ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-18596/2021к2

г. Красноярск

19 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «12» апреля 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен  «19» апреля 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Инхиреевой М.Н.,

судей: Дамбарова С.Д., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности (посредством онлайн-заседания), 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «26» декабря 2022 года по делу №  А33-18596/2021к2,  

 

установил:

ФИО2 (далее – должник) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании себя банкротом.

Решением суда от 24.10.2022 ФИО2 признана банкротом, в отношении неё открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО5.

06.04.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступило требование ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 4 300 00 руб. основного долга; 860 000 руб. процентов за пользование займом; 234 264 руб. пени за просрочку возврата суммы займа и процентов за пользование займом, как обеспеченного залогом недвижимого имущества: нежилого помещения площадью 76,5 кв.м., расположенного по адресу: Красноярский край, ЗАТО Железногорск, 

<

...>. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от «26» декабря 2022 года по делу №  А33-18596/2021к2 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Заявитель жалобы указывает, что источником выдачи займа послужили накопленные и полученные из различных источников денежные средства в наличном виде, что подтверждает реальную финансовую возможность у ФИО6 для выдачи займа. Апеллянт указывает, что представляла суду иные необходимые доказательства, что не может свидетельствовать о ее пассивном отношении к процессу, займ выдавался задолго до введения института банкротства физических лиц. 

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28.02.2023.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 30.01.2023, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 31.01.2023 13:59:22 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протокольным определением судебное разбирательство откладывалось до 12.04.2023.

В суд апелляционной инстанции 11.04.2023 от  ФИО2 поступили пояснения по делу с приложением копии решения Железногорского городского суда Красноярского края от 01.02.2013 по делу № 2-9/2012, копии письма от 18.08.2016 № 1-01/1817, копии сопроводительного письма Железногорского городского суда Красноярского края от 06.12.2016 № 33215.

Представитель ФИО2 заявил ходатайство о приобщении указанных документов к материалам дела.

В судебном заседании представитель изложил возражения на апелляционную жалобу. Просит суд оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В целях полного, всестороннего рассмотрения жалобы, судебная коллегия определила приобщить вышеуказанные документы к материалам дела

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

 Суд апелляционной инстанции, повторно проверив в порядке статей 100, 142, 213.24 Закона о банкротстве представленные в материалы дела документы, установил, что заявителем соблюден двухмесячный срок предъявления требования о включении в реестр требований кредиторов должника.

Как установлено судом первой инстанции, следует из материалов дела и не оспаривается самим должником, между ФИО6 (займодавец) и ФИО2 (заемщик) подписан договор займа, обеспеченного залогом недвижимого имущества от 16.12.2016 (в редакции дополнительного соглашения от 01.01.2019), согласно условиям которого, заявитель передал должнику денежные средства в размере 4 300 000 руб. сроком до 01.01.2021 под 20% годовых. В целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по возврату займа заемщик предоставляет в залог нежилое помещение, площадью 76,5 кв.м., расположенное по адресу: Красноярский край, ЗАТО Железногорск, 

<

...>.

Из содержания статей 807, 808 Гражданского кодекса Российской норм следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии  с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Коллегия судей учитывает, что статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязывает каждое лицо, участвующее в деле, доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Суд первой инстанции справедливо установил что, поскольку договор займа является реальной сделкой, то ФИО6 должна доказать факт передачи наличных денежных средств в заем должнику.

Нахождение ФИО2 в статусе банкротящегося лица, с высокой степенью вероятности свидетельствует о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Таким образом, установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197).

В суде первой инстанции в письменных пояснениях от 06.09.2022 заявитель указывает, что ФИО2 приходится ФИО6 близкой знакомой.

Данное обстоятельство указывает на наличие между ними близких доверительных отношений, следовательно, свидетельствует о наличии аффилированности, которая носит фактический характер.

Аффилированность может носить фактический характер без формальных юридических связей между участниками правоотношений (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197).

Учитывая, что при наличии аффилированности к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, следовательно, такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, должны учитываться среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Названные разъяснения Высшего Арбитражного суда Российской Федерации направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или на квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

Исходя из позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 04.10.2011 по делу № 6616/211, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у займодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику - индивидуальному предпринимателю.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197 по делу N А32-43610/2015, учитывая, что ответчик находится в банкротстве и что решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика, суду апелляционной инстанции необходимо было руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26 постановления N 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3)).

Из представленной в материалы дела расписки б/д следует, что сумма займа в размере 4 300 000 руб. передана заемщику наличными деньгами по договору займа от 16.12.2016. Иные доказательства, подтверждающие осуществления хозяйственных операций по передаче наличных денежных средств в займ, в материалы дела не представлены.

Определениями от 20.07.2022, от 06.09.2022, от 19.10.2022 суд неоднократно предлагал заявителю представить в материалы дела: доказательства наличия финансовой возможности выдать займ; доказательства востребования долга ранее, чем началось банкротство; доказательства снятия наличных денежных средств с расчетного счета в дату предоставления займа.

Доводы апелляционной жалобы о том, что источником выдачи займа послужили накопленные и полученные из различных источников денежные средства, подлежат отклонению в силу следующего.

Как следует из материалов дела, во исполнение требований суда первой инстанции, заявителем в материалы дела представлены справки по форме 2-НДФЛ за 2015-2016 гг., в соответствии с которыми доход ФИО6 в 2015 году составил 747 748,99 руб., из которых 96 687 руб. - 13% подоходный налог; доход ФИО6 в 2016 году составил 726 968,86 руб., из которых 94 442 руб. - 13% подоходный налог. Таким образом, суд приходит к выводу, что легальный источник дохода в 2015-2016 гг. у ФИО6 составлял в общем размере не более 1 283 588,85 руб., за вычетом 13% подоходного налога, что не позволяло заявителю выдать 16.12.2016 займ ФИО2 на общую сумму в 4 300 000 руб.

Суд первой инстанции критически отнесся к доводам кредитора относительно того, что займ выдан должнику за счет денежных средств, вырученных в 2015-2016 гг. от реализации недвижимого имущества.

Так, оценив условия представленных в материалы дела договоров купли-продажи судом первой инстанции верно установлено, что размер выручки от реализации имущества в 2015 - 2016 гг. не превышал 2 830 000 руб., что не позволяло заявителю выдать 16.12.2016 займ ФИО2 на общую сумму в 4 300 000 руб., даже с учетом доходов от трудовой деятельности в 1 283 588,85 руб.

Договор купли-продажи от 09.10.2012, в соответствии с которым супругом заявителя по цене 4 450 000 руб. продана квартира, не может служить доказательством наличия у заявителя финансовой возможности выдать займ должнику, поскольку договор займа датирован 16.12.2016, в связи с чем хранение крупной суммы денежных средств с 2012 года и ожидание появления потенциального заёмщика 16.12.2016 являются сомнительными с точки зрения обычного поведения при обращении с большими объемами денежных средств.

Суд первой инстанции справедливо указал, что осуществляя накопление денежных средств в период с 2012 года по 2016 год, заявитель не мог достоверно и безусловно предполагать возможность обращения должника к нему с просьбой о выдаче займа 16.12.2016. 

Таки образом, повторно заявленный довод заявителя о том, что займ предоставлен из денежных средств, вырученной от заключения договора купли-продажи от 09.10.2012, фактически является попыткой отнесения событий с нужным содержанием к фактическим обстоятельствам спора, которыми они не являются.

Коллегия судей также учитывает, что из договора купли-продажи квартиры от 19.10.2016 следует, что ранее указанная квартира приобретена ФИО6 на основании договора купли-продажи с использованием кредитных средств от 29.10.2012 (пункт 1.2 договора). Данное обстоятельство дополнительно опровергает довод заявителя о том, что для передачи в займ должнику использовались деньги супруга от продажи квартиры по договору от 09.10.2012. При наличии денежных средств от продажи квартиры супругом отсутствовала необходимость привлечения кредитных средств для приобретения через 20 дней иной более дешевой (в 2 раза) квартиры.

Кредитор ссылается, что займ выдан за счет денежных средств, полученных супругом от продажи имущества: 30.05.2016 прекращено право собственности на земельный участок. Вместе с тем, по выписке из ЕГРН следует, что в 2017 году кредитор приобрела иное недвижимое имущество: земельный участок и жилое здание (договор от 19.04.2017), при этом приобретенное в 2017 году имущество обременено ипотекой. Суд критически относится к доводам кредитора о выдаче займа за счет продажи имущества, поскольку сам кредитор в 2017 приобретает иное недвижимое имущество, а доказательств наличия у кредитора доходов в размере и для выдачи займа на сумму более 4 млн.руб., и для приобретения двух объектов недвижимости, не представлено. 

При этом, как отражено выше, является крайне не типичным поведением физического лица накапливание денежных средств от продажи нескольких объектов недвижимости в целях последующей передачи денежных средств в заем, не взыскания процентов за пользование займом, и не взыскание долга по займу на протяжении более 5 лет с даты выдачи займа. 

Кредитором в материалы дела не представлены выписки по счетам, платежные поручения и иные платежные документы, свидетельствующие о снятии заявителем с расчетного счета суммы займа в размере 4 300 000 руб. в дату выдачи займа (16.12.2016) или в близкую к ней дату, а хранение наличных денежных средств в значительном размере является нестандартным поведением при обращении с крупной суммой денежных средств.

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы выдача займа за счет совокупности единственного источника дохода и всех средств, вырученных от продажи недвижимого имущества, в том числе супругом заявителя, т.е. за счет всех средств существования, является весьма сомнительной с точки зрения обычного поведения гражданина и носит нестандартный характер сделки. 

Ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено доказательств наличия у заявителя запаса финансовой прочности, которая позволила бы заявителю не только удовлетворить свои личные потребности, но и выдать займ в значительном размере.

Таким образом, представленные в материалы дела договоры купли-продажи, лишь в целом подтверждают осуществление заявителем и её супругом действий по отчуждению имущества в 2015-2016 гг., а не наличие в распоряжении заявителя банкнот Банка России на конкретную дату - 16.12.2016.

При таких обстоятельствах, представленные в материалы дела доказательства не подтверждают наличие у заявителя наличных денежных средств в размере 4 300 000 руб. на дату выдачи займа (16.12.2016). Иные доказательства, подтверждающие, фактическое наличие у ФИО6 наличных денежных средств в размере суммы займа к моменту его передачи должнику, суду не представлены.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

Как правомерно установлено судом первой инстанции, в материалах дела отсутствуют доказательства, которые препятствовали бы заявителю на основании статей 9, 41 АПК РФ представить доказательства наличия финансовой возможности выдать 16.12.2016 займ наличными денежными средствами в размере 4 300 000 руб. (декларации по форме 3-НДФЛ, банковские выписки, доказательства снятия с расчетного счета наличных денежных средств и т.п.), учитывая неоднократное отложение судебных разбирательств.

В целях проверки реальности займа определением суда от 06.09.2022, от 19.10.2022 суд предлагал должнику представить в материалы дела, доказательства целей расходования денежных средств. Вместе с тем, данные доказательства в материалы дела не представлены. 

Доводы должника о том, что заемные средства направлены на погашение задолженности перед иными кредиторами, в суде первой инстанции верно отклонены, как не имеющие документального подтверждения. Представленные в суд апелляционной инстанции документы также не могут быть оценены как доказательства расходования займа, поскольку представляют собой: решение суда о взыскании долга по кредитному договору, письмо банка о частичной отмене штрафных санкций. 

Также апеллянт не обосновал мотивы выдачи займа должнику, который на тот момент уже испытывал финансовые трудности, поскольку в данный период был взыскан долг по кредитному договору. 

Довод должника о том, что он наравне с заявителем является солидарным должником по обязательству перед независимым кредитором, подтвержденным судебным актом, не свидетельствует о реальности заёмных правоотношений между заявителем и должником, а наоборот, дополнительно указывает на создание должником с «дружественным кредитором» мнимого обязательства для обеспечения сохранности имущества должника через конструкцию его залога.

При этом признание должником задолженности в отсутствие факта осуществления реальной хозяйственной операции по передаче наличных денежных средств по договору займа, не свидетельствует о наличии задолженности. В абзаце 2 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Признание долга ФИО2 не основано на документах, подтверждающих реальное использование ФИО2 наличных денежных средств ФИО6

Суд первой инстанции справедливо учитывал, что срок возврата займа наступил 01.01.2021 (с учетом изменения срока). Однако какие-либо доказательства востребования заявителем долга ранее, чем началось банкротство должника, не представлены. 

Вместе с тем, это является не типичным поведением для независимого кредитора, т.к. независимый кредитор не только начнёт востребовать долг по истечении срока займа, но и обращать взыскание на предмет залога.

Также в настоящем деле суд усматривает нестандартные условия предоставления займа, а именно установление условия о том, что сумма займа и проценты за пользование займом выплачиваются единовременно. Фактически, заключив договор займа в 2016 году, кредитор не просил ни уплаты процентов, ни возврата займа на протяжении трех лет, а напротив, в 2019 году еще продлил срок возврата займа и процентов, установив также, что проценты уплачиваются единовременно при возврате займа. 

Проанализировав совокупность представленных доказательств и пояснений заявителя, судом установлено, что в материалы дела предоставлены только такие доказательства, которые угодны заявителю для удовлетворения заявленных требований. 

Доводы апелляционной жалобы подтверждают лишь факт осуществления ФИО6 и её супругом действий по отчуждению имущества, большая часть которых не относится к заявленным периодам спорных правоотношений, рассматриваемых в рамках настоящего обособленного спора. 

Иных достаточных и согласующихся между собой доказательств суду так и не представлено судам обеих инстанций.

Как верно указал суд первой инстанции, все представленные в материалы настоящего обособленного спора доказательства, в большей степени носят характер присущий для доказательств, изготовленных вследствие соглашения указанных лиц, которые являются аффилированными лицами по фактическому признаку и которые преследуют цель создания документального подтверждения обоснованности заявленного требования, а не доказательств, ясно и убедительно подтверждающих, наличие и размер задолженности перед заявителем или опровергающих вышеперечисленные судом обстоятельства.

Таким образом, учитывая совокупность вышеперечисленных обстоятельств, согласованность действий должника и заявителя, суд приходит к выводу, что фактически заявленные требования направлены на попытку заявителя и должника получить дружественным кредитором возможность приоритетного удовлетворения требований за счет имущества, переданного в залог в счет исполнения обязательств по договору займа от 16.12.2016. Доказательств наличия иных мотивов, учитывая совокупность вышеперечисленных обстоятельств, не представлено.

Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. В силу части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Учитывая вышеизложенное,  правомерен  вывод о том, что посредством использования договорной конструкции, в результате вышеописанных действий, которые не отвечают принципам разумности и экономической целесообразности, была создана фиктивная кредиторская задолженность для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора, что расценивается судом как злоупотребление правом, запрет на который установлен в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Повторно оценив представленные доказательства в их совокупности, коллегия судей поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности кредитором факта осуществления реальной хозяйственной операции по передаче наличных денежных средств (банкнот Банка России) по договору займа от 16.12.2016, что является основанием для отказа во включении требования ФИО6 в реестр требований кредиторов должника.

Правомерен и отказ в удостоверении требования заявителя в части установления статуса залогового кредитора, в силу следующего.

В п. 1 ст. 329 ГК РФ указано, что исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 334 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства, обеспеченного залогом, кредитор вправе получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами залогодателя. По общему правилу залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в том числе неустойку (ст. 337 ГК РФ).

Договор залога является односторонне обязывающим. Залог предоставляет залогодержателю преимущественное право удовлетворения кредитором своего требования за счет предмета залога.

Залог является способом обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться залогодателем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность возникает при  подписании договора,  поскольку именно  в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 N 89-КГ15-13).

В период действия договора залога, кредитор вправе предъявить свое требование к залогодателю в любой момент после просрочки со стороны основного должника.

В пункте 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право заемщика оспорить договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным (пункт 3 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При изложенных обстоятельствах,  учитывая недоказанность передачи денег по договору займа от 16.12.2016, суд первой инстанции пришел к верному  выводу о том, что залогом недвижимого имущества обеспечивалось несуществующее обязательство, следовательно, правовые основания для установления статуса залогового кредитора у суда отсутствуют.

Заявитель апелляционной жалобы выражает несогласие с вынесенным определением, но при этом, не приводит доводов и доказательств, опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность решения суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы установлено, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от «26» декабря 2022 года по делу № А33-18596/2021к2.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «26» декабря 2022 года по делу № А33-18596/2021к2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

М.Н. Инхиреева

Судьи:

С.Д. Дамбаров

 

Ю.В. Хабибулина