АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А67-7485/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 09 июня 2022 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Бедериной М.Ю.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Бачуриным Е.Д. кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Томской области от 28.12.2021 (судья Дубовик В.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2022 (судьи Кудряшева Е.В., Иванов О.А., Усанина Н.А.) по делу № А67-7485/2017 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Завод электромонтажных изделий № 3 «Электрон» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - общество ЗЭМИ-3 «Электрон», завод, должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании в режиме онлайн приняли участие представители ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 26.04.2021, конкурсного управляющего ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 19.05.2022.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества ЗЭМИ-3 «Электрон» его управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Томской области от 17.05.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2021, признано доказанным наличие основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества ЗЭМИ-3 «Электрон», приостановлено производство по обособленному спору до окончания расчётов с кредиторами в деле о несостоятельности (банкротстве) общества ЗЭМИ-3 «Электрон».

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда от 17.05.2021 и постановление апелляционного суда от 06.07.2021 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Податель кассационной жалобы настаивает на том, что ФИО3 изначально организовала схему ведения бизнеса двух организаций, при которой расчёты с должником по договору поставки от 19.10.2016 № 5 не предполагались, а денежные средства аккумулировались на подконтрольном ей обществе с ограниченной ответственностью НПЦ «Энерком-Сервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество НПЦ «Энерком-Сервис»). В такой ситуации, по мнению конкурсного управляющего, обстоятельства отсутствия судебного акта о признании недействительным сделки не имеет значения для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на основании пункта 9.1 Устава руководство деятельностью общества ЗЭМИ-3 «Электрон» осуществляется единоличным исполнительным органом общества – директором, подотчётным общему собранию акционеров общества; пунктом 9.4 Устава ограничены полномочия директора по отчуждению недвижимого имущества, заключению кредитных договоров на сумму свыше 5 000 000 руб., договоров поручительства, приобретению станочного оборудования, автотранспортных средств, других технологических и строительных средств стоимостью свыше 200 000 руб.; пунктом 8.8.14 Устава к компетенции собрания акционеров отнесено принятие решений по совершению крупных сделок с иным имуществом общества.

Директором общества ЗЭМИ-3 «Электрон» вплоть до введения процедуры банкротства являлся ФИО6, единственным участником должника – общество ПСМП «Электрон».

Генеральным директором общества ПСМП «Электрон» в период с 19.10.2015 по 30.09.2019 и акционером с 8,34 % голосующих акций являлась ФИО3

В период с 13.12.2012 по 24.01.2017 ФИО3 также осуществляла полномочия единоличного исполнительного органа общества НПЦ «Энерком-Сервис», участниками которого являлись: ФИО7 с долей уставного капитала 40,96 %, ФИО8 – 38,55 %, ФИО9 – 10,84 %, ФИО3 – 9,64 %.

Между обществом НПЦ «Энерком-Сервис» (поставщик) и акционерным обществом «СХК» (далее – общество «СХК», покупатель) заключён договор поставки продукции от 20.07.2016 № 11 (далее – договор поставки от 20.07.2016 № 11), по условиям которого поставщик обязался в течение 70 календарных дней с момента подписания договора поставить покупателю электротехническое оборудование на сумму 27 850 000 руб., а покупатель принять оборудование и оплатить в следующем порядке: аванс 50 % – в течение 10 рабочих дней с момента подписания договора, оставшаяся часть 50 % – в течение 30 календарных дней с момента поставки оборудования.

Во исполнение своих обязательств по договору поставки от 20.07.2016 общество «СХК» платёжными поручениями от 29.08.2016 № 5390, от 13.01.2017 № 140 перечислило на счёт общества НПЦ «Энерком-Сервис» денежные средства в размере 27 850 000 руб.

Между обществом ЗЭМИ-3 «Электрон» (поставщик) и обществом НПЦ «Энерком-Сервис» (покупатель) заключён договор поставки продукции от 19.10.2016 № 5 (далее – договор поставки от 19.10.2016 № 5), по условиям которого поставщик обязался в течение 70 календарных дней с момента подписания договора поставить электротехническое оборудование на сумму 27 750 001 руб. (включая налог на добавочную стоимость (далее – НДС)) обществу «СХК» (грузополучателю), а покупатель оплатить в следующем порядке: аванс 50 % – в течение 30 рабочих дней с момента подписания договора, 50 % – в течение 30 календарных дней с момента поставки оборудования на склад грузополучателя, но не ранее окончательного расчёта по договору поставки от 20.07.2016 № 11, заключённого между обществом НПЦ «Энерком-Сервис» и обществом «СХК».

На основании решения внеочередного общего собрания участников общества НПЦ «Энерком-Сервис» (протокол от 14.12.2016) полномочия ФИО3 прекращены, генеральным директором общества назначен ФИО10

Решением Арбитражного суда Томской области от 30.06.2017 по делу№ А67-1614/2017 с общества НПЦ «Энерком-Сервис» в пользу общества ЗЭМИ-3 «Электрон» взыскана задолженность в размере 25 477 439,76 руб., в том числе: 21 315 217,04 руб. основного долга по договору поставки от 19.10.2016 № 5. При этом судом установлено, что общество НПЦ «Энерком-Сервис» произвело частичную оплату стоимости поставленного оборудования путём исполнения обязательств общества ЗЭМИ-3 «Электрон» перед третьим лицом на сумму 6 434 783,96 руб.

Перечисленные обществом «СХК» 29.08.2016 и 13.01.2017 денежные средства по договору поставки от 20.07.2016 № 11 использованы обществом НПЦ «Энерком-Сервис» на свои хозяйственные нужды.

Решением Арбитражного суда Томской области от 24.01.2018 по делу№ А67-9877/2017 с общества ЗЭМИ-3 «Электрон» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ай-Ти-Си» Ко» (далее – общество «Ай-Ти-Си» Ко») взыскано 14 219 580,28 руб. задолженности за поставленные комплектующие, которые использованы должником для изготовления электротехнического оборудования в рамках договора поставки от 19.10.2016 № 5.

Определением арбитражного суда от 10.11.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества ЗЭМИ-3 «Электрон».

Определением арбитражного суда от 27.06.2018 в отношении общества ЗЭМИ-3 «Электрон» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО11

Определением арбитражного суда от 17.09.2018 в реестр требований кредиторов должника включено требование общества «Ай-Ти-Си» Ко» в размере 17 229 383,41 руб., в том числе задолженность, взысканная решением арбитражного суда от 24.01.2018 по делу № А67-9877/2017.

Решением арбитражного суда от 28.02.2019 общество ЗЭМИ-3 «Электрон» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

По данным бухгалтерской отчётности должника по итогам 2016 года его чистая прибыль составила 92 000 руб., по итогам 2017 года чистый убыток составил 14 150 000 руб.; из бухгалтерского баланса должника за 2016 год следует, что поставка товаров на сумму боле 23 000 000 руб. являлась для должника крупной сделкой, суммарная стоимость поставленных товаров составляла 39 % балансовой стоимости активов должника (58 639 000 руб.).

Полагая, что ФИО3 организовала схему взаимодействия подконтрольных юридических лиц в виде договоров поставки, в результате исполнения которых общество ЗЭМИ-3 «Электрон» не получило встречное исполнение и утратило платёжеспособность, управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций инстанции руководствовались положениями статьи 2, пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и исходили из недоказанности противоправных действий ФИО3, как участника общества НПЦ «Энерком-Сервис», от заключения с должником договора поставки от 19.10.2016 № 5.

Суд округа считает выводы судов правильными.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13.07.2010 № 16-П, поскольку предпринимательская деятельность по своей природе направлена на извлечение прибыли и носит рисковый характер, а значит, может приводить к нарушению прав и законных интересов значительного числа лиц, прежде всего клиентов и контрагентов субъекта такой деятельности, постольку законодатель правомочен определять условия занятия ею в целях согласования частной экономической инициативы с потребностями других лиц и общества в целом.

Исходя из общеправового принципа справедливости, действующего в сфере регулирования имущественных отношений, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, защита имущественных прав гражданско-правовых отношений должна осуществляться с учётом принципа соразмерности, с тем чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота: собственников, кредиторов, должников.

Тем самым объясняются вводимые законодателем ограничения, находящиеся в зависимости не только от предмета предпринимательской деятельности и её субъекта, но и экономической ситуации о целом.

В частности, несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией. Поэтому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счёт имущества предприятия-банкрота находятся в зависимости со значительным количеством обстоятельств (объём имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и другие).

При этом успешность хозяйственной деятельности юридического лица, его имущественный комплекс, размер впоследствии предъявленных к предприятию требований и, как правило, их количество, напрямую связано со своевременным, добросовестным, эффективным осуществлением руководителями юридического лица контроля за его деятельностью, предполагающей недопущение наступления экономического кризиса субъекта коммерческой деятельности (объективного банкротства).

В ситуации наступления у предприятия банкротства в его экономическом смысле действия контролирующих лиц противопоставляются стандартам добросовестного поведения, заключающимся в должной степени осмотрительности руководителей и принятии ими управленческих решений, направленных на вывод предприятия из состояния дестабилизации хозяйственной деятельности, разновидностью которых также является решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 9 Закона о банкротстве).

Когда осуществление контролирующими лицами управления не отвечают интересам подконтрольного им общества (статья 53 Гражданского кодекса) либо преследует противоправные цели (статья 10 Гражданского кодекса) на них могут быть возложены негативные последствия их деятельности, в том числе приведшие к несостоятельности подконтрольного им юридического лица (невозможность полного удовлетворения предъявленных требований) либо возникшие вследствие несвоевременного исполнения обязанности о подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд (статьи 10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве).

Тяжесть таких последствий в каждом конкретном случае определяется исходя из существа совершенных ими деликтов, применительно к редакциям Закона о банкротстве, действующим в период их совершения, такое правовое регулирование объясняется гражданско-правовой природой института привлечения фактических руководителей к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия-банкрота.

Удовлетворение подобного рода иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указываетна то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В рассматриваемом случае судами установлено, что действительной причиной банкротства общества ЗЭМИ-3 «Электрон» явилось неисполнение обществом НПЦ «Энерком-Сервис» своих договорных обязанностей по полной оплате поставленного оборудования, а не противоправные действия ФИО3 как исполнительного органа должника.

Судами отмечено, что ФИО3 была освобождена от обязанностей генерального директора общества «НПЦ «Энерком-Сервис» через два дня после получения товара от должника и за 30 дней до наступления срока оплаты по договору поставки от 20.07.2016 № 11.

Существенная убыточность договоров поставки от 19.10.2016 № 5 и от 20.07.2016 № 11 для кого-либо из субъектов указанных правоотношений судами первой и апелляционной инстанций не установлена, соответствующих доказательств, равно как и сведений о признании указанных сделок недействительными, в материалы обособленного спора конкурсным управляющим не представлено (статья 65 АПК РФ).

Суды двух инстанций также указали на то, что ФИО3 не получала каких-либо материальных выгод от заключения с должником договора поставки от 19.10.2016 № 5.

Институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности носит экстраординарный характер и подлежит использованию только при наличии явного и недобросовестного поведения, связанного с преследованием противоправных целей, отличных от стандартов поведения иных руководителей коммерческих предприятий, поэтому его упрощённое использование в качестве способа пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов безусловно будет нарушать права лиц, осуществляющих коммерческую деятельность, в этой связи столь широкое толкование оснований для возможности его использования, как на том настаивают податели кассационных жалоб, недопустимо.

Поскольку в рассматриваемом случае недобросовестного поведения ФИО3, доведение ею должника до банкротства, судами не установлено, оснований для её привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам завода не имелось.

Учитывая изложенное, суд округа считает, что обособленный спор разрешён верно, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве, в этой связи кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, по существу выражают несогласие заявителя с выводами, содержащимися в обжалуемых судебных актах, и не свидетельствуют о неправильном применении судами первой и апелляционной инстанций норм законодательства о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных выводов у суда округа в силу предоставленных ему полномочий не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Томской области от 28.12.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2022 по делу № А67-7485/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                 М.Ю. Бедерина

 

О.В. Жирных