ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-30546/2020

г. Саратов

24 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 апреля 2023 года. 

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  

председательствующего – судьи Н.А. Колесовой,  

судей Г.М. Батыршиной, Е.В. Яремчук,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Волгоградской области о признании требований кредитора обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, от 30 декабря 2022 года по делу № А12-30546/2020 по требованию ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов 

заинтересованные лица: 

акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк», 

общество с ограниченной ответственностью «Совхоз Карповский», 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>, адрес регистрации: 

<

...>; ИНН 

<

***>), 

при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО4, представителя, доверенность от 27.07.2022 (личность установлена, оригинал доверенности обозревался, копия доверенности приобщена к материалам дела), иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, частей 1, 2 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается почтовыми уведомлениями о вручении почтовых отправлений от 22.03.2023, отчетом о публикации судебных актов от 26.01.2023, 21.02.2023,

УСТАНОВИЛ:

01 декабря 2020 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07 декабря 2020 года заявление кредитора принято к производству суда, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13 апреля 2021 года заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5. Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 22 октября 2021 года гражданин ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО6. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 02 февраля 2022 года ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2, финансовым управляющим должника утвержден ФИО7, член Ассоциации арбитражных управляющих «ЦФОП АПК». 

12 октября 2022 года в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника требований в общем размере 21190151,33 руб. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 30 декабря 2022 года требования ФИО3 в размере 21190151, 33 руб., из которых, проценты 4376924,65 руб. неустойка 16813226,68 руб., признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов имущества должника - ФИО2. 

23 января 2023 года в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд поступили апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 30 декабря 2022 года по делу № А12-30546/2020. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом в части понижения очередности удовлетворения требований кредитора, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение арбитражного суда первой инстанции отменить, восстановить пропущенный срок на подачу заявления о включении в реестр требований кредиторов должника и включить в реестр требований кредиторов ФИО2 требования ФИО3 в размере 21190151,33 руб. 

Податель жалобы указывает на то, что он объективно не мог заявить свои требования в установленный законом срок, поскольку в материалах дела отсутствовали надлежащие документы (судебные акты суда общей юрисдикции по делу № 2-1165/2019), на основании которых были произведены расчеты штрафных санкций. По мнению апеллянта, указанные обстоятельства свидетельствуют об уважительности причин пропуска срока, а пропущенный срок подлежал восстановлению.   

Должник не согласен с принятым определением суда в части размера установленного судом требования. Так, податель жалобы указывает на то, что заявленный размер неустойки является несоразмерным последствиям нарушенного обязательства, заявленный размер неустойки 16813226,68 руб. подлежал уменьшению. Также, податель жалобы полагает, что период с 06.04.2020 по 06.10.2020 необоснованно был включен в период начисления процентов и неустойки, поскольку в указанный период действовал мораторий, установленный Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 428.    

Отзывы на апелляционные жалобы в материалы дела не представлены.  

ФИО3, финансовый управляющий ФИО8 обратились с ходатайствами об отложении судебного заседания в связи с невозможностью обеспечить свою явку и явку своих представителей. 

Согласно части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Заявитель жалобы, финансовый управляющий, заявив ходатайства об отложении рассмотрения апелляционных жалоб, не обосновали необходимость личного участия в судебном разбирательстве, почему не могут быть направлены иные представители, какие дополнительные доказательства, имеющие значение для разрешения спора и принятия законного решения, будут представлены.  

Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Удовлетворение необоснованного ходатайства об отложении судебного заседания может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий, в том числе права на судопроизводство в разумный срок.

Новых доказательств в суде апелляционной инстанции не приобщалось, вновь утвержденный финансовый управляющий имел достаточное время для ознакомления с материалами дела, в том числе апелляционными жалобами, и подготовки своей позиции по заявленным требованиям.  

Арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований, по которым рассмотрение апелляционных жалоб невозможно в данном судебном заседании, поэтому с учетом положений статей 158, 267 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявленные ходатайства об судебного разбирательства не подлежат удовлетворению.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционных жалобах, выступлениях присутствующего в судебном заседании представителя должника, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Статья 100 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает право кредиторов предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов.

Пунктом 3 статьи 100 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд конкурсным управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника – унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»,  в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По смыслу перечисленных норм права, регулирующих порядок установления размера требований кредиторов в делах о банкротстве, не подтвержденные судебным решением требования кредитора могут быть установлены лишь при условии, если представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Цель проверки судом требований кредиторов состоит, прежде всего, в недопущении включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Проверка обоснованности требования кредитора состоит в оценке доказательств, представленных в подтверждение наличия перед ним денежного обязательства.

Как следует из материалов дела, между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 03.09.2012 был заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому банк предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 1 666 977,5 руб., под 13 %, годовых, срок возврата кредита по договору установлен 17.08.2020 г. 

В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз Карповский» был заключен договор № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 03.09.2012 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 03.09.2012, банковским ордером № 8772 от 04.09.2012. 

Должник обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 03.09.2012 не исполнил.

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 27.06.2013 был заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 3 818 062,68 рублей, под процентную ставку 14 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 28 апреля 2023 г. 

В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» были заключен договор: № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 27.06.2013 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 27.06.2013, банковским ордером № 5049 от 27.06.2013. Должник обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 27.06.2013 не исполнил.

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 28.08.2013 был заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 6 844 406,77 рублей, под процентную ставку 14 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 25 июня 2021 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 28.08.2013 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 28.08.2013, банковским ордером № 4958 от 28.08.2013. Должник обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 28.08.2013 не исполнил.

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 30.07.2014 был заключен договор № 

<

***> об открытии кредитной линии, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 10 400 600 рублей, под процентную ставку 14,85 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 28 мая 2019 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 30.07.2014 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 30.07.2014, банковским ордером № 4839 от 30.07.2014. Должник обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 30.07.2014 не исполнил. 

12.08.2014 был заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 1 017 367 рублей, под процентную ставку 15,40 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 12 августа 2019 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 12.08.2014 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 12.08.2014, банковским ордером № 7152 от 13.08.2014. Должник обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 12.08.2014 не исполнил. 

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 14.10.2014 был заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 2 043 192 рублей, под процентную ставку 15,29 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 14 октября 2019 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» были заключены договор № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 14.10.2014 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 14.10.2014, банковским ордером № 6929 от 14.10.2014. Должник обязательства по кредитному договору № 

<

***> от 14.10.2014 не исполнил. 

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 28.04.2015 был заключен договор № 154600/0047 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 3 326 092 рубля, под процентную ставку 19,98 % в период с 29.04.2015 по 26.10.2017 включительно, 14,09 % с 27.10.2017, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 22 апреля 2020 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 154600/0047-9 поручительства физического лица от 28.04.2015 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 28.04.2015, банковским ордером № 2721 от 27.05.2015. Должник обязательства по договору № 154600/0047 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 28.04.2015 не исполнил.

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 28.04.2015 был заключен кредитный договор № 

<

***>, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 16 076 928,01 рублей, под процентную ставку 19,98 % в период с 29.04.2015 по 26.10.2017 включительно, 14,19 % с 27.10.2017, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 22 апреля 2020 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 

<

***>-9 поручительства физического лица от 28.04.2015 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 28.04.2015, банковским ордером № 5778 от 28.04.2015. Должник обязательства по договору № 

<

***> об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 28.04.2015 не исполнил. 

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 25.06.2015 был заключен договор № 154600/0062 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 12 086 334,24 рубля, под процентную ставку 17,5 % в период с 26.06.2015 по 26.10.2017 включительно, 13,41 % с 27.10.2017, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 17 июня 2020 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 154600/0062-9 поручительства физического лица от 25.06.2015 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 25.06.2015, банковскими ордерами № 82925 от 31.08.2015, № 5587 от 12.08.2015,8058 от 07.08.2015, 4968 от 25.06.2015. Должник обязательства по договору № 154600/0062 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 25.06.2015 не исполнил.

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 10.04.2017 был заключен договор № 174600/0034 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 28 000 000 рубля, под процентную ставку 14,15 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 25 февраля 2019 года.

В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 174600/0034-9 поручительства физического лица от 10.04.2017 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 10.04.2017, банковскими ордерами № 6010 от 12.04.2017, № 9624 от 11.04.2017. Должник обязательства по договору № 174600/0034 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 10.04.2017 не исполнил. 

Между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк» 18.04.2017 был заключен договор № 174600/0042 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, по которому Кредитор предоставил ООО «Совхоз «Карповский» денежные средства в размере 30 000 000 рубля, под процентную ставку 14,15 %, окончательный срок возврата кредита по договору установлен 27 марта 2019 года. В обеспечение своевременного и надлежащего исполнения обязательств ООО «Совхоз «Карповский» был заключен договор № 174600/0042-9 поручительства физического лица от 18.04.2017 с ФИО2.

АО «Россельхозбанк» исполнил обязательства по договору, что подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***> от 14.04.2017, банковскими ордерами № 4334 от 21.04.2017, № 8652 от 20.04.2017, 9090 от 27.04.2017. Должник обязательства по договору № 174600/0042 об открытии кредитной линии с лимитом выдачи от 18.04.2017 не исполнил. 

13 декабря 2019 года Городищенским районным судом Волгоградской области вынесено решение по делу № 2-1165/2019 о взыскании в пользу АО «Россельхозбанк» с ФИО2, ООО «Совхоз «Карповский» суммы задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество. 

25 марта 2020 года определением Городищенского районного суда Волгоградской области утверждено мировое соглашение, заключенное между АО «Россельхозбанк» в лице Волгоградского регионального филиала и ФИО2, ООО «Совхоз «Карповский», согласно которому ответчики приняли на себя обязанность в добровольном порядке погасить задолженность перед АО «Россельхозбанк». 

Мировое соглашение не исполнено, АО «Россельхозбанк» исполнительные листы в отношении ФИО2, ООО «Совхоз «Карповский» предъявил в службу судебных приставов

Задолженность по решению Городищенского районного суда Волгоградской области от 13.12.2019 составила 59005986,82 руб. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13.04.2021 по делу № А12-30546/2020 признано обоснованным требование АО «Российский Сельскохозяйственный банк» на общую сумму 59005 986,82 руб., из них: 49419 009,76 руб. - основной долг, 9 022 056,62 руб. - проценты, 424 978,97 руб. - неустойка, 139 941,47 руб. – комиссии и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.11.2021 по делу А12-30546/2020 на основании договора № UP214600/0022 уступки прав требований (цессии) от 23.09.2022 была произведена процессуальная замена кредитора АО «Российский Сельскохозяйственный банк» на его правопреемника ФИО3 на сумму требований в размере 58850056,13 руб., из которых 49 263 079,07 руб. - основной долг, 9 022 056,62 руб. - проценты, 139 941,47 руб. - комиссия, 424 978,97 руб. – неустойка. 

В соответствии с п. 1.5 договора № UP214600/0022 уступки прав требований (цессии) от 23.09.2022  права (требования) Кредитора переходят к Новому Кредитору в том объеме и не тех условиях, которые существовали у Кредитора к моменту перехода прав (требований) к Новому Кредитору. В частности, к новому кредитору ФИО3 переходят права, обеспечивающие исполнение обязательств, а также другие, связанные с требованием права, в том числе права залогодержателя, существовавшие у кредитора к моменту заключения Договора, права на уплату штрафных процентов, выплачиваемых в рамках процедур банкротства Должника, Поручителя Должника. 

В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное  действие,  как-то:  передать  имущество,  выполнить  работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений пункта 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или  иными правовыми актами.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами. 

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах»). 

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской федерации. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений  Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Заключенные сторонами договоры от 03.09.2012 № 

<

***>-9, от 27.06.2013 № 

<

***>-9, от 28.08.2013 № 

<

***>-9, от 30.07.2014 № 

<

***>-9, от 12.08.2014 № 

<

***>-9, от 14.10.2014 № 

<

***>-9, от 28.04.2015 № 154600/0047-9, от 28.04.2015 № 

<

***>-9, от 25.06.2015 № 154600/0062-9, от 10.04.2017 № 174600/0034-9, от 18.04.2017 № 174600/0042-9 являются договорами поручительства и регулируются как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в параграфе 5 главы глава 23 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обеспечение исполнения обязательств».

В соответствии с положениями статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним обязательства полностью или в части.

На основании пунктов 1, 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В соответствии со статьей 323 Гражданского кодекса Российской Федерации  при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Какое-либо ограничение в очередности предъявления требования об исполнении обязательства законодательством не установлено.

Иными словами, действующее гражданское законодательство предусматривает возможность взыскания одной и той же суммы долга по обеспеченному поручительству обязательству одновременно с нескольких лиц (должника и поручителя), при этом, соответствующий судебный акт может быть принят как в отношении должника и поручителя, так и каждого из них в отдельности.

По правилам статей 323, 325 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью. Исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору.

Требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение указанного обязательства (пункт 1 статьи 363 ГК РФ). 

Требование кредитора в деле о банкротстве поручителя устанавливается по общему правилу на день подачи в арбитражный суд заявления о признании поручителя банкротом (если кредитор является заявителем по делу о банкротстве) или на день введения в отношении поручителя первой процедуры банкротства (если требование заявлено после принятия судом заявления о признании поручителя банкротом) (пункт 1 статьи 4 Закона о банкротстве).

В частности, если требование кредитора ранее уже было включено в реестр требований кредиторов должника по основному обязательству, исходя из основной цели обеспечительного обязательства, призванного защитить кредитора от негативных последствий банкротства должника, состав и размер требования кредитора к поручителю в деле о банкротстве последнего определяются по общим правилам пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве – на день введения первой процедуры банкротства в отношении поручителя. Это означает, что поручитель не освобождается, в том числе, от уплаты договорных процентов и неустойки за период со дня введения процедуры банкротства в отношении должника по основному обязательству и до дня введения первой процедуры банкротства в отношении самого поручителя (пункт 2 статьи 363 ГК РФ). 

Как верно указал суд первой инстанции, поскольку материалы дела не содержат доказательства возврата денежных средств, переданных по кредитным договорам в установленный договорами срок, срок исполнения обязательства для основного заемщика наступил, требование кредитора правомерно признано обоснованным в заявленной сумме. 

Отказывая в применении положений статьи 333 ГК РФ, суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия оснований к снижению предъявленной неустойки. 

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

В соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона таких его условий, как размеры неустойки - они должны быть соразмерны указанным в этой конституционной норме целям.

Осуществляя правовое регулирование оснований, условий и сроков привлечения к юридической ответственности, суд должен исходить из того, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом или договором, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями; наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов ответственности, а его признаки, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами ответственности; общепризнанным принципом привлечения к ответственности во всех отраслях права является наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. предусмотрено непосредственно в законе.

Таким образом, закрепляя и изменяя меры ответственности за совершение правонарушений, суд обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом, означающее, что любое правонарушение и санкции за его совершение должны быть четко определены в законе или договоре, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть правовые последствия своих действий (бездействия.

Одно из основных начал гражданского законодательства - свобода договора (пункт 1 статьи 1, статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), а одним из частных его проявлений, в свою очередь, является закрепленная параграфом 2 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность сторон договора предусмотреть на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства неустойку, которой данный Кодекс называет определенную законом или договором денежную сумму, подлежащую уплате должником кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2015 года N 6-О).

Процентная ставка по начисленной неустойке составила от 26,00% до 30,80% годовых по 11 кредитным договорам. 

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Должник ходатайствовал о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

При взыскании неустойки с иных лиц правила статьи 333 ГК РФ могут применяться не только по заявлению должника, но и по инициативе суда, если усматривается очевидная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, свидетельствующие о такой несоразмерности (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ). При наличии в деле доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, суд уменьшает неустойку по правилам статьи 333 ГК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих судебных актах (Определения от 21 декабря 2000 года N 263-О, от 22 января 2004 года N 13-О, от 22 апреля 2004 года N 154-О) обратил внимание на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Согласно пункту 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные стороной имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые участники обязательства вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года № 11680/10 по делу № А41-13284/09 разъяснено, что правила статьи 333 Кодекса предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем, для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Обязательным условием взыскания неустойки в силу положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор практики применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» является соразмерность ее суммы последствиям нарушения обязательства, что предполагает возмещение кредитору нарушенного интереса с недопущением его неосновательного обогащения. Назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественной сферы потерпевшего. Иными словами, при определении подлежащей взысканию суммы неустойки необходимо исходить из задачи выплатить достойную компенсацию кредитору, при том, что это не должно приводить к неосновательному обогащению последнего.

Как указано в пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, неустойка выполняет функцию средства обеспечения прав кредитора, если ее применение создает экономические стимулы правомерного поведения должника: разумный участник оборота будет стремиться избежать неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательства под угрозой применения меры ответственности, если потери, ожидаемые в случае взыскания неустойки, для него окажутся большими в сравнении с преимуществом, получаемым из нарушения условий обязательства.

В связи с этим уменьшение неустойки на основании пункта 2 статьи 333 ГК РФ допускается, если должником будет доказано, что размер неустойки, определенный по согласованным сторонам или законом правилам, существенно превышает величину имущественных потерь, которые возникли или могут возникнуть у кредитора, в том числе, с учетом существа обязательства, в отношении которого начислена неустойка.

Если иное не вытекает из представленных доказательств, в качестве минимальной величины имущественных потерь кредитора, не требующей доказывания, принимается двукратный размер ключевой ставки Банка России, поскольку предполагается, что такую выгоду из неисполнения обязательства во всяком случае мог извлечь должник и возможности её извлечения оказался лишен кредитор. Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 ГК РФ»).

Однако, решая вопрос о снижении штрафной неустойки, применение которой не имеет компенсаторного значения, в том числе при доказанности существенного превышения неустойки над убытками, суд не может не принимать во внимание обстоятельства, свидетельствующие о чрезмерности и обременительности неустойки в абсолютном и (или) относительном размерах как таковой, и должен учитывать обстоятельства, характеризующие поведение контрагента (в какой мере должник пренебрег возложенной на него обязанностью, частоту допускаемых им нарушений и их продолжительность и т.п.), иные подобные обстоятельства, позволяющие индивидуализировать применение меры ответственности.

Оценивая обременительность и чрезмерный характер неустойки, суд также принимает во внимание, каким образом было достигнуто соглашение о ее уплате между сторонами договора, в частности, если условия договора, определяющие правила начисления и (или) размер неустойки были навязаны экономически сильной стороной, для контрагента которой согласование иных условий являлось затруднительным (статья 428 ГК РФ, пункты 9 - 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в данном случае стороны воспользовались предоставленным ГК РФ правом, самостоятельно согласовали в заключенном договоре размер неустойки.

Доказательства явной несоразмерности заявленной неустойки последствиям неисполнения обязательств ФИО2 в материалы дела не представлено. 

Ссылка должника на размер ставки рефинансирования таким доказательством не является. 

Сама по себе ставка неустойки, даже если она превышает ставку рефинансирования, как верно указал суд первой инстанции, в данном конкретном случае не может свидетельствовать о наличии оснований для уменьшения суммы. 

Процент неустойки, согласованный сторонами, не является чрезмерно высоким, соответствует сложившейся практике договорных отношений хозяйствующих субъектов и соразмерен последствиям допущенного ответчиком нарушения. 

Погашение задолженности по основному долгу не является основанием для снижения размера взыскиваемой неустойки, уплата основного долга не отменяет обязанность по оплате неустойки по договору, которая возникла в связи с просрочкой исполнения обязательств, которая значительна по времени. 

Доводы ФИО2 о неверном определении периода начисления процентов и неустойки были предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отклонены ввиду следующего. 

Согласно абзацу четвертому пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)» проценты, подлежащие уплате за пользование денежными средствами, предоставленными по договору займа (статья 809 ГК РФ), кредитному договору (статья 819 ГК РФ) либо в качестве коммерческого кредита (статья 823 ГК РФ), не являются финансовыми санкциями, поэтому при разрешении споров о взыскании указанных процентов следует исходить из того, что в период действия моратория эти проценты, по общему правилу, продолжают начисляться (в отсутствие дела о банкротстве, возбужденного в трехмесячный срок, судебной рассрочки).

Статьей 5 Федерального закона от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций" Закон о банкротстве дополнен статьей 9.1, предоставляющей Правительству Российской Федерации в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) право на введение временного моратория на возбуждение дел о банкротстве.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 63 Закона о банкротстве к числу последствий вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения отнесено приостановление начисления неустойки (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (абзац 10).

Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 N 428 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов с 06.04.2020.

В этот период на требования, возникшие до его введения, не начисляются проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка по статье 330 ГК РФ, пени за просрочку уплаты налога или сбора по статье 75 Налогового кодекса Российской Федерации, а также иные финансовые санкции.

Как верно указал суд первой инстанции, по смыслу пункта 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве мораторий направлен на защиту должников, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для его введения, предоставление им возможности выйти из сложного положения и вернуться к нормальной хозяйственной деятельности.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 N 428 (ред. от 22.05.2020) "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников" действие данного моратория распространялось с 06 апреля 2020 года. 

В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория. 

Из материалов дела следует, что ООО «Совхоз Карповский» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) отсутствует в перечне лиц, которым предоставлена поддержки в виде моратория на банкротство. 

ООО «Совхоз Карповский» с учетом указанного в Едином государственном реестре юридических лиц основного вида его деятельности (ОКВЭД 01.13 - Выращивание овощей, бахчевых, корнеплодных и клубнеплодных культур, грибов и трюфелей) к названной категории лиц не относится.

Кроме того, как разъяснено в абзаце 2 пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)» если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Оснований для исключения периода с 06.04.2020 по 06.10.2020 из периода начисления процентов за пользование кредитом и неустойки ни судом первой, ни судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве). 

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве. 

Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

ФИО3 обратился в арбитражный суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника 12.10.2022, т.е. с пропуском установленного законом срока на предъявление требования для включения в реестр требований кредиторов.

В обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока кредитор ссылается на те обстоятельства, что он объективно не мог заявить свои требования ввиду отсутствия в материалах дела судебных актов по гражданскому делу № 2-1165/2019, на основании которых были произведены расчеты штрафных санкций.  

Арбитражный суд первой инстанции, отказывая в восстановлении пропущенного срока на включение в реестр требований кредиторов, обоснованно исходил из следующего. 

Верховным Судом Российской Федерации выработан ряд правовых позиций, согласно которым в исключительных случаях лицо может претендовать на включение задолженности в реестр требований кредиторов юридического лица, даже, несмотря на то, что требование заявлено после закрытия реестра. Подобного рода исключение применяется в случаях, когда возможность предъявления требования в двухмесячный срок объективно отсутствовала, в связи с чем, и не была реализована кредитором: такой кредитор не должен нести негативные последствия (в виде понижения очередности) за несовершение тех действий, совершить которые он был не в состоянии.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в пункте 24 Постановления № 45 от 13.10.2015  «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о банкротстве надлежащим уведомлением заинтересованных лиц о введении в отношении должника процедуры банкротства является публикация в печатном издании, определяемом регулирующим органом.

Согласно части 3 статьи 213.7 Закона о банкротстве порядок включения сведений, указанных в пункте 2 настоящей статьи, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве устанавливается регулирующим органом. Кредиторы и третьи лица, включая кредитные организации, в которых открыты банковский счет и (или) банковский вклад (депозит) гражданина-должника, считаются извещенными об опубликовании сведений, указанных в пункте 2 настоящей статьи, по истечении пяти рабочих дней со дня включения таких сведений в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве, если не доказано иное, в частности, если ранее не было получено уведомление, предусмотренное абзацем восьмым п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве.

Процедура банкротства является публичной. Сведения о введении процедуры банкротства публикуются в электронной и бумажной версиях издания «Коммерсантъ». Сведения о событиях по делу о банкротстве публикуются в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве. Кроме того, судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на публичном федеральном ресурсе «Картотека арбитражных дел».

В соответствии с действующим законодательством включение в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикация в официальном печатном издании информации о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества является надлежащим извещением всех кредиторов должника.

Доказательств того, что кредитор по объективным причинам в период с даты введения процедуры реализации имущества и публикации соответствующего сообщения в ЕФРСБ и газете «Коммерсатъ» и до даты закрытия реестра, которые могли быть признаны уважительными, лишен был возможности своевременно предъявить требование в суд, в материалы дела не представлено. 

Судом было учтено, что на 27.09.2021 дату обращения ФИО3 с заявлением о процессуальном правопреемстве в рамках дела А12-30546/2020 он знал о наличии правоотношений между ООО «Совхоз «Карповский» и АО «Россельхозбанк», их основаниях (кредитных договоров, договоров поручительства физического лица ФИО2), знал о наличии судебного акта от 13.12.2019  Городищенского районного суда Волгоградской области о взыскании в пользу АО «Россельхозбанк» с ФИО2, ООО «Совхоз «Карповский» суммы задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество, а также о наличии судебного акта от 25.03.2020 (Определение Городищенского районного суда Волгоградской области об утверждении мирового соглашения, заключенное между АО «Россельхозбанк» в лице Волгоградского регионального филиала и ФИО2, ООО «Совхоз «Карповский»), согласно которому ответчики приняли на себя обязанность в добровольном порядке погасить задолженность перед АО «Россельхозбанк».

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу, что кредитором не соблюден срок предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов должника.

Пропущенный срок включения в реестр требований кредиторов должника может быть восстановлен судом по мотивированному ходатайству конкурсного кредитора, следовательно, суд по собственной инициативе не вправе решать вопрос о восстановлении пропущенного срока в отсутствие ходатайства кредитора. 

Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд первой инстанции правомерно исходил из отсутствия в материалах дела доказательств того, что кредитор по объективным причинам, которые могли быть признаны уважительными, лишен был возможности своевременно предъявить требование в суд. 

Одним из назначений устанавливаемых законодателем материально-правовых и процессуальных сроков, детально регламентируемого порядка их исчисления, условий восстановления пропущенного срока является стабильность экономических и процессуальных отношений, в институте банкротства – также состязательность и конкурс кредиторов, сбалансированность действий всех участников данного института во времени.

Процессуальное законодательство (в частности, процессуальные нормы института банкротства) требует от участников спора активного поведения, что согласуется с основным принципом судопроизводства - обращение в суд за защитой нарушенного права (ст. 4, 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По смыслу процессуального законодательства, пассивное поведение лица не может являться уважительной причиной пропуска срока, поскольку уважительность для восстановления срока разумно предполагает постоянную активность интереса к предмету спора, то есть совершение определенных действий, чего не усматривается из поведения заявителя.

Необоснованное восстановление судом пропущенного процессуального срока может привести к нарушению основополагающих принципов арбитражного судопроизводства, закрепленных статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации: равноправия сторон и состязательности.

Объективных уважительных причин, не зависящих от заявителя, препятствовавших ему своевременно обратиться с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника, судебной коллегией не установлено. 

По общему правилу, коль скоро требование заявлено с опозданием, оно удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 142 Закона о банкротстве, требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Каких-либо иных доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Всем доводам, содержащимся в апелляционных жалобах, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены состоявшегося по делу судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 30 декабря 2022 года по делу № А12-30546/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий                                                                 Н.А. Колесова

 

Судьи                                                                                               Г.М. Батыршина

 

                                                                                                          Е.В. Яремчук