АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4062/2023

Дело № А57-26275/2022

г. Казань

27 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Левагиной Л.В. (протоколирование ведется с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции представителей:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Агроинвест» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 25.11.2023,

общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Русагро» – ФИО3, доверенность от 09.01.2023,

ФИО4 – Обозной С.Н., доверенность от 11.09.2023,

ФИО5 – ФИО6, доверенность от 29.10.2021,

ФИО7 – ФИО8, доверенность от 13.11.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО4, ФИО7, ФИО5

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 16.08.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023

по делу № А57-26275/2022

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Агроинвест» о признании сделок по выплате Хохлову Андрею Дмитриевичу дивидендов недействительными, применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест», ИНН 6450083135,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 24.10.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Саратовской области с заявлением о признании недействительными (ничтожными) сделками выплату дивидендов единственному участнику должника ФИО5 на сумму 259 852 500 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 259 852 500 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 16.08.2023, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023, сделки по выплате дивидендов ФИО5 на общую сумму 259 852 500 руб., а именно платежи: 28.12.2020 на сумму 100 050 000 руб., 12.05.2021 на сумму 9 800 000 руб., 19.11.2021 на сумму 100 002 500 руб., 25.03.2022 на сумму 50 000 000 руб., признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 259 852 500 руб.

В кассационных жалобах Хохлов А.Д. и Буров Владислав Юрьевич просят принятые по обособленному спору судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявители жалоб указывают на следующее: на момент спорных перечислений у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, стоимость чистых активов должника многократно превышала размер уставного капитала должника; судами не применены к спорным отношениям нормы статей 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); конкурсным управляющим не доказано наличие оснований для признания платежей по выплате дивидендов недействительными сделками в соответствии с частью 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); вывод судов о недобросовестном поведении Хохлова А.Д. при осуществлении выплат в 2020-2021 годах не соответствует фактическим обстоятельства дела.

В кассационной жалобе ФИО7 просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 16.08.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, а также изменить мотивировочную часть постановления Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023, исключив из него абзацы 5-7 страницы 11 и абзац 1 страницы 12. По мнению заявителя жалобы, выводы суда апелляционной инстанции, изложенные в мотивировочной части постановления (абзацы 5-7 страницы 11 и абзац 1 страницы 12) о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения сделок не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противопоставлены доводам ФИО7 по иному обособленному спору о признании недействительной сделки по выплате стимулирующего вознаграждения ФИО7 на общую сумму 100 000 000 руб.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами, должник создан 28.04.2014 и его учредителями являлись ФИО9 с долей в уставном капитале 81,55% (8574 руб.) и ФИО10 с долей в уставном капитале 18,45% (1940 руб.).

Впоследствии, 09.06.2014, собственником 100% доли номинальной стоимостью 10 514 руб. в уставном капитале должника стало закрытое акционерное общество «Мадин» (далее – общество «Мадин»).

В дальнейшем доля в уставном капитале должника в размере 100% последовательно перешла к ФИО11 (14.06.2015), акционерному обществу «Ловир» (19.06.2016), ФИО5 (16.12.2016).

ФИО5 являлся участником должника в период с 16.12.2016 по 06.09.2022.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 21.10.2022 внесена запись о принятии 16.09.2022 решения о ликвидации должника.

В соответствии с выпиской по расчетному счету должника произведено списание денежных средств в размере 259 852 500 руб. в пользу ФИО5: 28.12.2020 на сумму 100 050 000 руб., с назначением платежа – выплата дивидендов на основании решения единственного акционера от 25.12.2020; 12.05.2021 на сумму 9 800 000 руб., с назначением платежа – выплата дивидендов на основании решения единственного акционера от 12.05.2021; 19.11.2021 на сумму 100 002 500 руб., с назначением платежа – выплата дивидендов на основании решения единственного акционера от 19.11.2021; 25.03.2022 на сумму 50 000 000 руб., с назначением платежа – выплата дивидендов на основании решения единственного акционера от 28.02.2022.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что в результате выплаты дивидендов должник стал отвечать признакам несостоятельности (банкротства), выплата дивидендов была направлена на вывод активов должника с целью причинения вреда правам кредиторов должника, на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ обратился с настоящим заявлением в суд.

При разрешении спора суд первой инстанции принял во внимание, что в рамках дела № А57-5602/2019 о банкротстве общества «Мадин» вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 16.12.2022 признаны недействительными как единые последовательные сделки по отчуждению 100% доли уставного капитала должника, заключенные 14.06.2015 между обществом «Мадин» и ФИО11, 19.04.2016 между ФИО11 и акционерным обществом «Ловир», 16.12.2016 между акционерным обществом «Ловир» и ФИО5 и применены последствия недействительности сделки в виде восстановления за обществом «Мадин» права собственности на 100% доли в уставном капитале должника, в котором суд пришел к выводу о том, что сделки по последовательной передаче доли в уставном капитале должника являются единой притворной сделкой, прикрывающей по сути безвозмездное (по номинальной стоимости) переоформление спорного имущества на иное лицо (ФИО5), связанное с ФИО4, с целью сохранения контроля над этим имуществом.

С учетом установленных обстоятельств по настоящему делу судебными актами, которыми должник был признан несостоятельным (банкротом) и открыто конкурсное производство, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО5 как лицо, контролирующее деятельность должника, обладал информацией о наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых перечислений; в течение периода совершения спорных платежей у должника имелась непогашенная кредиторская задолженность.

При этом судом первой инстанции отмечено, что принятие 16.09.2022 должником решения о добровольной ликвидации общества спустя менее полугода после последней выплаты дивидендов и последующее обращение в суд с заявлением о собственном банкротстве, свидетельствует о том, что указанные выплаты не могли быть осуществлены в условиях добросовестного поведения ФИО5, а уменьшение стоимости имущества (конкурсной массы) за счет выбытия 259 852 500 руб. привело к причинению вреда кредиторам должника в виде невозможности удовлетворения требований в указанной сумме.

Принимая во внимание, что выплата дивидендов в нарушение Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при известных ФИО5, как участнику должника, обстоятельствах является неправомерным и недобросовестным действием, объективно направленным на причинение ущерба должнику и, как следствие, на причинение вреда имущественным правам кредиторов, суд первой инстанции пришел к выводу о злоупотреблении ФИО5 правом при совершении оспариваемых сделок, применив к спорным правоотношениям положения статей 10 и 168 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признании сделок недействительными, пришел к выводу о том, что все оспариваемые сделки подпадают под основания недействительности, указанные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и их признание недействительными судом первой инстанции по статьям 10, 168 ГК РФ избыточно, отметив, что сделки оспорены конкурсным управляющим в пределах годичного срока исковой давности и оспариваемые сделки совершены в пределах трехлетнего периода подозрительности.

Отклоняя доводы об отсутствии признаков неплатежеспособности у должника на момент выплат дивидендов, апелляционный суд указал на установление судебными актами по настоящему делу о признании должника банкротом наличие признаков преднамеренного банкротства должника, который, несмотря на положительный баланс, производил значительные платежи в пользу заинтересованных лиц и контрагентов, имея существенный объем задолженности перед кредиторами, а по итогам баланса 2022 года абсолютно все денежные средства были выведены из актива должника.

Также апелляционный суд отметил, что факт неплатежеспособности должника подтверждается определениями суда о включении требований общества «Ларио» (уступленных от ООО «Агротранс» по неисполненным обязательствам за грузоперевозки с 29.09.2018 по 24.10.2018 на 14 530 110 руб.), АО «Агрофирма Волга» (за поставку с 28.02.2018 по 14.03.2019 и иные обязательства 2018 года в размере 10 млн.руб.); с января 2021 года должник прекратил исполнять обязательства перед ООО «Новопокровское» по договору аренды и т.д.

Апелляционным судом установлено, что в конкурсную массу должника включено имущество примерной рыночной стоимостью около 1 млрд.руб., при этом размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, составляет 680 млн.руб. и размер требований, заявившихся и не рассмотренных кредиторов, составляет примерно 358 млн.руб., следовательно кредиторская задолженность составляет тоже около или даже более 1 млрд.руб.

Учитывая, что реальная рыночная цена имущества определяется конъюнктурой рынка и обычно составляет ниже первоначальной цены, определенной оценщиком, апелляционный суд посчитал очевидным, что имеющегося имущества должника с большой степенью вероятности будет недостаточно для удовлетворения требований всех кредиторов должника.

В связи с этим апелляционный суд пришел к выводу о том, что ФИО5, будучи контролирующим должника лицом и безусловно располагая достоверными сведениями об имуществе и обязательствах должника, и, следовательно, зная о недостаточности имущества должника для удовлетворения всех его обязательств, оспариваемыми сделками вывел в свою пользу ликвидные активы должника, исключив возможность за их счет удовлетворить требования кредиторов должника и имеющиеся обязательства, что свидетельствует о противоправной цели причинения вреда должнику и его кредиторам со стороны ФИО5

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о наличии оснований для признания сделок недействительными как по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10, 168 ГК РФ, ввиду установления обстоятельств, свидетельствующих о том, что оспариваемыми сделками причинен вред имущественным правам кредиторов, а также ввиду наличия пороков у сделок, выходящих за пределы правовых режимов оспаривания подозрительных сделок по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу указанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной.

Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из содержания указанных норм права и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, направленное на причинение вреда другому лицу или реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом добросовестных участников гражданского оборота.

Суд кассационной инстанции принимает во внимание обстоятельства, установленные в рамках дела № А57-5602/2019 (определение Арбитражного суда Саратовской области от 16.12.2022) по обособленному спору о признании недействительными сделок по отчуждению 100% доли уставного капитала должника.

Судебными актами по указанному обособленному спору было установлено отчуждение 100% доли уставного капитала должника по цепочке притворных сделок в пользу конечного приобретателя ФИО5 по номинальной стоимости в размере 10 514 руб., в то время как действительная рыночная стоимость доли в размере 100% в уставном капитале должника по состоянию на 14.06.2015 (с учетом заключения эксперта) составляла 96 832 084 руб.

Суды указали на отсутствие экономической целесообразности оформления действий по продаже доли должника со стороны ФИО11, акционерного общества «Ловир» и ФИО5 и пришли к выводу о том, что фактически у каждого последующего номинального покупателя и номинального продавца была цель ни в ее исполнении надлежащим образом, а в придании формального вида законности осуществляемому действию; цепочка последовательных сделок заключена с целью сокрытия спорного имущества от кредиторов общества «Мадин» и создания препятствий для его возврата в конкурсную массу посредством отчуждения в пользу внешне добросовестных приобретателей.

Таким образом, с учетом обстоятельств, при которых ФИО5 получил статус участника должника с размером доли 100%, сделки по выплате ему дивидендов свидетельствуют об их совершении с пороками, явно выходящими за пределы специальных оснований статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку материалы дела свидетельствуют о заведомой противоправной цели совершения сделки ее сторонами, об их намерении реализовать противоправный интерес.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемых судебных актов.

Приведенные в кассационных жалобах доводы выводы судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения и оценки судов, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Указанные доводы по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств, в том числе, установленных в рамках дела № А57-5602/2019 и настоящего дела при признании должника банкротом, по причине несогласия заявителей жалоб с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

Как разъяснено в абзаце пятом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом срока приостановления исполнения судебного акта на отмену приостановления исполнения судебного акта указывается в постановлении суда кассационной инстанции, принимаемом по результатам рассмотрения кассационной жалобы, либо в отдельном определении.

В связи с окончанием кассационного производства меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые определением Арбитражного суда Поволжского округа от 06.12.2023, подлежат отмене (часть 4 статьи 283 АПК РФ).

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 16.08.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 по делу № А57-26275/2022 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва

СудьиА.Г. Иванова

В.А. Моисеев