ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>, факс: 

<

***> 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки Дело № А63-2474/2021  

22.10.2025 

Резолютивная часть постановления объявлена 08.10.2025 Постановление изготовлено в полном объеме 22.10.2025  

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Счетчикова А.В., судей: Белова Д.А., Луговой Ю.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Левкиным А.С., при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» - ФИО1 (доверенность от 28.02.2025), представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность № 26АА5809920 от 17.10.2024), в отсутствие ФИО4, извещенной надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел судом первой инстанции, исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО2, ФИО4 о взыскании долга по договору поставки, пени, процентов, расходов по оплате услуг представителя,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (далее – ООО «АЛкомП», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании 4 357 800 руб. долга по договору поставки, 4 959 176 руб. пени, 1 428 541 руб. процентов, 60 000 руб. по оплате услуг представителя (уточненные требования). Требования истца мотивированы тем, что в результате бездействия бывшего директора ООО «Центр полимеров Юг» ФИО2 в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации данного юридического лица, в связи с чем, задолженность перед ООО «АЛкомП» осталась не погашенной и имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Центр полимеров Юг».  

Решением суда от 20.07.2021 (с учетом дополнительного решения от 18.08.2021) в удовлетворении исковых требований отказано.  

Определением от 22.11.2021 апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. К участию в деле в качестве ответчика привлечен бывший учредитель ООО «Центр полимеров Юг» ФИО4  

Постановлением апелляционного суда от 11.04.2022 решение от 20.07.2021 и дополнительное решение от 18.08.2021 отменены; исковые требования удовлетворены частично; со ФИО2 в пользу общества взысканы основной долг в размере 4 357 800 руб., неустойка в размере 2 876 148 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 40 392 руб.; в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.06.2022 апелляционное постановление от 11.04.2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд.  

Постановлением апелляционного суда от 28.08.2024 решение суда от 20.07.2021 и дополнительное решение от 18.08.2021 отменены. Исковые требования удовлетворены частично. Со ФИО2 в пользу общества взысканы основной долг в размере 4 357 800 руб., неустойка в размере 2 876 148 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 392 руб., расходы на уплату государственной пошлины по иску в размере 51 654 руб. и по апелляционной жалобе в размере 2020 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Суд отказал в удовлетворении ходатайств о вызове и допросе свидетеля, о назначении дополнительной судебной экспертизы, а также о назначении комплексной почерковедческой экспертизы и в приобщении экспертного заключения.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.02.2025 апелляционное постановление от 28.08.2024 отменено, дело направлено на новое  

рассмотрение в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд ввиду следующего. В судах первой и апелляционной инстанций ФИО2 подавал заявления о фальсификации доказательств – гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2019. Суды отклонили заявление о фальсификации доказательств; из содержания судебных актов не следует, что судами предприняты какие-либо действия для проверки данного заявления в установленном процессуальным законодательством порядке (назначение судебной экспертизы либо проверка достоверности доказательства иным способом). Судами не приведено правомерных мотивов отклонения названного заявления, а формально указано лишь, что ответчиком не доказана правовая обоснованность заявления о фальсификации доказательств, поскольку оно носит предположительный характер. Апелляционным судом не учтено, что уголовное дело на основании постановления следователя отдела № 3 СУ Управления МВД по г. Ставрополю возбуждено с учетом возможной фальсификации гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2019 (т. 7, л. д. 58). В тоже время, частично удовлетворяя заявленные исковые требования, апелляционный суд основывал свои выводы исключительно на гарантийном письме от 01.09.2016, то есть на доказательстве, в отношении которого неправомерно отклонил заявление о фальсификации. С учетом изложенного, апелляционным судом также неправомерно отклонено самостоятельное ходатайство ФИО2 об истребовании оригиналов гарантийных писем от 18.02.2016, 01.09.2019, договора поставки от 01.09.2016 № 02/16 и проведении почерковедческой экспертизы. С учетом заявления ответчика о фальсификации доказательств и ходатайства об истребовании у истца оригиналов документов, общество в нарушение статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представило в материалы дела оригинал документа, ограничившись только его копией. При этом, в отсутствие подлинника документа ответчик не сможет реализовать право, предусмотренное статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Также суд округа указал на неправомерный отказ апелляционного суда в приобщении внесудебного заключения от 17.01.2023 № 01/2023.  

При новом рассмотрении, судебные заседания неоднократно откладывались апелляционным судом с целью выполнения указаний суда кассационной инстанции и установления всех фактических обстоятельств настоящего спора.  

В дополнении к отзыву ФИО2 указал, что истцом не представлены оригиналы гарантийных писем, а представленные заключения специалистов подтверждают факт выполнения подписей в копиях гарантийных писем не ФИО2, а иным лицом, в связи с чем, истцом пропущен срок исковой давности. Кроме того, ссылается на неправомерное поведение и злоупотребление правом со стороны учредителя истца, в отношении которого было возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий.  

От истца поступило ходатайство об уточнении исковых требований, согласно котором истец просил взыскать с ответчиков основной долг в размере 4 357 800 руб., неустойку за период с 01.09.2016 по 25.03.2025 в размере 13 635 556,20 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.09.2016 по 25.03.2025 в размере 3 526 903,71 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 60 000 руб. Уточнения требований приняты апелляционным судом.  

От истца поступило ходатайство о приобщении к материалам дела постановления о прекращении уголовного дела в отношении директора и учредителя ООО «АЛкомП», которое, по мнению истца, подтверждает отсутствие факта фальсификации подписей ФИО2 в гарантийных письмах.  

Суд апелляционной инстанции запросил у ФИО2 позицию относительно ранее поданного заявления о фальсификации доказательств, ранее заявленных ходатайств об истребовании доказательств по делу и о назначении судебной почерковедческой экспертизы, а также о приобщении к материалам дела внесудебного заключения № 01/2023 от 17.01.2023.  

В своих пояснениях ФИО2 указал, что поддерживает ранее заявленное ходатайство об истребовании оригиналов гарантийных писем и договора поставки, а ходатайства о фальсификации гарантийных писем, о проведении почерковедческой экспертизы не поддержал, поскольку, по его мнению, факт фальсификации установлен двумя внесудебными исследованиям и экспертизой, проведенной в рамках уголовного дела в отношении директора ООО «АЛкомП».  

Общество пояснило, что оригинал договора поставки представлен в материалы настоящего дела (т. 1, л. д. 133-136), гарантийные письма от 01.09.2016 и от 18.02.2016 представлены в виде копий (т. 1, л. д. 137; т. 2, л. д. 47), на которых имеется живая печать ООО «Центр полимеров Юг» и подпись ФИО2 Оригиналы гарантийных писем представить невозможно, ввиду их нахождения у ФИО2 Также общество указало, что ФИО2 ранее не отрицал факт подписания данных гарантийных писем.  

СУ УМВД России по г. Ставрополю представлены копия заключения эксперта № 22 от 17.01.2025 по уголовному делу в отношении директора и учредителя общества ФИО5, а также информация, согласно которой оригиналы гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2016, подписанные ФИО2, в материалам уголовного дела не приобщались, вещественными доказательствами не признавались; предметами экспертных исследований выступали копии указанных писем.  

От ФИО2 поступили пояснения, в которых просил не рассматривать ранее заявленные ходатайства о фальсификации доказательств и о назначении почерковедческой экспертизы.  

Представленные как при первоначальном, так и при новом рассмотрении дополнительные документы и доказательства приобщены к материалам дела с целью выполнения указаний суда кассационной инстанции и всестороннего исследования обстоятельств.  

В судебном заседании представитель общества поддержал исковые требования. 

Представитель ФИО2 поддержал письменные пояснения, просил в удовлетворении исковых требований отказать.  

ФИО4, извещенная надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направила, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в ее отсутствие.  

Изучив материалы дела, дополнительных пояснений, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что исковые требования не подлежат исходя из следующего.  

Как усматривается из материалов дела, 01.04.2013 между ООО «АЛкомП» (поставщик) и ООО «Центр полимеров Юг» (покупатель) в лице директора ФИО2 заключен договор поставки товара № 03/13 (т. 1, л. д. 19-22), по условиям которого поставщик обязался передать в собственность покупателя, а покупатель - принять и оплатить ТМЦ (сотовый поликарбонат и комплектующие к нему, оргстекло, композитные панели, ПВХ, полистирол, другие листовые пластики и каркасы теплиц).  

Согласно пункту 3.1 договора покупателю предоставлена отсрочка по оплате каждой партии товара в течение 180 календарных дней.  

Истец поставил в адрес ответчика предусмотренный договором № 03/13 товар, что подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными.  

01.09.2016 между сторонами на аналогичных условиях заключен договор поставки товара № 02/16 (т. 1, л. д. 23-26).  

Копией гарантийного письма от 18.02.2016 ООО «Центр полимеров Юг» подтвердило наличие задолженности перед ООО «АЛкомП» по договору поставки № 03/13 от 01.04.2013 в размере 4 366 270,97 руб. и по договору займа № 3 от 22.10.2013 в размере 2 000 000 руб. ООО «Центр полимеров Юг» обязалось оплатить имеющуюся задолженность в срок до 18.02.2017 (т. 2, л. д. 47).  

Из содержания копии гарантийного письма от 01.09.2016 следует, что по состоянию на 01.09.2016 задолженность ООО «Центр полимеров Юг» перед ООО «АЛкомП» по  

договору поставки № 02/16 от 01.09.2016 составляет 4 357 800,97 руб., которая будет оплачена не позднее 01.09.2019 (т. 1, л. д. 60).  

Согласно пояснениям истца, заключение договора поставки № 02/16 от 01.09.2016 вызвано исключительно необходимостью пролонгации предыдущего договора с предоставлением отсрочки платежей, закрепленных в гарантийных письмах.  

В связи с неисполнением ООО «Центр полимеров Юг» обязательств по оплате полученного товара 08.11.2019 ООО «АЛкомП» обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением о взыскании основного долга в размере 4 357 800,96 руб., пени за неисполнение обязательства по договору в размере 4 959 176,40 руб., расходов на юридические услуги в размере 60 000 руб.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Дагестан от 23.11.2020 производство по делу № А15-5989/2019 прекращено, в связи с тем, что 25.01.2019 ООО «Центр полимеров Юг» было исключено из ЕГРЮЛ.  

Ссылаясь на то, что причиной исключения ООО «Центр полимеров Юг» из ЕГРЮЛ явилось предоставление недостоверных сведений со стороны директора ФИО2, а неисполнение обязательств обусловлено исключительно недобросовестными действиями ФИО2, ООО «АЛкомП» обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.  

Первоначально удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности факта недобросовестности и неразумности действий ФИО2, которые имели своей целью ликвидацию ООО «Центр полимеров Юг» в отсутствие удовлетворения требований кредиторов, в частности истца, что свидетельствует о наличии основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Центр полимеров Юг».  

Отменяя апелляционное постановление и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции в постановлении от 16.06.2022 указал, что суд апелляционной инстанции не установил, что неспособность удовлетворить требования кредитора вызвана умышленными действиями (бездействием) ФИО2 как директора компании (истцом не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом, выводил активы, скрывал имущество должника, за счет которого могло произойти погашение долга и т.п.). При этом причинно-следственная связь между такими действиями (бездействием) и возникновением убытков может быть подтверждена посредством доказательств, свидетельствующих о том, что в случае неисключения юридического лица из реестра требования истца могли быть удовлетворены (в материалах дела отсутствуют доказательства того, что прекращение деятельности компании  

через процедуру банкротства могло привести к погашению задолженности перед истцом). Апелляционным судом также не учтено, что спорная задолженность образовалась не позднее 2016 года и из объяснений ответчика, данных в рамках доследственной проверки, следует, что компания фактически прекратила хозяйственную деятельность в 2016 году в связи с возникшими убытками. Доводам ответчика об отсутствии у компании по объективным причинам финансовых возможностей рассчитаться с обществом, апелляционным судом оценка не дана. При этом, общество обратилось в суд с иском в рамках дела № А15-5989/2019 уже после исключения компании из ЕГРЮЛ, о чем истец не мог не знать (данные сведения являются открытыми и общедоступными).  

Повторно частично удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из того, что неисполнение обязательств общества перед истцом обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ФИО2, являвшегося лицом, контролирующим деятельность общества согласно положениям пунктов 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отказывая в удовлетворении исковых требований к ФИО4, суд апелляционной инстанции указал, что она стала учредителем ООО «Центр полимеров Юг» 23.08.2018, то есть после совершенных ФИО2 сделок и незадолго до исключения общества из ЕГРЮЛ. Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между бездействием ФИО4 и возникновением у истца убытков, поскольку доказательств ее осведомленности о наличии задолженности перед ООО «АЛкомП» не представлено. При этом, апелляционный суд отклонил доводы ФИО2 о пропуске срока исковой давности сославшись на подписание им гарантийных писем. Также апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайств о вызове и допросе свидетеля, о назначении дополнительной судебной экспертизы, а также о назначении комплексной почерковедческой экспертизы и в приобщении экспертного заключения.  

Повторно отменяя апелляционное постановление и направляя дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, суд округа указал, что в судах первой и апелляционной инстанций ФИО2 подавал заявления о фальсификации доказательств – гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2019. Суды отклонили заявление о фальсификации доказательств; из содержания судебных актов не следует, что судами предприняты какие-либо действия для проверки данного заявления в установленном процессуальным законодательством порядке (назначение судебной экспертизы либо проверка достоверности доказательства иным способом). Судами не приведено правомерных мотивов отклонения названного заявления, а формально указано лишь, что ответчиком не доказана правовая обоснованность заявления о фальсификации доказательств, поскольку оно носит  

предположительный характер. Апелляционным судом не учтено, что уголовное дело на основании постановления следователя отдела № 3 СУ Управления МВД по г. Ставрополю возбуждено с учетом возможной фальсификации гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2019 (т. 7, л. д. 58). В тоже время, частично удовлетворяя заявленные исковые требования, апелляционный суд основывал свои выводы исключительно на гарантийном письме от 01.09.2016, то есть на доказательстве, в отношении которого неправомерно отклонил заявление о фальсификации. С учетом изложенного, апелляционным судом также неправомерно отклонено самостоятельное ходатайство ФИО2 об истребовании оригиналов гарантийных писем от 18.02.2016, 01.09.2019, договора поставки от 01.09.2016 № 02/16 и проведении почерковедческой экспертизы. С учетом заявления ответчика о фальсификации доказательств и ходатайства об истребовании у истца оригиналов документов, общество в нарушение статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представив копию документа, не представило в материалы дела его оригинал. При этом, в отсутствие подлинника документа ответчик не сможет реализовать право, предусмотренное статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Также суд округа указал на неправомерный отказ апелляционного суда в приобщении внесудебного заключения от 17.01.2023 № 01/2023.  

В силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.  

С учетом обязательных указаний суда кассационной инстанции, при новом рассмотрении настоящего дела, апелляционный суд неоднократно откладывал судебное разбирательство для установления всех фактических обстоятельств спора и выполнения указаний суда кассационной инстанции.  

Как было указано выше, при рассмотрении дела ФИО2 заявлено о пропуске срока исковой давности.  

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.  

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. При этом по обязательствам с определенным  

сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.  

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума № 43) разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца -физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.  

В силу пункта 20 постановления Пленума № 43 течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.  

В обоснование возражений на заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, истец ссылается на подписание ФИО2 гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2019, которые представлены в материалы дела в копиях.  

В свою очередь, при первоначальном рассмотрении дела ответчиком заявлено о фальсификации данных гарантийных писем, назначении почерковедческой экспертизы и истребовании оригиналов гарантийных писем и договора поставки.  

При новом рассмотрении, ФИО2 просил не рассматривать ранее заявленные ходатайства о фальсификации доказательств и назначении почерковедческой экспертизы, а поддержал только ранее заявленное ходатайство об истребовании оригиналов гарантийных писем. Ответчик указал, что без отсутствия оригиналов гарантийных писем не может быть надлежащим образом рассмотрено ходатайство о фальсификации и установлении действительности его подписи в письмах.  

Суд апелляционной инстанции неоднократно запрашивал у истца подлинники гарантийных писем.  

Общество пояснило, что гарантийные письма от 01.09.2016 и от 18.02.2016 представлены в виде копий (т. 1, л. д. 137; т. 2, л. д. 47), на которых имеется живая печать ООО «Центр полимеров Юг» и подпись ФИО2 Оригиналы гарантийных писем представить невозможно, так как они находятся у ФИО2  

СУ УМВД России по г. Ставрополю в апелляционный суд представлена информация, согласно которой оригиналы гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2016, подписанные ФИО2, к материалам уголовного дела не приобщались, вещественными доказательствами не признавались; предметами экспертных исследований выступали копии указанных писем.  

На основании пункта 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда (часть 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.  

Из изложенного следует, что невозможность установления факта на основании копии документа обусловливается наличием совокупности следующих условий: утрата подлинника документа либо непредставление подлинника в суд; расхождение содержания копий этого документа, представленных участвующими в деле лицами; невозможность установления подлинного содержания первоисточника с помощью других доказательств.  

При этом, для признания факта, подтверждаемого копией документа недостоверным обязательна совокупность всех вышеперечисленных условий.  

Отсутствие хотя бы одного из условий устраняет действие данной нормы. 

Частью 1 статьи 10 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу. В части 2 статьи 10 Арбитражного процессуального  

кодекса Российской Федерации указано, что доказательства, которые не были предметом исследования в судебном заседании, не могут быть положены арбитражным судом в основу принимаемого судебного акта.  

Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 22.02.2011 № 14501/10, от 19.07.2011 № 1930/11, от 28.07.2011 № 1719/11, от 06.03.2012 № 14548/11 отмечено, что при оспаривании лицом, участвующим в деле, подлинности определенного документа, надлежащим доказательством, подтверждающим соответствие сведений, содержащихся в таком документе, действительности, в соответствии со статьей 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может являться только его оригинал.  

Схожий правовой подход отражен в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.08.2024 по делу № А15-1613/2023.  

С учетом заявления ФИО2 об истребовании у истца оригиналов гарантийных писем, общество в нарушение статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представив копии писем, не представило в материалы дела их оригиналы. При этом, в отсутствие подлинников документов ФИО2 не сможет реализовать право, предусмотренное статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о том, что копии гарантийные письма от 01.09.2016 и от 18.02.2016 нельзя принять в качестве относимых и допустимых доказательств по делу. Не представляется возможным установить достоверность спорных документов при отсутствии оригиналов и при наличии возражений ответчика о неподписании данных документов.  

Таким образом, поскольку истец своими действиями фактически препятствовал суду апелляционной инстанции осуществить проверку обоснованности заявления ответчика о фальсификации гарантийных писем от 01.09.2016 и от 18.02.2016 в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к представленным истцом копиям данных документов арбитражный суд апелляционной инстанции относится критически и оценивает данные документы как ненадлежащие доказательства.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции также учитывает, что ответчиком предоставлено заключение специалиста ООО «Региональное бюро независимых экспертиз» № 01/2023 от 17.01.2023, согласно которому подписи от имени ФИО2 в графах «Директор ООО «Центр полимеров ЮГ ФИО2» в копии гарантийного письма от 18.02.2016 и гарантийного письма от 01.09.2016, выполнены не ФИО2, а другим  

лицом. Также аналогичные выводы содержатся в заключении специалиста АНО БНЭ «Ритм» № 10/23 от 03.02.2023.  

Более того, в предоставленном в материалы настоящего дела постановлении о прекращении уголовного дела в отношении ФИО5 от 18.03.2025 изложены выводы заключения эксперта от 17.01.2025 № 22, в соответствии с которыми установить кем ФИО2 или иным лицом выполнены подписи и изображения подписей в копии гарантийных писем от 18.02.2016, от 01.09.2016, копии договора поставки от 01.09.2016 № 02/16 не представляется возможным.  

В этой связи суд апелляционной инстанции полагает, что представленные истцом копии гарантийных писем от 18.02.2016 и 01.09.2016 не свидетельствуют о признании долга ответчиком и не прерывают срок исковой давности.  

Доказательство того, что истец обращался с претензиями к ООО «Центр полимеров Юг», а последнее неоднократно признавало спорную задолженность, в материалы дела не представлено. Поведение общества в виде длительного непринятия мер по истребованию спорной задолженности от своего контрагента является нелогичным, противоречит деловому обороту.  

Из материалов дела следует, что поставки товара осуществлены истцом в период с 2013 по 2015 год, в то время как изначально с иском к ООО «Центр полимеров Юг» истец обратился лишь 08.11.2019, а с настоящим иском к субсидиарному ответчику лишь 15.02.2021, то есть с пропуском срока исковой давности.  

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию (пункт 26 постановления Пленума № 43).  

При названных обстоятельствах суд апелляционной инстанции признает заявленные истцом требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме по причине пропуска срока исковой давности.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции также отмечает следующее. 

Согласно пункту 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации привлечению вышеназванных лиц к ответственности не препятствует, в частности, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ. В соотношении с этим пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусматривает для случаев исключения общества из ЕГРЮЛ, что, если неисполнение его обязательств (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено недобросовестными или неразумными действиями лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 данного Кодекса, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества.  

Непредставление информации об обществе относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.  

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П, от 07.04.2015 № 7-П, от 08.12.2017 № 39-П и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо в сфере банкротства как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей, а пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан (постановления от 31.01.2011 № 1-П, от 18.11.2019 № 36-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, при том что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21.05.2021 № 20-П, от 16.11.2021 № 49-П).  

Как указано в постановлении № 6-П, если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие  

долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.  

Несмотря на то, что дело о банкротстве ООО «Центр полимеров Юг» не возбуждалось, приведенная правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку, как указано в постановлении № 6-П, не обращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения хозяйственного общества из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.  

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.  

Апелляционный суд также учитывает позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 21.05.2021 № 20-П о том, что по смыслу названного положения статьи 3 Закона об ООО, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра  

юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.  

Поскольку доказывание кредитором (в рассматриваемом случае истцом) неразумности и недобросовестности действий лица, контролировавшего исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено, бремя доказывания добросовестности своего поведения при рассмотрении настоящего спора о привлечении к субсидиарной ответственности возложено на привлекаемых к ответственности лиц.  

В рассматриваемом случае, с самого начала рассмотрения дела ФИО2 занимал активную позицию и раскрывал все обстоятельства о неосуществлении им каких-либо неправомерных действий.  

Так, ФИО2 пояснил, что он являлся номинальным директором ООО «Центр полимеров Юг» и не предпринимал каких-либо управленческих решений, так как фактическое руководство осуществлялось не им, а учредителем и директором ООО «АЛкомП» ФИО5  

Доказательств того, что ФИО2 намеренно осуществлял вывод активов ООО «Центр полимеров Юг» на аффилированных ему лиц, как и самих доказательств наличия у ООО «Центр полимеров Юг» каких-либо ликвидных активов, позволяющих рассчитаться по долгам общества, в материалах дела не имеется.  

Согласно выписке по счету из АО «Райффайзенбанк», финансовые операции осуществлялись ООО «Центр полимеров Юг» со своими контрагентами в обычном порядке, то есть компания как производила оплату денежных средств, так и получала денежные средства от своих контрагентов, что соответствует динамике обычной хозяйственной деятельности.  

Из выписки не следует, что ФИО2 перечислял себе или аффилированным лицам значительные суммы денежных средств. Единственная оплата на счет ФИО2 составляет сумму 50 000 руб., что никоим образом не свидетельствует о неправомерности поведения ФИО2 по сравнению с масштабами деятельности компании.  

Суд апелляционной инстанции также не может принять в качестве достоверного доказательства наличия у ООО «Центр полимеров Юг» активов заключение эксперта № 99 от 01.11.2023, так как ФИО2 указал, что в бухгалтерской отчетности имеется  

ошибка, что привело к завышению стоимости товарно-материальных ценностей, запасов и как следствие к необоснованному увеличению чистой прибыли. Данное несоответствие вызвано технической ошибкой пользователя программного комплекса 1С: Предприятие, так как запасы товарно-материальных ценностей на сумму 3 299 000 руб. фактически представляли неликвидный товар – остатки от нарезанных листов поликарбоната, остатки от нарезанных гофратруб, остатки от нарезанных перфорированных 3D панелей и прочего неликвидного товара подлежащего утилизации.  

Данное обстоятельство также подтверждается представленным ответчиком заключением специалиста № 2023/01/01 от 17.01.2023, а также показаниями бывшего сотрудника ООО «Центр полимеров Юг» ФИО6, допрошенного в рамках уголовного дела, ответившего на вопрос следователя об остатках продукции по состоянию на конец 2016, что склад был пуст.  

С учетом финансовых показателей, достигнутых ООО «Центр полимеров Юг» за 2016 год, очевидно, что прекращение деятельности общества через процедуру банкротства не могло привести к погашению задолженности перед истцом.  

ФИО2 с начала судебного разбирательства давал исчерпывающие пояснения по обстоятельствам дела, в том числе сообщил суду, что все документы по организации передал новому собственнику ООО «Центр полимеров ЮГ» ФИО4 (подтверждается актом приема передачи от 30.11.2018). Кроме того, ФИО2 приобщил в материалы дела базу 1С, содержащую все сведения о финансово-хозяйственной деятельности компании.  

Таким образом, ФИО2 действовал добросовестно, не выводил денежных средств в свою пользу либо пользу третьих лиц, не заключал нерентабельных сделок, своими действиями не привел компанию к банкротству, с учетом приведенных обстоятельств отсутствует причинно-следственная связь между управленческими действиями ФИО2 и убытками, понесенными ООО «АЛкомП», по сделкам с ООО «Центр полимеров Юг».  

В отношении исковых требований к ФИО4 судебная коллегия также отмечает, что договоры поставки, товарные накладные и гарантийные письма подписаны со стороны ООО «Центр полимеров Юг» директором ФИО2, а сами отношения по поставке товара имели место в 2013-2015 годы.  

При этом, ФИО4 стала учредителем ООО «Центр полимеров Юг» 23.08.2018, то есть после совершенных ФИО2 сделок и незадолго до исключения общества из ЕГРЮЛ.  

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между бездействием ФИО4 и возникновением у истца убытков, поскольку доказательств ее осведомленности о наличии задолженности перед ООО «АЛкомП» не  

представлено. Следовательно, основания для удовлетворения исковых требований к ФИО4 также не имеется.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении исковых требований в полном объеме.  

Согласно части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий шести месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.  

На отмену решения арбитражного суда первой инстанции указывается в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы.  

В соответствии с частью 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда кассационной инстанции указывается на распределение между сторонами судебных расходов, понесенных в связи с подачей кассационной жалобы. При отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.  

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, то с общества в пользу ФИО2 следует взыскать 23 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по кассационным жалобам.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 20.07.2021 и дополнительное решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.08.2021 по делу № А63-2474/2021 отменить.  

 В удовлетворении исковых требовании общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» отказать.  

 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «АЛкомП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 23 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по кассационным жалобам.  

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа. Кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.В. Счетчиков Судьи Д.А. Белов 

 Ю.Б. Луговая