АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-14400/2022

Дело № А55-15269/2018

г. Казань

17 февраля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Ивановой А.Г., Фатхутдиновой А.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Левагиной Л.В. (протоколирование ведется с использованием системы вебконференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции:

ФИО1, лично,

ФИО1 – ФИО2, представителя по доверенности от 20.08.2019,

общества с ограниченной ответственностью «Терминал Зет» – ФИО3, представителя по доверенности от 31.08.2021, 

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Терминал Зет» 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 06.10.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2021

по делу № А55-15269/2018

по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Терминал Зет» и ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гестор», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 06.06.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гестор» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 17.08.2018 должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО6.

ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5 в солидарном порядке по задолженности перед ФИО7 на сумму 14 088 181,38 руб.

Общество с ограниченной ответственностью «Терминал Зет» (далее – общество «Терминал Зет») обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5 в размере непогашенной кредиторской задолженности – 5 284 539,82 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.09.2019 указанные заявления объединены для совместного рассмотрения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Нафта-Сервис» (далее – общество «Нафта-Сервис»), ФИО8.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.10.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе общество «Терминал Зет» просит принятые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, мотивируя несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что представленный ФИО1 и ФИО5 план выхода из кризисной ситуации должника не является экономически обоснованным; со стороны ФИО1 и ФИО5 не было выполнено действий, направленных на следование экономически обоснованному плану по выходу из кризиса; деятельность должника всегда была убыточной, в связи с чем ФИО1 и ФИО5 должны были обратиться с заявлением в суд о признании должника банкротом по результатам 2016 года – 01.01.2017; в нарушение условий договора поставки с обществом «Нафта-Сервис» ФИО1 предоставил обществу «Нафта-Сервис» товары и услуги без предварительной оплаты, чем был причинен ущерб должнику.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами, ФИО1 являлся руководителем должника в период с 09.09.2015 по 04.05.2018, ФИО5 являлась учредителем должника в период с 09.09.2015 по 29.01.2018, в период с 04.05.2018 по 30.10.2018 руководителем должника являлся ФИО9

Заявленные обществом «Терминал Зет» и ФИО4 требования о привлечении ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности основаны на положениях статей 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы тем, что начиная с 01.01.2017 сумма задолженности должника перед кредиторами росла и с момента формирования бухгалтерской отчетности за 2016 год для руководителя должника ФИО1 и его единственного учредителя ФИО5 являлось очевидным, что должник не имел возможности в полном объеме рассчитаться со своими кредиторами, в связи с чем у руководителя должника возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом. Также заявители полагают, что в результате совершения ФИО1 от имени должника действий по поставке обществу «Нафта-Сервис» дизельного топлива без предварительной оплаты и непринятия мер по взысканию задолженности, причинен вред кредиторам.

При разрешении спора суды пришли к выводу о том, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку заявителями не доказано возникновение у руководителя должника в конкретную дату обязанности по обращению в суд за признанием должника банкротом, как не доказан и размер обязательств, возникших после указанной даты, а также совершение сделок, которые привели к банкротству, неплатежеспособности должника; не представлено доказательств того, что своими действиями заинтересованные лица довели должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности.

Судами принято во внимание, что согласно финансовым показателям должника за 2017 год активы должника уменьшились с 41 396 000 руб. до 20 546 000 руб. (на 50%); обязательства должника уменьшились с 41 396 000 руб. до 20 546 000 руб. (на 50%); выручка должника увеличилась с 57 507 000 руб. до 96 134 000 руб. (на 67%); валовая прибыль увеличилась с 3 923 000 руб. до 7 455 000 руб. (на 90%); управленческие расходы увеличились с 13 384 000 руб. до 18 972 000 руб. (на 41%); заключен договор поставки с обществом «Нафта-Сервис» на сумму 89 000 000 руб.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 пояснил, что увеличение управленческих расходов в 2017 году связано исключительно с необходимостью должника нести дополнительные расходы на реконструкцию трех АЗС, арендуемых у ФИО10, которые были необходимы как для их запуска, так и во избежание штрафных санкций от прежнего арендатора за использование торговой марки.

Также судами установлено, что в 2017 году должник осуществлял активную хозяйственную деятельность, направленную на увеличение прибыли, продолжалась эксплуатация арендуемых у заявителей автозаправочных станций и склада ГСМ, заключались контракты по оптовой поставке топлива, осуществлялась работа по расширению сети автозаправочных станций, выплачивалась заработная плата и осуществлялись расчеты с контрагентами, кредиторами, велась претензионная, судебная работа по взысканию дебиторской задолженности.

Апелляционным судом отмечено, что наличие финансово обоснованного плана и фактическое осуществление деятельности в данном направлении подтверждается как бухгалтерской отчетностью, согласно которой за 2017 год выручка организации увеличилась на 67%, а валовая прибыль – на 90%, так и попытки должника приобрести в аренду дополнительные АЗС, заключение крупного контракта с обществом «Нафта-Сервис» на сумму 89 000 000 руб., что не может быть расценено как недобросовестное и неразумное поведение. Вышеуказанный план по выходу из кризисной ситуации был известен и согласован заявителем, что подтверждается запросом ФИО10 от 15.08.2016 о предоставлении подобного плана и планом развития АЗС в г. Тольятти, в ответе на данный запрос.

В связи с этим суды пришли к выводу о том, что у ФИО1 и ФИО5 отсутствовали основания для обращения с заявлением о банкротстве должника по итогам 2016 года.

Рассматривая доводы заявителей о причинении ущерба кредиторам поставкой товара без предварительной оплаты и предоставления отсрочки по оплате поставки на период действия договора, а также непринятием мер по взысканию дебиторской задолженности с общества «Нафта-Сервис», суды установили, что между должником и обществом «Нафта-Сервис» заключено соглашение от 30.04.2017 о предоставлении отсрочки платежа по договору от 15.03.2017 № 15/03-2017-П, которая была необходима обществу «Нафта-Сервис» для внесения обеспечительного платежа по муниципальному контракту.

Суды указали, что решение о предоставлении отсрочки по договору поставки от 15.03.2017 № 15/03-2017-П, а также предоставление займа обществу «Нафта-Сервис» со стороны должника в размере 2 700 000 руб. для внесения обеспечительного платежа по контракту с МУП «Пассажирский автотранспорт» было согласовано с заявителями, денежные средства на предоставление данного займа были предоставлены обществом «Терминал Зет».

Судами принято во внимание, что согласно пункту 2 соглашения об отсрочке действие отсрочки распространяется только на время действия контракта между сторонами (осуществления регулярных поставок).

Судами также учтено, что должником предпринимались попытки взыскания данной задолженности в рамках дела № А55-16446/2017, однако, как пояснил ФИО1, им было принято решение о преждевременности взыскания указанной задолженности, поскольку велись переговоры о погашении образовавшейся задолженности обществом «Нафта-Сервис» вне судебного процесса.

Кроме того, судами отмечено, что в материалы дела не представлены доказательства того, что непринятие мер по взысканию задолженности в спорный период негативно повлияло на формирование и реализацию конкурсной массы, а также доказательства того, что должник имел реальную возможность получения задолженности от общества «НафтаСервис», однако умышленно уклонялся от совершения таких действий в целях причинения вреда кредиторам.

Также суды признали неподтвержденным довод заявителей о том, что руководителем должника не осуществлена передача бухгалтерской документации и товарно-материальных ценностей должника, установив, что обстоятельство передачи бухгалтерской документации, штампов, печатей и иных документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности должника от ранее действовавшего директора ФИО1 в пользу ФИО9 подтверждается актом приема-передачи документов от 08.05.2018.

Суд округа оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не находит.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

С учетом того, что обстоятельства, которые указаны заявителями в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за неисполнение с 01.01.2017 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, имели место до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон № 266-ФЗ), которым Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», настоящий спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Федеральный закон № 134-ФЗ).

Закон о банкротстве в редакции как Федерального закона № 134-ФЗ, так и в редакции Федерального закона № 266-ФЗ предусматривал возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие спорные отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Как правильно отмечено судами, само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника – юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Установив, что у руководителя должника имелся план по улучшению финансового состояния должника, который являлся разумным с точки зрения обычного руководителя, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Кроме того, согласно разъяснениям, приведенным в абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума № 53, по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В спорном случае заявители не ссылаются на доказательства, подтверждающие то, что они являлись недобровольными кредиторами, заключение договоров аренды с должником являлось для них обязательным и они не могли отказаться от исполнения ранее заключенных с должником договоров.

Следует также отметить, что статья 9 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям, не возлагала на участника должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

По требованию заявителей о привлечении к субсидиарной ответственности за совершение ФИО1 от имени должника действий по поставке обществу «Нафта-Сервис» дизельного топлива без предварительной оплаты и за непринятие мер по взысканию задолженности, подлежат применению нормы материального права, предусмотренные пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ.

Учитывая тот факт, что предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно абзацу 2 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума № 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В соответствие с пунктом 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Доказательств того, что в результате совершения спорных действий (бездействия) ФИО1 наступили признаки объективного банкротства либо существенно ухудшилось финансовое положение должника, заявителями не предоставлено.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суды пришли к выводу о недоказанности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения бывшего руководителя и учредителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела; выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам обособленного спора и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку являлись предметом исследования и оценки судов, направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 06.10.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2021 по делу № А55-15269/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва

СудьиА.Г. Иванова

А.Ф. Фатхутдинова