г. Владимир

   Дело № А43-5957/2019

«03» февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27.01.2023.

Постановление

 в полном объеме изготовлено 03.02.2023.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кузьминой С.Г., 

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новация» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 11.11.2022 по делу № А43-5957/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новация» ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности.

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «Новация» ФИО2 - ФИО2 (лично), по паспорту гражданина РФ; ФИО7, по доверенности от 27.07.2021 сроком действия три года;

от ООО «Смасти» - ФИО8, по доверенности от 18.06.2021 сроком на пять лет,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новация» (далее – ООО «Новация», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО9, ФИО10, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму непогашенных в ходе процедуры банкротства требований кредиторов должника, которые по расчету составляют 18 221 427 руб. (реестровые требования конкурсных кредиторов), в том числе 4 414 104 руб. требования кредиторов, возникшие после даты объективного банкротства должника и до возбуждения дела о банкротстве.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 11.11.2022 признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3,                ФИО9, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; вопрос об установлении размера субсидиарной ответственности приостановил до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления в оставшейся части отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение в части отказа в привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и вынести по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме.

Оспаривая законность принятого судебного акта, конкурсный управляющий указывает, что учредители должника, являясь заинтересованными лицами по отношению к должнику и будучи осведомленными о том, что должник не имеет основных средств и не способен будет оплачивать даже незначительные суммы после отчуждения долей, намеренно продали доли номинальному руководителю, для перевода на последнего своих долговых обязательств. ФИО4,                ФИО5, ФИО3 умышленно уклонялись от исполнения обязательств перед кредиторами. Также конкурсный управляющий указывает, что учредители, зная, что с переходом прав на доли в Обществе ФИО9 у должника будет накапливаться кредиторская задолженность, не принимали никаких мер по ее погашению к моменту отчуждения долей.

Заявитель полагает, что судом не дана оценка постановлению СУ УМВД России по г. Дзержинск от 16.10.2020, заявлению ФИО9 от 13.10.2021 и заключению специалиста от 01.03.2021 № 01.1-03/2021.

По мнению заявителя, учредители должника самостоятельно распоряжались имуществом должника и их действия привели к уменьшению активов организации. Заявитель ссылается на тот факт, что руководителем и учредителями должника не принимались меры по выходу из сложившейся ситуации в целях восстановления платежеспособности (принятие антикризисного плана), что могло бы свидетельствовать о разумности и добросовестности их поведения. Вместо этого, бывшими участниками должника предпринимались противоположные действия и решения, в том числе приведшие к утрате возможности получения кредиторами удовлетворение своих требований за счет активов должника.

Конкурсный управляющий в обоснование доводов жалобы также указывает о том, что судом не верно не принято во внимание, что момент объективного банкротства должника наступил 18.05.2018, а обязанность по обращению в суд возникла 18.06.2018, более того, судом не принято во внимание, что входе анализа финансово-хозяйственной деятельности было установлено наличие признаков преднамеренного банкротства.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе. 

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу (вх. от 25.01.2023) указал на необоснованность доводов жалобы, пояснил, что виновником финансовых потерь и, в дальнейшем, процедуры банкротства должника считает общество с ограниченной ответственностью «Смасти».

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу (вх. от 27.01.2023) выразил несогласие с доводами апелляционной жалобы. Полагает, что конкурсным управляющим не доказано, что в результате продажи доли в уставном капитале должника ФИО5 получил какое-либо имущество, принадлежащее                      ООО «Новация». Просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий и его представитель в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы, просят отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ООО «Смасти» в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей не обеспечили.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (часть 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки только части судебного акта                    от сторон не поступило.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Новация» создано и зарегистрировано 13.03.2015, о чем в ЕГРЮЛ внесена запись ОГРН 

<

***>. Основным видом деятельности организации является производство глицерина.

По состоянию на 19.04.2018 участниками ООО «Новация» являлись:  ФИО3 (доля в уставном капитале 15%), ФИО5 (доля 15%),                ФИО4 (доля 70%). Лицом, исполняющим функции единоличного исполнительного органа общества с даты его создания являлся ФИО3

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «Новация» за 2017 год, предоставленному в налоговый орган 29.03.2018, размер активов общества составил 23 435 000 руб. (в том числе 11 615 000 руб. - запасы, 11 604 000 руб. - дебиторская задолженность, 186 000 руб. - денежные средства и денежные эквиваленты). Также у должника имелась нераспределенная прибыть в размере  566 000 руб.

Протоколом общего собрания участников ООО «Новация» от 17.07.2018 на должность директора назначена ФИО9 Согласно договору купли-продажи доли в уставном капитале Общества от 17.07.2018, удостоверенному нотариусом, ФИО4, ФИО5, ФИО3 продали доли в уставном капитале ООО «Новация» ФИО9, о чем в ЕГРЮЛ 25.07.2018 внесены соответствующие изменения.

Решением единственного участника ООО «Новация» от 23.11.2018 № 1 ФИО9 принято решение о ликвидации юридического лица и ликвидатором назначен ФИО10

Решением суда от 21.03.2019 ООО «Новация» признано несостоятельным (банкротом) по признакам ликвидируемого должника.

Полагая, что невозможность погашения требований кредиторов в полном объеме обусловлена виновными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц, которые также не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника при появлении признаков неплатежеспособности, конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Заявление конкурсного управляющего основано на положениях статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что ФИО3, ФИО9, ФИО10 являются контролирующими должника лицами, а также принимая во внимание наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что именно действия ФИО3, ФИО9, ФИО10 привели к необоснованному выбытию у должника имущества, невозможности взыскания дебиторской задолженности в целях пополнения конкурсной массы ввиду непередачи конкурсному управляющему документации, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В данной части апелляционная жалоба не содержит доводов; лица, участвующие в деле, также не настаивали на проверке законности и обоснованности обжалуемого определения в данной части. Никаких доводов в отношении упомянутых выводов суда в данной части лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Предметом апелляционного обжалования является определение суда в части отказа в привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1). Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункт 2).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Из материалов дела следует, что определениями от 09.03.2021 и 10.03.2021 конкурсному управляющему отказано в признании недействительными сделок, совершенных с ФИО4 и ООО «СОМ», заинтересованным лицом по отношению к которому является ФИО6 На момент совершения оспоренных сделок судом не было установлено наличие у должника признаков неплатежеспособности и наличие встречного предоставления. Таким образом, совершение должником сделок с указанными лицами не повлекло причинение вреда кредиторам ООО «Новация».

Согласно договору купли-продажи долей от 17.07.2018 ФИО5 и ФИО4 вышли из состава ООО «Новация» и передали доли в уставном капитале номинальному лицу. Данная сделка сама по себе не может быть расценена как причиняющая вред кредиторам должника, поскольку должник не является стороной данной сделки, которая должна получить какое-либо встречное предоставление

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о получении в результате продажи долей в уставном капитале ООО «Новация» ФИО4 и ФИО5 какого-либо имущество, а также, принимая во внимание, что определением от 09.03.2021 установлено, что имущество, с использованием которого осуществлялась хозяйственная деятельность должника, было предоставлено ФИО4 на возмездной основе по договору аренды и не подлежало включению в конкурсную массу и ввиду отсутствия доказательств передачи ФИО4 имущества должнику в собственность, учитывая также наличие между ФИО6 и ФИО3 родственных связей, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующий о причинении действиями указанных лиц вреда должнику и об отсутствии оснований для привлечения ФИО4, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

В силу статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчётного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Общество обязано хранить, в том числе: документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества (статья 50 Федерального Закона 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Общество хранит документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 5 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче указанных документов свидетельствует о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Однако, судом первой инстанции установлено и не противоречит материалам дела, что оснований для привлечения ФИО5, ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по правилам подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не имеется, поскольку на данных лиц не была возложена обязанность по хранению, либо ведению документации должника. Более того, вступившим в законную силу определением от 09.03.2021 в удовлетворении требования об истребовании у указанных лиц документации должника было отказано.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

При неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Подпунктом 4 пункта 2 названной статьи определено, что возможность определять действия должника может достигаться в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 13 Постановления № 53 разъясняется, что лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности обязательных условий. Одним из таких условий является наличии полномочий по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения.

Конкурсный управляющий устанавливает момент возникновения признаков неплатежеспособности с 18.05.2018. 

Из материалов дела следует, что в установленный конкурсным управляющим период с даты возникновения признаков неплатежеспособности до истечения срока обращения в суд с заявлением участниками должника являлись: ФИО3 (для 15%), ФИО5 (доля 15%), ФИО4 (доля 70%). ФИО3 в указанный период также являлся руководителем должника.

В последующем, в период после 18.07.2018 единственным участником общества являлась ФИО9, функции единоличного исполнительного органа общества исполняли ФИО9 и ФИО10

Пунктом 2 статьи 35 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества.

Таким образом, все участники и руководитель Общества имели права требовать созыва общего собрания участников должника с целью принятия решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу части 1 статьи 61.12 Закона о банкротства неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (пункт 12 Постановления № 53).

Таким образом, необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольной им организации несостоятельной при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Понятие «объективное банкротство» введено Верховным Судом Российской Федерации в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу                            № А50-5458/2015, в котором объективное банкротство определялось как момент, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов утратил способность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме. 

Согласно пункту 4 Постановления № 53 объективное банкротство - момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

В связи с этим, в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским обязательственным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание вышеизложенные разъяснения, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что обязательства перед ООО «Смасти» возникли на основании договора поставки            от 05.07.2017 № 7, срок исполнения части обязательств по которому возник после 18.05.2018, и обязательства перед иными кредиторами у должника возникли после указанной даты, а также учитывая установленные судом апелляционной инстанции ранее обстоятельства (об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности по состоянию на 29.03.2018 и отсутствии неисполненных обязательств), суд апелляционной инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии на указанную конкурсным управляющим дату, обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, что также свидетельствует о добросовестности лиц и раскрытии информации о реальном финансовом положении должника в рассматриваемый период. Следовательно, оснований для привлечения                  ФИО3, ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО6,              ФИО4 по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве не установлено.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО4 и                 ФИО5, будучи осведомленными об отсутствии у должника основных средств и неспособности в дальнейшем исполнять обязательства после отчуждения долей, намеренно продали доли номинальному руководителю, для перевода на последнего своих долговых обязательств, подлежат отклонению, поскольку факт причинения или возможность причинения убытков должнику или его кредиторам в результате исполнения сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО «Новация» в пользу ФИО9 заявителем не доказан. Сделка по продаже долей также не может быть расценена как причиняющая вред кредиторам должника, поскольку должник не является стороной по данной сделке.

Позиция заявителя о том, что учредители к моменту отчуждения долей не принимали мер по погашению кредиторской задолженности, отклоняется коллегий судей как необоснованная. 

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не доказано, что невозможность погашения требований кредиторов обусловлена именно совершением ФИО4 и ФИО5 действий (бездействия) явно направленных на создание условий, в дальнейшем приведших к невозможности исполнения должником своих обязательств перед кредиторами, в том числе сделок с имуществом должника, причинивших вред кредиторам.

Коллегией судей отклоняются как не имеющие правового значения доводы о том, что судом первой инстанции не дана оценка постановлению СУ УМВД России по г. Дзержинск от 16.10.2020, заявлению ФИО9 от 13.10.2021, заключению специалиста от 01.03.2021 № 01.1-03/2021, так как в любом случае установлен факт отсутствия причинения сделкой по продаже доли вреда кредиторам и должнику.

Доводы заявителя о том, что руководителем и учредителями должника не принимались меры по выходу из сложившейся ситуации в целях восстановления платежеспособности (принятие антикризисного плана) подлежит отклонению, поскольку доказательств, свидетельствующих о нестабильно финансовом состоянии должника на момент отчуждения долей не представлено, кроме того, доведение до банкротства в целях привлечения к ответственности должно быть подтверждено конкретными действиями (указаниями) учредителей (участников), а не их бездействием в непринятия иных мер по восстановлению платежеспособности должника.

Позиция конкурсного управляющего относительно момента наступления объективного банкротства 18.05.2018 и обязанности обращения с заявлением в суд не позднее 18.06.2018, а также установление в ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности признаков преднамеренного банкротства, не принимается судом, поскольку в период после 18.05.2018 должник вел активную хозяйственную деятельность, получал оплату за поставленные товары, производил расчеты с кредиторами. Более того, суд апелляционной инстанции в постановлении от 21.02.2022 по настоящему делу установил отсутствие по состоянию на 29.03.2018 признаков неплатежеспособности должника и недостаточности имущества, а также отсутствие неисполненных обязательств на 21.02.2018. Поскольку указанный судебный акт имеет преюдициальное значение, данный довод конкурсного управляющего подлежит отклонению.

С учетом изложенного, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции проверены, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению. Доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителем жалобы не приведено.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем споре, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 11.11.2022 по делу № А43-5957/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новация» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

С.Г. Кузьмина

Судьи

О.А. Волгина

 

Е.А. Рубис