ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-43760/2018

Дело № А40-156192/16

г. Москва

05 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2018 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 декабря 2018 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой, 

судей Р.Г. Нагаева, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу Рулякова Евгения Анатольевичана определение Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2018

по делу № А40-156192/16, вынесенное судьей Л.В. Кузнецовой, 

о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БК-Групп» в размере 5 320 096 руб. 20 коп.; о взыскании с ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «БК-Групп» денежные средства в размере 5 320 096 руб. 20 коп.по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «БК-групп» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3, по дов. от 25.07.2018 г. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы 26.05.2017 в отношении ООО «БК-групп» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы 02.11.2017 в  электронном виде поступило заявление конкурсного управляющего ООО «БК-групп» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующее должника лицо - ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2018 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «БК-Групп» в размере 5 320 096 руб. 20 коп. С ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «БК-Групп» взысканы денежные средства в размере 5 320 096 руб. 20 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, в обоснование указывая  на нарушение норм материального и процессуального права,  поскольку недоказаны доводы конкурсного управляющего, с которыми согласился суд, о незаконном неисполнении ФИО2 обязанности по подаче заявления о признании ООО «БК-Групп» несостоятельным (банкротом). Кроме того, апеллянт указывает на противоречие  фактическим обстоятельствам дела выводов о непередаче ФИО2 документов последующему руководителю ФИО5   

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2018 года апелляционная жалоба принята к производству.

  В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

ООО  «Гидравия» в  электронном виде в материалы дела  представлен отзыв о несогласии с апелляционной жалобой.

Иные лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований к отмене определения суда первой инстанции, в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Как следует из материалов дела, основанием для привлечения ФИО2, являвшегося с 10.01.2015 по 29.01.2016 генеральным директором должника, указано на неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, совершение сделок, направленных на увеличение кредиторской задолженности, неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника. 

Ссылаясь на положения статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим заявлено о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «БК-групп» в размере 5 950 021 руб. 74 коп. (с учетом заявления, поданного в порядке ст. 49 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, разъяснениями пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

При рассмотрении вопросов связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Постановления № 53, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве.

Из положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В пункте 5 Постановления № 53 разъяснено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Материалами дела  подтверждается, что ФИО2 в период с 10.01.2015 по 29.01.2016 являлся руководителем ООО «БК-Групп» основным видом деятельности которого являлось оказание услуг в области бухгалтерского учета, следовательно, в силу пункта 4 статьи 61.10. Закона о банкротстве, являлся контролирующим должника лицом.

Конкурсный управляющий, заявляя о привлечении ФИО2 к  субсидиарной ответственности  указал на не исполнение последним обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, которая  возникла с 01.10.2015 в связи с наличием признаков неплатежеспособности, исходя из того, что задолженность перед ООО «Гидравия» составляла 2 506 000 руб., т.е. больше размера активов должника (1 978 000 руб.).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Как следует из материалов дела, основанием для введения в отношении должника процедуры банкротства явилось неисполнение должником обязательств перед ООО «Гидравия» по договорам поставки товара от 15.07.2015 № 126085 и от 03.09.2015 № 134000, задолженность  по которым взыскана Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2016 по делу А40-247487/2015 в размере 2 506 320,73 руб., пени в размере 252 927,65 руб. и расходы по государственной пошлине 30 380,69 руб.

Вступившим  в  законную силу Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.08.2016 требование ООО «Гидравия» в размере 2 339 629,07 рублей включено в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2016 в реестр требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в размере 21 514 руб. 13 коп. (недоимка по налогу на добавленную стоимость за 3 и 4 квартал 2015 года).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2018 в реестр требований кредиторов должника включено требование ФИО6 в размере 2 952 988 руб., подтвержденная Решением Коптевского районного суда г. Москвы от 13.08.2015 по делу № 2-2691/2015, которым установлено возникновение задолженности по договору оказания услуг от 02.10.2013 № 04 на основании акта сдачи-приемки услуг от 24.04.2015.

Суд первой инстанции, делая  выводом  о том, что по состоянию на 1 января 2015 года должник обладал признаками неплатежеспособности, исходил из того, что размер задолженности перед кредиторами превышал размер активов, который согласно бухгалтерской отчетности должника составлял 1 689 000 руб.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Однако ФИО2 в нарушение  ст. 65  АПК РФ не представлено доказательств о принятии подобных мер.

Принимая  во внимание установленные выше обстоятельства, судом  первой инстанции правомерно учтены  разъяснения пункта 12 Постановления № 53, поскольку в силу  положений абзаца 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

 Несостоятельным апелляционный суд находит довод апеллянта  об отсутствии  оснований для обращения с заявлением о признании ООО «БК-Групп» исходя из даты  обращения ООО  «Гидравия» с исковым заявлением о принудительном взыскании задолженности (18.12.2015), поскольку  обязательство  по оплате за фактически поставленный товар возникло в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО2

Кроме того, после получения ФИО2 от ООО «Гидравия» требования о погашении задолженности, возражений не заявлялось, а было принято  решение о ликвидации должника путем его реорганизации - присоединения к ООО «Двина-Софт ИТ» (ИНН 

<

***>), которая не осуществлена в связи с  направлением ООО «Гидравия» в МИ ФНС возражений относительно данной реорганизации. Лицо, к которому должник предполагал присоединение - ООО «Двина-Софт ИТ» (ИНН 

<

***>) находилось под управлением ООО «УК «РЕСПЕКТ» (ИНН 

<

***>), которое ликвидировано 19.05.2017.

Исследуя довод  конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением им обязанности по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, а также искажение сведений, содержащихся в представленном в налоговый орган бухгалтерском балансе должника, суд  первой инстанции установил, что ФИО2 не передал соответствующие документы должника конкурсному управляющему.

Оценивая критически доводы ФИО2 о передаче документов последующему руководителю должника ФИО5, суд первой инстанции указал на то, что  согласно сведениям ФНС России последняя является массовым руководителем и учредителем (в 59 организациях – единоличный исполнительный орган, в 15 организациях – учредитель) и была дисквалифицирована на основании части 5 статьи 14.25 КоАП РФ. Кроме того, налоговая отчетность за 2015 год сдана в налоговый орган ФИО2 31.03.2016, как руководителем общества.

В пункте 24 Постановления № 53 разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Из материалов дела следует, что доказательств исполнения обязанности по передаче ФИО2 документов должника последующему руководителю ФИО5 не имеется.  Не представлено таких документов и суду апелляционной инстанции. 

Согласно сведениям бухгалтерского баланса должника по состоянию на  31.12.2015 имеются активы в размере 2 488 000 руб., размер кредиторской задолженности – 1 978 000 руб., тогда как по состоянию на 31.03.2016 размер кредиторской задолженности составлял не менее 5 215 582 руб. 07 коп., которая не отражена в бухгалтерском балансе за 2015 год. Однако достоверность сведений данного бухгалтерского баланса подтвердил ФИО2, подписавший его.

Также, судом  первой  инстанции установлено и подтверждается  материалами дела, что размер активов должника на указанную дату не соответствует сведениям договора о присоединении от 09.12.2015, заключенного должником в лице ФИО2 и ООО «Двина-Софт ИТ» и передаточного акта к нему о передаче активов  стоимостью 10 000 руб., что не соответствует размеру активов, отраженному в бухгалтерском балансе за 2015 год.

Статьей 6 Федерального закона № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» определено, что ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно статье 17 настоящего Закон установлена обязанность организации хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет.

В силу положений статьи 50 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе, иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества. Общество хранит документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она действительно имеется.

Если руководитель таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов и отчетности приравнивается к их отсутствию.

Как следует из материалов дела, ФИО2 не представлено доказательств  в  опровержение презумпций в соответствии с абзацем 5 пункта 24 Постановления № 53.

Отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве) (пункт 56 Постановления № 53).

 Поскольку разрешение спора происходит по заявленным основаниям и представленным  доказательствам, суд  первой инстанции пришел к правильному выводу  наличии причинно-следственной связи между совершенными контролируемым лицом действиями (бездействиями) и  наступлением банкротства должника, и привлек  ФИО2 к  субсидиарной ответственности.

Размер  ответственности судом первой инстанции  определен при верном применении положений пункта 11 статьи 61.11, пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, с учетом сведений реестра требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам. 

Доводы заявителя жалобы о том, что руководителем должника на момент возбуждения дела не являлся, апелляционным судом не могут быть приняты во внимание, поскольку должен был осознавать последствия риска назначения  "номинального" директора, при котором кредиторы были поставлены в невыгодное положение, лишение их права на добросовестное партнерство. 

Довод  жалобы об отсутствии в материалах дела  доказательств дисквалификации ФИО5 апелляционным судом  не могут быть отнесены  к  числу  оснований для   отмены правильного по существу принятого судебного акта.  

Учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда апелляционной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 12.07.2018 по делу № А40-156192/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                                      Р.Г. Нагаев

И.М. Клеандров