ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-201376/19-118-621

г. Москва

25 июня 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 17 июня 2020 года

Полный текст решения изготовлен 25 июня 2020 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  А.Г. Антиповой

при ведении протокола помощником судьи Р.Г. Гусейхановым,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «Татюринвест»

к АО «ВЭБ-лизинг»

о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 30.06.2015 №Р15-11372-ДЛ в размере 997323,86 руб.,

при участии:

от истца: не явился

от ответчика: ФИО1 по дов. от 09.04.2019 г.,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Татюринвест» обратилось с иском о взыскании с АО «ВЭБ-лизинг» неосновательного обогащения по договору лизинга от 30.06.2015 №Р15-11372-ДЛ в размере 997323,86 руб.

Представитель истца в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом в соответствии со ст. 123 АПК РФ. Дело рассмотрено в отсутствие представителя истца в соответствии со ст. 156 АПК РФ.

Ответчик исковые требования не признал, заявил о пропуске срока исковой давности.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы ответчика, суд установил, что предъявленный иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 30 июня 2015 между ОАО «ВЭБ-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «Ижфрукт» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) №Р15-11372-ДЛ, в соответствии с которым лизингодатель приобрел в собственность предмет лизинга и предоставил его лизингополучателю во временное владение и пользование за плату с последующим переходом права собственности.

Договор заключен на 1447 дней.

Лизингодатель расторг договор в одностороннем порядке. Уведомление о расторжении получено 01.07.2016, в соответствии с которым ответчик изъял предметы лизинга.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

02.12.2016 между ООО «ТатЮрИнвест» (цессионарий 1), ООО «Арфа Групп» (цессионарий 2) и ООО «ИЖФРУКТ» (цедент) подписано соглашение об уступке права № 100, в соответствии с которым цедент передает цессионарию 1 и цессионарию 2 в порядке сингулярного правопреемства право требования неосновательного обогащения в размере 2500000 руб., возникших в результате расторжения договора финансовой аренды (лизинга) № Р15-11372-ДЛ от 30.06.2015 и изъятия предмета лизинга. Объем прав требования, перешедших от цедента к цессионарию 1 составляет 25% от суммы, указанной в п. 1.1. соглашения; объем прав требования, перешедших от цедента к цессионарию 2 составляет 75% от сумму, указанной в п. 1.1. соглашения.

ООО «ТатЮрИнвест» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением о взыскании с АО «ВЭБ-лизинг» суммы неосновательного обогащения в размере 347821 руб. 83 коп.

Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-4750/17 от 30.03.2018 установлено, что на основании расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 30.06.2015 №Р15-11372-ДЛ завершающая обязанность АО «ВЭБ-лизинг» перед лизингополучателем составляет 1303098,48 руб.

Учитывая условия соглашения уступки права требования №100 от 02.12.2016 г. указанным решением суда с АО «ВЭБ-лизинг» в пользу ООО «ТатЮрИнвест» взыскано неосновательное обогащение в размере 325774,62 руб., что составляет 25% от суммы неосновательного обогащения лизингодателя по договору финансовой аренды (лизинга) №Р15-11372-ДЛ от 30 июня 2015.

Поскольку ООО «Арфа Групп» (цессионарий 2) свои обязательства по договору уступки права требования от 02.12.2016 не исполнил, сумму за уступаемые требования не оплатил, за взысканием уступленных прав требования в суд не обратился, между сторонами подписан договор уступки права требования №102 от 05.09.2017г., в соответствии с которым ООО «ИЖФРУКТ» (цедент) расторгло с цессионарием 2 предыдущий договор цессии и уступил оставшееся право требования неосновательного обогащения в связи с расторжением договора лизинга №Р15-11372-ДЛ от 30 июня 2015 в размере 977323,86 руб. истцу – ООО «ТатЮрИнвест».

Таким образом, сумма неосновательного обогащения лизингодателя подлежащая оплате истцу составляет 977323,86 руб. Данная сумма неосновательного обогащения составляет 75% от суммы неосновательного обогащения лизингодателя по договору финансовой аренды (лизинга) №Р15-11372-ДЛ от 30 июня 2015.

25.11.2016 ООО «Ижфрукт» направило ОАО «ВЭБ-лизинг» претензию с требованием оплатить задолженность по договору лизинга № Р15-11372-ДЛ, которая оставлена без ответа и без исполнения.

26.11.2017 истец направил в адрес АО «ВЭБ-лизинг» уведомление об уступке права требования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.03.2018 по делу № А40-4750/17 об определении завершающей обязанности по методу сальдо встречных обязательств, не подлежат доказыванию в рамках настоящего дела.

До настоящего времени АО «ВЭБ-лизинг» не перечислило ООО «ТатЮрИнвест» неосновательное обогащение в размере 977323 руб. 86 коп. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ссылается на то, что истцом пропущен срок исковой давности.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком иску о защите этого права.

В силу с п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

По смыслу положений постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 года № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу в виде уплаченных денежных средств только в том случае, если внесенные им платежи (за исключением авансового) в совокупности стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором.

Согласно п. 1 ст.622 ГК РФ, п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 предмет лизинга подлежит возврату в том состоянии, в котором был лизингополучателем получен с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором; стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели при возврате предмета лизинга лизингодателю.

По мнению ответчика, с указанного момента договор выкупного лизинга прекращается и в зависимости от того, в чью пользу при расчете складывается сальдо встречных обязательств, трансформируется в кондикционное, т.е. обязательство из неосновательного обогащения.

Срок возникновения обязательства из неосновательного обогащения обусловлен датой прекращения договора лизинга, т.е. возврата предмета лизинга. Дальнейшая же реализация предмета лизинга является самостоятельным правоотношением лизингодателя с иным лицом, которое, в свою очередь, также может привести к неосновательному обогащению за счет покупателя, в связи с чем, период реализации предмета лизинга, включая разумный, не прерывает и не увеличивает срок исковой давности для защиты лизингополучателем своего имущественного права в судебном порядке.

Статьями 202 и 203 ГК РФ установлен исчерпывающий перечень оснований для приостановления и/или перерыва течения срока исковой давности.

Таким образом, ответчик ссылается на то, что именно с момента возврата предмета лизинга лизингодателю право лизингополучателя, в случае его нарушения, может быть восстановлено с учетом правил, предусмотренных ст.ст. 1102, 1103 ГК РФ о недопустимости неосновательного обогащения (сбережения) и предполагает установление завершающей разницы между лученными за период пользования лизинговыми платежами в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга, с одной стороны, и предоставленным финансированием, платой за финансирование и расходами, связанными с приобретением предмета лизинга, с другой.

Предмет лизинга по договору № Р15-11372-ДЛ от 30.06.2015 г. возвращен 01.07.2016, в связи с чем, течение срока исковой давности по заявленным требованиям началось 01.07.2016, т.е. со дня возврата предмета лизинга лизингодателю. Исковое заявление подано 01.08.2019 г., то есть за пределами срока исковой давности (до 01.07.2019).

Данные доводы ответчика являются необоснованными по следующим основаниям.

Согласно ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается с момента, когда право требования наступило и истец о нем узнал. В соответствии со ст. 191 ГК РФ, течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

В адрес ответчика направлялись претензии с требованием об оплате суммы задолженности от ООО «Ижфрукт» 25.11.2016 г., от ООО «ТатЮрИнвест» 23.09.2017 г., 16.03.2018 г.

В силу ч.5 ст.4 АПК РФ спор, возникающий из гражданских правоотношений, может быть передан на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом либо договором.

В соответствии с п.1 ст.382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ст.384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Следовательно, действия цедента до совершения уступки по направлению претензии являются подтверждением соблюдения претензионного порядка урегулирования спора, в том числе, и цессионарием.

Как разъяснил Пленум Верховного суда РФ в п. 16 постановления от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно п. 3 ст. 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока — на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры. Течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении). Непоступление ответа на претензию в течение 30-й дней либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день, либо в последний день срока, установленного договором. Таким образом, если ответ на претензию не поступил в течение 30 дней или срока, установленного договором, или поступил за их пределами, течение срока исковой давности приостанавливается на 30 дней либо на срок, установленный договором для ответа на претензию.

Ответчик не оспаривает факт направления и получения претензии от лизингополучателя.

Настоящее исковое заявление подано ООО «ТатЮрИнвест» в суд 31.07.2019.

При таких обстоятельствах, доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности несостоятельны, в связи с его приостановлением на период процедуры досудебного порядка урегулирования спора.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, оснований для отказа в удовлетворении предъявленных требований не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 450, 614, 619, 625 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «ВЭБ-лизинг» в пользу ООО «Татюринвест» 977 323 руб. 86 коп. неосновательного обогащения.

Взыскать с АО «ВЭБ-лизинг» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 22 546 руб.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья                                                                                     А.Г. Антипова