АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3648/23 

Екатеринбург

30 июня 2023 г.

 

Дело № А50-14490/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июня 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Лукьянова В. А.,

судей Кравцовой Е. А., Жаворонкова Д. В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи              Кондратьевой К.А. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Компания «Виолет» (далее – компания «Виолет», компания, заявитель), общества с ограниченной ответственностью «Кондитерская «Виолет» (далее – кондитерская «Виолет», кондитерская), общества с ограниченной ответственностью «Кондитерский бутик «Виолет» (далее – бутик «Виолет», бутик), Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому району г. Перми (далее – инспекция, налоговый орган) на решение Арбитражного суда Пермского края от 30.12.2022 по делу № А50-14490/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи, при содействии Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, приняли участие представители: 

компании «Виолет» - ФИО1, (паспорт, доверенность от 05.07.2022), ФИО2 (паспорт, доверенность от 05.07.2022, диплом)

инспекции - ФИО3 (служебное удостоверение, доверенность                     от 26.12.2022 № 12, диплом); ФИО4 (служебное удостоверение, доверенность  от 26.12.2022 № 1, диплом); 

кондитерской «Виолет» и  индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – предприниматель ФИО5) - ФИО5, паспорт, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц.

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание Арбитражного суда Уральского округа не явились. 

Компания «Виолет» обратилась в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 14.12.2021 № 15-30/8069 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: кондитерская «Виолет», бутик «Виолет», общество с ограниченной ответственностью «Николетта» (далее – общество «Николетта»), предприниматель ФИО5, индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее – предприниматель ФИО6), индивидуальный предприниматель ФИО7 (далее – предприниматель ФИО7), ФИО8 (далее – ФИО8).

Решением суда от 30.12.2022 (судья Завадская Е.В.) заявленные требования удовлетворены частично, решение инспекции признано незаконным в части учёта деятельности общества «Николетта», предпринимателей ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 при определении налоговых обязательств заявителя за 2016-2018 гг. а также начисления соответствующих сумм пеней и штрафов. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 07.03.2023 (судьи Герасименко Т.С., Васильева Е.В., Муравьева Е.Ю.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационных жалобах налогоплательщик и третьи лица -  кондитерская «Виолет» и бутик «Виолет», выражая несогласие с указанными судебными актами в части отказа в удовлетворении заявленных требований; ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие сделанных ими выводов фактическим обстоятельствам дела, просят указанные судебные акты в данной части отменить и удовлетворить заявленные требования в полном объеме. 

Оспаривают по существу сделанные судами выводы об умышленном создании схемы минимизации налоговых обязательств и «дроблении бизнеса», утверждая о том, что квалифицированные налоговым органом как взаимозависимые с компанией и подконтрольные ей организации в действительности выступали самостоятельными хозяйствующими субъектами, производящими разную продукцию, имеющими собственный квалифицированный персонал, корпоративный стиль, внешнее оформление производственных помещений и торговых точек, маркетинговую политику, характеризующимися автономностью принятия управленческих решений и вступления в хозяйственные взаимоотношения.

Считают недоказанными доводы инспекции о номинальности руководства третьих лиц, их подчинении в управлении налогоплательщику; утверждают, что хозяйственное взаимодействие между компанией, кондитерской и бутиком  соответствовало рыночным отношениям, носило возмездный характер, и ограничивалось исключительно предоставлением права пользования зарегистрированным за компанией товарным знаком и приобретением у последней производственного сырья (в 2016 году). 

По мнению налогоплательщика и третьих лиц, суды не отдали должного внимания, необоснованно критически отнеслись к приводимым ими доводам о наличии корпоративного конфликта, объясняющего фактическую необходимость создания спорных юридических лиц (кондитерской и бутика), а также то, что создание данных организаций произошло тогда, когда компания уже прекратила производственную деятельность.  

Полагают, что сама по себе взаимозависимость заявителей жалоб по признаку совпадения участников не является достаточной для признания их единым хозяйствующим субъектом и консолидации финансовых результатов осуществляемой ими деятельности.

Возражают против доводов налогового органа о преемственности персонала, полагая их основанными на неверной трактовке свидетельских показаний работников спорных организаций; выражают несогласие с выводами инспекции и судов о минимизации налоговых обязательств компании за счет третьих лиц и номинальности последних; обращают внимание на наличие у кондитерской и бутика собственных интернет-сайтов, страниц в социальных сетях, самостоятельную организацию ими обучения своих работников, ведение благотворительной деятельности. 

В кассационной жалобе инспекция, также выражая несогласие с принятыми по настоящему делу судебными актами, просит отменить их в части признания недействительным решения инспекции и отказа от учета результатов  деятельности третьих лиц - индивидуальных предпринимателей и общества «Николетта» при определении действительных налоговых обязательств компании. 

Налоговый орган утверждает о том, что целью создания и деятельности данных хозяйствующих субъектов являлось исключительно перераспределение выручки компании, а в последующем кондитерской и бутика, получаемой от реализации продукции собственного производства, с целью сохранения за ними права на применение специальных налоговых режимов. 

По мнению инспекции, суды немотивированного отклонили заявленные ею доводы и представленные доказательства, подтверждающие вовлечение указанных субъектов в единый производственный процесс, их участие в единой программе лояльности наряду с компанией, кондитерской и бутиком, оплату компанией услуг сотовой связи, оказываемых спорным предпринимателям и обществу «Николетта», аренды используемых ими автомобилей, приобретения пищевой продукции. 

В отзывах на кассационную жалобу инспекции заявитель и третьи лица поддерживают выводы судов в части удовлетворения заявленных требований, полагая, что суды надлежащим образом оценили характер хозяйственной деятельности и мотивы создания спорных предпринимателей и общества «Николетта» по отношению к компании, кондитерской и бутику, правомерно признав их самостоятельными и независимыми субъектами. Обращают внимание на то, что участие в программе лояльности для предпринимателей и общества «Николетта» являлось платным, а равно использование ими единого многоканального номера телефона; продукция, которую производили, а затем реализовывали предприниматель ФИО8 и общество «Николета» существенно отличалась от той, что реализовывали другие спорные предприниматели и организации.

Суд кассационной инстанции, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов исходя из доводов кассационных жалоб, не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена комплексная выездная налоговая проверка деятельности компании «Виолет» за период с 01.01.2016 по 31.12.2018; по результатам проверки составлен акт от 20.01.2021 № 16/38/5/00195 и вынесено оспариваемое решение. 

Данным решением компании доначислено 93 782 750 руб., из которых, налог на добавленную стоимость (далее – НДС) в размере 76 086 926 руб., налог на прибыль организаций в размере 17 695 824 руб., пени и штрафные санкции, предусмотренные пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), в сумме 39 794 016 руб. 20 коп.                   и 1 827 171 руб. соответственно.

Основанием для начисления названных сумм послужили выводы инспекции о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды путем минимизации налоговых обязательств в результате создания схемы «дробления бизнеса» с искусственным вовлечением в хозяйственную деятельность последовательно созданных взаимозависимых хозяйствующих субъектов – кондитерской и бутика с одноименным названием «Виолет», общества «Николетта», предпринимателей ФИО5, ФИО6, ФИО7, и ФИО8 для распределения между ними получаемой прибыли в целях обеспечения права на применение каждым из участников специального налогового режима.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 13.04.2022 № 18-18/141 решение инспекции утверждено. 

Налогоплательщик, полагая, что решение инспекции не соответствует законодательству о налогах и сборах, нарушает его права и законные интересы, обратилось с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Суды поддержали выводы инспекции о создании компанией схемы «дробления бизнеса» и минимизации своих налоговых обязательств за счет неправомерного применения упрощенной системы налогообложения (далее –УСН), признав участниками данной схемы наряду с компанией – кондитерскую «Виолет» и бутик «Виолет». Остальных спорных хозяйствующих субъектов суды сочли непричастными к схеме с учетом отличия характера и вида деятельности, осуществляемой ими. 

Выводы судов являются правильными, соответствуют материалам дела и действующему законодательству. 

Главой 26.2 НК РФ устанавливаются правила и порядок применения УСН как специального режима налогообложения.

Применение УСН организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 3 и 4 статьи 284 НК РФ), налога на имущество. Организации, применяющие УСН, не признаются налогоплательщиками НДС, за исключением НДС, подлежащего уплате в соответствии с НК РФ при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, а также НДС, уплачиваемого в соответствии со статьей 174.1 НК РФ.

В силу пункта 4 статьи 346.13 НК РФ (в редакции, действующей в проверяемом периоде), если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 данного Кодекса, превысили 60 млн рублей, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущено указанное превышение. Указанная величина предельного размера доходов налогоплательщика, ограничивающая его право на применение упрощенной системы налогообложения, подлежит индексации в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 346.12 Кодекса.

Освобождение от уплаты определенных видов налогов и применение льготного режима налогообложения, в частности, предусмотренного главой 26.2 Кодекса, являются налоговой экономией, которая в зависимости от установленной совокупности обстоятельств, указывающих на искусственное создание налогоплательщиком условий для ее получения, может быть признана необоснованной.

На основании положений пунктов 1 и 3 статьи 3 НК РФ, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правового регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения.

В соответствии со статьей 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Исходя из положений статьи 54.1 НК РФ, превышение допустимых пределов осуществления прав налогоплательщиков может быть связано, в частности, с искажением фактов хозяйственной деятельности, совокупности таких фактов и объектов налогообложения (пункт 1), направленностью действий налогоплательщика на неуплату налогов в качестве основной цели совершаемых им сделок и операций (подпункт 1 пункта 2), использованием формального документооборота с участием лиц, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени (подпункт 2 пункта 2).

Введение статьи 54.1 НК РФ направлено на установление запрета совершения налогоплательщиком формально правомерных действий с основной целью неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или получения права на возмещение (возврат, зачет) (запрет на злоупотребление правом). 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 23.12.2009 № 20-П, налоговые обязательства, будучи прямым следствием деятельности в экономической сфере, неразрывно с нею связаны. 

Возникновение налоговой обязанности является следствием участия налогоплательщика в гражданском обороте. Возникновению налоговой обязанности, как правило, предшествует вступление лица в гражданские правоотношения, то есть налоговые обязательства базируются на гражданско-правовых отношениях либо тесно с ними связаны. Участие в гражданских правоотношениях, а именно: вступление в договорные отношения является основанием формирования налоговых обязательств перед государством.

Обязанность по уплате налогов зависит, в том числе, от исполнения гражданско-правовых обязательств. Для налогообложения правовое значение имеет фактическое исполнение сделки. 

Применение искусственных юридических конструкций для хозяйственных операций, не содержащих признаков противоправности, но лишенных хозяйственного смысла и не имеющих объяснений неналоговыми причинами, рассматривается как злоупотребление правом в сфере налоговых правоотношений. 

Налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. 

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений НК РФ, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26.03.2020 № 544-О, от 04.07.2017 № 1440-О).

Таким образом, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), полученная в связи с этим налоговая выгода может быть признана необоснованной, объем прав и обязанностей налогоплательщика должен определяться исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции или совокупности операций в их взаимосвязи, что согласуется с правовой позицией, выраженной в пунктах 3 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Аналогичные разъяснения относительно оценки налоговых последствий финансово-хозяйственных операций даны в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Из приведенных положений законодательства, разъяснений Пленума вытекает, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение УСН данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность и несет свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности. Однако действия, направленные в обход установленных главой 26.2 НК РФ ограничений в применении УСН как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства, могут быть квалифицированы в качестве злоупотребления правом.

Установив, что имело место распределение доходов от реализации товаров (работ, услуг) между несколькими лицами, которыми прикрывалась фактическая деятельность другого (одного) хозяйствующего субъекта, обладавшего необходимыми ресурсами для ее ведения, но не отвечавшего установленным законом условиям для применения УСН (так называемое «дробление бизнеса») налоговый орган вправе консолидировать доходы и исчислить налоги соответствующему плательщику по общей системе налогообложения, на что обращено внимание в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018.

В то же время, из существа данного правонарушения, как связанного с искусственным разделением налогооблагаемой деятельности, в действительности осуществляемой одним лицом или совокупностью лиц, вытекает, что в целях определения объема прав и обязанностей в соответствии с действительным экономическим смыслом осуществляемой деятельности должна происходить не только консолидация доходов (прибыли) группы лиц, но также - консолидация налогов, уплаченных с соответствующих доходов, таким образом, как если бы проверяемый налогоплательщик уплачивал УСН в бюджет за подконтрольных ему лиц.

Это означает, что суммы налогов, уплаченные участниками группы в отношении дохода от искусственно разделенной деятельности должны учитываться при определении размера налоговой обязанности (недоимки) по общей системе налогообложения налогоплательщика - организатора группы.

Данная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2022 № 307-ЭС21-17087, № 307-ЭС21-17713, от 21.07.2022 № 301-ЭС22-4481.

Как установлено судами и следует из материалов дела, компания «Виолет» зарегистрирована 19.05.2009, учредителями её являются ФИО6 (60 %), и ФИО5 (40 %), руководит организацией ФИО9 (муж ФИО6). С момента регистрации и по настоящее время налогоплательщик применяет УСН, осуществляет производство хлеба и мучных кондитерских изделий, тортов и пирожных недлительного хранения (ОКВЭД 10.71), дополнительно имея еще 85 зарегистрированных видов деятельности. 

Создание иных спорных хозяйствующих субъектов происходит последовательно начиная с 2013 года, по мере приближения дохода каждого из уже существующих хозяйствующих субъектов (сначала компании, а затем кондитерской) к предельному значению дохода, установленному для применения УСН. Создав в течение календарного года кондитерскую и бутик с идентичным наименованием и составом участников, компания прекращает самостоятельную реализацию кондитерской продукции, передает её вновь созданным хозяйствующим субъектам, оставляя за собой роль распорядителя товарным знаком «VIOLET» и сдавая в субаренду занимаемые ею производственные помещения.   

Проанализировав доказательства, представленные инспекцией, характеризующие хозяйственную деятельность данных лиц, суды установили, что налогоплательщик, кондитерская и бутик являются взаимозависимыми по смыслу статьи 105.1 НК РФ, находятся под управлением ФИО6 и ФИО5, зарегистрированы по одному адресу, ведение бухгалтерского учета, решение кадровых вопросов, а равно распоряжение денежными средствами, находящимися на счетах всех названных организаций осуществляется одними и теми же субъектами. Контрольно-кассовая техника, и производственные помещения, ранее принадлежавшие налогоплательщику, переданы кондитерской и бутику. Ими же приняты на работу сотрудники (пекари, кондитеры, мойщики и т.п.), до 2013 года выполнявшие свою трудовую функцию в компании. 

         Организации используют единый многоканальный телефон, кондитерская и бутик осуществляют один вид деятельности, доставка товара от поставщиков происходит централизованно и одновременно на все организации. 

На основании изложенного суды признали, что компания, кондитерская и бутик имеют признаки единой консолидированной группы лиц, деятельность которой разделена формально исключительно с целью распределения доходов между её участниками для соответствия каждого из них условиям применения УСН и минимизации общих налоговых обязательств.   

Ссылки налогоплательщика на разность ценового сегмента продукции, ранее производимой им, а затем кондитерской и бутиком, суды отклонили как не опровергающие факта того, что по сути деятельность являлась идентичной. 

К доводам о наличии корпоративного конфликта, ставшего причиной создания новых юридических лиц, суды отнеслись критически, учитывая совокупность ранее установленных обстоятельств и отсутствие надлежащих доказательств, позволяющих проверить доводы налогоплательщика.

Прекращение деятельности заявителя по производству кондитерских изделий до начала проверяемого периода суды справедливо сочли не влияющим на вывод о получении необоснованной налоговой выгоды и не опровергающим создание им схемы «дробления бизнеса».

Вопреки позиции налогоплательщика, основанием для объединения рассматриваемых хозяйствующих субъектов и финансовых результатов их деятельности послужил не только факт взаимозависимости, а совокупность установленных обстоятельств, подтверждающих влияние данной взаимозависимости на налоговые обязательств охватываемых ею лиц. 

Суды, оценив доводы налогоплательщика в совокупности собранными инспекцией доказательствами, не усмотрели в создании спорных организаций и разделении ими деятельности разумных экономических причин, кроме распределения получаемого дохода с целью сохранения права каждого на применение УСН.

Доводов об оспаривании порядка определения действительных налоговых обязательств и применения налоговой реконструкции ни заявителем, ни третьими лицами не приведено.

Вместе с тем инспекция возражает относительно исключения из консолидированной налогооблагаемой базы компании, доходов, полученных предпринимателями ФИО7, ФИО5, ФИО6, ФИО8, и общества «Николетта», осуществлявших реализацию тех же или аналогичных видов продукции в розницу. 

Признавая необоснованными выводы инспекции в отношении указанных субъектов, суды установили ряд обстоятельств, не позволяющих отнести их к участникам схемы «дробления бизнеса», созданной заявителем. В частности, суды отметили, что учредители общества «Николетта» по составу отличались от участников компании, кондитерской и бутика, данная организация производила иной вид продукции – хлебобулочные изделия, которые ранее ни один из участников группы не выпускал. 

Также материалами дела подтверждено, что общество «Николетта» имело отличный от иных спорных организаций штат сотрудников, собственное оборудование, самостоятельно вело бухгалтерский учет, производило по результатам своей хозяйственной деятельности уплату налогов и сборов а, кроме того, не использовало товарный знак «VIOLET». Создание названной организации не было обусловлено размером дохода, ранее полученного кондитерской и бутиком, по существу являлось новым видом производства, которым прежние участники группы компаний «Виолет» не занимались. 

Предприниматели, в свою очередь, осуществляли исключительно розничную реализацию, продавая не только продукцию изготовленную кондитерской и бутиком, но и иные товары (напитки, чай и кофе, мороженое, соки, сиропы, хозтовары). Данные субъекты не принимали участия в производственном процессе, не имели отношения к ресурсам компании и подконтрольных ей лиц,  использовали собственное имущество, своих работников, торговые площади и контрольно-кассовую технику; все предприниматели исполняли свои обязательства самостоятельно, несли расходы по аренде помещений и оборудования в них, самостоятельно осуществляли налоговый учет, определяли объект налогообложения, налоговую базу, исчисляли налог и представляли налоговую отчетность.

Каждый из предпринимателей от своего имени заключал и исполнял договоры с поставщиками и покупателями, получал доходы и нес расходы. Полученная предпринимателями выручка от реализации товаров ни компании, ни иным взаимозависимым с ней лицам не предавалась.

Ценовая политика предпринимателей была различна, использование ими товарного знака «VIOLET» и участие в программе лояльности происходило на возмездной основе. 

При названных обстоятельствах суды сочли неопровергнутым инспекцией обособленный характер деятельности указанных субъектов, в результате чего, толкуя все неустранимые сомнения в пользу налогоплательщика,  правоверно удовлетворили его требования в данной части. 

Оспаривая допустимость подобного построения хозяйственных взаимоотношений между проверяемым налогоплательщиком, обществом «Николетта» и предпринимателями, исключительно по признаку их взаимозависимости, налоговый орган вышел за пределы предоставленных ему полномочий по сути оценив целесообразность принимаемых ими управленческих решений, связанных с созданием и выбором модели и вида финансово-хозяйственной деятельности. 

Между тем в силу принципа свободы экономической деятельности (часть 1 статьи 8 Конституции Российской Федерации), налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Соответственно, налогоплательщик сам вправе определить порядок ведения предпринимательской деятельности, условия гражданско-правовых сделок, формы управления организацией, совместное ведение предпринимательской деятельности с другими участниками гражданского оборота, осуществление предпринимательской деятельности одним субъектом предпринимательской деятельности или несколькими, использование одного бренда или общей вывески. Если все вышеуказанное отвечает требованиям гражданского законодательства в Российской Федерации, то само по себе не может рассматриваться как основание для признания налоговой выгоды необоснованной. 

В постановлении от 09.04.2013 № 15570/12 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отметил, что само по себе учреждение налогоплательщиком нового хозяйствующего субъекта не говорит о формальном разделении бизнеса, целью которого является получение необоснованной налоговой выгоды. Так, если налогоплательщик и вновь учрежденное лицо осуществляют самостоятельные виды деятельности, которые не являются частью единого производственного процесса, направленного на достижение общего экономического результата, основания для признания налоговой выгоды необоснованной отсутствуют. 

Доводы, приведенные в кассационных жалобах инспекции, заявителя и третьих лиц ранее являлись предметом исследования в судах двух инстанций, сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не относится к компетенции кассационного суда. 

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным ими обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями, определенными статьями 65, 71, частями 4, 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы инспекции и общества – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 30.12.2022 по делу                           № А50-14490/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2023 по указанному делу оставить без изменения, кассационные жалобы Инспекции Федеральной налоговой службы по Свердловскому району г. Перми, общества с ограниченной ответственностью «Компания «Виолет», общества с ограниченной ответственностью «Кондитерская «Виолет», общества с ограниченной ответственностью «Кондитерский бутик «Виолет»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                      В.А. Лукьянов 

 

Судьи                                                                                   Е.А. Кравцова 

 

                                                                                              Д.В. Жаворонков