36/2023-24248(1) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-28569/2020

город Ростов-на-Дону

15 марта 2023 года

15АП-2390/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2023 года  

Полный текст постановления изготовлен 15 марта 2023 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сурмаляна Г.А., судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии в судебном заседании: ФИО2, лично, от ФИО3: представитель по доверенности от 11.08.2020 ФИО4; 

от ФИО5: представитель по доверенности от 25.05.2020 ФИО6;  от ФИО7: представитель по доверенности от 26.01.2021 ФИО8;  от ФИО9: представитель по доверенности от 10.08.2020 ФИО8,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего ФИО10 на определение Арбитражного суда  Ростовской области от 23.01.2023 по делу № А53-28569/2020 по заявлению конкурсного  управляющего ФИО10 о признании недействительными сделок  должника и применении последствий недействительности сделок в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя главы  крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3,  

ответчики: ФИО11; ФИО5; ФИО2; ФИО12  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального  предпринимателя Главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 (далее также – должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился  конкурсный управляющий должника ФИО10 с заявлением, в  котором просил:  

- признать незаключенным договор займа от 14.03.2017 между ФИО3 и ФИО11;  

- признать недействительными цепочку взаимосвязанных сделок, опосредующих  вывод недвижимого имущества должника заинтересованному по отношению к должнику  лицу ФИО5: земельного участка с кадастровым номером  61:33:0600007:337, площадью 177800 +/- 295 кв. м. Категория земель: Земли  сельскохозяйственного назначения, Адрес: установлено относительно ориентира,  

расположенного в границах участка. Ориентир с.Греково-Ульяновка. Участок находится  примерно в 39 м от ориентира по направлению на северо-восток. Почтовый адрес  ориентира: Ростовская обл, р-н Родионово-Несветайский и земельного участка с  кадастровым номером 61:33:0600007:624, площадь: 314523 +/- 4907 кв.м. Категория  земель: Земли сельскохозяйственного назначения, Адрес: Ростовская область, р-н  Родионово-Несветайский, примерно 480м от с. Греково-Ульяновка по направлению на  юго-запад, состоящую из следующих сделок:  

1) договора залога с условием об отступном от 14.03.2017, заключенного между  ФИО3 и ФИО11;  

2) договора уступки права от 02.08.2018, заключенного между ФИО11 и ФИО2 в отношении прав  требования по договору займа от 14.03.2017 и по договору залога с условием об  отступном от 14.03.2017;  

3) соглашения о предоставлении отступного передачей должником земельных  участков кредитору от 08.08.2018, заключенного между ФИО3 и  ФИО2,  

4) соглашения о предоставлении отступного передачей должником земельных  участков кредитору от 13.10.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО5.  

Применить последствия недействительности сделки в виде: 

- возврата в конкурсную массу должника Главы КФХ ФИО3  (ИНН 

<

***>) земельного участка с кадастровым номером 61:33:0600007:337,  площадью 177800 +/- 295 кв.м. Категория земель: Земли сельскохозяйственного  назначения, Адрес: установлено относительно ориентира, расположенного в границах  участка. Ориентир с. Греково-Ульяновка. Участок находится примерно в 39 м от  ориентира по направлению на северо-восток. Почтовый адрес ориентира: Ростовская обл,  р-н Родионово-Несветайский;  

- восстановления регистрационной записи в Едином государственном реестре  недвижимости о правообладателе ФИО3 на земельный участок с  кадастровым номером 61:33:0600007:337, площадью 177800 +/- 295 кв. м. Категория  земель: Земли сельскохозяйственного назначения, Адрес: установлено относительно  ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир с.Греково-Ульяновка. Участок  находится примерно в 39 м от ориентира по направлению на северо-восток. Почтовый  адрес ориентира: Ростовская обл, р-н Родионово-Несветайский;  

- возврата в конкурсную массу должника Главы КФХ ФИО3  (ИНН 

<

***>) земельного участка с кадастровым номером 61:33:0600007:624,  площадью 314523 +/- 4907 кв.м. Категория земель: Земли сельскохозяйственного  назначения, Адрес: Ростовская область, р-н Родионово-Несветайский, примерно 480м от  с.Греково-Ульяновка по направлению на юго-запад;  

- восстановления регистрационной записи в Едином государственном реестре  недвижимости о правообладателе ФИО3 на земельный участок с  кадастровым номером 61:33:0600007:624, площадью 314523 +/- 4907 кв.м. Категория  земель: Земли сельскохозяйственного назначения, Адрес: Ростовская область, р-н  Родионово-Несветайский, примерно 480м от с. Греково-Ульяновка по направлению на  юго-запад;  

признать недействительным договор аренды земельного участка  сельскохозяйственного назначения б/н от 22.10.2018 на срок с 02.11.2018 по 02.11.2023,  заключенный в отношении земельного участка с кадастровым номером 61:33:0600007:337,  площадью 177800 +/- 295 кв. м. Категория земель: Земли сельскохозяйственного  назначения, Адрес: установлено относительно ориентира, расположенного в границах  участка. Ориентир с.Греково-Ульяновка. Участок находится примерно в 39 м от  ориентира по направлению на северо-восток. Почтовый адрес ориентира: Ростовская  

область, р-н Родионово-Несветайский (запись регистрации № 61:33:0600007:33761/039/2018-16 от 02.11.2018г.), заключенный между ФИО5 и  ФИО12;  

признать недействительным договор аренды земельного участка  сельскохозяйственного назначения от 23.10.2018 на срок с 22.11.2018 по 21.11.2023,  заключенный в отношении земельного участка с кадастровым номером земельный  участок с кадастровым номером 61:33:0600007:624, площадью 314523 +/- 4907 кв.м.  Категория земель: Земли сельскохозяйственного назначения, Адрес: Ростовская область,  р-н Родионово-Несветайский, примерно 480м от с. Греково-Ульяновка по направлению на  юго-запад (запись регистрации № 61:33:0600007:624-61/039/2018-17 от 22.11.2018),  заключенный между ФИО5 и ФИО12 (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом первой  инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.09.2022 в качестве  ответчиков привлечены ФИО11, ФИО12.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.01.2023 по  настоящему делу в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий  должника ФИО10 обжаловал определение суда первой инстанции от  23.01.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда первой инстанции  являются незаконными, необоснованными, не соответствуют фактическим  обстоятельствам дела. Оспариваемый договор о предоставлении отступного от 08.08.2018  заключен в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, и  нарушает права иных кредиторов должника, поскольку указанная сделка заключена с  целью недопущения обращения взыскания на земельные участки ФИО3 другими  кредиторами. О заинтересованности и взаимосвязанности должника и ответчиков  свидетельствуют обстоятельства совершения сделок. Договор займа от 14.03.2017  является безденежным. Стоимость переданных в качестве отступного земельных участков  значительно выше суммы задолженности по договору займа. Суд первой инстанции  неверно указал, что сумма отступного составляет 74,5% от рыночной стоимости  земельных участков. Сам по себе факт отсутствия споров в суде на момент подписания  договоров займа и залога 14.03.2017 не свидетельствует о том, что ответчики не могли  знать о наличии у ФИО3 задолженности перед другими кредиторами. На момент  отчуждения имущества у должника имелась задолженность перед следующими  кредиторами, задолженность перед которыми в настоящий момент включена в реестр  требований кредиторов: ФИО9 (правопреемник  ФИО13); ООО "Милтон Лигал " (правопреемник ФИО14). Воля сторон  оспариваемой сделки была направлена на вывод имущества должника с целью  причинения вреда его кредиторам. В результате совершения оспариваемой сделки  имущественным правам кредиторов причинен вред.  

Суд первой инстанции ошибочно указал, что не представлены доказательства  заинтересованности ответчика по отношению к должнику, равно как и доказательства  осведомлённости ответчика о наличии просроченных обязательств. Оспариваемый  договор заключен между фактически аффилированными лицами. Фактически ФИО3 получил только 465 000 рублей, причем после оформления расписки в получении  денежных средств в сумме 1 320 000 рублей, передал отступное на сумму в 5 раз больше,  чем полученная сумма займа. Указанные обстоятельства свидетельствуют о  заинтересованности должника и ответчиков.  

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО5 просил определение суда первой  инстанции оставить без изменении, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  правовые позиции по спору.  

Представитель ФИО7, ФИО9 поддержал доводы апелляционной  жалобы, просил обжалуемое определение отменить.  

Представитель ФИО5, ФИО2, просили определение суда оставить  без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Представитель ФИО3 оставил на усмотрение суда разрешение  апелляционной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Конкурсным управляющим заявлено ходатайство о рассмотрении жалобы в  отсутствие представителя.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции  пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит (не подлежит)  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской  области от 11.09.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) индивидуального предпринимателя Главы крестьянского (фермерского)  хозяйства ФИО3.  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.11.2021 (резолютивная  часть оглашена 09.11.2021) должник - индивидуальный предприниматель Глава  крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 - признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле  о банкротстве - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена  кандидатура ФИО10 из числа членов Ассоциации Евросибирская  саморегулируемая организация арбитражных управляющих.  

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства  опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 211(7173) от 20.11.2021.  

В арбитражный суд обратился конкурсный управляющий с рассматриваемым  заявлением о признании сделки недействительной в порядке пунктов 1, 2 статьи 61.2  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г.   № 127-ФЗ, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании  недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.  

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и  61.3 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и  подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.  

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям  главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее  полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и  пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от  оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое  положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению  обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о  банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской  Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013).  

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок,  заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он  был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его  требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях  (определение Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-3098(2) от  14.02.2018).  

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении  соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из  следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Как следует из материалов дела, оспариваемые договоры заключены в период с  14.03.2017 по 23.10.2018, то есть как за пределами периода подозрительности, так и в  пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (11.09.2020).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Как следует из разъяснений указанной нормы Закона о банкротстве,  предусмотренных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с  применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее -  постановление N 63), для признания сделки недействительной по основанию ее  подозрительности необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: в результате совершения сделки был  причинен вред имущественным правам кредиторов; сделка была совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или  должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или  юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства,  указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

При этом, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  трехлетний срок является пресекательным, поэтому у конкурсного управляющего  отсутствует материальное право оспаривать сделку, совершенную за пределами периода  подозрительности.  

Таким образом, конкурсный управляющий должника не вправе оспаривать сделки,  заключенные в период до 11.09.2017 по специальным основаниям, предусмотренным  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как следует из заявления и апелляционной жалобы, конкурсный управляющий  должника указывает на то, что оспариваемые перечисления являются недействительными  сделками на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как  совершенные со злоупотреблением права.  

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с  применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее -  постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных  оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о  банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении  которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования,  основанного на такой сделке.  

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за  пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014  N10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304- ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).  

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на  уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, в преддверии его  банкротства при неравноценном встречном предоставлении, является основанием для  

признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам,  предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при  установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских  обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать  добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом  понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением  пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение  вреда третьим лицам.  

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются  при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при  заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а  также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому  лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с  обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.  

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета,  установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем,  такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка  недействительна по основаниям, установленным названным кодексом, в силу признания  ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная  сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть  предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении  последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым  заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной  инициативе.  

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным  законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является  оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия  нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая  на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц,  ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться  другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации,  изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации" (далее - постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет,  установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в  зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом  недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям  10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и  к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в  частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника  третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям,  предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее -  постановление N 32).  

С учетом вышеизложенного, при рассмотрении настоящего обособленного спора  суд первой инстанции оценил позицию конкурсного управляющего должника  относительно злоупотребления при осуществлении оспариваемых перечислений исходя из  имеющихся в материалах дела доказательств и признал ее обоснованной.  

О злоупотреблении сторонами правом при совершении оспариваемых сделок  может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным  предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное  имущество должника.  

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки  должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное,  целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом  должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в  истинной цели совершения сделки.  

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения  арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" с целью  квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением  причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства,  неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны  контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.  

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в  соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов  кредиторов.  

Как следует из материалов дела, между ФИО3 (заемщик)  и ФИО11 (займодавец) заключен договор займа от  14.03.2017.  

Согласно пункту 1 договора займа, займодавец выдает заемщику займ в размере  1 320 000 рублей в срок до 15.04.2018.  

За несвоевременный возврат займа начисляется неустойка в размере 0,2% от  занимаемой суммы за каждый день просрочки до дня фактического возврата займа.  

В обеспечение надлежащего исполнения вышеназванного договора займа заключен  договор залога с условием об отступном от 14.03.2017, согласно которому ФИО3  передает в залог ФИО11:  

1. земельный участок с кадастровым номером 61:33:0600007:337, площадь: 177800  +/- 295 кв. м. Категория земель: Земли сельскохозяйственного назначения, Адрес:  установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир  с.Греково-Ульяновка. Участок находится примерно в 39 м от ориентира по направлению  на северо-восток. Почтовый адрес ориентира: Ростовская обл, р-н Родионово- Несветайский;  

2. земельный участок с кадастровым номером 61:33:0600007:624, площадь: 314523  +/- 4907 кв.м. Категория земель: Земли сельскохозяйственного назначения, Адрес:  Ростовская область, р-н Родионово-Несветайский, примерно 480м от с. Греково- Ульяновка по направлению на юго-запад.  

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по Ростовской области произведена государственная регистрация ипотеки  24.03.2017.  

Между ФИО11 (сторона 1) и ФИО2 (сторона 2) заключен договор уступки права от 02.08.2018, в соответствии  с которым сторона 1 уступает стороне 2 права и обязанности по договору займа от  14.03.2017 и по договору залога с условием об отступном от 14.03.2017.  

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по Ростовской области произведена государственная регистрация уступки  прав (ипотека) 06.08.2018.  

Ввиду неисполнения условий договора займа, 08.08.2018 между ФИО3 и  ФИО2 заключено соглашение о предоставлении отступного  передачей должником земельных участков кредитору.  

Отступное оценено сторонами в размере 1 607 000 рублей (пункт 5 соглашения).  

Государственная регистрация перехода права собственности в отношении  земельных участков произведена 04.09.2018.  

13 октября 2018 года между ФИО2 и ФИО5 заключено соглашение о предоставлении отступного.  

Согласно пункту 1 соглашения, на основании договора займа от 11.03.2013, взамен  исполнения обязательств по возврату денежных средств в сумме 5 000 000 (пять  миллионов) рублей "Должник" - ФИО2, предоставляет отступное и  обязуется передать в собственность, а "Кредитор" - ФИО5,  обязуется принять в собственность в счет погашения суммы займа:  

земельный участок с категорией земель - земли сельскохозяйственного назначения,  с разрешенным использованием для сельскохозяйственного производства, кадастровый  номер 61:33:0600007:624, общей площадью 314523 (триста четырнадцать тысяч пятьсот  двадцать три) кв.м., расположенного по адресу: Ростовская область р-н Родионово- Несветайский, примерно 480 м от с. Греково-Ульяновка по направлению на юго-запад.  

земельный участок с категорией земель - земли сельскохозяйственного назначения,  с разрешенным использованием для сельскохозяйственного производства, кадастровый  номер 61:33:0600007:0337, общей площадью 177800 (сто семьдесят семь тысяч восемьсот)  кв.м., расположенного по адресу: Ростовская область Родионово-Несветайский район,  участок находиться примерно в 39м. По направлению на северо-восток от ориентира с.  Греково-Ульяновка, расположенного за пределами участка.  

земельный участок с категорией земель - земли сельскохозяйственного назначения,  с разрешенным использованием для сельскохозяйственного производства, кадастровый  номер 61:33:0600007:618, общей площадью 210719 (двести десять тысяч семьсот  девятнадцать) кв.м., расположенного по адресу: Ростовская область р-н Родионово- Несветайский, примерно 2100м от х. Почтовый Яр по направлению на северо-восток.  

земельный участок с категорией земель - земли сельскохозяйственного назначения,  с разрешенным использованием для сельскохозяйственного производства, кадастровый  номер 61:33:0600007:625, общей площадью 261809 (двести шестьдесят одна тысяча  восемьсот девять) кв.м., расположенного по адресу: Ростовская область р-н Родионово- Несветайский, примерно 550м от х. Почтовый Яр по направлению на северо-восток.  

Государственная регистрация права собственности на земельные участки  произведена Росреестром 22.10.2018.  

22 октября 2018 года между ФИО5 и ФИО12 заключен договор аренды земельного участка  

сельскохозяйственного назначения, согласно которому в аренду передан земельный  участок 61:33:0600007:337, сроком на 5 лет.  

23 октября 2018 года между ФИО5 и ФИО12 заключен договор аренды земельного участка  сельскохозяйственного назначения, согласно которому в аренду передан земельный  участок 61:33:0600007:624, сроком на 5 лет.  

Право аренды ФИО12 в отношении земельного участка 61:33:0600007:337  зарегистрировано на основании договора аренды земельного участка  сельскохозяйственного назначения б/н от 22.10.2018 сроком с 02.11.2018 по 02.11.2023  (запись регистрации № 61:33:0600007:337-61/039/2018-16 от 02.11.2018).  

Право аренды ФИО12 в отношении земельного участка 61:33:0600007:624  зарегистрировано на основании договора аренды земельного участка  сельскохозяйственного назначения от 23.10.2018 г. сроком с 22.11.2018 по 21.11.2023  (запись регистрации № 61:33:0600007:624-61/039/2018-17 от 22.11.2018).  

Как отмечено выше, дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено  11.09.2020, договор займа и договор залога между ФИО3 и  ФИО11 заключены 14.03.2017, то есть за пределами  трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о  банкротстве, следовательно, данные сделки не могут быть оспорены по специальным  основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.  

В соответствии с правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации,  сформулированной в определении от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, согласно которой  баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также  стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев  подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее  проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия  заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок  исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности  заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации,  пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами  сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4  статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по  признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же  обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в  самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по  статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае  выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности,  установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не  соответствует воле законодателя.  

В силу изложенного заявление управляющего по данному обособленному спору  могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых  договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.  

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  

17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда  Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061,  от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).  

Однако в рассматриваемом случае конкурсным управляющим не доказано наличие  обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава статьи  61.2 Закона о банкротстве.  

Таким образом, оснований для признания договора займа от 14.03.2017 и договора  залога от 14.03.2017, по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации у  суда не имеется.  

В части доводов о незаключенности договора займа, суд исходит из следующего. 

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по  договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне  (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик  обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное  количество других полученных им вещей того же рода и качества.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других  вещей.  

Таким образом, договор займа является реальным, именно с моментом передачи  денег (других вещей) законодатель связывает заключение договора займа. Исходя от  обратного, при отсутствии доказательств передачи денег или других вещей по договору  займа указанный договор не может быть признан заключенным в соответствии с  требованиями закона. Как следствие, у заемщика не наступают обязательства по возврату  заемных средств по причине неполучения самих заемных средств. То есть, сам по себе  договор займа не влечет наступления каких-либо обязательств у заемщика перед  займодавцем, если он фактически не получил заемных средств от последнего.  

Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности  будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от  займодавца, договор займа считается незаключенным (часть 3 статьи 812 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в  подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка  заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной  денежной суммы или определенного количества вещей.  

Договор займа от 14.03.2017 содержит расписку ФИО3 в получении  денежных средств в размере 1 320 000 рублей.  

Из представленной в материалы дела выписки по счету ФИО11, открытому в ПАО "Сбербанк России" следует, что на счет ФИО3 были перечислены денежные средства 15.03.2017 - 240 000 рублей,  17.03.2017 - 100 000 рублей, по счету, открытому в ООО "Хоум Кредит энд Финанс Банк"  на счет ФИО3 24.03.2017 перечислены 125 000 рублей.  

Как пояснил ответчик, остальные денежные средства передавались ФИО3  наличными, о чем имеется расписка в договоре.  

О фальсификации подписи ФИО3 в договоре лицами, участвующими в  деле, не заявлено, на что также было обращено внимание сторон судом апелляционной  инстанции.  

С учетом изложенного, при наличии доказательств передачи денежных средств  заемщику ФИО3 договор займа является реальной сделкой, в связи с чем,  основания для признания договора займа незаключенным, отсутствуют.  

Доводы конкурсного управляющего и кредитора об отсутствии финансовой  возможности предоставления займа судом отклоняются, поскольку данные обстоятельства  относятся к установлению наличия (отсутствия) факта недействительности сделки.  

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение  требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении  сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168  Гражданского кодекса Российской Федерации). Обстоятельств злоупотребления правом  должником и, тем более, ответчиком при заключении спорных сделок судом не  установлено.  

Как было указано выше, основания для признания договора займа от 14.03.2017 и  договора залога от 14.03.2017 недействительной сделкой как по общегражданским  основаниям (обстоятельства их совершения не выходят за рамки диспозиции статьи 61.2  Закона о банкротстве), так и по специальным банкротным основаниям (сделки заключены  за пределами трехгодичного периода подозрительности) отсутствуют. Государственная  регистрация ипотеки также произведена за пределами трехлетнего периода  подозрительности (24.03.2017).  

При этом, поскольку обстоятельства совершения спорных сделок не выходят за  рамки диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, об аффлированности должника и  ответчиков не заявлено, такие доказательства не представлены (аффилированность  ответчиков между собой не имеет правового значения), сделки заключены за пределами  трехлетнего периода подозрительности, наличие или отсутствие неисполненных  обязательств не имеет правового значения.  

В части требования о признании недействительной цепочки взаимосвязанных  сделок, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

Несмотря на то, что должник - ФИО3 не является стороной сделки по  договору уступки права от 02.08.2018, заключенному между ФИО11 и ФИО2, по соглашению о предоставлении  отступного от 13.10.2018, заключенному между ФИО2 и  ФИО5, а также по договору аренды с ФИО12, по  мнению конкурсного управляющего фактические обстоятельства спора указывают на  взаимосвязь сделок и их совершение с имуществом должника, в связи с чем, заявление  рассмотрено судом первой инстанции по существу в отношении всех заявленных  требований.  

Соглашение о предоставлении отступного заключено между ФИО3 и  ФИО2 08.08.2018 в пределах трехлетнего периода подозрительности,  следовательно, данные сделки могут быть оспорены по специальным основаниям,  предусмотренным пунктом 2 статьи 61. 2 Закона о банкротстве.  

Конкурсный управляющий указывает, что сделка совершена при неравноценном  встречном исполнении, с целью причинения вреда конкурсным кредиторам должника, в  период, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности.  

Как следует из соглашения об отступном, обязательства по возврату денежных  средств по договору займа от 14.03.2017 составляли 1 607 000 рублей (с учетом  начисленной неустойки).  

Земельные участки были оценены сторонами в размере 1 607 000 рублей. 

В рамках рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции, с целью  установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для  правильного рассмотрения спора, судом назначена судебная экспертиза на предмет  определения рыночной стоимости земельных участков.  

В соответствии заключением эксперта, рыночная стоимость земельных участков  составила 926 000 рублей и 1 230 000 рублей, всего 2 156 000 рублей.  

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов,  требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству  лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если  назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо  

необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства  либо, если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы,  арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.  

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации заключение экспертов является одним из доказательств по  делу и оценивается наряду с другими доказательствами.  

Возражений в отношении поступившего в материалы дела заключения эксперта не  заявлено.  

Исходя из определения, данного в статье 3 Федерального закона от 29.07.1998   № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", под рыночной  стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный  объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда  стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на  величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.  

Следовательно, рыночная стоимость носит вероятный характер и имеет как  минимальный, так и максимальный размеры.  

Вместе с тем, ни Законом о банкротстве, ни постановлением Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 не установлены критерии  существенности отличия цены оспариваемой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве сделки от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

Оспаривание сделки по основаниям предусмотренным статьей 61.2 Закона о  банкротстве направлено на защиту имущественного положения должника с целью  наиболее полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в  связи с чем, сделка может быть признана недействительной при наличии доказательств  того, что она причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно  невыгодных условиях.  

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием  крупных сделок и сделок с заинтересованностью" разъяснено, что о наличии явного  ущерба для стороны сделки свидетельствует совершение сделки на заведомо и  значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке  должником, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного  должником в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии  явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в  момент заключения сделки.  

Аналогичные критерии неравноценности встречного исполнения содержатся также  в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации" (далее - постановление N 25).  

В пункте 93 постановлении N 25 указано, что о наличии явного ущерба  свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях,  например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости  предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того,  что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это  было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.  

Об определении явного ущерба при совершении сделки упоминается также и в  постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица" (далее - постановление N 62), согласно пункту 2 которого  под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия  которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и  

(или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные  сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два  или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в  пользу контрагента).  

Таким образом, под неравноценным встречным исполнением обязательств,  являющимся одним из оснований о признании сделки недействительной в соответствии с  положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, в соответствии с действующим  законодательством и приведенными разъяснениями следует предоставление, полученное  по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу  контрагента.  

Как отмечено выше, рыночная стоимость носит вероятный характер и имеет как  минимальный, так и максимальный размеры.  

Стоимость имущества, выступающего предметом оспариваемой сделки, не  регулируется государственными тарифам и ценами.  

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть  применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены.  Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022  N 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик  создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных  правовых ситуаций.  

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как  неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных  характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода  экспозиции и т.п.).  

Данная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 05.05.2022 по делу N 306-ЭС21-4742.  

Согласно спорному соглашению стоимость земельных участков составила 74,5% от  их рыночной стоимости.  

На основании изложенного, суд не усматривает существенного отклонения цены  сделки, что в свою очередь не свидетельствует о нерыночных условиях спорного  договора.  

Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны  приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать  контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности  являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019   № 305-ЭС18-8671(2)).  

При решении вопроса об осведомленности контрагента о неплатежеспособности  должника во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя  требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих  обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора,  могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение  должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты  его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации)  длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой);  осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании его  банкротом (абзац 4 пункта 12 Постановления № 63).  

Вместе с тем, доказательств того, что ответчик является заинтересованным лицом  по отношению к должнику в материалы дела не представлено, равно как и не  представлено доказательств его осведомлённости о наличии просроченных обязательств  должника перед кредиторами.  

Доводы конкурсного управляющего о родственных связях между ФИО11, ФИО5 и ФИО2 правового значения не имеют, поскольку они все являются ответчиками. В  данном случае необходимо установить родственные связи между должником - ФИО3 и ответчиками по сделкам, в пользу которых отчуждено  имущество. Однако таких доказательств конкурсным управляющим не представлено.  Также не представлено доказательств фактической аффилированности, либо иной  заинтересованности между ФИО3 и ответчиками по сделкам.  

Конкурсный управляющий указывает, что на момент совершения сделки должник  отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку у должника имелись обязательства  перед ФИО9 и ООО "Милтон Лигал ".  

Суд первой инстанции указал, что из заявления управляющего следует, что в  отношении обязательств перед ФИО9 решение Новошахтинского районного  суда Ростовской области было вынесено 30.10.2018, по обязательствам перед ООО  "Минтол Лигал" решение Матвеево-Курганского районного суда вынесено 04.12.2018, то  есть после спорного соглашения об отступном.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что дата вынесения судебного акта не  связана с датой возникновения обязательства. Между тем, наличие обязательства перед  отдельным кредитором не свидетельствует о неплатежеспособности должника. Как  пояснил представитель ответчика в судебном заседании и не оспорено сторонами,  должник являлся бывшим представителем колхоза, во владении имел значительное  количество земельных участков сельскохозяйственного назначения и являлся одним из  состоятельных людей. Предоставляя ему займ по рекомендации и просьбе общих  знакомых, ответчик не сомневался в платежеспособности должника, тем более в  обеспечение займа ему были предоставлены в залог земельные участки.  

Кроме того, наличие такой задолженности, в отсутствие признаков  аффилированности должника с ответчиком не может свидетельствовать об  осведомленности ответчика о наличии у должника неисполненных обязательств.  

Довод представителя кредитора о том, что наличие судебного акта суда общей  юрисдикции о взыскании судом задолженности в его пользу само по себе уже  свидетельствует об осведомленности ответчика, не основан на нормах права и  противоречит фактическим обстоятельствам.  

Ответчик не знали и не могли знать о требованиях, предъявленных к должнику  указанным кредитором. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.  судебный акт суда общей юрисдикции сам по себе не может быть признан общедоступной  информацией для всех граждан в соответствующем регионе, населенном пункте.  

Конкурсным управляющим также не доказано, что сделки, совершенные между  ФИО11 и ФИО2 (договор  уступки от 02.08.2018), ФИО2 и ФИО5 (соглашение о предоставлении отступного от 13.10.2018), и с  ФИО12 (договоры аренды) совершены с целью вывода имущества ФИО3 и  избежания возможного обращения взыскания на земельные участки.  

Судом не установлено единство воли должника, первого и последующего  приобретателя имущества, скоординированности действий всех названных лиц, и не  представлено подтверждения того, что после отчуждения спорных земельных участков  должник сохранил над ним контроль, либо пользовался ими.  

Таким образом, конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для  признания цепочки сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г.   № 127-ФЗ.  

Конкурсным управляющим также заявлено требование о признании сделок  недействительными в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Однако в рассматриваемом случае управляющим не доказано наличие  обстоятельств свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Суд апелляционной инстанции оценив совокупность доказательств в порядке  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из  совершения ряда сделок, первые из которых (договор займа и договор залога) заключены  за пределами трехлетнего периода подозрительности, а последующие сделки (договоры  уступки прав, договор об отступном и договор аренды) заключены по истечении более  чем 1,5 лет в связи с неисполнением должником обязательств по возврату заемных  средств, не усматривает оснований для квалификации оспариваемых сделок как единой  сделки, направленной на вывод активов должника с целью причинения вреда интересам  кредиторов. В материалы дела не были представлены доказательства  неплатежеспособности должника, злоупотребления правом ответчиками при заключении  договоров, аффилированности и заинтересованности ответчиков по отношению к  должнику. Суд также отмечает, что в материалы дела не представлены доказательства  того, что переданное ответчикам по отступному имущество должника продолжало  находится в фактическим владении и пользовании должника. Наоборот, ответчики  настаивают, что земельные участки фактически должником не использовались по  целевому назначению, после приобретения ответчик сам своим силами произвел уборку  мусора, сухой растительности и покос сорной растительности травы, чтобы иметь  возможность передать в аренду.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований  для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом  определении.  

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом  первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не  свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне,  полно и объективно рассмотреть дело.  

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку  обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к  несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были  бы учтены судом при рассмотрении дела.  

При подаче заявления судом было удовлетворено ходатайство о принятии  обеспечительных мер.  

Согласно части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения,  прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до  вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления  судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в  деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска.  

В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 55 "О применении арбитражными судами  обеспечительных мер", исходя из положений части 5 статьи 96 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в случае отказа в удовлетворении иска,  оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные  меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего  судебного акта. В связи с этим арбитражный суд вправе указать на отмену  обеспечительных мер в названных судебных актах либо после их вступления в силу по  

ходатайству лица, участвующего в деле, вынести определение об отмене обеспечительных  мер.  

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно указал на отмену  обеспечительных мер, ранее принятых определением суда от 29.04.2022.  

С учетом изложенного, правовых оснований для удовлетворения апелляционной  жалобы не имеется.  

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены  судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.01.2023 по делу   № А53-28569/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную  силу со дня его принятия.  

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в  законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Г.А. Сурмалян Судьи Я.А. Демина 

 Н.В. Шимбарева