ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

02.10.2024                                                                                 Дело № А40-165013/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 23.09.2024

Полный текст постановления изготовлен 02.10.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Коротковой Е.Н., Трошиной Ю.В.

при участии в заседании: не явились, извещены;

рассмотрев в судебном заседании

кассационную жалобу финансового управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024

по заявлению финансового управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи от 01.10.2015 нежилого здания площадью 942,7 кв.м., с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенного по адресу: 

<

...>/ФИО1, д.140-142/23, заключенного между должником и ООО «Грозный сити», и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.05.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи от 01.10.2015 нежилого здания площадью 942,7 кв.м., с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенного по адресу: 

<

...>/ФИО1, д.140-142/23, заключенного между должником и ООО «Грозный сити», и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего должника отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.06.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении обособленного спора, определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024, в удовлетворении заявления финансового управляющего должника отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024, и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, в связи с допущенными судами нарушениями норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

В материалы дела от ФИО2 поступили возражения на кассационную жалобу, в которых указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В материалы дела от ООО «Грозный сити» поступили возражения на кассационную жалобу, в которых указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции находит основания для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, решением Ленинского районного суда г. Грозного по делу № 2-796/2022 от 07.07.2022 удовлетворено в полном объеме исковое заявление ООО «Грозный-Сити» к ФИО2 о признании сделки от 01.10.2015 состоявшейся, признании права собственности на нежилое здание и снятие ареста. 

Суд решил: признать состоявшейся сделку между ФИО2 и ООО «Грозный-Сити» на нежилое здание площадью 942,7 кв.м, с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д. 140-142/23. Признать за ООО «Грозный – Сити» право собственности на нежилое здание площадью 942,7 кв.м, с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д. 140-142/23. Обязать Управление Росреестра по Чеченской Республике зарегистрировать за ООО «Грозный-Сити» право собственности на нежилое здание площадью 942,7 кв.м, с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д. 140-142/23. Освободить от ареста нежилое здание площадью 942,7 кв.м, с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д. 140-142/23.

При вынесении обжалуемых судебных актов суды установили, что согласно условиям договора от 01.10.2015 должник продал, а ООО «Грозный-Сити» купило нежилое здание с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, этажность 3, площадью 942,7 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д. 140-142/23 за 2 500 000 руб., расчет между сторонами был произведен полностью до подписания договора.

Финансовый управляющий полагал, что сделка от 01.10.2015 недействительна по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и имел неисполненные обязательства перед кредиторами, сделка совершена по заниженной стоимости и безвозмездна, стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять фактически или требовать ее исполнения, информация о заключении оспариваемого договора финансовому управляющему не предоставлялась, в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

При первоначальном рассмотрении спора определением Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.06.2023 указанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение суд кассационной инстанции исходил из того, что в соответствии с правовыми позициями, изложенными, в частности, в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721, от 09.07.2018 N 307-ЭС18-1843 и от 04.06.2018 N 302-ЭС18-1638 (2), для соотнесения даты совершения сделки, возникновение (переход) права на основании которой подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности, учету подлежит дата такой регистрации.

Как следует из материалов дела и установлено  судами, оспариваемая сделка заключена сторонами 01.10.2015, при этом, переход права собственности зарегистрирован 24.03.2022. В этой связи с уд округа обратил внимание судебных инстанций на то, оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, более того, совершена в период проведения процедуры банкротства должника, то есть при наличии признаков неплатежеспособности последнего.

Судебные акты также не содержат оценки доводов о существенном занижении стоимости имущества относительно его кадастровой стоимости.

Таким образом,  судом  округа сделан вывод, что судебные акты приняты без исследования всех существенных обстоятельств, на которые ссылалась сторона обособленного спора, что нарушает принципы законности, равноправия и состязательности.

При новом рассмотрении обособленного спора судам следовало учесть изложенное, правильно установить фактические обстоятельства дела, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам и доводам участвующих в деле лиц, проверить доводы финансового управляющего о существенном отклонении стоимости имущества, установленной договором от его рыночной стоимости, об оплате договора покупателем, принять во внимание правовую позицию, изложенную в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721, от 09.07.2018 N 307-ЭС18-1843 и от 04.06.2018 N 302-ЭС18-1638 (2), Определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2018 N 306-ЭС17-1717 правильно применить нормы материального права, подлежащие применению, принять законный и обоснованный судебный акт.

При новом рассмотрении суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявленных требований и руководствуясь следующим.

При вынесении судебных актов суды исходили из того, что оспариваемая сделка совершена задолго до возбуждения дела о банкротстве (01.10.2015), в связи с чем отклонены доводы о существенном отклонении стоимости имущества, установленной договором от его рыночной стоимости, как не имеющие правового значения в рассматриваемой ситуации. Поскольку расчет между сторонами был произведен полностью до подписания договора купли-продажи, суды констатировали, что само по себе заключение сделки по цене ниже рыночной не указывает на наличие у сторон при совершении оспариваемых сделок умысла или цели на причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Как указано судами, в подтверждение того, что ООО «Грозный-Сити» с момента приобретения по договору купли-продажи спорного имущества владеет и проявляет должную заботу о своем имуществе, в материалы дела был представлен договор строительного подряда от 21.11.2016 № 21-11-16 и акт о приемке выполненных работ от 21.12.2016. Более того, 10.01.2023 данное недвижимое имущество было передано Министерству внутренних дел по Чеченской Республике на основании договора безвозмездного пользования нежилым помещением и акта приема-передачи имущества.

Судом апелляционной инстанции также обращено внимание на то, что в нежилом здании с октября 2015 года размещен ОБППС полиции г. Грозного, в то время как дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 04.08.2021. 

Также судами отмечено, что в материалах дела отсутствует документальное подтверждение стоимости объекта, отсутствует оценочная экспертиза стоимости объекта, а указанная кадастровая стоимости объекта 13 390 231,29 руб. не является рыночной, и может отличаться с учетом фактического состояния здания.

По мнению судов, бремя доказывания факта причинения вреда кредитору действиями должника и наступлением неблагоприятных экономических последствий для кредитора, возложено на заявителя.

Учитывая изложенное судами констатировано, что материалами дела не подтверждено наличие у сторон при совершении оспариваемых сделок цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также не доказан сам факт причинения такого вреда кредиторам, не представлено каких-либо конкретных доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, в результате совершения оспариваемых сделок.

Приведенные финансовым управляющим доводы признаны  судами основанными на предположениях, надлежащим образом не подтвержденными, доказательств того, что ООО «Грозный-Сити» относится к лицам, прямо перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судами не установлено.

Равно как и не установлено доказательства того, что ООО «Грозный-Сити» знало или должно было знать о цели должника причинить вред своим кредиторам путем вывода активов.

Поскольку доказательства недобросовестности в действиях должника и ООО «Грозный-Сити» при совершении оспариваемой сделки отсутствовали, более того, в материалах дела имеются доказательства того, что имущество выбыло из владения и пользования должника, а сделка имеет возмездный характер, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Между тем, по результатам кассационного рассмотрения с суд округа не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанции,  считает, что судебные акты вынесены при существенном нарушении норм материального  и процессуального права,  без учета сложившейся судебной практики и правовых подходов, выработанных ВС РФ по данной категории дел.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве определенные сделки в ходе процедуры реструктуризации долгов должник вправе совершать только с предварительного согласия финансового управляющего.

На основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ указанные сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

В силу частей 1 и 2 статьи 8.1, части 1 статьи 131 ГК РФ право собственности на недвижимые вещи подлежит государственной регистрации и возникает, прекращается с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр.

Согласно части 1 статьи 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость подлежит государственной регистрации.

В силу части 2 статьи 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации.

Учитывая приведенные нормы материального права, является обоснованным довод кассатора, что после введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов 29.09.2021 регистрация перехода права собственности на недвижимость стала невозможной в силу пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве.

Вместе с тем соответствующего согласия от финансового управляющего в материалы настоящего обособленного спора представлено не было.

В соответствии с пунктом 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), не требуется доказывания наступления неблагоприятных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствие согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 306-ЭС19-13175(2), в связи с отсутствием выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего на заключение договора, договор должен быть признан недействительной сделкой независимо от наличия (отсутствия) неблагоприятных последствий.

Из материалов дела следует, что на момент открытия в отношении должника процедуры реализации имущества 12.05.2022 право собственности на спорное нежилое здание принадлежало должнику, а потому в соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве оно вошло в конкурсную массу должника.

В силу правовой позиции в отношении владельца недвижимости по договору купли-продажи, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2019 №306-ЭС19-13841, моментом исполнения обязательства продавца по продаже недвижимости считается не фактическая передача объекта во владение (или не только фактическая передача), а момент регистрации перехода права собственности за покупателем (пункты 1, 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 223, пункт 1 статьи 550, статья 551 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Принимая во внимание, что регистрация перехода права собственности на недвижимость по договору купли-продажи произведена 21.07.2022, а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2021, при этом, процедура реализации имущества гражданина введена определением Арбитражного суда города Москвы от 12.05.2022, оспариваемый договор купли-продажи может быть оспорен на основании пункта 2 статьи 61.2, пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

Учитывая, что доказательства получения согласия финансового управляющего на совершение данной сделки в материалы дела не представлены, указанное в силу пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве свидетельствует о ее ничтожности.

При этом, вопреки выводов судов,  не имеют правового значения факты передачи имущества в пользование или владение третьим лицам, а также несение  третьими лицами расходов  по его содержанию. Так как перенос титула собственника от продавца к покупателю производится  не в момент фактической передачи в пользование или владение, а в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, учету подлежит дата такой регистрации.

По оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации. При этом следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, как уже отмечено выше, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами договора, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). 

По своей правовой природе требование арбитражного управляющего о признании подозрительной сделки недействительной представляет собою косвенный иск, заявляемый в интересах конкурсной массы для последующего удовлетворения кредиторов должника. При рассмотрении подобного требования материально-правовые интересы кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам выгодоприобретателей по сделке.

Отмечая, что бремя доказывания факта причинения вреда кредитору действиями должника и наступлением неблагоприятных экономических последствий для кредитора, возложено на заявителя, а также то в материалах дела отсутствует документальное подтверждение стоимости объекта, отсутствует оценочная экспертиза стоимости объекта, а установленная кадастровая стоимости объекта 13 390 231,29 руб. не является рыночной, и может отличаться с учетом фактического состояния здания, суды первой и апелляционной инстанции не учли следующее.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено пунктом 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63) если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 25 июня 2013 года N 10761/11, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05 декабря 2016 года N 305-ЭС16-11170 по делу N А41-19310/2014 изложена позиция о том, что необходимо учитывать взаимосвязь кадастровой и рыночной стоимости в контексте оспаривания сделок по продаже активов должника, так как продажа объектов по цене значительно ниже кадастровой стоимости может быть основанием для оспаривания этой сделки.

Таким образом, кадастровая стоимость должна приниматься во внимание при рассмотрении вопроса о рыночных условиях оспариваемой сделки.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 года N 913/11, существенным является расхождение стоимости объекта с его рыночной стоимостью в размере 30% и более.

Из материалов дела и вынесенных судебных актов следует, что в рассматриваемом случае определенная сторонами договора стоимость имущества  составила 2 500 000 руб., тогда как кадастровая стоимость имущества составляла 13 390 231,29 руб. То есть цена, по которой было отчуждено имущество, составила 18,6% от кадастровой стоимость этого имущества. Доказательств того, что цена сделки являлась рыночной,  в материалы дела не представлено.

 Таким образом,  определенная сторонами договора стоимость имущества была значительно ниже его кадастровой стоимости. Ответчиком кадастровая стоимость не была оспорена. Доказательств того, что цена сделки соответствовала его действительной стоимости, материалы дела не содержат.

Следовательно, у судов отсутствовали основания полагать, что по оспариваемой сделке имущество было отчуждено не  по заниженной цене.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Аффилированность в деле о банкротстве может быть установлена и исходя из фактических обстоятельств, о чем неоднократно указывалось Верховным Судом Российской Федерации. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу N А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Бремя доказывания обстоятельств, противоположных заявленным конкурсным управляющим, подлежит возложению на ответчика по обособленному спору при наличии признаков аффилированности ответчика и должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 N 305-ЭС18-3533, от 11.02.2019 N 305-ЭС18-17063(2), N 305-ЭС18-17063(3), N 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 N 305-ЭС18-25788(2). 

С учетом установленного факта заинтересованности сторон сделок, осведомленность о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов подразумевается.

Совершение спорной сделки в пользу аффилированного лица в период неплатежеспособности должника, вызванной недостаточностью имущества, не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018).

Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

Совокупность установленных обстоятельств спора и приведенных конкурсным управляющим доводов убедительным образом свидетельствует в пользу того, что отчуждение имущества,  осуществлено по заниженной цене и направлено на вывод активов из конкурсной массы. Бремя их опровержения подлежало переложению на ответчика, настаивавшего на действительности сделки.

Поскольку судами неправильно применены нормы права, суд кассационной приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов и, не передавая дело на новое рассмотрение, принимает новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего должника в полном объеме.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024 по делу № А40-165013/2021 отменить.

Признать недействительным договор купли-продажи от 01.10.2015 нежилого здания площадью 942,7 кв.м., с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д.140-142/23, заключенный между ФИО2 и ООО «Грозный сити» (ИНН 

<

***>).

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Грозный Сити» (ИНН 

<

***>) вернуть в конкурсную массу ФИО2 нежилое здание площадью 942,7 кв.м., с кадастровым номером 20:17:0000000:111670, расположенное по адресу: 

<

...>/ФИО1, д.140-142/23;

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                    Н.М. Панькова

 

Судьи:                                                                                                Е.Н. Короткова

 

                                                                                                             Ю.В. Трошина