ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-14462/2017

г. Вологда

26 мая 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2021 года.

В полном объёме постановление изготовлено 26 мая 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

при участии от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 11.01.2021, от общества                             с ограниченной ответственностью «Нординкрафт-Сенсор» представителя ФИО4 по доверенности от 11.01.2020, от Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12  по Вологодской области представителя ФИО5 по доверенности                    от 08.02.2021, от акционерного общества «Вологдабанк» представителя             ФИО6 по доверенности от 15.06.2020, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационного сервиса «Картотека арбитражных дел» апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Спецгарант», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» ФИО2, акционерного общества «Вологдабанк» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 17 марта 2021 года по делу № А13-14462/2017,

у с т а н о в и л :

Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Вологодской области (далее – уполномоченный орган) 05.09.2017 обратилась в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества                        с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» (адрес: 162611, 

<

...>; ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; далее – Общество, должник, ООО «Голденфлекс»). 

Определением суда от 27.11.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена ФИО7.

Далее, решением суда от 29.05.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыта процедура конкурсного производства. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на                       ФИО7

Определением суда от 26.02.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2. 

Общество с ограниченной ответственностью «Нординкрафт-Сенсор»            (далее – ООО «Нординкрафт-Сенсор») 04.09.2018 обратилось в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к должнику и акционерному обществу «Вологдабанк» (далее – АО «Вологдабанк», Банк) об оспаривании сделки                          по предоставлению отступного, оформленного соглашением от 21.10.2016 № б/н, в соответствии с которым должник передал Банку принадлежавшее ему имущество: флексопечатную машину COMBAT 430, 2003 года выпуска, серийный номер 22078 (далее – флексопечатная машина); печатный станок «SOLOFLEX 8L», 2001 года выпуска, серийный номер 1043301 (далее – печатный станок); просило применить последствия недействительности сделки и взыскать с Банка в конкурсную массу ООО «Голденфлекс» денежные средства в сумме 51 118 782 руб. 21 коп. 

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Спецгарант» (далее – ООО «Спецгарант»), ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11. 

Определением суда от 11.03.2019 уполномоченный орган привлечён                       к участию в обособленном споре в качестве созаявителя.

Уполномоченный орган просил признать недействительным соглашение от 21.10.2016 и применить последствия недействительности сделки в виде возложения на Банк обязанности возвратить в конкурсную массу должника рыночную стоимость имущества, переданного по отступному, соответствующую размеру обязательств, погашенных с предпочтением, –                 61 665 301 руб. 94 коп. 

Определением суда от 28.05.2019 к участию в обособленном споре                         в качестве созаявителя привлечен конкурсный управляющий должника; изменён процессуальный статус ООО «Спецгарант» на соответчика. 

Согласно уточнённому требованию конкурсный управляющий просил признать недействительной цепочку последовательных сделок:

- по предоставлению отступного, оформленного соглашением от 21.10.2016, в отношении флексопечатной машины и печатного станка;

- по заключению договора купли-продажи от 25.10.2016 между                        АО «Вологдабанк» и ООО «Спецгарант» в отношении флексопечатной машины и печатного станка,

а также применить последствия недействительности сделки в виде истребования из чужого незаконного владения ООО «Спецгарант» в конкурсную массу ООО «Голденфлекс» флексопечатной машины и печатного станка.

Определением суда от 13.01.2020, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда                       от 10.06.2020 в удовлетворении заявлений ООО «Нординкрафт-Сенсор», уполномоченного органа, конкурсного управляющего ООО «Голденфлекс» ФИО2 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа                           от 06.08.2020 определение суда первой инстанции от 13.01.2020, постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 отменены. 

При новом рассмотрении суд кассационной инстанции указал                            на необходимость дополнительного исследования вопросов о рыночной стоимости спорного имущества, переданного по соглашению об отступном,                 а также о заинтересованности Банка по отношению к должнику и                           ООО «Спецгарант».

Определением суда от 17.03.2021 признаны недействительными соглашение об отступном от 21.10.2016 № б/н, заключённое                                   ООО «Голденфлекс» и АО «Вологдабанк», а также договор купли-продажи               от 25.10.2016, заключённый АО «Вологдабанк» и ООО «Спецгарант». 

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с АО «Вологдабанк» в конкурсную массу должника  32 300 000 руб., восстановления обязательства должника перед АО «Вологдабанк» по договору об открытии кредитной линии от 13.11.2014 № 8281, по договору об открытии кредитной линии от 09.09.2015 № 8435, восстановления права АО «Вологдабанк» по договорам залога имущества от 13.11.2014 № 8281/1, от 13.11.2014 № 8281/2, от 27.03.2015 № 8281, понуждения ООО «Спецгарант» возвратить в конкурсную массу имущество должника: флексопечатную машину COMBAT 430, 2003 года выпуска, серийный номер 22078; печатный станок «SOLOFLEX 8L», 2001 года выпуска, серийный номер 1043301; сольвентный ламинатор GF-600 B1, 2013 года выпуска. 

Конкурсный управляющий ООО «Голденфлекс» ФИО2 с судебным актом не согласилась, в апелляционной жалобе просила определение изменить               в части и принять новый судебный акт о взыскании с АО «Вологдабанк»                         в конкурсную массу должника 84 997 000 руб. По мнению апеллянта,                       экспертное заключение, выполненное закрытым акционерным обществом «ВЦПИ», соответствует требованиям законодательства об оценочной деятельности, является достоверным. Отмечает, что при проведении повторной экспертизы обществом с ограниченной ответственностью «ЛАИР» при определении цены флексопечатной машины не была учтена модификация                        и дополнительное оборудование, дооснащение. Ссылается на то, что в отчёте                об оценке ФИО11 выявлены многочисленные нарушения, которые повлияли на определение стоимости спорного оборудования.  

ООО «Спецгарант» также не согласилось с определением суда                          от 17.03.2021, в апелляционной жалобе просило его отменить и отказать                         в удовлетворении заявленных требований. В жалобе ссылается на то, что основания для признания сделок недействительными отсутствовали. Также апеллянт не согласен с выводом суда об афиллированности между                                   АО «Вологдабанк», ООО «Спецгарант» и должником. Полагает, что злоупотребления правом с его стороны не имелось, ООО «Спецгарант»                    не знало и не могло знать о наличии признаков неплатежеспособности должника, так как имущество приобреталось у АО «Вологдабанк». 

АО «Вологдабанк» в апелляционной жалобе также просило отменить определение суда от 17.03.2021 и отказать в удовлетворении заявлений                   ООО «Нординкрафт-Сенсор», уполномоченного органа, конкурсного управляющего должника. Отмечает, что отступное являлось рыночной сделкой, разница между рыночной стоимостью оборудования и размером погашенной ссудной задолженности составила 38 %, не являющаяся существенной. Указывает, что при совершении оспариваемых сделок Банк руководствовался отчётом об оценке. Считает, что должник на дату совершения сделок                           не обладал признаками неплатежеспособности. Также полагает, что судом неправильно применены последствия недействительности сделок, оборудование в конкурсную массу должника было возвращено в порядке реституции. Считает, что расходы на проведение судебной экспертизы незаконно возложены на ответчиков, поскольку заключение эксперта в качестве надлежащего доказательства не принято.  

В заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего доводы своей жалобы поддержал, возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ООО «Спецгарант» и                                    АО «Вологдабанк» по основаниям, изложенным в отзыве. 

Представитель ООО «Нординкрафт-Сенсор» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего, возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ООО «Спецгарант» и                              АО «Вологдабанк».

Представитель уполномоченного органа согласился с доводами, изложенными в апелляционной жалобе конкурсного управляющего, возражал против удовлетворения апелляционных жалоб ООО «Спецгарант» и АО «Вологдабанк» по основаниям, изложенным в отзыве. 

Представитель АО «Вологдабанк» поддержал доводы своей апелляционной жалобы, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего, рассмотрение апелляционной жалобы ООО «Спецгарант» оставил на усмотрение суда. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он, в силу положений процессуального законодательства, высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность                                           и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб. 

Как усматривается из материалов дела, 13.11.2014 Банк и должник заключили договор № 8281 об открытии кредитной линии на общую сумму 12 500 000 руб. с условием о сроке предоставления кредита – до 31.12.2014, с условием об окончательном возврате кредита – по 10.11.2016 включительно, с условием о начислении процентов за пользование кредитными средствами в размере 20 % годовых. 

Также 09.09.2015 Банк и должник заключили договор № 8435                         об открытии кредитной линии на общую сумму 11 000 000 руб., с условием                      о сроке предоставления кредита – по 29.09.2016 включительно, с условием                       об окончательном возврате кредита – по 31.08.2017 включительно, с условием                   о начислении процентов за пользование кредитными средствами в размере 20 % годовых. 

Банк надлежащим образом исполнил принятые на себя обязательства, предоставив заёмщику денежные средства, что подтверждается выписками                    по счетам должника и лицами, участвующими в деле, не оспаривается. 

В обеспечение обязательств по кредитным договорам заключены договоры залога спорного имущества от 13.11.2014 № 8281/1, от 13.11.2014 № 8281/2,                   от 27.03.2015 № 8281 (в редакциях дополнительных соглашений), залог недвижимого имущества (ипотеки) от 09.09.2015 № 8435, предоставлено поручительство ФИО8, ФИО9 

Банк и должник 21.10.2016 заключили спорное соглашение, по условиям которого стороны договорились о прекращении обязательств, вытекающих                  из договоров об открытии кредитной линии от 13.11.2014 № 8281 и от 09.09.2015 № 8435, предоставлении должником взамен исполнения обязательств отступного. 

Согласно пункту 1.4 соглашения отступное полностью покрывает требования Банка, возникшие из кредитных договоров, в общем размере                        23 331 698 руб. 06 коп., в том числе: 

- по договору об открытии кредитной линии от 13.11.2014 № 8281:                   12 233 290 руб. – основной долг, 156 425 руб. 67 коп. – проценты по основному долгу за период с 26.09.2016 по 21.10.2016 включительно; 

- по договору об открытии кредитной линии от 09.09.2015 № 8435:                    10 803 835 руб. – основной долг, 138 147 руб. 39 коп. – проценты по основному долгу за период с 26.09.2016 по 21.10.2016 включительно. 

Должник передал Банку в счёт исполнения обязательств по кредитным договорам спорное имущество, стоимость которого оценена сторонами в размере 23 331 698 руб. 06 коп., в том числе:

- флексопечатной машины – 9 292 472 руб. 28 коп.; 

- сольвентного ламинатора – 2 652 761 руб. 21 коп.; 

- печатного станка – 11 386 464 руб. 57 коп. 

Стоимость спорного имущества определена Банком на основании отчёта                  об оценке от 14.10.2016 № 16-Р/731, выполненного оценщиком                                   индивидуальным предпринимателем ФИО11 (25 997 000 руб.),                        и по согласованию с должником. 

АО «Вологдабанк» (продавец) и ООО «Спецгарант» (покупатель) 25.10.2016 заключили договор купли-продажи спорного оборудования по цене              23 331 698 руб. 06 коп.: 

- флексопечатной машины – 9 292 472 руб. 28 коп.; 

- сольвентного ламинатора – 2 652 761 руб. 21 коп.; 

- печатного станка – 11 386 464 руб. 57 коп. 

По условиям договора купли-продажи (приложение № 1, спецификация)              в счёт оплаты цены договора ООО «Спецгарант» перечисляет Банку денежные средства по согласованному графику: в размере 972 154 руб. ежемесячно в период с 01.11.2017 по 01.09.2019 и в размере 972 156 руб. 06 коп. – до 25.10.2019. 

Спорное оборудование передано ООО «Спецгарант» по акту приёма-передачи товара 25.10.2016. 

В целях исполнения обязательства ООО «Спецгарант» по оплате поставленного оборудования Банком 25.10.2016 заключены договоры поручительства с ФИО10 и с ФИО9 

ООО «Спецгарант» и Банк 24.10.2016 заключили кредитный договор                  № 

<

***>, по условиям пункта 2.1 которого ООО «Спецгарант» обязалось использовать полученные кредитные средства на погашение ссудной задолженности ООО «Голденфлекс» перед Банком.

Обязательство перед Банком по договору от 25.10.2016 по оплате спорного оборудования исполнено ООО «Спецгарант» 29.09.2017.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и                части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В пункте 1 Постановления № 63 разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам указанной главы, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим                               по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платёж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного и тому подобное). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления                                 о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться,                        в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого  им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую                    с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

При рассмотрении настоящего требования судом первой инстанции установлено, что обжалуемые сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления                          о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1       статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1       статьи 61.2 Закона о банкротстве требуется установление того, что цена и (или) иные условия оспариваемой сделки существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

Как указано в пункте 8 Постановления № 63, при разрешении вопроса                о наличии факта неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки необходимо сравнение условий сделки с аналогичными сделками: следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

По общему правилу, бремя доказывания того, что цена сделки и (или) иные условия на момент её заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, лежит на заявителе соответствующего требования о признании такой сделки недействительной,                       а бремя опровержения – на ответчике. 

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия                  в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества                   с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания, в том числе в процедуре банкротства. 

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, цепочка спорных сделок совершена и исполнена в пределах годичного срока                  до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Судом установлены признаки фактической аффилированности между ООО «Голденфлекс» и ООО «Спецгарант», взаимосвязанными                                        с ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «НордПак»,               ООО «Нординкрафт-Сенсор». 

В рассматриваемый период участником и руководителем                               ООО «Спецгарант» являлся ФИО10

Участниками ООО «Голденфлекс» являлись ФИО8 (доля участия 98 %) ФИО9 (доля участия 2 %), директором ООО «Голденфлекс» являлся ФИО9 

Участниками ООО «НордПак» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) являлся ФИО10 (доля участия 95 %) ФИО9 (доля участия 5 %), директором ООО «Голденфлекс» являлся ФИО9 

Участником ООО «Нординкрафт-Сенсор» (ОГРН 

<

***>;                   ИНН 

<

***>) являлся ФИО8 (78 %). 

ФИО8, ФИО9, ФИО10 являлись акцессорными должниками по обязательствам должника и ООО «Спецгарант», кредитовали деятельность ООО «Голденфлекс» при отсутствии явной экономической целесообразности совершения операций, а также доказательств возможности                у должника исполнить вновь создаваемые обязательства. 

Как следует из материалов настоящего дела, а также дела                               № А13-15790/2016, указанные физические лица, а равно ООО «НордПак»,  ООО «Спецгарант», ООО «Нординкрафт-Сенсор» не предпринимали попыток взыскания долгов до момента возникновения банкротства должника, предоставляли должнику новые займы при отсутствии у должника возможности исполнения ранее заключённых обязательств. 

ЗАО «Голденфлекс» (правопредшественник ООО «Голденфлекс»),              ООО «Спецгарант», ООО «НордПак» и ООО «Нординкрафт-Сенсор» связывали длительные хозяйственные связи, в частности ООО «Спецгарант» являлось одним из основных потребителей продукции ООО «Голденфлекс»                и его правопредшественника.  

Поручительство ФИО9 за исполнение ООО «Спецгарант» обязательств перед Банком по договору купли-продажи также указывает                     на заинтересованность в сделке по передаче имущества в адрес                               ООО «Спецгарант». 

Банком выдан ООО «Спецгарант» кредит на приобретение спорного имущества и предоставлены привилегии в виде рассрочки по оплате                            по договору купли-продажи на два года. Банком ООО «Спецгарант» выдан новый кредит для закрытия задолженности должника перед Банком,                   в связи с чем новым должником на эту же сумму стало ООО «Спецгарант». 

Как верно отмечено судом первой инстанции, одним из выгодоприобретателем (получателем спорного оборудования по цене значительно ниже рыночной) в ходе последовательных сделок по заключению соглашения об отступном от 21.10.2016 и договора купли-продажи спорного оборудования от 25.10.2016 являлось ООО «Спецгарант» фактически аффилированное с должником.  

Результатом вышеуказанных сделок явилась юридическая смена титульного собственника спорного оборудования с ООО «Голденфлекс»                     на ООО «Спецгарант». 

ООО «Спецгарант» приобрело оборудование по цене существенно заниженной по сравнению с рыночной стоимостью и продолжало его эксплуатировать в интересах группы компаний. 

Как следует из материалов дела, на даты спорных сделок у должника имелись признаки несостоятельности (банкротства). 

ЗАО «Голденфлекс» 30.03.2015 реорганизовано в форме преобразования в ООО «Голденфлекс» (государственный регистрационный номер записи                    в ЕГРЮЛ, содержащей указанные сведения, 2153528265790). Согласно данным бухгалтерского баланса за 2015 год сумма активов должника составила                         32 988 тыс. руб., суммарный размер краткосрочных и долгосрочных обязательств  (заёмные средства) составил 36 161 тыс. руб. 

Согласно финансовому анализу, проведённому временным управляющим должника, в 2016-2017 годах финансовое состояние ООО «Голденфлекс» ухудшалось. 

В Арбитражный суд Вологодской области 29.11.2016 с заявлением                          о признании ООО «Голденфлекс» несостоятельным (банкротом) обратилось ООО «Партнер», в обоснование заявления ООО «Партнер» сослалось                           на наличие у должника признаков банкротства, а именно наличие задолженности, подтверждённой решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.05.2016 по делу № А56-15591/216,  в размере более 300 тыс. руб., не исполненной в течение трёх месяцев с даты, когда она должна быть погашена. На основании заявления ООО «Партнер» определением от 06.12.2016 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Голденфлекс» № А13-15790/2016. Производство                          по данному делу прекращено 14.04.2017 в связи с погашением задолженности перед ООО «Партнер» третьим лицом ФИО10 

О наличии признаков неблагоприятного финансового положения                   ООО «Голденфлекс» было известно ООО «Спецгарант», являющемуся как участником одной с должником группы компаний, так и его кредитором. 

Определениями Арбитражного суда Вологодской области от 09.10.2018, от 26.12.2018, от 16.07.2019, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.06.2019 по настоящему делу установлено, что физические и юридические лица, входившие в одну группу с должником, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ООО «Спецгарант»,                              ООО «НордПак», ООО «Нординкрафт-Сенсор», постоянно осуществляли финансирование деятельности ООО «Голденфлекс» путём предоставления ему займов, либо предоставления не обусловленной разумными экономическими целями отсрочки платежей. Цели таких действий суду первой инстанции не раскрыты. 

Согласно пояснениям ООО «Спецгарант», имущество в период передачи его Банку по соглашению об отступном, до и после заключения договора купли-продажи не меняло своего местоположения. Спорное оборудование продолжало использоваться в производственной деятельности, при этом произошла смена его собственника и фактически – перевод долга                                    с ООО «Голденфлекс» на ООО «Спецгарант». 

В результате цепочки спорных сделок Банк получил выгоду в виде предоставления ему необоснованных преференций по сравнению с иными кредиторами должника, не обладавшими информацией о реальном финансовом состоянии Общества и залоговыми преимуществами. 

Доводы Банка об отсутствии у него источников информации                                о финансовом состоянии должника судом первой инстанции обоснованно отклонены.  

Информированность Банка как профессионального участника правоотношений в сфере кредитования о финансовом положении Общества презюмируется. 

Кроме того, должник за период кредитования в Банке неоднократно допускал просрочки по оплате, а также пролонгации кредитов, в соответствии                             с условиями кредитного договора должник представлял в Банк документы о его финансовом положении. 

В результате спорных сделок Банк существенно снизил собственные риски, при этом Банк приобрёл нового должника в лице ООО «Спецгарант», обладавшего по сравнению с должником лучшим финансовым положением, которому выдал кредит на приобретение имущества и предоставил привилегии в виде рассрочки по оплате по договору купли-продажи на два года. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.10.2011 № 9709/11, обычной практикой кредитных организаций при ненадлежащем исполнении обеспеченного ипотекой обязательства является обращение взыскания                           на заложенное имущество, а не приобретение этого имущества залогодержателем в порядке отступного или иным способом в обход действующего законодательства.

Согласно представленному в материалы дела отчёту об оценке, выполненному оценщиком ИП ФИО11, стоимость имущества составляла 25 997 000 руб. 

Согласно экспертному заключению, выполненному ЗАО «ВЦПИ», стоимость имущества составляла 84 997 000 руб.

Таким образом, отчёты об оценке содержали сведения о совершенно разной стоимости предмета оценки, что порождало сомнения в достоверности сведений, содержащихся в каждом из таких отчётов. 

Судом по ходатайству АО «Вологдабанк» и ООО «Спецгарант» в целях выяснения рыночной стоимости спорного оборудования на дату заключения соглашения назначена повторная судебная экспертиза.  

Согласно заключению эксперта ООО «ЛАИР» от 23.12.2020                                  № К-34399/20 рыночная стоимость оборудования по состоянию на 26.10.2016 составляла 32 300 000 руб., в том числе флексопечатной машины –                  11 000 000 руб., сольвентного ламинатора – 20 000 000 руб., печатного станка – 32 300 000 руб. 

Недостатков в экспертном заключении, сомнений в правильности                           и объективности содержащихся в нём выводов, которые могли бы послужить основанием для назначения повторной экспертизы судом не установлено. 

Таким образом, спорное оборудование приобретено Банком и                            ООО «Спецгарант» по цене существенно ниже его действительной рыночной стоимости и должнику причинён значительный ущерб, выражающийся                           в неполучении им дохода, на который он вправе рассчитывать исходя из рыночной цены спорного имущества в случае обращения взыскания на заложенное имущество либо передачи его Банку в результате заключения и исполнения оспариваемой сделки по цене, заниженной по отношению к оценке спорных объектов. 

Разумных обоснований цели получения в своё ведение спорного имущества должника (всего на четыре дня) Банк не представил. 

Учитывая изложенное, в действиях Банка по принятию в качестве отступного имущества должника по заниженной цене и дальнейшей его передаче аффилированному с должником ООО «Спецгарант», при условии наличия у Общества признаков несостоятельности, о чём Банк мог и должен был знать, предоставлению рассрочки по оплате на срок два года в преддверии банкротства самого Банка и заключению кредитных договоров                                            с ООО «Спецгарант» в погашение обязательств как Общества, так и его участника с долей участия в размере 98 %, усматриваются признаки недобросовестности. 

Участие Банка в цепочке взаимосвязанных сделок, хотя формально                         и соответствующих требованиям законодательства, свидетельствует                               о направленности его действий на реализацию договорённостей между Банком и группой аффилированных лиц, в которую входили Общество и                            ООО «Спецгарант», и нарушение такими действиями интересов добросовестных кредиторов. 

Действия Банка, Общества и ООО «Спецгарант» направлены                              на заблаговременное планирование снижения собственных рисков, связанных        с возможным введением процедур банкротства в отношении должника                          в условиях ухудшения показателей его финансово-хозяйственной деятельности, а для аффилированных с должником лиц – также на вывод активов должника. 

Указанные цели оспариваемыми сделками, совершёнными в обход закона, достигнуты. Цепочка сделок совершена со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ), соответственно, является недействительной. 

Таким образом, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, пришёл к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований. 

Аргументы Банка о том, что он не был осведомлён о реальном финансовом положении должника, обоснованно отклонены судом первой инстанции по указанным выше основаниям. 

Доводы апеллянтов не содержат фактов, которые не были бы проверены             и учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда, в связи с этим подлежат отклонению. 

В соответствии со статьёй 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Последствия признания недействительной сделки по передаче предмета залога в качестве отступного, согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона                                 о банкротстве, заключаются в возложении на залогодержателя обязанности                     по возврату его в конкурсную массу и восстановлении задолженности перед ним; также восстанавливается право залога по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 352 ГК РФ. 

Последствиями признания недействительной цепочки сделок является взыскание с Банка действительной стоимости оборудования по состоянию               на 21.10.2016, определённой на основании судебной экспертизы, в размере 32 300 000 руб., а также одновременное восстановление задолженности Общества перед Банком по договору об открытии кредитной линии                            от 13.11.2014 № 8281, по договору об открытии кредитной линии от 09.09.2015 № 8435, права залога Банка по договорам залога имущества от 13.11.2014                   № 8281/1, от 13.11.2014 № 8281/2, от 27.03.2015 № 8281. 

В качестве последствий недействительности ничтожных сделок                     ООО «Спецгарант» обязано возвратить в конкурсную массу Общества всё имущество должника, переданное в результате совершения цепочки недействительных сделок. При этом в случае возврата спорного оборудования                в конкурсную массу Общества взыскание с Банка надлежит прекратить                         и осуществить поворот исполнения. 

Таким образом, поскольку заявленные требования о признании спорных сделок недействительными удовлетворены, суд первой инстанции, проанализировав все обстоятельства дела и приведённые выше нормы права, правомерно применил последствия недействительности сделок. 

Иное толкование апеллянтами положений гражданского законодательства               и законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника  не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

В свете изложенного оснований для отмены определения суда 17.03.2021  не имеется. 

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора не допущено. При таких обстоятельствах апелляционные жалобы по приведённым в них доводам удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 17 марта                 2021 года по делу № А13-14462/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Спецгарант», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» ФИО2, акционерного общества «Вологдабанк» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Голденфлекс» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 162611, 

<

...>) в федеральный бюджет 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

О.Н. Виноградов

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая