ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г.Москва                                                                                                   А40-166398/23-113-1339

19 июля 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 июля 2024 г.

Решение в полном объёме изготовлено 19 июля 2024 г.

Арбитражный суд г.Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём Торосян М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «Компания Строй Сервис» (ОГРН 

<

***>)

к ГКУ «ГЦЖС» (ОГРН 

<

***>),

о взыскании 9 309 753,75 рублей,

при участии:

от истца – не явился, извещён;

от ответчика – ФИО1 по доверенности от 20 марта 2024 г. № 34/24, ФИО2 по доверенности от 9 июля 2024 г. № 39/24;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о признании решения от 15 июня 2023 г. об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 17 апреля 2023 г. № 0373200295623000003 (далее – Контракт), заключённого между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) незаконным, а также о взыскании задолженности в размере 5 376 888,95 рублей за выполненные по Контракту работы, убытков в размере 239 930 рублей, убытков в размере 369 569 рублей, упущенной выгоды в размере 3 323 365,8 рублей.

Истец, извещённый о месте и времени судебного заседания надлежащим образом согласно статье 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс), в судебное заседание не прибыл.

Ответчик по иску возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, в порядке статей 122, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса по имеющимся в деле доказательствам.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 16 октября 2023 г. по делу А40-160303/23-147-1293 рассмотрен вопрос одностороннего расторжения Контракта и включение сведений в отношении подрядчика в реестр недобросовестных поставщиков.

Судами установлено, что заказчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта по причине неисполнения подрядчиком существенных условий решения Контракта. Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта вступило в законную силу.

Соответственно, вопрос законности расторжения Контракта рассмотрен комиссией УФАС и судом при рассмотрении дела А40-160303/23-147-1293.

Определением от 20 мая 2024 г. принят отказ от иска в части требований о признании незаконным одностороннего отказа от исполнения Контракта. Производство по делу в указанной части прекращено.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришёл следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Контракт заключён в порядке, предусмотренным Федеральным законом от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе) на выполнение работ по текущему ремонту помещений ГКУ «ГЦЖС», расположенных по адресу: 

<

...> (3, 4, 5, 6 этажи, лестницы).

Цена Контракта составляет 21 993 717, 99 рублей (пункт 2.1).

Как указывает истец, в соответствии с актом приёма-передачи 19 апреля 2023 г заказчик передал на 3 этаже помещения № 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, а помещения № 1, 2, 3, 5, 6, 7, 8 не предал, пояснив при этом, что данные помещения не были освобождены сотрудниками. 

Дата окончания исполнения 1 этапа Контракта составляет 52 рабочих дня, а срок выполнения работ 30 рабочих дней.

Как указывает истец, в период с 17 апреля 2023 г. по 1 июня 2023 г. он выполнил все демонтажные работы, а именно демонтаж кондиционеров, электроизделий, провёл электромонтажные работы и устройство ГВЛ во всех переданных помещениях.

По состоянию на 14 июня 2023 г не все помещения 3-го этажа были переданы для выполнения работ, подрядчик составил акт не допуска на объект и уведомил об этом заказчика.

Заказчик 15 июня 2023 направил решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта. На момент рассмотрения дела решение об одностороннем расторжении Контракта вступило в силу. Контракт расторгнут.

В соответствии с п. 2.8.2 Контракта заказчик оплачивает работы, выполненные подрядчиком на соответствующем этапе графика выполнения работ (календарного плана), в безналичном порядке путём перечисления денежных средств со своего лицевого счета, открытого в департаменте финансов города москвы, на расчётный счёт подрядчика на основании надлежаще оформленного и подписанного обеими сторонами документа о приёмке в течение 7-ми рабочих дней с даты подписания заказчиком документа о приёмке по соответствующему этапу.

В соответствии с п. 2.8.3 Контракта, в случае, если проектом Контракта предусмотрены отдельные этапы его исполнения, цена каждого этапа устанавливается в размере, сниженном пропорционально снижению начальной (максимальной) цены контракта участником закупки, с которым заключается Контракт.

В соответствии с п. 2.8.4 Контракта, оплата по Контракту осуществляется на основании документа о приёмке, в котором указывается: сумма, подлежащая оплате в соответствии с условиями заключённого Контракта; размер неустойки (штрафа, пени), подлежащий взысканию; основания применения и порядок расчёта неустойки (штрафа, пени); итоговая сумма, подлежащая оплате подрядчику по Контракту.

Как указывает истец, им были предоставлены КС-2 №1 июнь м-ц 2023, КС-3№1 июнь м-ц 2023, счёт на оплату № 49 от 21 июня 2023 года на сумму 5 376 888,95 рублей.

В соответствии с 5.2.2 Контракта заказчик обязан своевременно принять и оплатить надлежащим образом выполненные работы в соответствии с Контрактом.

В соответствии с п. 5.2.3 Контракта заказчик обязан при получении от подрядчика уведомления о приостановлении выполнения работ в случае, указанном в настоящей статье Контракта, рассмотреть вопрос о целесообразности и порядке продолжения выполнения работ.

Истец полагает указанные работы выполненными до расторжения Контракта и подлежащими оплате.

Статьёй 307 Гражданского кодека Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) установлено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определённое действие, как-то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определённого действия, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Как следует из положений статьи 421 Гражданского кодекса, стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (статья 431 Гражданского кодекса).

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно части 1 статьи 711 Гражданского кодекса установлена обязанность заказчика уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работ при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Согласно положениям статей 720, 753 Гражданского кодекса заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (её результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. Сдача результата работ подрядчиком и приёмка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приёмки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Как установлено судом, в связи с завершением срока выполнения работ по 1-му этапу Контракта (1 июня 2023 г.) заказчик направил подрядчику письмо от 31 мая 2023 г. № 03-1493/3 с приглашением принять участие в комиссионном осмотре выполнения работ по первому этапу. Уведомление было направлено почтовой корреспонденцией по почте России и электронной почтой.

Комиссионный осмотр состоялся 2 июня 2023 г. с участием представителя подрядчика ФИО3

По результатам проверки составлен акт осмотра помещений от 2 июня 2023 г. от подписи которого подрядчик отказался.

Заказчиком направлена подрядчику претензия от 2 июня 2023 г. № 03-1523/3 о нарушении сроков выполнения работ по первому этапу Контракта с предложением в течение 5-ти рабочих дней с момента получения претензии завершить работы в объёмах, согласно ст. 4.5 Контракта.

Согласно п. 13.1 Контракта в случае отправления уведомлений посредством электронной почты уведомления считаются полученными Стороной в день их отправки.

Заказчиком подрядчику направлено письмо от 13 июня 2023 г. № 03-1620/3 с приглашением принять участие в комиссионном повторном осмотре после истечения срока, предназначенного для устранения замечаний по акту от 2 июня 2023 г. Уведомление было направлено почтовой корреспонденцией по почте России и электронной почтой.

Комиссионный осмотр состоялся 14 июня 2023 г. с участием представителя подрядчика ФИО4, по результатам которого установлено, что работы по первому этапу Контракта не выполнены, замечания, указанные в претензии от 2 июня 2023 г. № 03-1523/3 не устранены.

По результатам проверки составлен акт осмотра помещений от 14 июня 2023 г., от подписи которого подрядчик отказался.

Таким образом, ввиду наличия мотивированных замечаний к работам, односторонние КС не могут быть признаны судом.

Судом предлагалась сторонам рассмотреть вопрос о назначении по делу судебной экспертизы по определению стоимости фактически выполненных работ, соответствующих условия Контракта.

Ходатайства от сторон не поступило. Более того, истец в судебное заседание не прибыл, доказательства фактического выполнения работ по Контракту не представил.

На основании изложенного суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о взыскании стоимости работ по Контракту.

При рассмотрении требований истца о взыскании убытков суд пришёл к следующим выводам.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса предусмотрено, что вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Из названных положений следует вывод о существенном различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключённого между сторонами.

Указанная правовая позиция сформирована судом надзорной инстанции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июня 2013 г. № 1399/13 по делу А40-112862/2011 и подтверждена в постановлении ФАС Московского округа от 25 апреля 2014 г. № Ф05-3051/14 по делу А40-77053/13 при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами.

Как следует из положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса устанавливает также, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

В силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 декабря 2014 г. по делу № 310-ЭС14-142, А14-4486/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам), для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

Частью 4 ст. 96 Закона о контрактной системе предусмотрено, что контракт заключается после предоставления участником закупки, с которым заключается контракт, обеспечения исполнения контракта.

В силу статьи 9 Договора для обеспечения исполнения Договора, но выбору истца была предоставлена безотзывная банковская гарантия.

Частью 23 статьи 95 Закона о контрактной системе предусмотрено, что при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесённого ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Гражданское законодательство предусматривает независимую гарантию в качестве одного из способов обеспечения исполнения обязательств (статья 329 Гражданского кодекса).

В силу пункта 3 статьи 368 Гражданского кодекса независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

В пункте 13 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии от 5 июня 2019 г., Президиум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что расходы на оплату независимой гарантии, понесённые принципалом исходя из сформулированных заказчиком требований к победителю торгов, обусловлены намерением общества вступить в договорные отношения, исполнить муниципальный контракт в полном объёме и получить за выполненные работы установленную муниципальным контрактом цену, за счёт которой, помимо прочего, компенсировать упомянутые расходы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2022 г. № 307-ЭС22-3600, в случае несения подрядчиком расходов по оплате за банковскую гарантию во исполнение контракта, отказ от которого заявлен заказчиком в отсутствие вины подрядчика, последний лишён возможности компенсировать свои расходы на получение банковской гарантии за счёт прибыли, которую он мог получить в связи с исполнением договора в полном объёме, в связи с чем, требования о возмещении таких расходов в качестве убытков подлежат удовлетворению, с учётом частичного исполнения принятого по контракту обязательства.

Расходы принципала на оплату банковской гарантии по государственным (муниципальным) контрактам, прекращённым по обстоятельствам, за которые отвечает бенефициар, являются убытками принципала, подлежащими возмещению бенефициаром.

Размер убытков, подлежащих возмещению, определяется по правилам ст. ст. 15, 393 Гражданского кодекса.

Поскольку выданная в пользу ответчика банковская гарантия является безотзывной и безусловной, истец в силу статей 371 и 378 Гражданского кодекса не мог воспользоваться возможностью, несмотря на расторжение договора подряда, самостоятельно отозвать или осуществить иные действия по прекращению её действия и сократить расходы на комиссионное вознаграждение.

Судом не установлено факта выполнения работ, в связи с чем расходы по банковской гарантии возмещению не подлежат.

Крое того, частью 1 статьи 96 Закона о контрактной системе установлено, что заказчиком в извещении об осуществлении закупки, документации о закупке, проекте контракта, приглашении должно быть установлено требование обеспечения исполнения контракта.

В соответствии со статьёй 9 Контракта и ч. 3. ст. 96 Закона о контрактной системе выбор способа обеспечения исполнения договора является правом подрядчика и определяется им самостоятельно, и может быть представлено либо в виде банковской гарантии, либо в виде внесения денежных средств на счёт заказчика.

Таким образом, в целях выполнения обеспечительных мер Истец мог внести денежные средства на депозит заказчика при этом не нести расходы, связанные с оформлением банковской гарантии.

Любые затраты подрядчика на осуществление обеспечения исполнения обязательств по Контракту производятся подрядчиком за счёт собственных средств и не компенсируются заказчиком. Следовательно, несение расходов по выдаче банковской гарантии является предпринимательскими рисками подрядчика.

Истец самостоятельно и добровольно по собственному желанию выбрал способ обеспечения исполнения обязательств в виде предоставления банковской гарантии, предприниматель как участник предпринимательской деятельности обязан был предвидеть предполагаемые риски, связанные с заключением контракта.

Таким образом, оплата вознаграждения за выдачу банковской гарантии не может рассматриваться как причинение ущерба, поскольку расходы участника не являются убытками, так как представляют собой затраты, произведённые им на свой страх и риск в целях соблюдения требований об обеспечении исполнения обязательств по контракту.

Кроме того, ответчик не являлся стороной договора об организации выпуска банковской гарантии, не согласовывал и не участвовал в определении размера комиссионного вознаграждения и не может нести риски, связанные с исполнением этого договора.

Аналогичные выводы отражены в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 2 августа 2022 г. по делу А40-245395/21, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 ноября 2020 г. по делу А40-196799/19, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 31 октября 2022 г. по делу А40-19234/22.

Требования истца о возмещении ему затрат на приобретение дверей в рамках Контракта удовлетворению также не подлежат.

Спорный Контракт выполняется иждивением подрядчика. Истцом не доказан факт, что он, как профессиональный участник рынка строительства, на может использовать частично закупленный материал на иных объектах.

При рассмотрении требований истца о взыскании упущенной выгоды, которую истец рассчитывает как разницу возможный свой доход от надлежащего исполнения Контракта, суд пришёл к следующим выводам.

В пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 1 июля 1996 г. указано, что при рассмотрении дел, связанных с возмещением убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, необходимо учитывать, что в соответствии со статьёй 15 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат возмещению как понесённые к моменту предъявления иска убытки, так и расходы, которые сторона должна будет понести для восстановления нарушенного права.

Истцом не доказан ни один элемент состава правонарушения.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учётом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. В силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для её получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Таким образом, размер упущенной выгоды определяется с учётом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых истцом для её получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с её возмещением, следует принимать во внимание, что её расчёт, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Как указал Двадцатый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 27 января 2016 г. по делу А23-4052/2015, исходя из пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса, смысл возмещения убытков заключается в том, что в результате имущество потерпевшего (кредитора) должно оказаться в том положении, в каком оно находилось в случае, если бы вред ему не был причинён. Любая неопределённость разрешается в пользу пострадавшего лица.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Согласно части 23 статьи 95 Закона о контрактной системе при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесённого ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта.

Таким образом, из буквального толкования указанной нормы следует, что стороне Контракта (даже в случае одностороннего отказа от его исполнения) не предоставляется право требовать возмещения упущенной выгоды, т.е. неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Данная позиция также отражена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 8 декабря 2020 г. по делу А40-261461/19, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 марта 2022 г. по делуА27-27097/20, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 марта 2022 г. по делу № А27-27096/20, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 9 августа 2021 г. по делу А59-6026/16, Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. № 2990-О.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворенных требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 8, 12, 15, 16 Гражданского кодекса, статьями 4, 9, 65, 67, 71, 110, 156, 167-171, 176, 217-219 Арбитражного процессуального кодекса, суд,

Р Е Ш И Л :

1.В удовлетворении иска отказать полностью.

2.Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Компания Строй Сервис» (ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 4 200 (четыре тысячи двести) рублей, уплаченную по платёжному поручению от 8 августа 2023 г. № 51.

3.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев