ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001 E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-153/2019

г. Вологда

30 июля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года.  В полном объеме постановление изготовлено 30 июля 2024 года.  

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Кузнецова К.А. и Селецкой С.В.  при ведении протокола секретарем судебного заседания Гумаровой А.А.,  

при участии конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «ВологдаСтрой» ФИО1, от  общества с ограниченной ответственностью «Строикс» ФИО2 по  доверенности от 22.01.2024, ФИО3 по доверенности от 07.03.2023, от  ФИО4 представителя ФИО5 по  доверенности от 17.01.2024, от общества с ограниченной ответственностью  «ТК Групп» ФИО6 по доверенности от 15.04.2024, от публичного  акционерного общества «Россети Северо-Запад» ФИО7 по  доверенности от 01.03.2024,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «ВологдаСтрой», общества с ограниченной ответственностью «Строикс»,  ФИО4 на определение Арбитражного суда  Вологодской области от 14 декабря 2023 года по делу № А13-153/2019,  

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Альянс Северо-Запад»  (далее – ООО «Альянс Северо-Запад») обратилось 09.01.2019 в Арбитражный  суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным  (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой»  (адрес: 160012, 

<

...>;  

ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – Общество, должник).  

Определением суда от 24.01.2019 заявление ООО «Альянс Северо-Запад»  принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)  Общества.  

Решением суда от 12.04.2019 (резолютивная часть от 11.04.2019) 

Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта  процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника  утверждена ФИО8.  

В соответствии со статьей 28 Федерального закона от 26.10.2002 

 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  сведения об открытии конкурсного производства в отношении должника  опубликованы в издании «Коммерсантъ» от 20.04.2019 № 71.  

Конкурсный управляющий Общества ФИО8 13.04.2020 обратилась  в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о  признании недействительными дополнительного соглашения от 01.12.2016 к  договору аренды от 01.07.2016, заключенного Обществом и ФИО9; договора уступки прав требования (цессии)  от 27.06.2017, заключенного ФИО4 и ФИО9;  соглашения от 03.07.2017, заключенного Обществом и ФИО4 Просила  суд применить последствия недействительности сделок в виде восстановления  права требования к ФИО4 на сумму 38 570 000 руб., взыскания с  ФИО4 в конкурсную массу Общества 38 570 000 руб. В обоснование  заявления управляющий сослался на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –  

ГК РФ). 

Определением суда от 08.06.2021 ФИО8 освобождена от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего Общества.  

Определением суда от 12.11.2021 конкурсным управляющим должника  утвержден ФИО10.  

Определениями от 13.09.2022, 23.05.2023, 08.08.2023 к участию в  обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, привлечены ФИО11, ФИО12, ФИО13,  ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18,  ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25,  ФИО26, арбитражный управляющий ФИО8, Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной  налоговой службы по Вологодской области, общество с ограниченной  ответственностью «Бухонлайн».  

Конкурсный управляющий должника ФИО8 09.04.2020 обратилась в  суд с заявлением о признании недействительными пункта 3.1 договора аренды  от 02.05.2017, дополнительного соглашения от 01.12.2016 к договору аренды  имущества от 01.07.2016, актов взаимозачетов на сумму 34 125 388 руб. 82 коп.,  заключенных ФИО9 и Обществом, и применении последствий  недействительности сделок в виде взыскания с ФИО9 в конкурсную  

массу должника денежных средств в размере 40 657 402 руб. 82 коп.  

Определениями суда от 01.07.2020, 12.01.2021, 26.12.2022, 16.05.2023 к  участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО27, ФИО28, ФИО4, ФИО26.  

Определением от 15.10.2020 к участию в деле в качестве соответчика  привлечено общество с ограниченной ответственностью «СтройТех».  

Конкурсный управляющий должника 30.12.2020 обратился в суд с  заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании  недействительными:  

договоров участия в деловом строительстве жилья от 16.05.2018   № 18,37/Я-2, от 30.03.2018 № 83,84,89,108,113,114,119,120,125, 126/Я-2,   № 61,62,67,68,69,70,75,76,77,78/Я-2, № 3,5,6,11,12,13,14,19,30,35/Я-2,  

 № 36,38,43,44,45,51,52,53,59/Я-2, № 131, 132, 137, 138, 157, 219, 231, 243/Я-2,   № 294,295,301,302,308,309,315,316/Я-2, заключенных Обществом (застройщик)  и ФИО9;  

договоров уступки права требования (цессии) от 30.08.2018 

 № 84,89,108,113,114,119,120,125,126/Я-2, № 36,38,43,44,45,51,59/Я-2,   № 131,132,137,157,219,231,243/Я-2, № 61,62,67,68,69,70,75,76,77,78/Я-2,  

 № 37/Я-2, заключенных ФИО9 и ФИО29. 

В обоснование заявленных требований управляющий сослался на пункт 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, пункт 1 статьи 170 ГК РФ.  

Определением суда от 09.02.2023 к участию в обособленном споре в  качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены собственники спорных квартир.  

В порядке статьи 130 АПК РФ суд объединил заявления конкурсного  управляющего о признании сделок недействительными и применении  последствий их недействительности в одно производство для их совместного  рассмотрения.  

Определением суда от 14.12.2023 признаны недействительными  дополнительное соглашение от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016,  заключенное Обществом и ФИО9, в части размера арендной платы,  превышающей 50 000 руб. в месяц; договор уступки от 27.06.2017,  заключенный ФИО4 и ФИО9; акт взаимозачета от 03.07.2017,  заключенный Обществом и ФИО4  

Восстановлена задолженность ФИО4 перед Обществом в размере  29 062 000 руб.  

Признан недействительным пункт 3.1 договора аренды от 02.05.2017,  заключенного Обществом и ФИО9, в части арендной платы,  превышающей 50 000 руб. в месяц.  

Признаны недействительными договоры участия в долевом строительстве  жилья от 16.05.2018 № 18,37/Я-2, от 30.03.2018  

 № 83,84,89,108,113,114,119,120,125,126/Я-2, № 61,62,67,68,69,70,75,76,77,78/Я-2,  № 3,5,6,11,12,13,14,19,30,35/Я-2, № 36,38,43,44,45,51,52,53,59/Я-2, 

 № 131,132,137,138,157,219,231,243/Я-2, № 294,295,301,302,308,309,315,316/Я-2,  заключенные Обществом (застройщик) и ФИО9  

С ФИО9 в конкурсную массу Общества взыскано 67 769 000 руб. В  удовлетворении остальной части требований отказано.  

С ФИО4 в пользу Общества взысканы расходы на оплату услуг  эксперта в сумме 10 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в  сумме 3 000 руб.  

С ФИО9 в пользу Общества взысканы расходы на оплату услуг  эксперта в сумме 115 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в  сумме 51 000 руб.  

С ФИО4 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб.  государственной пошлины.  

С ФИО9 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб.  государственной пошлины.  

Обществу из федерального бюджета возвращено 6 000 руб.  государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от  23.12.2020 № 604.  

Союзу Вологодской Торгово-промышленной палате с депозитного счета  Арбитражного суда Вологодской области перечислены денежные средства в  размере 150 000 руб., внесенные Обществом по платежным поручениям  от 18.10.2022 № 22, от 05.03.2021 № 173, ФИО4 по чеку от 21.10.2022.  

Обществу с депозитного счета Арбитражного суда Вологодской области  возвращены денежные средства в сумме 35 000 руб., перечисленные по  платежным поручениям от 18.10.2022 № 22, от 17.11.2020 № 505.  

Отменены обеспечительные меры, принятые определением  Арбитражного суда Вологодской области от 30.12.2020 по настоящему делу, с  даты вступления определения суда от 14.12.2023 в законную силу.  

Конкурсный управляющий должника ФИО10 не согласился с  судебным актом в части применения последствий сделок, заключенных  Обществом и ФИО4, просил изменить определение суда от 14.12.2023  в указанной части, взыскать с ФИО4 в пользу должника 29 062 000 руб.  

По мнению подателя жалобы, в случае невозможности возврата  имущества (квартир) в конкурсную массу должника в натуре приобретатель  должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его  приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением  стоимости имущества.  

Конкурсный кредитор ООО «Строикс» в апелляционной жалобе просил  отменить определение суда от 14.12.2023, принять по делу новый судебный акт  об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

По мнению подателя жалобы, оспариваемый судебный акт вынесен судом  при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, при  недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств. Считает, что суд не  установил обстоятельств, позволяющих выйти за пределы специальных  оснований недействительности сделок, предусмотренных статьей 61.2 Закона о  банкротстве, тем самым необоснованно применил нормы ГК РФ об  

оспаривании сделок по общим основаниям. Отмечает, что конкурсным  управляющим не представлено доказательств причинения ущерба интересам  должника и его кредиторам в результате заключения дополнительного  соглашения от 01.12.2016, согласно которому увеличен размер арендной платы.  Считает, что вывод суда об искусственном создании задолженности в связи с  увеличением размера арендной платы является предположением суда и не  основан на материалах дела при реальном характере правоотношений сторон.  Указывает на наличие в оспариваемом судебном акте существенных  противоречий в правовой квалификации однородных сделок. Апеллянт  обращает внимание на то, что в материалы дела не представлены  доказательства аффилированности ФИО4 и Общества на момент  совершения оспариваемых сделок. Распоряжение правами требования к  Обществу со стороны ФИО9 носило систематический характер. Судом не  учтено и им не дана оценка фактам распоряжения ФИО9 правами  требования по арендной плате к Обществу в пользу иных третьих лиц (кроме  ФИО4) с последующими зачетами взаимных требований. Податель  жалобы полагает, что у конкурсного управляющего и кредиторов отсутствовал  законный интерес в оспаривании операций на сумму, существенно  превышающую размер реестра требований кредиторов должника.  

ФИО4 не согласилась с судебным актом в части признания  недействительными дополнительного соглашения от 01.12.2016 к договору  аренды от 01.07.2016, заключенного должником и ФИО9, договора  уступки прав требования (цессии) от 27.06.2017, заключенного ФИО4  и ФИО9, соглашения от 03.07.2017, заключенного должником и  ФИО4; применения последствий недействительных сделок. В  апелляционной жалобе ее податель просит отменить определение суда  от 14.12.2023 в указанной части, принять по делу новый судебный акт, которым  отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего.  

Доводы подателя жалобы сводятся к следующему. Суд первой инстанции  неправомерно отказал в применении срока исковой давности к оспариванию  конкурсным управляющим сделок должника. В обжалуемом судебном акте  отсутствуют мотивированные выводы суда, обосновывающие признание  дополнительного соглашения от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016,  договора цессии и соглашения о зачете взаимных требований  недействительными. В материалы дела представлены доказательства,  свидетельствующие о реальном использовании Обществом помещений под  офис и парковочной стоянки, которые лицами, участвующими в деле, не  оспариваются. Установленная дополнительным соглашением арендная плата за  помещения и стоянку утверждена сторонами, соответствует требованиям  действующего законодательства, подтверждена исполнением каждой из сторон.  Факт отсутствия в бухгалтерской и налоговой отчетности индивидуального  предпринимателя ФИО9 операций по получению дохода от арендной  платы в размере 5 000 000 руб. не может являться основанием для вывода суда  об отсутствии оснований исполнения Обществом по выплате арендной платы в  указанном размере, бухгалтерская отчетность Общества судом не  

исследовалась. Недобросовестное поведение ФИО9 по сокрытию доходов  с целью неуплаты налогов не свидетельствует об отсутствии реального  исполнения сторонами сделки. ФИО9 распоряжался правом требования по  договору аренды от 01.07.2016 с учетом дополнительного соглашения,  заключая договоры цессии и соглашения о взаимозачетах не только с  ФИО4, но и с ФИО30, Шавардиным А.В. и  обществом с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ТК Групп»,  данные обстоятельства судом не приняты во внимание. Судом сделаны  противоречивые выводы о правовой природе однородных сделок в связи с  разным подходом к их квалификации. Заявителем не приведено оснований для  признания сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168  

ГК РФ, а судом не установлено наличие обстоятельств выхода оспариваемых  сделок за рамки признаков подозрительности. Оспариваемые сделки должника  не привели к банкротству Общества, были исполнены сторонами за два года до  введения процедуры банкротства в отношении должника. Имущественный  кризис в Обществе возник в связи с переводом хозяйственной деятельности  должника «центру прибылей» – ООО «ТК Групп». Имущество должника  выводилось на родственников и подконтрольных ФИО9 лиц, сделки по  выводу имущества должника признаны в судебном порядке  недействительными. Установление судом корпоративных отношений  

ФИО9 с третьим лицом и степени влияния аффилированных лиц на  оспариваемые сделки не основано на материалах дела и не соответствует его  фактическим обстоятельствам. Выводы суда о том, что дополнительное  соглашение от 01.12.2016 заключено с целью создания искусственной  задолженности и вывода активов на ФИО4 в виде выплаты  ФИО31 действительной стоимости доли в уставном капитале должника  после его выхода из состава учредителей Общества, несостоятельны.  ФИО31 продал свою долю в уставном капитале Общества ФИО9,  что не предусматривает выплату действительной стоимости доли. Применение  последствий недействительности сделок приведет к неосновательному  обогащению конечного бенефициара ФИО9, недобросовестность  действий которого установлена судом, через подконтрольных лиц,  участвующих в деле о банкротстве должника.  

Определением от 16.02.2024 ФИО10 освобожден от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего Общества, новым конкурсным  управляющим должника утвержден ФИО1.  

Конкурсный управляющий ФИО1, представители 

ООО «ТК Групп» и публичного акционерного общества «Россети Северо- Запад» поддержали апелляционную жалобу конкурсного управляющего,  возражали против удовлетворения апелляционной жалобы ООО «Строикс» и  ФИО4  

Представитель ФИО4 поддержал жалобу доверителя и 

ООО «Строикс», возражал против удовлетворения жалобы конкурсного  управляющего.  

Представители ООО «Строикс» поддержали свою жалобу и 

ФИО4, возражали против удовлетворения жалобы конкурсного  управляющего.  

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом  извещены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в порядке,  установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения  законодательства, регулирующего использование документов в электронном  виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»,  представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их  отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.  

Поскольку доводы апелляционных жалоб сводятся к несогласию с  определением суда от 14.12.2023 в части признания недействительными  дополнительного соглашения от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016,  заключенного Обществом и ФИО9, договора уступки от 27.06.2017,  заключенного ФИО4 и ФИО9, соглашения взаимозачета  от 03.07.2017, заключенного Обществом с ФИО4, и применения  последствий их недействительности в соответствии с частью 5 статьи 268  

АПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет законность и  обоснованность судебного акта исключительно в обжалуемой части, так как  возражений со стороны лиц, участвующих в деле, не поступило.  

Как следует из материалов дела, Общество создано 07.05.2014. 

При создании Общества его участниками являлись ФИО9 и  ФИО31 с размером доли в уставном капитале по 50 % у каждого.  С 10.03.2016 ФИО9 являлся единственным участником Общества с  размером доли 100 %. Затем участниками должника являлись: ФИО32 с 25.04.2018 по 15.07.2018, ФИО27 с  16.07.2018 по 03.06.2020, ФИО33 с 04.06.202 по 19.02.2021, ФИО34 с 19.02.2021 по 26.07.2021, ФИО26 с 26.07.2021 по 28.01.2022, с 28.01.2023 по 31.01.2023, ФИО35 с 31.01.2023.  

Руководителями Общества являлись: в период с 07.05.2014 по 27.01.2016  ФИО31, с 27.01.2016 по 09.06.2016 ФИО36, с 09.06.2016 по 13.04.2018 ФИО26, с 13.04.2018  по 26.06.2018 ФИО32, с 26.06.2018 по дату введения конкурсного  производства ФИО27  

Обществом (арендатор) и индивидуальным предпринимателем  ФИО9 (арендодатель) 01.07.2016 заключен договор аренды (далее –  договор аренды от 01.07.2016), по условиям которого арендодатель обязуется  предоставить нежилые помещения № 1-13 на первом этаже (общей площадью  200,9 кв. м), № 1-9 на втором этаже (общей площадью 225,0 кв. м), № 1-9 на  мансарде (общей площадью 179,7 кв. м) по адресу: 

<

...> (далее – недвижимое имущество), во временное владение и  пользование арендатору, а также обеспечить арендатору свободный доступ в  

указанное нежилое помещение, а арендатор - принять указанное имущество и  своевременно вносить плату.  

Срок аренды установлен с 01.07.2016 по 01.05.2017, арендная плата  определена в размере 50 000 руб. в месяц и включает в себя плату за  пользование земельным участком, компенсацию (возмещение) расходов  (затрат) по оплате коммунальных (горячая вода, холодная вода, отопление,  канализация, электричество) и эксплуатационных услуг (пункты 4.1, 5.1  договора от 01.07.2016).  

Согласно акту от 01.07.2016 объект передан арендатору. 

Соглашением от 01.12.2016 в пункт 5.1 договора аренды от 01.07.2016  внесены изменения в части размера арендной платы, которая установлена в  5 000 000 руб. и включает в себя в том числе и плату за пользование земельным  участком. Установлено, что изменения применяются к отношениям, возникшим  с момента подписания договора аренды от 01.07.2016.  

Общество обязательства по внесению арендной платы в полном объеме  не исполнило.  

Задолженность Общества перед ФИО9 по договору аренды от  01.07.2016, с учетом дополнительного соглашения от 01.12.2016,  составила 5 000 000 руб.  

Обществом (застройщик) и ФИО4 (участник долевого  строительства) 11.05.2017 заключен договор № 1,9,17,65,73/Я-2 участия в  долевом строительстве жилья, по условиям которого застройщик обязался в  предусмотренный договором срок своими силами и с привлечением других лиц  обеспечить возведение многоквартирного дома и после получения разрешения  на ввод в эксплуатацию передать в собственность участника долевого  строительства объекты в многоквартирном доме, расположенном по адресу:  

<

...>, а именно:  двухкомнатную квартиру № 1, общей площадью 73,0 кв. м, на первом этаже в  первом подъезде; двухкомнатную квартиру № 9, общей площадью 73,0 кв. м, на  втором этаже в первом подъезде; двухкомнатную квартиру № 17, общей  площадью 73,0 кв. м, на третьем этаже в первом подъезде; двухкомнатную  квартиру № 65, общей площадью 73,0 кв. м, на девятом этаже в первом  подъезде; двухкомнатную квартиру № 73, общей площадью 23,9 кв. м, на  восьмом этаже в первом подъезде; однокомнатную квартиру № 72, общей  площадью 73,0 кв. м, на десятом этаже в первом подъезде.  

Цена за все объекты определена сторонами в размере 8 230 000 руб.  (пункт 3.1 договора).  

Договор зарегистрирован в установленном порядке 24.05.2017. 

Обществом (застройщик) и ФИО4 (участник долевого  строительства) 11.05.2017 заключен договор № 4,33,50,56,60,72/Я-2 участия в  долевом строительстве жилья, по условиям которого застройщик обязался в  предусмотренный договором срок своими силами и с привлечением других лиц  обеспечить возведение многоквартирного дома и после получения разрешения  на ввод в эксплуатацию передать в собственность участника долевого  строительства объекты в многоквартирном доме, расположенном по адресу:  

<

...>, а именно:  квартиру-студию № 4, общей площадью 23,9 кв. м, на первом этаже в первом  подъезде; двухкомнатную квартиру № 33, общей площадью 73,0 кв. м, на пятом  этаже в первом подъезде; трехкомнатную квартиру № 50, общей площадью  59,8 кв. м, на седьмом этаже в первом подъезде; однокомнатную квартиру  

 № 56, общей площадью 40,4 кв. м, на седьмом этаже в первом подъезде;  квартиру-студию № 60, общей площадью 23,9 кв. м, на восьмом этаже в первом  подъезде; однокомнатную квартиру № 72, общей площадью 40,4 кв. м, на  девятом этаже в первом подъезде.  

Цена за все объекты определена сторонами в размере 5 812 000 руб.  (пункт 3.1 договора).  

Договор № 4,33,50,56,60,72/Я-2 зарегистрирован Управлением  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по  Вологодской области 24.05.2017.  

Обществом (застройщик) и ФИО4 (участник долевого  строительства) 11.05.2017 заключен договор № 81,87,101,105,124/Я-2 участия в  долевом строительстве жилья, по условиям которого застройщик обязался в  предусмотренный договором срок своими силами и с привлечением других лиц  обеспечить возведение многоквартирного дома и после получения разрешения  на ввод в эксплуатацию передать в собственность участника долевого  строительства объекты в многоквартирном доме, расположенном по адресу:  

<

...>, а именно:  однокомнатную квартиру № 81, общей площадью 41,0 кв. м, на первом этаже  во втором подъезде; однокомнатную квартиру № 87, общей площадью  

41,0 кв. м, на втором этаже во втором подъезде; однокомнатную квартиру 

 № 101, общей площадью 63,1 кв. м, на четвертом этаже во втором подъезде;  однокомнатную квартиру № 105, общей площадью 41,0 кв. м, на пятом этаже  во втором подъезде; квартиру-студию № 124, площадью 29,2 кв. м, на восьмом  этаже во втором подъезде.  

Цена за все объекты определена сторонами в размере 4 690 000 руб.  (пункт 3.1 договора).  

Договор № 81,87,101,105,124/Я-2 зарегистрирован Управлением  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по  Вологодской области 24.05.2017.  

Обществом (застройщик) и ФИО4 (участник долевого  строительства) 11.05.2017 заключен договор № 85,91,97,133,139/Я-2 участия в  долевом строительстве жилья, по условиям которого застройщик обязался в  предусмотренный договором срок своими силами и с привлечением других лиц  обеспечить возведение многоквартирного дома и после получения разрешения  на ввод в эксплуатацию передать в собственность участника долевого  строительства объекты в многоквартирном доме, расположенном по адресу:  

<

...>, а именно:  трехкомнатную квартиру № 85, общей площадью 93,8 кв. м, на первом этаже во  втором подъезде; трехкомнатную квартиру № 91, общей площадью 93,8 кв. м,  на втором этаже во втором подъезде; трехкомнатную квартиру № 97, общей  

площадью 93,8 кв. м, на третьем этаже во втором подъезде; трехкомнатную  квартиру № 133, общей площадью 93,8 кв. м, на девятом этаже во втором  подъезде; трехкомнатную квартиру № 139, общей площадью 93,8 кв. м, на  десятом этаже во втором подъезде.  

Цена за все объекты определена сторонами в размере 10 330 000 руб.  (пункт 3.1 договора).  

Договор № 85,91,97,133,139/Я-2 зарегистрирован Управлением  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по  Вологодской области 24.05.2017.  

Соглашением от 18.01.2018 внесены изменения в договор  

 № 85,91,97,133,139/Я-2 в части площади квартир и срока сдачи объектов в  эксплуатацию.  

ФИО4 обязательства по оплате по договорам участия в долевом  строительстве № 81,87,101,105,124/Я-2, № 85,91,97,133,139/Я-2,  

 № 4,33,50,56,60,72Я/-2, № 1,9,17,65,73/Я-2 не исполнила. Задолженность перед  Обществом составила 29 062 000 руб.  

ФИО9 (кредитор) и ФИО4 (новый кредитор) 27.06.2017  заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с  которым кредитор уступает новому кредитору право требования к Обществу  по договору аренды от 01.07.2016 части задолженности в сумме  

29 062 000 руб. 

Цена уступаемого права определена сторонами в размере 29 062 000 руб.  (пункт 6 договора).  

ФИО4 (сторона 1) и Обществом (сторона 2) 03.07.2017  подписано соглашение о зачете взаимных требований, по которому на дату  заключения соглашения у стороны 1 имелась задолженность перед стороной 2  по договорам № 81,87,101,105,124/Я-2, № 85,91,97,133,139/Я-2,  

 № 4,33,50,56,60,72Я/-2, № 1,9,17,65,73/Я-2 на сумму 29 062 000 руб., у стороны  2 перед стороной 1 имелась задолженность по договору аренды от 01.07.2016  на сумму 29 062 000 руб. В результате подписания соглашения от 03.07.2017  стороны погасили взаимную задолженность друг перед другом.  

Полагая, что дополнительное соглашение от 01.12.2016 к договору  аренды от 01.07.2016, договор уступки прав требования (цессии) от 27.06.2017,  соглашение от 03.07.2017 имеют признаки мнимой сделки, заключены  заинтересованными лицами при злоупотреблении правом с целью вывода  имущества должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд  с настоящими заявлением.  

Суд первой инстанции удовлетворил заявление управляющего в  указанной части, признав дополнительное соглашение от 01.12.2016 к договору  аренды от 01.07.2016 мнимой сделкой, договор уступки прав требования  (цессии) от 27.06.2017, соглашение от 03.07.2017 как заключенные с целью  вывода имущества должника.  

Исследовав материалы дела, заслушав доводы сторон, суд апелляционной  инстанции приходит к следующим выводам.  

Согласно заявлению в качестве основания оспаривания сделок  конкурсный управляющий указывает пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  а также ссылается на общие основания недействительности (ничтожности)  сделки, предусмотренные гражданским законодательством.  

Конкурсный управляющий полагает, что целью совершения сделок  является вывод активов должника и осведомленность другой стороны о  наличии этой цели.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010   № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Постановление № 63), для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве  под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника  и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Предполагается, что другая сторона знала о цели заключения сделки, если  она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была  знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в  результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  

или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в  отношении заинтересованного лица.  

Как следует из материалов дела, оспариваемые сделки совершены  01.12.2016, 27.06.2016, 03.07.2017, то есть более чем за два года до возбуждения  дела о банкротстве должника (24.01.2019).  

Между тем доказательств для признания сделок недействительными на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в нарушении статьи 65  АПК РФ не представлено.  

В частности, не предъявлено надлежащих доказательств совершения  сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Исходя из разъяснений пункта 6 Постановления № 63 цель совершения  сделки - причинение вреда кредиторам, презюмируется при условии признаков  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества должника.  

Согласно положениям статьи 2 Закона о банкротстве, в которой  приведены признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества  должника, неисполнение обязательств перед отдельным кредитором признака  неплатежеспособности не составляет.  

Как усматривается в материалах дела, согласно выписке из Единого  государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) основным видом  деятельности Общества является строительство жилых и нежилых зданий.  

В спорный период (2016-2017 годы) должник осуществлял  хозяйственную деятельность.  

Согласно бухгалтерским балансам Общества за 2015-2017 годы его  активы по состоянию на 31.12.2015 составляли 101 537 тыс. руб., на  31.12.2016 – 616 654 тыс. руб., на 31.12.2017 – 675 746 тыс. руб. при  кредиторской задолженности в размере 52 142 тыс. руб., 233 575 тыс. руб.,  

391 570 тыс. руб. соответственно, что свидетельствует о существенном  превышении активов над кредиторской задолженностью.  

Выводы об отсутствии признаков неплатежеспособности и  недостаточности имущества у Общества в спорный период нашли свое  отражение в определении суда Арбитражного суда Вологодской области от  27.01.2023, в постановлениях Четырнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 07.04.2023 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.08.2023  по настоящему делу.  

Обращение в суд конкурсного кредитора с заявлением о банкротстве  Общества последовало значительно позднее периода заключения оспариваемых  сделок.  

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не опроверг  доводы ООО «Строикс» и ФИО4 о том, что банкротство Общества  вызвано внешними причинами, в том числе в результате перевода  руководителем Общества ФИО26 и его участником - ФИО9  бизнеса должника на новое юридическое лицо – ООО «ТК Групп»,  зарегистрированного в ЕГРЮЛ 23.06.2017. При этом ООО «ТК Групп»  занималось идентичной с должником хозяйственной деятельностью  (строительство жилых и нежилых зданий), мажоритарным участником вновь  

созданного общества является дочь ФИО9 – ФИО37  (99 % уставного капитала).  

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу,  что управляющий не представил доказательств наличия в период совершения  сделок признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества  Общества для расчетов с кредиторами в период совершения оспариваемых  сделок.  

Наличие у должника на момент заключения оспариваемых сделок перед  Администрацией города Вологды задолженности, которая взыскана в судебном  порядке в 2017 году, само по себе не свидетельствовало о наличии у Общества  признаков неплатежеспособности и не образовывало презумпцию наступления  имущественного кризиса (постановление Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определения  Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016   № 310-ЭС15-12396, от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412).  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,  приведенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от  01.09.2022 № 310-ЭС22-7258, квалифицирующими признаками подозрительной  сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее  направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов,  осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели,  фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.  

Таким образом, ключевой характеристикой подозрительных сделок  является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи  требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что  подобные имущественные интересы не пострадали, что, в свою очередь,  исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной,  независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность  (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте  и т. д.).  

Конкурсное оспаривание (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о  банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), посредством которого в деле о  банкротстве могут быть нивелированы негативные последствия поведения  должника, предпринимающего действия, направленные на вывод имущества,  объективно причиняющие вред настоящим кредиторам, снижая вероятность  погашения их требований, и направлено на приведение конкурсной массы в  состояние, в котором она находилась до совершения должником  противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они  вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного  лица.  

Такое конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только  тех кредиторов, требования которых существовали к моменту совершения  должником предполагаемого противоправного действия либо с большой долей  вероятности могли возникнуть в обозримом будущем, тогда как при отсутствии  кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть  

не может, а иное поведение в такой ситуации абсурдно (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по  делу № А40-61522/2019).  

В данном случае спорные сделки совершены в период с 01.12.2016 по 03.07.2017. 

Задолженность перед Администрацией города Вологды по арендной  плате по договору аренды земельного участка от 07.12.2015 № 24-916с  начислена за период с 01.07.2017 по 30.09.2017 и взыскана по решению  Арбитражного суда Вологодской области от 14.11.2017 по делу  

 № А13-16473/2017. 

С учетом совокупности изложенных обстоятельств у суда первой  инстанции отсутствовали основания для вывода о том, что спорными сделками  причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку такие кредиторы  в рассматриваемый период отсутствовали, признаков неплатежеспособности у  должника не имелось.  

Кроме того, конкурсный управляющий ни в финансовом анализе, ни в  рамках настоящего обособленного спора не ссылается на то, что в результате  совершенных должником оспариваемых сделок у должника возникли признаки  банкротства.  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества  или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно  превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств,  определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств.  

Как усматривается в материалах дела, в целях обеспечения доступности  потенциальным участникам долевого строительства многоквартирных домов  (физическим лицам – покупателям квартир) Обществом заключен с  

ИП ФИО9 договор аренды нежилых помещений от 01.07.2016 в связи с  тем, что здание, в котором должник арендовал нежилые помещения, находится  в центральной части города Вологды. Расположение нежилых помещений со  стоянкой для автотранспортных средств в центральной части города  значительно расширяет доступ потенциальных инвесторов. Сообщения о месте  нахождения офиса Общества и возможности ознакомления с проектными  документами о строящих многоквартирных домах, а также возможности  заключения договор долевого участия в строительстве опубликованы в  средствах массовой информации и на сайтах продаж недвижимого имущества  в сети Интернет.  

Факт реального использования Обществом арендованных помещений в  здании, находящемся во адресу: 

<

...>, лицами,  участвующими в деле, не оспаривается.  

Собственником здания, находящегося во адресу: 

<

...>, является ФИО9, что подтверждается свидетельством о  государственной регистрации права от 31.07.2015 серии 35-АБ № 426887.  

На дату заключения договора аренды от 01.07.2016 (который не  оспаривается) и оспариваемого дополнительного соглашения от 01.12.2016 об  увеличении размера арендной платы ФИО9 являлся участником Общества  (период с 07.05.2014 по 27.05.2018).  

На момент заключения оспариваемого дополнительного соглашения  от 01.12.2016 ФИО9 и Общество являлись аффилированными лицами.  

Между тем сама по себе аффилированность арендодателя по отношению  к арендатору не исключает возникновения между ними реальных  правоотношений из гражданско-правового договора.  

При этом оснований полагать, что у Общества имелась объективная  возможность использования нежилых помещений в здании, находящемся во  адресу: 

<

...>, на иных основаниях, нежели  предоставление ему права пользования ИП ФИО9, не имелось. Таких  доказательств управляющим не представлено.  

По общему правилу, участие физического лица в органах управления  хозяйственного общества, равно как и возможность контроля за деятельностью  Общества, не влечет возникновения у контролируемого лица (в данном случае  у Общества) права безвозмездного пользования принадлежащим участнику  общества имуществом.  

Установление размера арендной платы относится к существенным  условиям договора аренды и определяется его сторонами.  

Дополнительным соглашением ФИО9 и Общество 01.12.2016  установили арендную плату в размере 5 000 000 руб.  

При этом конкурсный управляющий должника не доказал несоответствия  условий договора аренды от 01.07.2016 и дополнительного соглашения  от 01.12.2016 рыночным условиям, в том числе размера арендной платы, а  равно совершения сделки с целью вывода имущества в ущерб кредиторам  должника.  

Нетипичности условий договора аренды от 01.07.2016 и дополнительного  соглашения от 01.12.2016, которая могла бы указывать на наличие мотива их  подписания, отличного от установления между сторонами арендных  правоотношений, апелляционный суд не выявил.  

В материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих  неравноценность встречного предоставления по сделке, как например  завышение арендной платы за пользование предметом аренды.  

Равным образом не представлены иные договоры, заключенные  должником, арендная плата по которым существенно отличается от цены и  (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки.  

Между тем использование арендованного имущества, принадлежащего  ИП ФИО9, обеспечивало должнику возможность осуществления его  основной экономической деятельности по строительству и реализации жилых и  нежилых помещений, а затраты по арендной плате многократно ниже выручки  от деятельности по строительству и реализации объектов строительства с  использованием арендованного имущества.  

При рассмотрении спора ответчиком заявлено о пропуске срока исковой  давности для оспаривания конкурсным управляющим сделок.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32  Постановления № 63, заявление об оспаривании сделки, на основании статей  61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано в течение годичного  срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

Заявления о признании сделок должника недействительными поданы  конкурсным управляющим в арбитражный суд 14.04.2020 (штемпель почтового  отправления), то есть за пределами одного года с момента открытия  конкурсного производства (11.04.2019).  

В статье 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

По общему правилу, добросовестность участников гражданских  правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано  иное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).  

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4  Постановления № 63, наличие в Закона о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не  препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в  том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с  предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного  Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016   № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886).  

В рассматриваемом случае оснований для признания оспариваемых  сделок недействительными по статье 10 ГК РФ судебная коллегия не  усматривает, поскольку конкурсный управляющий не раскрывает признаков  злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделок, отличных от  признаков недействительной сделки, установленных статьей 61.2 Закона о  банкротстве.  

Таким образом, отсутствуют основания для признания сделок  недействительными по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.  

По общему правилу, исходя из положений статьи 614 ГК РФ внесение  платежей по договору аренды подразумевает получение арендатором  встречного предоставления в виде права пользования имуществом.  

В данном случае в материалы дела представлены доказательства  заключения Обществом и ФИО9 договора аренды от 01.12.2016, на  основании которого должник пользовался недвижимым имуществом в качестве  офиса.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при обращении в суд  конкурсный управляющий на несоответствие размера арендной платы  содержанию и ценности права пользования недвижимым имуществом не  ссылался и такого рода доказательств не представлял.  

Доводы конкурсного управляющего, с которыми согласился суд первой  инстанции, основаны на мнимости сделок, которые заключены с целью вывода  активов должника.  

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна. Сделка является мнимой в том случае, если  уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на  возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и  обязанностей.  

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна  (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить  для вида ее формальное исполнение.  

Таким образом, для подтверждения мнимости дополнительного  соглашения от 01.12.2016 конкурсный управляющий должен был представить  доказательства отсутствия у его сторон мотива на возникновение между ними  правоотношений по предоставлению ответчиком в возмездное владение и  пользование имущества и факта совершения сторонами соглашения  формальных действий по созданию видимости таких правоотношений.  

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05,  исполненный сторонами договор не может являться мнимой сделкой.  

Суд апелляционной инстанции, с учетом первичных документов,  представленных в материалы обособленного спора, не установил  обстоятельств, которые свидетельствовали бы об отсутствии намерения сторон  по договору аренды создать характерные для данной сделки правовые  последствия.  

Доказательств, с достаточной степенью убедительности ставящих под  сомнение реальность рассматриваемых арендных правоотношений, материалы  спора не содержат.  

Тот факт, что нежилые помещения были необходимы и использовались  должником при осуществлении своей хозяйственной деятельности, ни  конкурсным управляющим, ни кредиторами - ООО «ТК Групп» и  

ПАО «Россети Северо-Запад» не оспаривается. 

Доказательства того, что Общество могло использовать иное помещение  за меньшую арендную плату, обеспечив доступ граждан к «офису продаж  квартир», в материалах дела не имеется.  

ИП ФИО9 (арендодатель) реально владеет спорными помещениями,  сданными в аренду должнику, Общество (арендатор) фактически использовало  арендуемые помещения в своей хозяйственной деятельности.  

Задолженность Общества перед ИП ФИО9 образовалась в связи с  неисполнением должником обязательств по уплате в полном объеме арендной  платы, установленной договором аренды от 01.07.2016 с учетом  дополнительного соглашения от 01.12.2016, притом что Общество  пользовалось зданием.  

Согласно бухгалтерскому учету Общества оно относило суммы арендной  платы 5 000 000 руб. на расходы ежемесячно.  

Данный факт подтверждается документами бухгалтерского учета  должника за 2016-2017 годы, представленными в материалы дела конкурсным  управляющим Общества (ФИО8 и ФИО10), в частности  карточками счета 60 по контрагенту ИП ФИО9, актами сверки с  

ИП ФИО9 

Согласно анализу счета 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» на  общехозяйственные расходы Общества (бухгалтерский счет 26) отнесена сумма  39 886 518 руб. 40 коп., в состав которой вошла и арендная плата по договору  от 01.07.2016, что подтверждается журналом проводок по счетам 26, 60 за 2016  год.  

Согласно анализу счета 26 «Общехозяйственные расходы» указанная  сумма в составе иных расходов в размере 51 786 400 руб. коп руб. отнесена на  счет 08.3 «Расходы на строительство», что подтверждено журналом проводок  по счетам 08, 26 бухгалтерского учета организации за 2016 год. Согласно  анализу счета 08 по состоянию на 31.12.2016 остаток расходов на объекты  незавершенного строительства, который отражен в бухгалтерском балансе  организации за 2016 год по строке 1190 бухгалтерского баланса и строке 11901  в разделе «Расшифровка отдельных показателей бухгалтерского баланса»,  составил 450 589 206 руб. 47 коп. (том 105, листы 140, 144).  

В бухгалтерском балансе за 2017 год в связи с завершением  строительства части объектов сумма арендных платежей отнесена в процентом  отношении как на объекты незавершенного строительства, так и на готовые  объекты.  

Сумма арендной платы отнесена на общехозяйственные расходы (счет  бухгалтерского учета 26), что подтверждается журналом проводок. Общая  сумма общехозяйственных расходов, отнесенная со счета 60 «Расчеты с  поставщиками и подрядчиками», составила 64 350 320 руб. 93 руб. и  распределена на объекты строительства (счет 08.3) в составе отнесенных  расходов в сумме 81 492 807 руб. 14 коп. (журнал проводок к нему).  

Факт ведения бухгалтерской отчетности Обществом в спорный период  лицами, участвующими в деле, не оспаривается.  

Согласно представленному Департаментом строительства Вологодской  области аудиторскому заключению общества с ограниченной ответственностью  «Аудит-Эксперт» от 23.03.2018 Обществом как застройщиком в 2017 и  

2018 годах соблюдались нормативы финансовой устойчивости, отчетность  содержит достоверную информацию.  

Конкурсный управляющий, ООО «ТК Групп» и  ПАО «Россети Северо-Запад» на обстоятельства, ставящие под сомнение  достоверность отраженных в документах Общества, не ссылаются.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что совокупность вышеописанных документов, представленных  в материалы дела, подтверждает реальность оспариваемого дополнительного  соглашения от 01.12.2016, заключенного должником и ИП ФИО9, а  также наличие у должника потребности в нежилых помещениях по цене  арендной платы, установленной сторонами сделки.  

Ссылка конкурсного управляющего на коммерческую  нецелесообразность заключения спорного соглашения для Общества не  является основанием для признания его недействительным по основаниям,  приведенным конкурсным управляющим, а может служить обстоятельством,  влекущим привлечение руководителя (единоличного исполнительного органа)  должника к ответственности в виде возмещения убытков, причиненных  заключением такой сделки при доказанности ее невыгодности для последнего.  

Материалами дела, оценка которым дана судебной коллегией, не  подтверждено создание искусственной задолженности по арендной плате.  

Таким образом, основания для признания оспариваемого  дополнительного соглашения от 01.12.2016 недействительным по пункту 1  статьи 170 ГК РФ не установлены.  

Суд первой инстанции, делая вывод о мнимости дополнительного  соглашения от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016, сослался на  показания свидетелей ФИО30 и ФИО38, а также на то, что в налоговой отчетности ИП ФИО9 не  отражены взаимоотношения с Обществом.  

В частности, суд первой инстанции в мотивировочной части определения  от 14.12.2023 (абзацы третий и четвертый, лист 15 определения) указал, что  свидетель ФИО30 пояснила, что внесение изменений в договор  аренды от 01.07.2016 в части увеличения ставки арендной платы  осуществлялось по указанию ФИО9; свидетель ФИО38 отметила,  что оплата по спорным правоотношениям проводилась зачетом, сведения в  бухгалтерском учете отражены по указанию ФИО9  

Как следует из материалов дела, определением суда от 31.08.2023 в  качестве свидетелей по делу вызваны ФИО30, ФИО28, ФИО38  

В силу статьи 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее  сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для  рассмотрения дела (часть 1). По ходатайству лица, участвующего в деле,  арбитражный суд, на основании части 1 статьи 88 АПК РФ, вызывает  свидетеля для участия в арбитражном процессе. При этом согласно части 4  статьи 56 АПК РФ за дачу заведомо ложных показаний, а также за отказ от  

дачи показаний свидетель несет уголовную ответственность, о чем он  предупреждается арбитражным судом и дает подписку.  

Согласно протоколу судебного заседания от 30.10.2023 (том 144, лист 61)  судом «выслушаны и взяты письменные пояснения свидетелей, их ответы на  вопросы суда и представителей лиц, участвующих в деле».  

Между тем, приняв во внимание показания свидетелей, суд первой  инстанции не взял у последних в соответствии с частью 4 статьи 56 АПК РФ  подписку о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо  ложных показаний, а также за отказ от дачи показаний.  

В протоколе судебного заседания от 30.10.2023 отсутствуют сведения о  том, что свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу  заведомо ложных показаний, отказ от дачи показаний, соответствующее  процессуальное действие суда не отражено.  

При таких обстоятельствах показания ФИО30 и 

ФИО38 (том 144, листы 59-60) не могут быть приняты в качестве  допустимых доказательств в силу несоблюдения судом первой инстанции части  4 статьи 56 АПК РФ.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым  отметить, что содержание письменных показаний свидетелей, приобщенных к  материалам дела, не соответствует содержанию показаний свидетелей,  изложенному в оспариваемом судебном акте.  

В письменных пояснениях ФИО30 указала, что Общество  арендную плату не перечисляло. Денежные средства учтены в зачетах в сделках  по ДДУ с ФИО30, ФИО39, Шавардиным А.В. и  

ФИО4 Бухгалтерский учет в Обществе велся при помощи программы  «1 С». Иного письменные пояснения не содержат.  

В письменных пояснениях ФИО38 указано, что суммы  учитывались в счете 60 «Расчеты с поставщиками», перечислений  

ИП ФИО9 не было, делались зачеты, с кем и за что пояснить не может.  ИП ФИО9 был в системе учета «доходы», поэтому отражение в данной  статье могло быть лишь при поступлении денежных средств. Если ему не было  перечислений денежных средств, значит и отражения в учете также не было.  Иного письменные пояснения не содержат.  

Конкурсный управляющий Общества просил признать недействительным  договор уступки прав требования (цессии) от 27.06.2017, заключенный  ФИО9 и ФИО4  

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом  или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому  кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту  перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права,  обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с  требованием права, в том числе право на проценты.  

Судебная коллегия апелляционного суда не может согласиться с  выводами суда первой инстанции относительно оспариваемой сделки -  

договора уступки прав требования (цессии) от 27.06.2017, заключенного  ФИО9 и ФИО4, ввиду следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Договор уступки прав требования от 27.06.2017 не является сделкой  должника и не совершен за счет имущества должника.  

Общество является лишь лицом, право требования к которому уступлено,  и не выступает стороной оспариваемых сделок.  

Кроме того, материалы дела не содержат доказательств, что при  произведении расчетов по договору цессии должны быть использованы  денежные средства должника. Данный вывод нельзя сделать как исходя из  условий договора, так и из иных доказательств по делу.  

В рассматриваемом случае предъявление и рассмотрение указанных  требований осуществляется в общеисковом порядке, а не в рамках дела о  банкротстве должника с применением института оспаривания сделок должника  по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве.  

Поскольку должник не является стороной оспариваемой сделки  от 27.06.2017 и действующим законодательством не предусмотрено  оспаривание сделок, совершенных лицами за счет своего имущества, в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) иного лица, оснований для  рассмотрения указанной сделки в рамках банкротстве Общества у суда не  имелось.  

Согласно материалам дела ИП ФИО9 задолженность по арендной  плате по договору аренды от 01.07.2016 уступил, кроме ФИО4, также  ООО «ТК Групп», ФИО30 и Шавардину А.В.  

Ссылки ООО «ТК Групп» на решения Вологодского городского суда  (том 46, листы 147-148, 152-153) о взыскании в пользу Общества  неосновательного обогащения с ФИО30 (дело № 2-230/2021) и  Шавардина А.В. (дело № 2-6885/2020) не имеет преюдициального значения для  настоящего обособленного спора в силу статьи 69 АПК РФ.  

Вопреки выводу суда первой инстанции, оспоренный конкурсным  управляющим договор уступки от 27.06.2017 не является предметом  соглашения проведенного должником и ФИО4 взаимозачета.  

Предметом соглашения о взаимозачете от 03.07.2017 является  обязательства ФИО4 перед Обществом по оплате по ДДУ и  обязательства Общества перед кредитором по уплате арендной платы.  

Доводы конкурсного управляющего, представителей ООО «ТК Групп» и  ПАО «Россети Северо-Запад» сводятся к тому, что оспариваемые сделки  совершены с целью прикрыть сделку по выводу имущества должника в пользу  ФИО4  

Как указано в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № (2021), утвержденного Президиумом Верховного  Суда Российской Федерации 07.04.2021, сделка, направленная на прямое  

отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или  связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных  притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая  цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на  основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть  признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2  

статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В данном случае сделки, оспариваемые конкурсным управляющим, не  соответствуют критериям взаимосвязанных действий, прикрывающих единую  сделку.  

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий не  представил доказательства, свидетельствующие о том, что Общество не  пользовалось нежилыми помещениями, принадлежащими ИП ФИО9, а  последний безосновательно установил должнику условия для создания  искусственной задолженности и для безвозмездного вывода спорного  недвижимого имущества. Управляющий не представил доказательств того, что  ФИО4 была осведомлена о действиях ИП ФИО9 по увеличению  арендной платы в целях вывода активов должника и ущемления интересов  кредиторов должника.  

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на  иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в  виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней  правила.  

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, конкурсным управляющим не  представлено доказательств мнимости договора, заключенного Обществом с  ФИО4  

В материалах настоящего обособленного спора отсутствуют  доказательства того, что на момент совершения оспариваемых сделок  

ФИО4, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, являлась  заинтересованным лицом как по отношению к Обществу, так и по отношению к  ФИО9  

Тот факт, что ФИО4 является супругой ФИО31, не является  основанием для вывода о заинтересованности ФИО4 при совершении  сделок по отношению к должнику, с учетом того, что ФИО31 продал свою  долю в уставном капитале Общества 29.02.2016 и сложил полномочия  генерального директора должника 09.03.2016.  

Фактическая аффилированность судом апелляционной инстанции не  установлена.  

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что конкурсный  управляющий не оспаривает заключенные Обществом и ФИО4  договоров долевого участия, в том числе по основанию неравноценного  встречного исполнения.  

Между тем конкурсный управляющий просил признать  недействительным заключенное Обществом и ФИО4 соглашение о  взаимозачете от 03.07.2017.  

По мнению суда первой инстанции, заключение Обществом с 

ФИО4 договоров долевого участия и проведение по ним оплаты с  использованием вышеуказанной конструкции расчетов по сути прикрывало  корпоративные отношения между ФИО31 и ФИО9, возникшие  в связи с выходом ФИО31 из состава участников Общества.  

Данные выводы суда представляют собой предположения, которые не  основаны на материалах дела.  

Согласно предъявленному в материалы дела договору купли-продажи  доли в уставном капитале Общества от 29.02.2016 серии 35АА № 0860723,  удостоверенному нотариусом по нотариальному округу г. Вологды и  Вологодской области ФИО40, ФИО31 продал  ФИО9 принадлежащую ему долю в размере 50 % за 5 000 руб. В пункт 6  договора указано, что расчет между сторонами произведен полностью до  подписания договора.  

Договор недействительным не признан. 

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО31  заявлял притязания к ФИО9 по оплате доли в большем размере, чем  указано в договоре купли-продажи.  

При этом взаимоотношения ФИО9 и ФИО31 по купле-продаже доли не относятся к предмету настоящего судебного спора и в рамках  дела о банкротстве Общества рассмотрению не подлежат.  

Ссылки суда первой инстанции на соглашение от 30.03.2016 (том 111,  лист 230) как доказательство о порядке выплаты действительной стоимости  доли участника несостоятельны, поскольку указанное соглашение не является  доказательством, свидетельствующим о выходе ФИО31 из состава  участников Общества.  

Содержанием указанного соглашения, подписанного 30.03.2016, то есть  после заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале  от 29.02.2016 и сложения ФИО31 полномочий руководителя Общества  09.03.2016, является договоренность о выходе ФИО31 из объектов  строительства, а не Общества.  

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что  ФИО31, согласно выписке из ЕГРЮЛ (общедоступная информация на  сайте Федеральной налоговой инспекции России в сети Интернет), является  индивидуальным предпринимателем, зарегистрированным в установленном  порядке 29.04.2010, основными видами деятельности которого являются  производство деревянных строительных конструкций и столярных изделий,  производство строительных металлических конструкций, изделий и их частей и  т. п.  

Таким образом, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что  заключенные ФИО4 и Обществом договоры долевого строительства  

являются средством оплаты за долю ФИО31 в уставном капитале  должника.  

Договоры долевого участия ФИО4 и должником заключены  спустя более года после выхода ФИО31 из состава участников и  сложения полномочий генерального директора Общества.  

Согласно материалам обособленного спора ФИО4 на дату  заключения договоров с должником обладала финансовой возможностью  произвести оплату по договорам долевого участия. Так, по сведениям  публичного акционерного общества «Сбербанк России» ФИО4 на  начало 2017 года имела денежные средства на счетах банка в размере,  превышающем 20 млн руб. (том 144, лист 95).  

Из представленной налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в  связи с применением упрощенной системы налогооблажения за 2017 год,  следует, что ФИО31 имел доходы в размере около 20 млн руб. (том 144,  листы 96-101).  

В данном случае судебной коллегией установлено отсутствие признаков  аффилированности ФИО4 к участникам сделок, в результате  совершения соглашения о зачете были прекращены равные по объему  обязательства (уменьшения конкурсной массы не произошло), что  свидетельствует об отсутствии факта причинения совершенными сделками  вреда имущественным правам должника и его кредиторов.  

Факты злоупотребления правами со стороны ФИО4 при  заключении оспариваемых сделок судом апелляционной инстанции также не  установлены.  

Поскольку судом не были установлены обстоятельства,  свидетельствующие о действиях сторон по выводу активов должника, в том  числе в пользу подконтрольных должнику лиц, путем совершения  оспариваемых сделок или о том, что оспариваемые сделки имели негативное  влияние на экономическую деятельность должника, имели результатом его  последующее банкротство, оснований для удовлетворения заявления  конкурсного управляющего о признании недействительными дополнительного  соглашения от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016, договора уступки от  27.06.2017, соглашения взаимозачета от 03.07.2017 и применении последствий  их недействительности сделок, не имелось.  

В указанной части определение суда от 14.12.2023 подлежит отмене, в  удовлетворении указанных требований надлежит отказать.  

Поскольку судом апелляционной инстанции установлены основания для  отказа в удовлетворении требований о признании недействительными  оспариваемых сделок, судебный акт суда первой инстанции в части взыскания  судебных расходов (государственной пошлины, расходов по экспертизе) с  ФИО4 и ФИО9 по данным сделкам также подлежит отмене,  судебные расходы в данной части возлагаются на должника.  

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлен неверный  расчет пошлины судом первой инстанции по сделкам за оспаривание договоров  уступки от 30.08.2018 с ФИО9 (судом на должника отнесены расходы в  

сумме 30 000 руб. по пяти сделкам, в то время как судом отказано в признании  недействительными шести сделок, размер пошлины за которые составляет  

36 000 руб.). 

В связи с фактическим удовлетворением требований ФИО4 и  ООО «Строикс» расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение  апелляционных жалоб также возлагаются на должника.  

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 14 декабря  2023 года по делу № А13-153/2019 в части признания недействительными  дополнительного соглашения от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016,  заключенного обществом с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой» и  ФИО9, договора уступки от 27.06.2017,  заключенного ФИО4 и ФИО9, соглашения взаимозачета от 03.07.2017, заключенного  обществом с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой» и ФИО4, применении последствий недействительности сделок в  виде восстановления задолженности ФИО4 перед  обществом с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой» в  размере 29 062 000 руб.; в части взыскания с ФИО4 в  пользу общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой» расходов  на оплату услуг эксперта в сумме 10 000 руб., расходов по уплате  государственной пошлины в сумме 3000 руб.; в части взыскания с ФИО9 в пользу общества с ограниченной ответственностью  «ВологдаСтрой» расходов на оплату услуг эксперта в сумме 115 000 руб.,  расходов по уплате государственной пошлины в сумме 9 000 руб.; в части  взыскания с ФИО4 в доход федерального бюджета  государственной пошлины в размере 6000 руб. отменить.  

В удовлетворении заявления о признании недействительными  дополнительного соглашения от 01.12.2016 к договору аренды от 01.07.2016,  заключенного обществом с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой» и  ФИО9, договора уступки от 27.06.2017,  заключенного ФИО4 и ФИО9, соглашения взаимозачета от 03.07.2017, заключенного  обществом с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой» и ФИО4, применении последствий недействительности сделок  отказать.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой»  в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины.  

Исключить из резолютивной части определения Арбитражного суда  Вологодской области от 14 декабря 2023 года по делу № А13-153/2019 абзац  

тринадцатый следующего содержания: «Возвратить обществу с ограниченной  ответственностью «ВологдаСтрой» из федерального бюджета государственную  пошлину в размере 6000 руб., уплаченную по платежному поручению от  23.12.2020 № 604».  

Изложить абзац пятнадцатый резолютивной части определения  Арбитражного суда Вологодской области от 14 декабря 2023 года по делу   № А13-153/2019 в следующей редакции: «Возвратить обществу с ограниченной  ответственностью «ВологдаСтрой» с депозитного счета Арбитражного суда  Вологодской области денежные средства в сумме 15 000 руб., перечисленные  по платежному поручению от 17.11.2020 № 505.».  

Возвратить ФИО4 с депозитного счета  Арбитражного суда Вологодской области денежные средства в сумме  

20 000 руб., перечисленные по чеку от 21.10.2022. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой»  в пользу ФИО4 5000 руб. в возмещение расходов на  оплату услуг эксперта.  

В остальной части определение Арбитражного суда Вологодской области  от 14 декабря 2023 года по делу № А13-153/2019 оставить без изменения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой»  в пользу ФИО4 3000 руб. в возмещение расходов по  уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВологдаСтрой»  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строикс» 3000 руб. в  возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение  апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд 

Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.  

Председательствующий Л.Ф. Шумилова  

Судьи К.А. Кузнецов  

С.В. Селецкая