Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А41-67946/2023

10 апреля 2025 года

г. Москва

 

Резолютивная часть решения оглашена 08 апреля 2025 года

Полный текст решения изготовлен 10 апреля 2025 года

Судья Арбитражного суда Московской области М.А. Миронова,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Е.Д. Ушковой,

рассматривая в открытом судебном заседании дело по иску

ООО «Лазерлов»

к ФИО1

третье лицо – ФИО2 

о взыскании компенсации за использование товарного знака

при участии в судебном заседании – согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

ООО «Лазерлов» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 466 666 руб. 66 коп., расходов по оплате государственной пошлины в размере 33 000 руб. (с учетом уточнения исковых требований от 11.03.2024, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.03.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

При этом, суд исходил из необоснованности заявленных требований, указав, что истцом не представлено в материалы дела надлежащих доказательств в обоснование размера испрашиваемой компенсации, рассчитанной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024, решение Арбитражного суда Московской области от 13.03.2024 оставлено без изменения.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 29.11.2024 решение Арбитражного суда Московской области от 13.03.2024 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Отменяя принятые по делу судебные акты, Суд по интеллектуальным правам указал на неверность выводов судов о том, что соотнести условия представленных договоров и обстоятельства допущенного нарушения невозможно, и что заявитель размер истребуемой компенсации обосновал в рамках бремени доказывания, возложенного на него статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в то время как ответчик контррасчет в материалы дела не представил. Таким образом, учитывая, что факт нарушения судами установлен, а также принимая во внимание принцип обязательности несения ответственности за допущенное нарушение, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что судами первой и апелляционной инстанции не исследованы надлежащим образом имеющиеся в деле доказательства и не дана полная и всесторонняя оценка доводам лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.12.2024 исковое заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.01.2025 отказано в удовлетворении ходатайства ответчика – ФИО1 о привлечении к участию в деле в качестве соответчика ФИО2

11.02.2025 от истца, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поступило ходатайство об уточнении исковых требований, в соответствии с которым, истец просил: взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за незаконное использование товарного знака № 686434 в размере 466 666 руб. 66 коп.

Согласно части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Протокольным определением суда от 25.02.2025 уточнения истца приняты судом.

Также, ответчиком заявлено ходатайтво об истребовании у истца дополнительных документов (договор франшизы (франчайзи), заключенный между истцом и ФИО2

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

В силу норм статей 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, сбор доказательств является процессуальной обязанностью участников процесса, а суд лишь оказывает этим участникам содействие в получении доказательств в порядке определенном частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; процессуальные нормы, обязывающие суд производить сбор документов, необходимых для подтверждения позиции лиц, участвующих в деле, не предусмотрены нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, законодательством суду предоставлено право, а не установлена обязанность истребования дополнительных доказательств в подтверждение правомерности доводов стороны, поскольку, как указано выше, бремя доказывания обстоятельств лежит на их заявителе, что связано с принципом состязательности в арбитражном процессе.

Исходя из предмета спора и оценки представленных доказательств, применительно к требованиям статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о допустимости и относимости доказательств, а также их достаточности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства ответчика, полагает возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.01.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2.

Третье лицо в судебное заседание представителя не направило, в материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения о времени и месте судебного заседания.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 121-124, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие третьего лица, извещенного надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте ВАС РФ http://kad.arbitr.ru/.

В судебном заседании представитель истца посредством веб-конференции заявленные требования поддержал, представитель ответчика против удовлетворения заявленных требований возражал.

Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав в полном объеме все представленные в материалы дела письменные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем объектов интеллектуальной собственности – товарных знаков № 686434 , дата регистрации 06.12.2018; № 801091  дата регистрации 10.03.2021 в отношении товаров 03, 44 классов МКТУ (03 - воск для удаления волос; воски для кожи; гели для массажа, за исключением используемых для медицинских целей; депилятории; изделия парфюмерные; изображения переводные декоративные для косметических целей; карандаши для бровей; карандаши косметические; клеи для прикрепления искусственных ресниц; клеи для прикрепления накладных волос; кондиционеры для волос; красители для бороды и усов; красители для воды в туалете; красители косметические; кремы для кожи; кремы косметические; кремы косметические отбеливающие; лосьоны для косметических целей; лосьоны после бритья; маски косметические; масла для парфюмерии; масла косметические; масла туалетные; масла эфирные; масла эфирные из кедра; масла эфирные из лимона; масла эфирные из цитрона; масла, используемые как очищающие средства; масло бергамотовое; масло гаультериевое; масло жасминное; масло лавандовое; масло миндальное; масло розовое; масло терпентинное для обезжиривания; наборы косметические; помады для косметических целей; препараты для бритья; препараты для ванн косметические; препараты для выпрямления волос; препараты для завивки волос; препараты для замачивания белья; ресницы искусственные; салфетки, пропитанные косметическими лосьонами; салфетки, пропитанные препаратами для удаления макияжа; средства косметические; 44 - ваксинг; восковая депиляция; маникюр; мануальная терапия [хиропрактика]; массаж; прокат медицинского оборудования; прокат санитарно-технического оборудования; салоны красоты; татуирование; услуги визажистов; услуги медицинских клиник; услуги соляриев) и осуществляет продажу франшиз по открытию и управлению студий лазерной эпиляции.

В результате мониторинга сети «Интернет», истцом был выявлен факт размещения ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарными знаками истца № 686434, № 801091, при предложении к продаже, рекламе и продаже однородных услуг. Так, ответчиком использовалось обозначение при ведении группы в социальной сети «Вконтакте»; также истцом в материалы дела представлен отчет тайного покупателя от 21.12.2022, согласно которому ответчик вел деятельность с использованием обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком, а именно: ответчик оказывал услуги по лазерной эпиляции; при оформлении вывески на фасаде здания, вывески на входе в помещение и непосредственно в самом помещении использовалось обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца по адресу: 

<

...>, этаж 3.

Таким образом, истец указал, что не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил права истца.

Размер компенсации рассчитан истцом на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодека Российской Федерации, исходя из двукратной стоимости права использования товарных знаков, и определен в размере 466 666 руб. 66 коп.

В подтверждение размера стоимости права использования товарного знака, истец представил в материалы дела договоры коммерческой концессии. Согласно пункту 1.2. договоров, предметом договора коммерческой концессии, является предоставление пользователю права комплекса исключительных прав, включающих право использования товарного знака; право использование коммерческого обозначения; право ноу-хау, а именно базы знаний и стандартов правообладателя.

Истец указал, что ответчик в своей предпринимательской деятельности использовал только товарный знак, в связи с чем, соотнеся условия представленных договоров с обстоятельствами допущенного нарушения, истец полагает, что цена, которая при сравнимых обстоятельствах подлежит оплате за правомерное пользование товарных знаков применительно к рассматриваемому случаю, составляет 233 333 руб. 33 коп. (700 000 руб./3 (количество способов использования).

Таким образом, с учетом положений подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодека Российской Федерации размер компенсации определен истцом в размере 466 666 руб. 66 коп. (233 333 руб. 33 коп. * 2).

Претензионные требования истца остались без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

На основании пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

Пунктом 1 статьи 1474 ГК РФ предусмотрено, что юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети Интернет.

Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица (пункт 3 статьи 1474 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрены, в частности, следующие способы осуществления исключительного права на товарный знак: 1) путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) путем использования товарного знака при выполнении работ, оказании услуг; 3) путем размещения товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) путем размещения товарного знака в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) путем размещения товарного знака в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Таким образом, использование без согласия правообладателя при выполнении работ, оказании услуг, а равно размещение в сети Интернет обозначения, тождественного товарному знаку правообладателя или сходного с ним до степени смешения, является нарушением исключительного права на товарный знак.

Пунктом 6 статьи 1252 ГК РФ установлено, что если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт наличия указанного права и его принадлежность истцу, а также факт его нарушения ответчиком путем использования обозначения, тождественного либо сходного до степени смешения с товарным знаком, в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникает вероятность смешения. В бремя доказывания ответчика входит подтверждение правомерности использования спорного обозначения.

Надлежащим доказательством принадлежности прав на товарный знак в силу пункта 1 статьи 1504 ГК РФ является свидетельство на товарный знак, которое выдается федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в течение месяца со дня государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков.

Истец является правообладателем исключительного права на товарные знаки № 686434 , № 801091 , что подтверждается свидетельствами Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации.

Представленными в материалы дела доказательствами, в частности, отчетом тайного покупателя от 21.12.2022, скриншотами из аккаунта в социальной сети «Вконтакте» и другой социальной сети, подтверждается факт использования ответчиком обозначения «Lazer Love» при осуществлении деятельности на вывеске на входе в помещение по адресу 

<

...>, этаж 3, и непосредственно в самом помещении.

Указанные обстоятельства ответчиком не оспариваются. При этом возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик указывает, что 05.08.2022 ФИО1 приобрел салон лазерной эпиляции у ФИО2 (продавец) по договору купли-продажи, однако передаточный акт ФИО2 составлен не был, имущество, указанное в договоре, включая вывески, прайс лист, информационный уголок, также не были переданы соответствующим образом. Все вышеуказанное было сохранено ФИО1 в неизменном виде. Также не были переданы логины и пароли от социальных сетей, указанных в договоре, клиентская база. Наименование салона в сети «Интернет» ФИО1 сменил на «Бьюти Про» с 05.08.2022. Также наименование было изменено на страницах Яндекс карт и 2-гис. Договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, этаж 3, 4 офис, для размещения салона был заключен 01.08.2022 и расторгнут 31.12.2022. ФИО1 содержал данное помещение, но услуги по лазерной эпиляции не оказывал, понеся значительные расходы, 19.12.2022 прекратил предпринимательскую деятельность, что подтверждается выпиской из ЕГРНИП. Страница «Вконтакте» https:vk.com/laser_korolev никогда ответчику не принадлежала, на странице указан другой салон лазерной эпиляции, фактический адрес которого, 

<

...>.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 162 Постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Сопоставив обозначение, использованное ответчиком и товарные знаки № 686434, № 801091 , принадлежащие истцу, суд пришел к выводу о том, что спорные обозначения использовались ответчиком под вывеской .

Однородность услуг обусловлена принадлежностью их к общей родовой группе, функциональным назначением, кругом потребителей, способами и местами их реализации, являются взаимодополняемыми.

При этом однородность сравниваемых услуг является очевидной и ответчиком не оспаривается.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу о наличии факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 686434, № 801091.

В части определения подлежащего взысканию размера компенсации, судом установлено следующее.

Как указывалось выше, размер компенсации истцом определен на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака.

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Определение судом компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; территорию, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); аффилированность лиц, заключивших такой договор, иные обстоятельства.

По смыслу приведенных разъяснений оценка условий лицензионного договора для целей определения справедливого и обоснованного размера подлежащей взысканию компенсации должна осуществляться судом таким образом, который позволит достоверно определить размер стоимости права использования спорного объекта интеллектуальной собственности любым участником гражданского оборота с учетом обстоятельств конкретного дела.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего объекта интеллектуальной собственности тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение. Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

Применительно к обстоятельствам рассматриваемого дела, расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования объекта интеллектуальной собственности, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Соответственно при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

Арбитражный суд, оценив представленные в обоснование расчета компенсации доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соотнеся условия представленного истцом в обоснование расчета договора с обстоятельствами допущенного нарушения, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, приходит к выводу о взыскании компенсации в заявленном размере.

При этом, суд отмечает, что ответчик расчет истца документально не опроверг, котррасчет компенсации не представил, а лишь указал на необходимость снижения размера компенсации до 10 000 руб. Также, ответчиком не представлено в материалы дела доказательств, подтверждающих иную стоимость правомерного использования товарных знаков в том объеме, в которых их использовал нарушитель.

Ссылка ответчика на то, что он прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя 22.12.2022 отклоняется судом, поскольку указанное обстоятельство не является основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде взыскании компенсации, при доказанности факта нарушения исключительных прав.

Довод ответчика о том, что страница сайта «Вконтакте» никогда не принадлежала предпринимателю, также не может быть принят судом, поскольку, исходя из представленного в материалы дела договора купли-продажи от 05.08.2022, заключенного между ответчиком и ФИО2 следует, что ответчик, приобрел не только салон лазерной эпиляции, но и доступы и логины к социальным сетям «LaserLove» в сетях «Вконтакте» и «Инстаграм».

В своих возражениях, ответчик указывает, что размер компенсации завышен, является несоразмерным последствиям допущенных нарушений. Между тем, как указывалось выше, после установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение. Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы. В свою очередь, ответчиком о снижении компенсации ниже низшего предела не заявлялось, и оснований для такого снижения судом не установлено.

Расходы по оплате государственной пошлины распределяются согласно статье 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Лазерлов» компенсацию в размере 466 666 руб. 66 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 333 руб.

Возвратить ООО «Лазерлов» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 667 руб., уплаченную платежным поручением от 27.06.2023 № 471.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца.

Судья                                                                                                                  М.А. Миронова