АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9096/15 

Екатеринбург

27 марта 2023 г.

 

Дело № А50-23876/2014

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Шавейниковой О.Э., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола помощником судьи Яковлевой Е.А. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилинское» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Новое время» и ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 19.09.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие конкурсный управляющим обществом с ограниченной ответственностью «Жилинское» ФИО1 (паспорт). 

В судебном заседании в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде приняли участие ФИО2 (паспорт), представитель общества с ограниченной ответственностью «Новое время» (далее – общество «Новое время» – ФИО3 (паспорт, доверенность от 20.12.2022), ФИО4 (паспорт), представитель ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 23.03.2022).

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняла участие ФИО6 (паспорт).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 26.05.2015 общество с ограниченной ответственностью «Жилинское» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий). 

Конкурсный управляющий 25.05.2016 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В арбитражный суд 25.05.2016 обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении ФИО7, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кроме того, 30.10.2017 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с ФИО4 и ФИО8.

Определением суда от 29.07.2019 объединены заявления конкурсного управляющего к ФИО7, ФИО4, ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности, к ФИО8, ФИО4 о взыскании убытков в одно производство.

Определением суда от 26.02.2021 произведена замена кредитора акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный        банк» (далее – общество «Россельхозбанк») его правопреемником ФИО6 в правоотношениях, установленных определениями суда от 11.09.2015, от 29.11.2016 по настоящему делу, исключены из реестра требований кредиторов должника требования кредитора третьей очереди акционерного общества «Россельхозбанк» в сумме 210 688 руб. 33 коп. задолженности, 20 595 руб. 51 коп. основного долга, 9 803 руб. 02 коп. финансовых санкций, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредитора ФИО6 в сумме 210 688 руб. 33 коп. задолженности, 20 595 руб. 51 коп. основного долга, 9 803 руб. 02 коп. финансовых санкций. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2021 определение Арбитражного суда Пермского края от 26.02.2021 по делу № А50-23876/2014 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.09.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022, требования конкурсного управляющего к ответчикам ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО8 оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий, общество «Новое время» и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами.

Общество «Новое время» указывает, что судами допущено неправильное толкование части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку суды допустили пересмотр фактических обстоятельств, уже установленных судами ранее в рамках других обособленных споров, в частности определением суда от 24.07.2017. Кассатор утверждает, что наличие корпоративного конфликта не является основанием для освобождения другой стороны корпоративного конфликта от ответственности, установленной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) по обязательствам перед независимыми кредиторами. Кроме того, общество «Новое время» считает, что судами дана неверная оценка фактическим обстоятельствам дела, а также, что выводы судов противоречат представленным в материалы дела доказательствам.

Согласно изложенным в кассационной жалобе ФИО2 доводам, суды допустили нарушение положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку опровергли установленный определением суда от 24.07.2017 факт нанесения убытков должнику, указав на то, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о гарантированной продаже спорного имущества должника по более высокой цене. Кассатор считает, что суды не установили иных причин и или их влияния на наступление банкротства должника, помимо корпоративного конфликта, недобросовестность и неразумность действий ответчиков, чего недостаточно для рассматриваемого спора.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ссылается на то, что при наличии неисполненных обязательств должника, действия ФИО2 и аффилированного к нему лица по инициированию дела о банкротстве соответствовали действующим на момент подачи заявления нормам и правовой позиции, а также, что возможность взыскания убытков в рамках дела о банкротстве не зависит от статуса кредиторов, размера их требований. Заявитель жалобы утверждает, что обжалуемые судебные акты не содержат сведений о том, на основании изучения каких доказательств суды пришли к выводу, отличному от вывода суда, содержащегося в определении от 24.07.2017.

В отзывах на кассационные жалобы ФИО8, ФИО4 просят в удовлетворении кассационных жалоб отказать. 

ФИО6 доводы кассационных жалоб поддерживает, просит кассационные жалобы удовлетворить.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителей кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 16.05.2003 с присвоением основного государственного регистрационного номера 1035901598798, о чем свидетельствует выписка из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). Основным видом деятельности должника являлось выращивание однолетних кормовых культур (код ОКВЭД 01.19.1).

Участниками должника в период с 24.04.2007 по 10.09.2013 являлись: ФИО2 с долей участия 35 %, ФИО10 с долей участия 30 %, ФИО4 с долей участия 35 %, состав участников подтверждается решением общего собрания учредителей должника от 24.04.2007.

В период с 21.08.2011 по 10.09.2013 учредителями должника являлись: ФИО2 с долей участия 35 %, ФИО7 с долей участия 30 %, ФИО4 с долей участия 35 %.

Вхождение в состав участников ФИО7 подтверждается свидетельством о праве собственности от 21.08.2011 серии 59 АА 0571587 и свидетельством о праве на наследство от 21.08.201 серии 59 АА 0571588.

На дату открытия конкурсного производства и по настоящее время участниками должника являются: ФИО7 с долей участия 30 %, ФИО4 с долей участия 35 %, ФИО2 с долей участия 35 %.

Из материалов дела следует, что лицами, имеющими право действовать без доверенности (директор) должника являлись: 1. ФИО11 с 19.02.2007 (протокол от 18.01.2007 общего собрания участников, запись в ЕГРЮЛ 19.02.2007) по 17.06.2014, согласно записи в ЕГРЮЛ; 2. ФИО9 с 17.06.2014 (протокол от 10.09.2013 № 1 общего собрания участников и протокол от 22.11.2014 № 1), по 25.05.2015 (дата утверждения конкурсного управляющего).

По мнению конкурсного управляющего, фактически полномочия директора должника ФИО12 исполнял до 13.06.2009, несмотря на то, что 30.03.2010 на собрании участников должника принято, в том числе, решение о продлении полномочий директора ФИО12 на три года, что подтверждается протоколом от 30.03.2010 № 10. Договор на новый срок с ФИО12 не был заключен. Конкурсный управляющий полагает, что после 13.06.2009 ФИО12 находился на должности руководителя номинально, что подтверждается, в том числе, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 27.04.2015 по делу № А50- 24968/2014.

Общим собранием участников должника 10.09.2013 в составе ФИО4, и действующим по доверенности от имени ФИО7 ФИО8 принято решение о назначении на должность директора общества ФИО9, ФИО2 не принимал участие в собрании, уведомление о проведении собрания ему не направлялось, решение оформлено протоколом от 10.09.2013 № 1.

На основании указанного решения 06.06.2014 в Межрайонную ФНС №17 по Пермскому краю подано заявление по форме № 14001 о назначении директором ФИО9, а также 17.06.2014 в ЕГРЮЛ внесены сведения о том, что директором должника является ФИО9

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.10.2014 по делу № А50-12846/2014 решение о назначении директором ФИО9, оформленное протоколом от 10.09.2013 №1, признано недействительным. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2015 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

ФИО4 и ФИО8, действующим от имени ФИО7, 22.11.2014 вновь принимается решение о назначении на должность директора должника ФИО9, решение оформлено протоколом от 22.11.2014 № 1.

Постановлением арбитражного апелляционного суда от 15.03.2016 по делу № А50-1192/2015 решение о назначении директором ФИО9, оформленное протоколом от 22.11.2014 №1, признано недействительным.

В период полномочий ФИО9, от имени должника в лице директора ФИО9 06.10.2014 выдана генеральная доверенность на имя ФИО8, являющегося сыном ФИО7

Согласно сведениям налогового органа, за 2008 – 2009 г.г. должник предоставил в налоговый орган справки о доходах физических лиц формы 2-НДФЛ по 5 физическим лицам, за 2010 – 2014 г.г. справки о доходах физических лиц формы 2-НДФЛ не предоставлены, среднесписочная численность работников, предоставленная должником в налоговый орган после 2010 года, снизилась с шести сотрудников до одного в 2011 – 2012 г.г.

Должник с 01.01.2007 (уведомление от 26.12.2006 № 1426) применял упрощенную систему налогообложения, с объектом налогообложения доходы минус расходы.

Из представленной должником налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, следует, что за 2008 г. доходы от деятельности снизились с 4 млн.руб. (2009 г.). до 1 млн.руб (2011 г.), за 2012 – 2014 г.г. налоговые декларации по единому налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, должником не предоставлялись.

Из анализа выписки с расчетного счета следует, что деятельность по основному ОКВЭД не ведется с января 2011 года, так как за период с 01.01.2011 по 01.2013 организация не имела поступлений от выручки.

Последняя бухгалтерская отчетность (до процедуры банкротства) формы № 1 «БАЛАНС» (вх.рег. № 8355753) и формы № 2 «Отчет о прибылях и убытках» (вх.рег. № 8355760) представлены 23.04.2009 должником за 1 квартал 2009 года, за 2010 – 2014 г.г. бухгалтерская отчетность не предоставлялась.

По данным Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и Картографии по Пермскому краю за должником в период его деятельности зарегистрированы на праве собственности 4 земельных участка сельскохозяйственного назначения.

Согласно предоставленной должником 01.02.2012 в налоговый орган декларация по транспортному налогу за 2011 год (рег. № 13006605) транспортный налог исчислен налогоплательщиком в сумме 35 700 руб. исходя из 13 единиц техники.

По данным Государственной инспекции по надзору за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники по Пермскому краю по состоянию на 27.01.2015 за должником зарегистрировано 12 единиц техники, из них 3 прицепа тракторных 2ПТС-4, 1991 г.в.

Период фактического выбытия транспортных средств установлен только в отношении 3-х единиц транспорта – трактора БЕЛАРУС-82.1, 2007 г.в., которые проданы ФИО13 по договорам купли – продажи от 30.10.2014 № 1/14, 2/14, 3/14 за 845 000 руб.

Сведения о месте нахождения остальных единиц транспорта, дата регистрации начала владения по которым у должника датирована 1986, 1990, 1991, 2002, 2004, 2006 г.г., отсутствуют.

Фактическое наличие техники не подтверждено. Предпринятые конкурсным управляющим меры, направленные на розыск транспортных средств, в том числе в рамках уголовного дела, не дали результата.

Конкурсным управляющим установлено, что по состоянию на 13.11.2013 должник имел следующее имущество, включенное в конкурсную массу: земельный участок, земли сельскохозяйственного назначения, для сельскохозяйственного использования, площадь 3 024 кв.м, кадастровый номер 59:24:3730102:39; земельный участок, земли сельскохозяйственного назначения, для сельскохозяйственного использования, площадь 349 491 кв.м, кадастровый номер 59:24:3570101:2172; земельный участок, земли сельскохозяйственного назначения, для ведения сельскохозяйственного производства, площадь 20 630 кв.м, кадастровый номер 59:24:3730102:550; земельный участок, земли сельскохозяйственного назначения, для сельскохозяйственного использования, площадь 843 520 кв.м, кадастровый номер 59:24:3730102:513; самовольно построенное здание цеха по адресу: Пермский край, Кунгурский район, село Жилино; напольная сушилка; ролликовый транспортер (без мотора) 12м.; бункер 5 тонн в количестве 3 шт.; теплогенератор ТГ-10; емкость 4 м3, гидрораспределитель (без мотора), культиватор КПС в количестве 2 штук, металлический шифер (листы) 300Х60см в количестве 13 шт., стойка (труба) от вертикальной нории в количестве 3 шт., ковшовой транспортер от нории, сеялка СЗТ 3,6 в количестве 2 шт., плуг ПЛМ, нория вертикальная.

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов включены требования следующих кредиторов: ФИО6 в сумме 210 688 руб. 33 коп. задолженности, 20 595 руб. 51 коп. основного долга, 9 803 руб. 02 коп. финансовых санкций (первоначальный кредитор общество «Россельхозбанк», задолженность возникла в связи с неполным исполнением обязательств по кредитному договору от 30.06.2008 № 087600/0002 и состоит из 20 595 руб. 51 коп. процентов за пользование кредитом и 9 803 руб. 02 коп. финансовых санкций, сумма основного долга по состоянию на 11.09.2015 погашена, требования на сумму 210 688 руб. 33 коп. возникли в связи с признанием сделок по исполнению решения арбитражного суда Пермского края от 25.07.2013 по делу № А50-3749/2013 о взыскании с должника задолженности по договору от 30.06.2008 № 087600/0002 недействительными); индивидуального предпринимателя ФИО2 по возврату суммы займа по договору процентного займа от 25.06.2008 № 34 в общей сумме 2 453 600 руб. 29 коп., в том числе 2 089 263 руб. 56 коп. основного долга и 364 336 руб. 73 коп. финансовых санкций; общество «Новое время» по возврату неосновательного обогащения в общей сумме 561 088 руб. 54 коп., в том числе 461 000 руб. основного долга, 14 221 руб. 77 коп. судебных расходов, 100 088 руб. 54 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами; обязательства перед закрытым акционерным обществом «ИТ-Бизнес» (далее – общество «ИТ-Бизнес) (правопреемник индивидуального предпринимателя ФИО2) по возврату неосновательного обогащения в сумме 6 000 000 руб. основного долга; требование ФНС России в сумме 271 971 руб. 55 коп. (возникло в связи с несчастным случаем на производстве и является обязанностью по выплате капитализируемых платежей, что подтверждается справкой о задолженности по платежам в ФСС РФ; расчет размера капитализируемых платежей для обеспечения по обязательному соцстрахованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний при ликвидации (банкротстве); выписка из приложения к приказу от 31.12.14; приказ от 31.12.14 № 10139-В о перерасчете ежемесячных страховых выплат в связи с индексацией; свидетельство о рождении на ФИО14; акт о несчастном случае на производстве № 1).

Полагая, что ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО8 не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также, указывая, что ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО8 совершены действия по доведению должника до несостоятельности (банкротства), в частности путем захвата управления должником ФИО4, ФИО7, заключения ФИО8 от именно должника договоров купли-продажи имущества, а также не передачей документов, сведений, имущества конкурсному управляющему, последний обратился в суд с рассматриваемыми требованиями, ссылаясь на положения пункта 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В размер субсидиарной ответственности за не передачу документов, сведений, имущества конкурсный управляющий включил: – 513 058 руб. 41 коп. – требования не аффилированных лиц; – 2 251 700 руб. 92 коп. – требования по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер субсидиарной ответственности за совершение сделок должника определен в сумме 1 079 238 руб. 98 коп.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанции исходили из следующего.

Судами установлено, что в рассматриваемом споре подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО7, ФИО4, ФИО9, ФИО8 должны были подать заявление о признании должника банкротом до 13.12.2014, так как 13.11.2013 наступило объективное банкротство, возникновение которого конкурсный управляющий связывает с проведением 13.11.2013 собрания участников, на котором ФИО2 обратился с заявлением к участникам общества ФИО4 и ФИО7 (ФИО8) с предложением погасить задолженность перед ним путем передачи ранее приобретенных у него двух земельных участков, а в случае непогашения задолженности обратиться с заявлением о признании должника банкротом, суды, принимая во внимание пояснения ФИО4 о том, что на 13.11.2013 ФИО4 и ФИО7, не имели сведений о финансовом положении должника для проверки доводы ФИО2 о наступлении признаков банкротства и необходимости подачи заявления в суд, установили, что в материалы дела не представлены документы, подтверждающие предоставление ФИО2 участникам ФИО4 и ФИО7 указанных документов и сведений, при том, что в рамках настоящего дела конкурсным управляющим представлен лишь расчет о размере долга должника перед ФИО2, основанный на судебных актах, вынесенных уже после 13.11.2013.

Кроме того, судами принято во внимание, что по результатам проведенной комиссионной экспертизы, согласно заключений экспертов от 31.03.2022 № 980 индивидуального предпринимателя ФИО15 и Пермской Торгово-промышленной палаты № 245-03/22 определена рыночная стоимость на 13.11.2013: земельного участка земель сельскохозяйственного назначения кадастровый номер: 59:24:3730102:39 – 21 380 руб.; 23 000 руб.; земельного участка земель сельскохозяйственного назначения кадастровый номер: 59:24:3730102:550 – 138 427 руб.; 157 000 руб.; земельного участка земель сельскохозяйственного назначения кадастровый номер 59:24:3730102:513 – 5 466 010 руб.; 5 584 000 руб.; земельного участка, земли без категории назначения 59:24:3570101:2172 – 2 264 702 руб.; 2 314 000 руб., а также, что все недвижимое имущество должника, цена которого на период приобретения должником составляла более 18 млн. руб., передано в счет вознаграждения конкурсного управляющего путем подписания соглашения об отступном.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, в том числе позиции лиц, участвующих  в деле, суды отметили, что в основании заявленных требований лежит корпоративный конфликт, следовательно, предмет настоящих требований по сути своей направлен на защиту одной стороны корпоративного спора, которая инициировала дело о банкротстве, пытаясь переложить финансовые последствия на противоположную сторону конфликта.

При этом судами также учтено, что в реестр требований кредиторов должника включены требования аффилированных лиц: индивидуального предпринимателя ФИО2 и аффилированных с ним лиц: закрытого акционерного общества «ИТ-Бизнес», общества «Новое время» в общей сумме 9 028 910 руб. 60 коп., при том, что заявителем по делу о банкротстве является именно кредитор ФИО2, являющийся стороной корпоративного конфликта, требования независимых кредиторов, в том числе ФИО6 являются незначительными по сравнению с требованием стороны корпоративного конфликта (210 688 руб. 33 коп. задолженности, 20 595 руб. 51 коп. основного долга, 9 803 руб. 02 коп. финансовых санкций), явились следствием введения процедуры банкротства, требования ФНС России в сумме 271 971 руб. 55 коп. возникло в связи с несчастным случаем на производстве и является обязанностью по выплате капитализируемых платежей (в связи с несчастным случае на производстве 31.12.2014).

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями к ним, принимая во внимание правовую позицию, изложенную в пункте 13 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2020, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, установив наличие корпоративного конфликта, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, и подтверждается, в том числе, возбужденным уголовным делом № 1560, учитывая наличие вступивших в законную силу судебных актов об истребовании документов, печатей и материальных ценностей у ФИО9 (решение Арбитражного суда Пермского края от 27.04.2015 по делу № А50-24968/2014, определение суда от 02.02.2015 по настоящему делу, определение суда от 13.07.2015 по настоящему делу), которые никем не оспаривались, а также, что ФИО12 при рассмотрении настоящего спора признал, что не составлял акты передачи документов, исходя из того, что в материалы дела не представлено доказательств сокрытия ответчиками сведений об имуществе должника, нарушения правил сохранности документации утрате документов вследствие их виновных действий, при том, что конкурсный управляющий не указывает на отсутствие конкретных документов, которые должны были иметься у должника, равно как и не может подтвердить, что отсутствие таких документов привело к невозможности осуществления расчетов с кредиторами должника, при том, что кредиторы являются стороной конфликта, суды заключили, что негативные последствия, наступившие для должника в виде банкротства сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) контролирующих должника лиц, с учетом чего пришли к выводу, что конкурсным управляющим не доказана вина и причинно-следственая связь между действиями ответчиков и доведением должника до банкротства.

Относительно доводов конкурного управляющего о заключении ФИО8, действовавшим на основании доверенности убыточных договоров купли-продажи имущества от 30.10.2014 № 1/14, 2/14, 3/14 суды пришли к следующим выводам.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что определением суда от 24.07.2017 договоры купли-продажи имущества от 30.10.2014 №1/14, 2/14, 3/14 признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок: с ФИО13 в пользу должника взыскано 1 320 000 руб., при этом судами при рассмотрении данного обособленного спора установлено, что сделки совершены на нерыночных условиях в целях причинения вреда кредиторам должника, а также, что размер убытков, причиненных данными сделками, составляет 445 000 руб.

Кроме того, судами также принято во внимание, что 12.11.2014 ФИО8 от имени должника с ФИО16 заключен договор купли-продажи имущества № 4/14, по которому передано имущество на сумму 270 000 руб., в этот же день имущество передано по акту приема-передачи, далее ФИО8 в договор и акт внесена запись об изменении предмета договора и уменьшении стоимости до 205 000 руб., денежные средства, полученные от реализации имущества направлены ФИО8 на погашение обязательств перед: индивидуальным предпринимателем ФИО17 по агентскому договору в сумме 157 500 руб.; обществом с ограниченной ответственностью «Русский лизинг» (далее – общество «Русский лизинг») в сумме 304 318 руб. 98 коп.; обществом с ограниченной ответственностью «Юридический центр «Правовой Успех» по договорам об оказании юридических услуг от 13.09.2013, от 17.06.2014 в сумме 275 000 руб.; акционерным обществом «Россельхозбанк» в сумме 294 238 руб. 98 коп.

При этом определением суда от 06.12.2016 агентский договор, заключенный между должником и ФИО17 24.10.2014 признан недействительным, определением Арбитражного суда по Пермскому краю от 26.07.2016 по делу №А50-23876/2014 сделка по преимущественному погашению денежных обязательств должника перед обществом «Россельхозбанк», оформленная мемориальным ордером от 10.11.2014 № 426, признана недействительной, определением Арбитражного суда по Пермскому краю от 25.07.2016 по делу №А50-23876/2014 сделки по преимущественному погашению денежных обязательств должника перед обществом «Русский лизинг» признаны недействительными, определением Арбитражного суда по Пермскому краю от 29.07.2016 по делу № А50-23876/2014 сделки по преимущественному погашению денежных обязательств должника перед обществом «Юридический центр «Правовой успех» признаны недействительными.

Вместе с тем, принимая во внимание, что сделки совершены вследствие корпоративного конфликта, суды пришли к выводу, что действия по заключению сделок не являются неразумными и недобросовестными, так как в конечном итоге были направлены на расчеты с кредиторами, при том, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о гарантированной продаже спорного имущества должника по более высокой цене.

Таким образом, суды пришли к выводу, что оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований не имеется.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции, поддерживая выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, указал, что требования независимых кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, вызваны только наличием дела о несостоятельности (банкротстве) должника, инициированным заинтересованным к должнику лицом – обществом «Новое время», следовательно, если бы процедура несостоятельности (банкротства) должника не была инициирована заинтересованным к должнику лицом, требования общества «Россельхозбанк» и ФНС России не были бы предъявлены к должнику, с учетом чего, указал, что конкурсным управляющим не доказана вина ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9 в причинении убытков в указанном размере должнику.

Доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, ввиду следующего.

В настоящее время сложилась устойчивая судебная практика, согласно которой требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты и не может быть использовано для разрешения корпоративных споров (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 по делу № А23-6235/2015)

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами установлено, что в основе заявленных требований лежит корпоративный конфликт, одна из сторон которого инициировала дело о банкротстве должника, пытаясь переложить финансовые последствия на противоположную сторону конфликта, именно следствием корпоративного конфликта и возбуждения в связи с этим банкротства должника стало включение в реестр требований кредиторов должника независимых кредиторов, таких как общество «Россельхозбанк», ФНС России, которые в деле о банкротстве должника занимают пассивную позицию, требования данных кредиторов незначительны, активную позицию по рассматриваемому делу занимают именно аффилированные с должником лица, как заинтересованные в разрешении корпоративного конфликта лица.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что положения Закона о банкротстве не могут быть использованы в качестве правового инструмента для разрешения корпоративного конфликта, суды нижестоящих инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности и взыскания убытков.

Доводы кассаторов о нарушении судами положения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом округа отклоняются с учетом вышеизложенной позиции о невозможности разрешения корпоративного конфликта путем заявления требований о привлечении к субсидиарной ответственности/взыскании убытков.

Иные доводы кассационной жалобы судом округа также отклоняются, поскольку сводятся к простому несогласию кассатора с результатами исследования и оценки обстоятельств дела и представленных доказательств, тогда как переоценка таковых выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанций установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 19.09.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилинское» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Новое время» и ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                     Ф.И. Тихоновский