  

Суд первой инстанции определением от 24.05.2023, оставленным без изменения  постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023, отказал в  удовлетворении заявленного требования, исходя из отсутствия совокупности условий,  позволяющих привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам  Общества.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами в части отказа в привлечении  к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО1, ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и  ООО «Парус», конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд  Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение  от 24.05.2023 и постановление от 26.09.2023 и принять в обжалованной части новый  судебный акт.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на недобросовестные  действия ответчиков по созданию ООО «Парус» в качестве новой управляющей компании  и «центра прибыли» – дублера ООО «ЖКО», в то время как на последнее отнесены  функции «центра убытков».  

Как отмечает заявитель жалобы, с 08.10.2008 по 17.12.2012 единственным  учредителем (участником) Общества являлся ФИО1, с 17.12.2012  по 11.07.2018 – ФИО5, с 12.07.2018 по настоящее время – ФИО4 –  мать ФИО1 (супруги ФИО1);  ФИО9 – родной сестрой ФИО1 в период  образования у Общества кредиторской задолженности 14.11.2019 создано новое  юридическое лицо – ООО «Парус», на которое переведена вся хозяйственная деятельность  должника с целью его уклонения от погашения задолженности перед кредиторами;  из незаконных действий руководства Общества ООО «Парус» и его участники извлекли  выгоду. Вместе с тем смена юридического лица осуществлена формально, фактического  изменения руководящего состава, местоположения и контрагентов обществ не произошло.  Указанное свидетельствует о совершении контролирующими аффилированными лицами  согласованных действий по переводу денежных средств на вновь созданную организацию  в целях избежания погашения должником кредиторской задолженности,  сформировавшейся непосредственно перед регистрацией нового общества, в результате  чего ООО «ЖКО» окончательно утратило платежеспособность и фактически прекратило  деятельность. Кроме того, суды не учли, что постановлением от 02.08.2023 Арбитражный  суд Волго-Вятского округа отменил определение арбитражного суда от 21.12.2022 и  постановление апелляционного суда от 28.04.2023, направив на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Владимирской области спор в части отказа в признании  недействительными сделками платежей должника за аренду спецтехники, совершенных с  

07.02.2020 по 26.02.2021, на сумму 287 100 рублей; то есть контролирующими лицами от  имени Общества также совершались сделки, негативно повлиявшие на его финансовое  состояние.  

По мнению конкурсного управляющего, согласно анализу финансового состояния  должника коэффициент его абсолютной ликвидности оставался на чрезвычайно низком  уровне; по состоянию на 31.12.2017 деятельность Общества носила явно убыточный  характер; в связи с отсутствием у него каких-либо активов получение в дальнейшем  прибыли, как и восстановление платежеспособности, не представлялось возможным.  Следовательно, обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника  банкротом возникла у его руководителей с 31.12.2017 (даты, предусмотренной законом для  сдачи бухгалтерской отчетности). При этом контролирующими лицами не приняты меры,  направленные на санацию Общества в целях выполнения экономически обоснованного  плана вывода его из кризиса.  

В письменном отзыве на кассационную жалобу и в ходе судебного заседания  представитель ФИО1 отклонил доводы заявителя жалобы, указав  на законность и обоснованность принятых судебных актов.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное  заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их  отсутствие.  

Законность определения Арбитражного суда Владимирской области от 24.05.2023 и  постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 проверена  Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке,  установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной  инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и  возражениях относительно жалобы.  

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в  кассационной жалобе и в отзыве на нее, и заслушав представителя ФИО1, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных  судебных актов.  

Как следует из материалов дела, ООО «ЖКО» зарегистрировано в качестве  юридического лица 15.10.2008; основным видом его деятельности являлось управление  эксплуатацией жилого фонда, управление общим имуществом многоквартирных домов на  территории города Карабаново Александровского района Владимирской области.  

Арбитражный суд Владимирской области определением от 21.07.2020 по заявлению  ООО «Энергосбыт Волга» возбудил производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) ООО «ЖКО»; определением от 02.09.2020 ввел в отношении должника  процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим ФИО3; решением  от 10.03.2021 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его  имущества конкурсное производство, утвердив ФИО3 конкурсным  управляющим должника.  

Усмотрев наличие оснований для привлечения ФИО1,  ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6,  ФИО7, ФИО8 и ООО «Парус», как контролирующих лиц, к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ФИО3  обратился в суд с соответствующим заявлением.  

В рассматриваемом случае предметом кассационного обжалования является  неисполнение контролирующими лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о  признании Общества банкротом (по созыву собрания для принятия решения о подаче  такого заявления), а также совершение ими действий, повлекших существенное ухудшение  финансового положения и банкротство должника.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) руководитель  должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в  случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества.  

В абзаце третьем пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена  обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания  акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц  потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника,  уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об  обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае  неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о  признании должника банкротством.  

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не  позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2  статьи 9 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по  подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения  об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в  случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена  обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в  арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица  отвечают солидарно.  

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)  разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в  сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая  масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется  наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника,  ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения  требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки  подачи заявления о банкротстве. Бремя доказывания отсутствия причинной связи между  невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности,  предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности  лице (лицах).  

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к  ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит  установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий,  

перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт  неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня  возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших  после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.  

В обоснование доводов о необходимости привлечения контролирующих лиц к  субсидиарной ответственности ввиду неисполнения обязанности по обращению в суд с  заявлением о признании ООО «ЖКО» несостоятельным (банкротом) конкурсный  управляющий указал на возникновение такой обязанности после подготовки годовой  бухгалтерской отчетности Общества за 2017 год.  

Проанализировав и оценив в совокупности представленные доказательства и доводы  участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об  отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что в указанный  конкурсным управляющим период Общество обладало объективными признаками  банкротства, либо доказательств того, что должнику были предъявлены требования,  которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и  отсутствия у него имущества, а равно доказательств наличия иных обозначенных в пункте  1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения  руководителя юридического лица в суд с заявлением о признании его банкротом.  

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений высшей судебной инстанции  необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества  несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в  случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного  банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным  руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как  признаки объективного банкротства.  

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал  неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения  совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в  процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо  прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период  могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что  субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты  нарушенных прав кредиторов.  

В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у  руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с  заявлением о признании последнего банкротом. Показатели, с которыми законодатель  связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве,  должны объективно отображать наступление критического для должника финансового  состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.  

Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером  активов, отраженное в бухгалтерском балансе, не может рассматриваться как  единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, и также не  является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о  признании должника банкротом (постановление Конституционного Суда Российской  Федерации от 18.07.2003 № 14-П).  

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника  

докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо  обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о  банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в  который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном  объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных  платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения,  добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные  усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план,  такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности, в  том числе предполагающих по общему правилу его вину, освобождается от субсидиарной  ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.  

Суды установили, что кредиторская и дебиторская задолженности Общества  являлись сопоставимыми по размеру и не свидетельствовали о критической ситуации с  учетом специфики деятельности должника, как домоуправляющей организации, когда все  убытки поставщиков коммунальных ресурсов ложатся на управляющие компании.  Специфика функционирования ООО «ЖКО» состояла в сочетании текущей кредиторской  задолженности перед ресурсоснабжающими компаниями с наличием дебиторской  задолженности граждан по оплате коммунальных услуг, что периодически приводило к  временным затруднениям; единственным источником финансирования деятельности  Общества являлись платежи потребителей за коммунальные услуги.  

Кроме того, суды приняли во внимание заключение специалиста общества с  ограниченной ответственностью «Консалтинговая фирма «Джи Ай Си» о наличии  (отсутствии) признаков неплатежеспособности ООО «ЖКО» в 2017 – 2020 годах, согласно  которому до 2017 года деятельность Общества являлась прибыльной, организация  находилась в устойчивом, стабильном финансовом состоянии. Пониженное значение  коэффициента абсолютной ликвидности напрямую связано с высоким уровнем  задолженности населения по оплате коммунальных услуг. На работе Общества в 2017 –  2019 годах негативно отразилось государственное регулирование в сфере жилищно-коммунального хозяйства, однако коэффициент абсолютной ликвидности не опускался  ниже минимального нормативного ограничения и соответствовал среднеотраслевым  значениям. Снижение коэффициента по итогам 2017 года связано с изменениями  отраслевого законодательства. Также на деятельности должника в 2020 году отразились  изменения в законодательстве, касающиеся установки и содержания приборов учета.  Между тем платежеспособность Общества на протяжении анализируемого периода  находилась на удовлетворительном уровне; снижение неплатежеспособности в 2017 – 2019  годах не связано с внутренними условиями работы организации.  

Изложенное позволило судебным инстанциям прийти к заключению об отсутствии у  руководителей ООО «ЖКО» достаточных оснований для вывода о возникновении у него  признаков объективного банкротства.  

Вместе с тем руководством Общества на регулярной основе реализовывались  мероприятия по выходу из кризисной ситуации по расчетам с ресурсоснабжающими  организациями и снижению себестоимости оказываемых услуг. С целью последующих  расчетов с ресурсоснабжающими компаниями принимались все возможные меры по  взысканию дебиторской задолженности с населения, осложненные низким уровнем  платежеспособности населения; проводились мероприятия по повышению экономической  эффективности в целях оптимизации при увеличении количества многоквартирных домов  на обслуживании: отказ от услуг специализированных организаций, проведение работ по  энергоэффективности, расторжение договоров на управление многоквартирными домами  по истечении срока действия, по которым имелись частые нарушения собственниками их  

условий, планировалось увеличение действующего тарифа, не менявшегося в течение  нескольких лет.  

В связи с названными обстоятельствами суды пришли к правомерному выводу об  отсутствии оснований для привлечения руководителей и участников Общества к  субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника.  

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что  лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения  руководителя должника является контролирующим.  

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и  (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в  ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого  лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого  невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения  требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к  субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям  гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей  (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что  его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов  (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце первом пункта 16 Постановления   № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к  невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те,  без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством.  

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно  совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение  должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее  условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов  должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий  (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника  реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и,  как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в  будущем (пункт 17 Постановления № 53).  

Проанализировав представленные доказательства и доводы участвующих в деле  лиц, суды пришли к выводу о недоказанности совершения руководителями и  учредителями (участниками) вопреки интересам Общества недобросовестных и  неразумных действий, направленных на ухудшение его финансового состояния и  

причинение имущественного вреда кредиторам, способствовавших увеличению  кредиторской задолженности и последующему банкротству должника.  

Суды не усмотрели совершения контролирующими лицами существенно убыточных  для деятельности должника сделок, а равно возникновения в результате этих сделок и  действий кризисной ситуации, ее развития и перехода в стадию объективного банкротства  Общества.  

В то же время судебные инстанции учли, что ухудшение финансового состояния  должника, приведшее в результате к его банкротству, вызвано внешними, объективными  причинами, а именно: спецификой деятельности Общества, которая осуществлялась на  территории дотационного муниципального образования с населением 15 000 человек и  ветхим жилым фондом; затруднениями в оплате гражданами коммунальных услуг ввиду  их низкой платежеспособности. При этом с 2017 года расходы на общедомовые нужды  были включены в состав платы за содержание жилья; впоследствии повышены ставки  НДС. Неблагоприятное финансовое положение Общества усугубилось весной 2020 года в  связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19, когда  собираемость с населения платежей за коммунальные услуги снизилась до критического  уровня, работа ООО «ЖКО» была частично приостановлена, возникли иные трудности  экономического, технологического и организационного характера; Общество  функционировало в условиях острой нехватки оборотных средств; установленный размер  тарифов на услуги не покрывал фактических расходов на их оказание, однако  администрация муниципального образования настаивала на сохранении действующего  тарифа с целью недопущения социальной напряженности в регионе. Большая часть  кредиторской задолженности, отраженной в бухгалтерской отчетности должника,  составляла долги граждан по оплате коммунальных услуг, ее возникновение не связано  напрямую с результатами хозяйственно-финансовой деятельностью Общества.  

Суды не выявили извлечения контролирующими лицами какой-либо личной выгоды  из деятельности должника, нецелевого расходование денежных средств. Напротив, как  установили судебные инстанции, руководством Общества принимались меры по  восстановлению его платежеспособности. Создание ООО «Парус» обусловлено  необходимостью поддержания условий для оказания населению жилищно-коммунальных  услуг и связано отзывом решением Инспекции государственного жилищного надзора  Владимирской области от 27.03.2020 № 163 у ООО «ЖКО» лицензии на осуществление  деятельности по управлению многоквартирными домами, что полностью парализовало  финансово-хозяйственную деятельность последнего; все многоквартирные дома,  находившиеся в управлении Общества, были исключены из реестра лицензий, после чего  Общество лишь исполняло обязанности по управлению ими до выбора новой  управляющей компании. В 2020 и 2021 годах собственниками имущества  многоквартирных домов приняты решения об избрании ООО «Парус» новой управляющей  организацией, которая являлась самостоятельным субъектом экономической деятельности,  не получала каких-либо активов и иной выгоды от ООО «ЖКО»; с начала осуществления  своей деятельности ООО «Парус» несло все расходы самостоятельно, перевода  производственных активов от должника не осуществлялось.  

Суды пришли к выводу о том, что совершенные контролирующими лицами  действия не выходили за пределы обычного предпринимательского риска. Отклонения  действий ответчиков от стандартов разумного и добросовестного поведения суды не  выявили.  

Таким образом, конкурсный управляющий не раскрыл и не доказали состав  презумпции, содержащейся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  совершения контролирующими лицами действий, повлекших невозможность погашения  

требований кредиторов, вследствие чего у судов не имелось оснований для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности по правилам указанной нормы.  

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по  спору фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств.  Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических  обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.  

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно,  представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в  обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной  жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Вопрос о распределении государственной пошлины за рассмотрение кассационной  жалобы судом округа не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче  кассационных жалоб на судебные акты по данной категории споров не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского  округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 24.05.2023 и постановление  Первого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А11-7390/2020  оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с  ограниченной ответственностью «ЖКО» ФИО3 – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  Е.В. Елисеева 

Судьи  С.В. Ионычева  Л.В. Кузнецова