СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                 Дело № А27-8928/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 03 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 февраля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                       Вагановой Р.А.,

судей                                                                       Марченко Н.В., 

                                                                                Сухотиной В.М.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1 в судебном заседании в режиме веб-конференции рассмотрел апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Копир-Техно» (№ 07АП-12135/2022 (3)) на решение от 16.10.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-8928/2022 (судья Куликова Т.Н.)    

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Трансогнезащита», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Копир-Техно», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным договора новации № 1 от 27.01.2022 и применении последствий его недействительности, 

третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, индивидуальный предприниматель ФИО2, г. Кемерово (ОГРНИП 320420500029403, ИНН 

<

***>), ФИО3, ФИО4.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца: ФИО5 по доверенности № 01 от 17.05.2023, паспорт, диплом (в режиме веб-конференции); 

от ответчика: ФИО6 по доверенности № 17-10/2022 от 17.10.2022 (на три года), паспорт, удостоверение адвоката (в режиме веб-конференции); 

ИП ФИО2, паспорт (в здании суда), представитель ФИО7, удостоверение адвоката, ордер № 215 от 03.04.2024, в судебном заседании получено устное согласие доверителя на представление интересов (в здании суда);

от иных лиц: не явились (извещены).

Суд

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Трансогнезащита» (далее – ООО «Трансогнезащита», истец) обратилось в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Копир-Техно» (далее – ООО «Копир-Техно», ответчик, апеллянт) о признании недействительным договора новации №1 от 27.01.2022 и применении последствий его недействительности. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуальный предприниматель ФИО2, ФИО3, ФИО4. 

Решением от 16.10.2023 Арбитражного суда Кемеровской области исковые требования удовлетворены: признан недействительным договор новации № 1 от 27.01.2022, подписанный между ООО «Трансогнезащита» и ООО «Копир-Техно»; применены последствия недействительности договора новации № 1 от 27.01.2022, с ООО «Копир-Техно» в пользу ООО «Трансогнезащита» взыскано 1 284 554,16 руб., 6 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, 38 108 руб. расходов по оплате судебной экспертизы.

Не согласившись с судебным актом, ООО «Копир-Техно» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы ее податель ссылается на ошибочность выводов суда первой инстанции о необходимости одобрения крупной сделки; необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайства ответчика о назначении повторной экспертизы; выход за пределы заявленных истцом исковых требований. Также податель жалобы ссылается на необоснованность выводов суда первой инстанции о недействительности договора новации, сделанных на основании исследования только дополнительного соглашения к нему, без фактического исследования договора новации.

Истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В ходе разрешения апелляционной жалобы ответчик заявил о проведении повторной судебной экспертизы на предмет установления факта фальсификации дополнительного соглашения № 1 от 28.01.2022.

Согласно части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Применительно к ходатайству о назначении повторной экспертизы должно быть приведено обоснование того, что выводы экспертов являются необоснованными либо противоречивыми. Однако анализ экспертного заключения не вызывает сомнений в его обоснованности или наличия противоречий в выводах по результатам экспертизы.

Принимая во внимание недоказанность доводов о возможной необоснованности заключения, ходатайство ответчика о назначении повторной судебной экспертизы признано судом апелляционной инстанции не подлежащим удовлетворению.

Кроме того, непосредственно в судебном заседании третьим лицом индивидуальным предпринимателем ФИО2 заявлено о фальсификации договора поставки № 4тоз от 24.12.2021, Приложения № 1 к нему (спецификация), а также универсального передаточного документа № 10 от 27.12.2021.

Лицам, участвующим в деле, апелляционным судом разъяснены уголовно-правовые последствия сделанного заявления.

На вопрос суда о намерении исключить указанные документы из числа доказательств по делу истец ответил отрицательно, в связи с чем апелляционная коллегия приступила к проверке заявления о фальсификации доказательств. 

Под фальсификацией доказательств арбитражным судом понимается подделка либо фабрикация лицом, участвующим в деле, либо его представителем вещественных и (или) письменных доказательств (документов, протоколов и т.п.). Фальсификация письменных и вещественных доказательств может производиться в различных формах: посредством внесения в документ исправлений, подчисток, недостоверных сведений с целью изменения его содержания или составление (фабрикация) документа.

Заявление о фальсификации представляет собой письменно зафиксированное утверждение лица, участвующего в деле, о подложности доказательства, представленного в дело его процессуальным противником, с целью полного устранения этого доказательства из общего круга доказательств, подлежащих судебной оценке при принятии решения.

Указанное заявление, оформленное и поданное в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит обязательной проверке, иначе условия для установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, не могут считаться созданными судом (постановление Президиума ВАС РФ от 25.06.2013 № 1095/13).

Суд самостоятельно определяет способы проверки доводов заявителя, и не связан мнением участвующих в деле лиц относительно этих способов, а также наличием или отсутствием ходатайств об истребовании доказательств, назначении экспертизы, привлечении к участию в деле третьих лиц и пр.

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации достоверность заявления о фальсификации доказательств может быть проверена путем собирания судом любых допустимых, относимых и достоверных доказательств, накопление которых в определенную совокупность может быть признано судом достаточным для окончания проверки подлинности оспариваемого доказательства.

Другими словами, активная дискреция суда при проверке заявления о фальсификации доказательств существенно расширяется, поскольку с одной стороны, суд должен проверить оспариваемую подлинность доказательства с целью защиты добросовестного участника процесса, против которого это доказательство обращено, с другой, напротив, противостоять возможному использованию формального процессуального механизма в недобросовестных целях, в частности, для затягивания рассмотрения спора или ухода от исполнения гражданско-правового обязательства, а равно освобождения от ответственности за его нарушение.

Изучив материала дела, сопоставив представленные доказательства с поведением сторон в ходе настоящего судебного процесса, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для назначения судебной экспертизы с целью проверки заявления о фальсификации названных документов.

Факт заключения договора поставки № 4тоз от 24.12.2021 сторонами не оспаривается. Договор новации, вопрос о недействительности которого является предметом рассмотрения суда, содержит прямые ссылки на договор поставки № 4тоз от 24.12.2021. Доводов о фальсификации договора новации лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Вместе с тем ответчик, равным образом как и индивидуальный предприниматель ФИО2, договор поставки № 4тоз от 24.12.2021 в иной редакции, нежели предложенной истцом, на обозрение суда не предоставили.

В этой связи, суд полагает возможным проверить заявление о фальсификации путем сопоставления оспариваемых доказательств с иными документами, имеющимися в деле, подлинность которых никем не оспаривается.

Более того, учитывая стоимость проведения экспертизы, изложенную в ответе Федерального бюджетного учреждения Томская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации № 6-297 от 27.03.2024, а также количество подписей проставленных ИП ФИО2 в тексте документов, о фальсификации которых заявлено, коллегия не усматривает доказательств внесения достаточной суммы для оплаты экспертного исследования на депозит суда.

С учетом изложенного, сопоставив документы, подлинность которых оспаривается третьим лицом, с договором новации, пояснениями лиц, участвующих в деле, данными при рассмотрении дела в суде первой инстанции, а также учитывая то, что ранее представленные в материалы дела копии соответствующих документов ИП ФИО2 не оспаривались (заявлено о фальсификации подлинных документов, представленных истцом в суд апелляционной инстанции), апелляционный суд признал заявление о фальсификации доказательств необоснованным. 

ФИО3 и ФИО4, привлеченные к участию в настоящем деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей в судебное заседание апелляционной инстанции не обеспечили.

В порядке части 1 статьи 266, частей 1, 3, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие указанных лиц.

Заслушав представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции усматривает основания для изменения обжалуемого судебного акта за несоответствием обстоятельствам спора, учитывая нижеследующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 24.12.2021 между истцом (поставщиком) и ответчиком (покупателем) заключен договор поставки № 4тоз, по условиям которого истец осуществлял поставку товара, а ответчик был обязан оплатить поставленный товар в течение 15 банковских дней с даты поставки.

Предусмотренный договором поставки товар на сумму 1 284 554,16 руб. поставлен 27.12.2021, что подтверждается УПД № 10 от 27.12.2021.

28.02.2022 у истца сменился единоличный исполнительный орган, полномочия управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 были прекращены, генеральным директором назначена ФИО8.

Приступив к своим обязанностям, генеральный директор ФИО8 в адрес ООО «Копир-Техно» направила письмо с требованием погашения задолженности по договору поставки № 4тоз.

Ответчик свою задолженность по договору не признал, направив в адрес истца копию оспариваемого договора новации № 1 от 27.01.2022, подписанного на момент его заключения ИП ФИО2, согласно которому обязательства ответчика по оплате товара на сумму 1 284 554,16 руб. заменяются на обязательства по возврату займа не позднее 15.12.2027 , а в случае возврата займа до 15.12.2027, ответчик освобождается от уплаты процентов, из расчета 0,01 процента годовых.

Истец, полагая, что оспариваемый договор заключен в ущерб его интересам и противоречит пункту 4.1 Устава Общества, который предусматривает целью деятельности общества получение прибыли и насыщение рынка товарами и услугами, в то время как указанная сделка по новации долга не направлена ни на получение прибыли, ни на насыщения рынка товарами и услугами, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - Постановление № 27), при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и Законом № 14-ФЗ порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (далее - сделки с заинтересованностью), - пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона № 14-ФЗ) с учетом особенностей, установленных указанными законами.

Согласно пункту 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия органа юридического лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

При этом как разъяснено в пункте 21 Постановления № 27, для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков:

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Помимо названного основания недействительности сделки, совершенной обществом с ограниченной ответственностью, пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 Постановления № 25 разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

При этом следует иметь в виду, что товарно-денежные отношения, регулируемые гражданским правом, основываются, как правило, на равноценности обмениваемых благ, поэтому определяющими признаками этих отношений являются возмездность и эквивалентность встречного предоставления, тем более, если речь идет о предпринимательских правоотношениях. Нарушение указанных принципов при совершении большинства сделок дестабилизирует гражданский оборот (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567).

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, исходя из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса истца на 31.12.2021, установил, что оспариваемый договор имеет как количественные, так и качественные признаки крупной сделки, что в отсутствие соответствующего согласия правомочного органа управления хозяйственного общества влечет недействительность сделки. 

Более того, как обоснованно отметил суд первой инстанции, из содержания договора новации от 27.01.2022 следует, что он заключён без цели получения какой-либо выгоды от размещения денежных средств, поскольку в результате заключения договора новации, кредитор предоставлял должнику денежные средства на длительный срок (более пяти лет) без уплаты процентов за пользование данным денежными средствами весь период (пункту 2.3 договора новации), без предоставления какой-либо встречной выгоды.

Апелляционная коллегия не находит оснований полагать иначе.

Вместе с тем довод апелляционной жалобы об отсутствии необходимости в одобрении договора займа как крупной сделки отклоняется как не основанный общих началах правового регулирования соответствующих отношений и прямо противоречащий содержанию абзаца 2 части 1 статьи 46 Закона № 14-ФЗ.

Также апелляционной коллегией не принимаются и доводы апеллянта относительно выхода судом первой инстанции за пределы исковых требований, поскольку определение последствий недействительности сделки находится в исключительной компетенции суда, в связи с чем последний не связан буквальным содержанием просительной части искового заявления.

В то же время, суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования в полном объеме, сообразно положениям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, восстановил первоначальное положение сторон, фактически констатировав наличие задолженности ответчика перед истцом, а также обеспечив управомоченную сторону возможностью обратиться за принудительным исполнением судебного акта. 

Ответчик же, в свою очередь, не был лишен права возражать против размера задолженности, определенной истцом на стадии формулирования исковых требований, как против последствий недействительности сделки.

Вместе с тем апелляционный суд обращает внимание на то, что определяя первоначальное положение сторон по отношению друг к другу до момента заключения оспариваемого договора для целей применения последствий его недействительности, суд первой инстанции не учел, что до вынесения судебного решения платежным поручением № 10 от 27.01.2023 договор новации частично исполнен на сумму 109 187,10 руб. (представлено в электронном виде с возражениями ООО «Копир-Техно» 30.01.2024). До настоящего момента денежные средства ответчику не возвращены, в счет погашения иной задолженности зачтены не были.

В этой связи, приводя стороны в первоначальное положение по отношению друг к другу, суд первой инстанции не учел, что восстановленная по решению задолженности частично погашена и не подлежит взысканию в полном объеме, что является основанием для изменения судебного акта в сторону уменьшения присужденных в пользу истца денежных средств.

Ссылки истца на дополнительное соглашение № 1 от 28.01.2022 представляются неубедительными, поскольку достоверность последнего успешно оспорена истцом в ходе разбирательства в суде первой инстанции. 

По делу назначена техническая экспертиза с целью установления давности выполнения реквизитов документа, производство которой поручено проведение судебной экспертизы экспертам федерального бюджетного учреждения Кемеровская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО9 или ФИО10.

На разрешение эксперта судом поставлены следующие вопросы:

1. Установить дату нанесения подписей и оттисков печати в дополнительном соглашении №1 от 28.01.2022 к договору новации от 27.01.2022, представленного в дело 01.11.2022 (копия представлена 12.09.2022).

2. Установить фактический промежуток времени между созданием договора новации от 27.01.2022 и дополнительным соглашением №1 от 28.01.2022.

3. Подвергалось ли дополнительное соглашение №1 от 28.01.2022 к договору новации от 27.01.2022 искусственному старению.

По результатам проведённой по делу экспертизы в дело поступило заключение №602/6-3, в котором экспертами по вопросам сделаны следующие выводы:

1. Время выполнения подписи от имени ФИО2 в дополнительном соглашении №1, датированном 28.01.2022 к договору новации №1, датированному 27.01.2022, не соответствует указанной дате - 28.01.2022. Запись выполнена не ранее июля 2022 года.

Установить, время выполнения подписи от имени ФИО11, оттисков печатей ООО «ТрансОгнеЗащита» и «ООО «Копир-Техно» в дополнительном соглашении №1, датированном 28.01.2022 к договору новации №1 не представляется возможным, в связи с тем, что указанные реквизиты являются непригодными для определения времени их нанесения.

2. Установить промежуток времени между созданием договора новации №1, датированным 27.01.2022, и дополнительным соглашением №1, датированным 28.01.2022, не представляется возможным связи с тем, что договор новации №1, датированный 27.01.2022, непригоден для исследования с целью определения давности нанесения его реквизитов.

3. Дополнительное соглашение №1, датированное 28.01.2022 к договору новации №1, датированному 27.01.2022, подвергалось агрессивному световому и/или термическому воздействию. Увлажнению, химическому или механическому воздействию исследуемое дополнительное соглашение №1 не подвергалось.

На основании части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

В соответствии с абзацами вторым и третьим части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание. Эксперт после оглашения его заключения вправе дать по нему необходимые пояснения, а также обязан ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда.

Согласно положениям статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов (часть 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из буквального толкования приведенных выше норм права, в совокупности с рекомендациями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Апелляционный суд, проанализировав экспертное заключение на предмет соответствия требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и принимая его в качестве относимого и допустимого доказательства, исходит из того, что оно соответствуют требованиям, предъявляемым законом, экспертами полно и всесторонне исследованы представленные по делу доказательства, даны подробные пояснения по вопросам, поставленным на разрешение. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертами при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, в материалы дела не представлено; противоречий выводов экспертов иным имеющимся в деле доказательствам и необходимости их дополнений или разъяснений судом апелляционной инстанции не установлено, в том числе и оснований для проведения по делу повторной (дополнительной) экспертизы.

Экспертное заключение подготовлено лицами, обладающими соответствующей квалификацией для исследований подобного рода; процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, сторонами об отводе экспертов заявлено не было. Нарушений при назначении экспертизы не выявлено, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных заключений, о чем дана подписка.

При этом доводы, заявленные апеллянтом против экспертного заключения, преимущественно сводятся к формальным несоответствиям установленным требованиям, никак не влияющим на достоверность и обоснованность выводов судебных экспертов. Утверждения ответчика в части методологии проведенного исследования расцениваются судом как противоречащие содержанию самого заключения, содержащего в себе подробное процесса отбора материала и его изучения, в том числе, с указанием применяемых способов и приемов. Несогласие ответчика с примененными в ходе исследования методами не может служить достаточным основанием для отклонения судом экспертного заключения как доказательства по делу.

Довод апеллянта о противоречивости вывода экспертов в части изменения цвета люминисценции бумаги не основан на буквальном содержании заключения. Несоответствие, на которое указывает податель жалобы, фактически представляет собой последовательное изложение процесса изучения разных составляющих объекта экспертизы (бумага документа и состав красителей) с использованием различных методов. 

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит изменению в части взысканной в порядке применения последствий недействительности сделки задолженности в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску и по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на ответчика, поскольку требование неимущественного характера, предъявленное истцом, удовлетворено, правила о пропорциональном распределении расходов не применяются.

Руководствуясь статьями 110, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 16.10.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-8928/2022 изменить в части применения последствий недействительности сделки, изложив абзац третий резолютивной части решения следующим образом:

«Применить последствия недействительности договора новации № 1 от 27.01.2022: взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Копир-Техно», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Трансогнезащита», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 1 175 367 руб. 06 коп., а также взыскать 6 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, 38 108 руб. расходов по оплате судебной экспертизы».

В остальной части решение от 16.10.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-8928/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Копир-Техно» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

 

Председательствующий                                                                        Р.А. Ваганова

 

Судьи                                                                                                      Н.В. Марченко

 

                                                                                                                          В.М. Сухотина