ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-255719/2020

01 августа 2023 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Дербенева А.А. 

судей Немтиновой Е.В., Зверевой Е.А.

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего АКБ «Кредит-Москва» (ПАО) в лице ГК «АСВ» - ФИО1, доверенность от 22.03.2023;

от ФИО2 – Дикий И.Н., доверенность от 28.10.2022,

рассмотрев 25 июля 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего АКБ «Кредит-Москва» (ПАО) в лице ГК «АСВ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07 февраля 2023 года

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 апреля 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления Банка «Кредит-Москва» (ПАО) в лице конкурсного управляющего ГК АСВ о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Стоик» 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22 апреля 2022 года прекращено производство по делу N А40-255719/20 о признании ООО "Стоик" несостоятельным (банкротом).

В Арбитражный суд города Москвы 27 мая 2022 года поступило заявление Банк "Кредит-Москва" (ПАО) в лице конкурсного управляющего ГК АСВ о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Стоик" в размере 242 824 642, 05 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07 февраля 2023 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 апреля 2023 года, заявление Банк "Кредит-Москва" (ПАО) в лице конкурсного управляющего ГК АСВ о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, кредитор – АКБ «Кредит-Москва» (ПАО) в лице своего конкурсного управляющего (Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов») обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение  Арбитражного суда города Москвы от 07 февраля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 апреля 2023 года отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Как указывает заявитель кассационной жалобы, суды первой и апелляционной инстанций в нарушение норм права переложили бремя доказывания вины ответчика на истца, однако доказывание добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц; выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также сделаны при неправильном применении норм права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции кредитор – АКБ «Кредит-Москва» (ПАО) в лице своего конкурсного управляющего (Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов») в лице своего представителя настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по основаниям, в ней изложенным.

В судебном заседании арбитражного суда кассационной инстанции ответчик – ФИО2 в лице своего представителя возражал относительно удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых определении, постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, приходит к выводу о том, что судебные акты судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, ввиду следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами обеих инстанций, обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный кредитор полагает, что ответчиком сведения и документы в отношении имеющегося имущества у должника арбитражному управляющему переданы не были. Банк обращался к должнику с требованием о предоставлении документов, которое, согласно пояснениям управляющего, было оставлено без удовлетворения.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, пришел к выводу, что заявитель не подтвердил, что не передача документов повлияла на процедуру несостоятельности в той степени, что указанное явилось причиной невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов должника.

Судом первой инстанции установлено, что апелляционным определением Московского областного суда по делу N 33-36462/2019 от 11 ноября 2019 года удовлетворены исковые требования АКБ "Кредит-Москва" (ПАО) о взыскании с ООО "Стоик", как с поручителя в пользу ООО "Титан", денежных средств в размере 242 824 642,05 руб.

Исковые требования были мотивированы наличием задолженности по договору кредитной линии N 2016Д-03-060/00 от 11 апреля 2016 года, заключенному между АКБ "Кредит-Москва" (ПАО) и ООО "Титан", и по которому ООО "Стоик" являлось поручителем на основании договора поручительства N 2016Д-03-061/00 от 11 апреля 2016 года.

23 декабря 2020 года в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО "Стоик" о признании его несостоятельным (банкротом).

28 декабря 2020 года судом принято к производству заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу N А40-255719/20.

В процессе процедуры наблюдения определением Арбитражного суда города Москвы от 10 января 2022 года конкурсным кредитором был признан АКБ "Кредит-Москва" (ПАО) с суммой требований 242 824 642,05 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22 апреля 2022 года производство по делу о банкротстве ООО "Стоик" прекращено  в связи с недостаточностью имеющегося у должника имущества для осуществления расходов по делу о банкротстве.

Как указал суд первой инстанции, заявителем не представлены доказательства того, что ФИО2 совершил виновные действия, которые привели к ухудшению положения Банка; ООО "Стоик" не обладало какими-либо активами к моменту введения процедуры банкротства, а также в предшествующий трехлетний период; дебиторская задолженность отсутствовала, сделки в период подозрительности не совершались. Требование Банка включено в реестр требований кредиторов должника на основании обязательства ООО "Стоик", возникшего из договора поручительства N 2016Д-03-061/00 от 11 апреля 2016 года, заключенный в обеспечение договора кредитной линии N 2016Д-03-060/00 от 11 апреля 2016 года, заемщиком по которому выступало ООО "Титан". ООО "Стоик" являлось участником ООО "Титан" с долей в уставном капитале в размере 50%. Предоставление поручительства являлось выполнением требований банка о необходимости предоставления гарантий аффилированными с ООО "Титан" лицами и не являлось инициативой ООО "Стоик", в том числе ФИО2 В обеспечение исполнения обязательств по указанному кредиту были заключены договор поручительства N 2016Д-03-063/00 от 11 апреля 2016 года с ООО "Финансовостроительная компания "Фаворит", договор поручительства N 2016Д-02-063/00 от 11 апреля 2016 года с ФИО3, договор поручительства N 2016Д-02-064/00 от 11 апреля 2016 года с ФИО2, договор поручительства N 2016Д-02-067/00 от 11 апреля 2016 года с ФИО4

Суд первой инстанции пришел к выводу, что предоставление поручительства должником являлось экономически обоснованным, так как давалось в защиту ООО "Титан", имеющего с ООО "Стоик" общие корпоративные связи и общий экономический интерес. Такое обеспечение кредитных обязательств свидетельствовало об общих интересах всех лиц, участвующих в сделках, а также низкую вероятность неисполнения обязательств перед банком.

Заключение Банком с ООО "Титан" кредитного договора осуществлялось после проверки Банком не только финансового состояния заемщика, но и финансового состояния всех лиц, обеспечивавших исполнение кредитного договора.

На момент предоставления поручительства Банк знал финансовое состояние поручителя, в том числе об отсутствии у поручителя каких-либо активов, за исключением доли 50% в уставном капитале заемщика. Договор поручительства заключен в интересах самого Банка на условиях, соответствующих обычным условиям гражданского оборота, добросовестности и разумности. Сделка не выходила за пределы делового риска и не была направлена на нарушение прав и законных интересов единственного кредитора Банка, а у ООО "Стоик" отсутствовали неисполненные денежные обязательствам или обязанности по уплате обязательных платежей, которые должник не способен был удовлетворить.

Заключенный договор поручительства являлся частью взаимосвязанных сделок, в результате которых предполагалось получение выгоды должником в будущем.

Следовательно, между участниками спорных правоотношений имелись определенные хозяйственные связи, обусловившие экономическую целесообразность заключения договоров поручительства.

Само по себе предоставление поручительства не может привести к ухудшению финансового состояния должника по обеспеченному обязательству, поскольку требования по такой сделке могут быть предъявлены только в случае, если основной должник не исполнит свои обязательства.

Заключая договор поручительства, учитывалось, что обязательства заемщика были дополнительно обеспечены поручительствами третьих лиц, что свидетельствует, что сделка изначально заключалась с целью ее надлежащего исполнения и указывает на добросовестность действий контролирующего должника лица.

Банк в заявлении подтвердил, что временным управляющим были получены сведения, касающиеся деятельности должника. Из указанного следует, что документы для анализа финансового состояния должника у временного управляющего имелись. При этом, документы и информация, полученные временным управляющим, подтвердили отсутствие иных контролирующих должника лиц, совершении подозрительных сделок, имущества, дебиторской задолженности, что также подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 22 апреля 2022 года.

Финансовый анализ арбитражным управляющим проведен, в том числе исследована выписка по счету должника в банке АКБ "Абсолют Банк". Ее анализ за период трех лет, предшествующих введению процедуры наблюдения, не выявил операции не соответствующие нормам делового оборота, совершения действий, направленных на вывод имущества. Подтверждением указанного является вывод суда о неликвидности 50% доли ФИО2 в уставном капитале ООО "Стоик" и исключении ее из конкурсной массы при рассмотрении Арбитражным судом Московской области дела о банкротстве ФИО2

В рамках дела о банкротстве ООО "Стоик" судом не выносились судебные акты об истребовании у руководителя должника документов.

В Арбитражный суд с заявлением о признании ООО "Стоик" банкротом обратился сам должник.

В заявлении должника была указана информация, а к заявлению были приобщены документы, предусмотренные статьями 37, 38 Закона о банкротстве, которые суд посчитал достаточными для возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22 октября 2021 года заявление временного управляющего об истребовании доказательств оставлено без рассмотрения. Факт отказа временного управляющего от истребования документов у ФИО2 свидетельствует об отсутствии у временного управляющего затруднений в проведении процедуры наблюдения, о достаточности у арбитражного управляющего документов (сведений), в том числе представленных должником в суд и позволяющих исполнить арбитражному управляющему свои обязанности.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что Банк не мотивировал надлежащим и достаточным образом как непередача документации должника затруднила возможность исполнения обязанностей временного управляющего в ходе процедуры наблюдения. Голословное утверждение Банком на лишение возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей временному управляющему документов не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. При этом невозможность удовлетворения требований Банка обусловлена объективным отсутствием имущества у должника, а не игнорированием передачи необходимой документации руководителем общества.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом судами не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях данного Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Из положений об ответственности за нарушение обязательств, так и из норм об ответственности за причинение вреда (деликтной) вытекает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство или причинившим вред (пункт 2 статьи 401 и пункт 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации). Аналогичный подход в отношении презумпции виновности использован законодателем и для привлечения к ответственности контролирующего должника лица в деле о банкротстве. В силу пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. В той же норме уточняется, что такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Наличие вины как одного из оснований привлечения к гражданско-правовой ответственности предполагается, однако, при условии, если установлены иные основания (с учетом предусмотренных законом презумпций). 

Так, Закон о банкротстве в пункте 2 статьи 61.11 закрепляет исключение из общего правила о том, что каждый обязан доказывать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований (статья 65 АПК Российской Федерации).

Предполагается (презюмируется), пока не доказано иное, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, указанных в данной норме.

При этом в соответствии с подпунктом 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по основанию, имевшему место в деле о банкротстве должника, применению подлежат также правила, предусмотренные той же статьей, т.е. и специальное правило о распределении бремени доказывания, сформулированное в ее пункте 2 статьи 61.11. 

Между тем введенные рассматриваемой нормой презумпции в отношении таких оснований субсидиарной ответственности, как противоправное поведение и причинная связь между ним и причиненным кредитору вредом, перераспределяют бремя доказывания в пользу кредитора только при установлении указанных в ней специальных обстоятельств, относящихся к сфере хозяйственной деятельности должника, вне которой, как правило, находится кредитор.

Возможность получения им некоторых процессуальных преимуществ в доказывании за счет реализации названных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпций зависит от этапа производства по делу о банкротстве, на котором оно прекращено ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения расходов на проведение соответствующих процедур, от того, была ли введена одна из применяемых в деле о банкротстве процедур, был ли назначен арбитражный управляющий и осуществлена ли передача ему документации должника.

Кредитор и контролирующее деятельность должника лицо обязаны проявлять добросовестность, содействуя друг другу с целью справедливого распределения рисков на всех этапах взаимодействия, начиная с правоотношений (преимущественно договорных) с организацией-должником и завершая разрешением в суде спора о наличии установленных в законе материально-правовых оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а равно должны сохранять уважение к правосудию.

Поэтому кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Выравнивание объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания осуществляется, в частности, посредством возложения в силу закона на участников соответствующих отношений дополнительных обязанностей, наделения корреспондирующими правами, предоставления процессуальных преимуществ в виде презумпций и посредством процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания с целью соблюдения принципа добросовестности в его взаимосвязи с принципом справедливости для недопущения извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, в том числе при злоупотреблении правом.

Согласно пункту 2 статьи 61.15 Закона о банкротстве лицо, в отношении которого подано заявление о привлечении к ответственности, обязано направить или представить в арбитражный суд и лицу, подавшему заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, отзыв на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, отвечающий требованиям к отзыву на исковое заявление, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва, указанного в пункте 2 статьи 61.15 настоящего Федерального закона, по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено арбитражным судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства кредитора не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Этот же подход применим и к спорам о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, а равно к иным процессуальным действиям участников спора.

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П) (далее по тексту также – постановление № 6-П).

В настоящем случае ФИО2 как в деле о банкротстве должника, вопреки требованиям пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве, так и в настоящем споре о привлечении его к субсидиарной  ответственности, вопреки своим процессуальным обязанностям, вообще не представил в арбитражный суд документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, а также  не представил документы, предусмотренные подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

При таких обстоятельствах выводы судов об отсутствии у ООО «Стоик» каких-либо активов бездоказательны, а возложение бремени доказывания на истца неправомерно.

Таким образом, приведенные положения законодательства, определяющие основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также особенности распределения бремени доказывания по данной категории споров не были учтены судами.

Поскольку судами неправильно распределено бремя доказывания, неполно установлены все имеющие значение для дела обстоятельства, для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, вследствие чего в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные акты судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене, а дело подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении спора суду следует предложить ответчику представить   документы отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, включая балансы организации, а также документы, предусмотренные  подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и иные документы, подтверждающие его возражения относительно заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. При непредставлении названных документов по причинам, признанным неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных требований, перераспределить бремя доказывания в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении № 6-П.

Руководствуясь ст. ст. 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 07 февраля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24 апреля 2023 года по делу № А40-255719/2020,- отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                        А.А. Дербенев 

 

Судьи                                                                                                 Е.В. Немтинова

 

                                                                                                            Е.А. Зверева