ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

21.06.2019

 

Дело № А41-19050/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20.06.2019 

Полный текст постановления изготовлен  21.06.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.,

судей  Голобородько В.Я, Кручининой Н.А.

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Фирма УММ» - представитель ФИО1, доверенность от 03.06.2019

от ОАО «Елочка» - представитель ФИО2, доверенность от 16.04.2018

от ФИО3 – представитель Иволга С.М., доверенность от 11.01.2019

рассмотрев 20.06.2019 в судебном заседании

кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма УММ» 

на определение от 19 декабря 2018 года

Арбитражного суда Московской области

принятое судьей  Ремизовой О.Н.,

на постановление от 06 марта 2019 года

Десятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Н.Н. Катькиной, В.П. Мизяк, В.А. Муриной,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Фирма УММ» о привлечении бывших генеральных директоров должника ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании с них солидарно 13 972 191 руб. 48 коп непогашенных реестровых требований кредиторов,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) "Фирма УММ" ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2018 года с ФИО4 в пользу ООО "Фирма УММ" было взыскано 13 972 191 рубль 48 копеек в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, было отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции конкурсный управляющий ООО "Фирма УММ" ФИО5 и ОАО "Елочка" обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили определение отменить в части отказа в удовлетворении требований к ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Постановлением Десятого Арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019 года определение Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2018 года по делу N А41-19050/17 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Московской области от 20.06.2019 года в части отказа в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности и Постановлением Десятого Арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019 года, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить судебные акты в обжалуемой части и принять новый судебный акт.

Дополнительные доказательства, приложенные к кассационной жалобе конкурсным управляющим возвращаются судом округа, ввиду отсутствия у суда кассационной инстанции полномочий на сбор, оценку и исследование доказательств.

От ФИО3 поступил отзыв, приобщенный к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в период с 01.01.13 по 27.07.16 генеральным директором ООО "Фирма УММ" являлся ФИО3, а в период с 27.07.16 по 08.09.17 - ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 марта 2017 года было возбуждено производство по делу о признании ООО "Фирма УММ" банкротом.

Решением Арбитражного суда Московской области от 08 сентября 2017 года ООО "Фирма УММ" было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО5 указал, что неправомерными действиями ФИО3 по заключению договора генерального подряда N 10 от 12.08.13 с ОАО "Елочка" должнику был причинен вред, приведший к банкротству общества, непередача документов ООО "Фирма УММ" ФИО4 повлекла за собой невозможность формирования конкурсной массы должника и, как следствие, полного погашения требований кредиторов.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции указал, что ФИО4 обязанность по передаче документов и имущества должника управляющему не исполнена, доказательств необходимости привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности не имеется.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции указал, что 12.08.13 между ОАО "Елочка" (Заказчик) и ООО "Фирма УММ" (Генеральный подрядчик) был заключен договор генерального подряда N 10, по условиям которого Генеральный подрядчик по поручению Заказчика обязался выполнить работы на территории Заказчика по адресу: 

<

...>, по реконструкции производственного корпуса с административно-бытовой частью под административно- офисное здание с пристроенной гостиницей.

В рамках названного договора ОАО "Елочка" в период с 08.08.13 по 06.06.14 перечислило на счет ООО "Фирма УММ" 115 066 942 рубля.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 20 июля 2015 года по делу N А41-40686/15 договор генерального подряда N 10 от 12.08.13, был расторгнут по инициативе ООО "Фирма УММ" в связи с ненадлежащим исполнением ОАО "Елочка" своих обязательств по договору, а именно: проектная документация, переданная подрядчику, являлась неполной, имела целый ряд существенных ошибок, многократно изменялась, в связи с чем работы неоднократно приостанавливались, возникла необходимость выполнения дополнительных работ, сроки выполнения работ переносились, в связи с тем, что 01.02.15 закончилось разрешение на строительство N RU-50506000-1389 выданное для производства работ в рамках договора, работы были приостановлены.

Решением Арбитражного суда Московской области от 04 августа 2016 года по делу N А41-14043/16 с ООО "Фирма УММ" в пользу ОАО "Елочка" было взыскано 10 876 885 рублей 75 копеек неосновательного обогащения, 561 875 рублей 08 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами и расходы по государственной пошлине по иску в размере 65 289 рублей 60 копеек.

В названном судебном акте со ссылкой на решение Арбитражного суда Московской области от 20 июля 2015 года по делу А41-40686/2015 указано на отсутствие оснований для взыскания с ООО "Фирма УММ" неустойки за просрочку исполнения обязательства в связи с отсутствием вины последнего в данной просрочке, по этой же причине ОАО "Елочка" было отказано во взыскании убытков с должника.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не нашел оснований полагать, что причиной расторжения договора генерального подряда и взыскания денежных средств с должника послужило виновное поведение генерального директора.

Суд апелляционной инстанции отметил, что обязанность исполнить решение Арбитражного суда Московской области от 04 августа 2016 года по делу № А41-14043/16 возникла с момента вступления данного решения в законную силу с 01 декабря 2016 года, то есть после прекращения полномочий ФИО3

На данную дату ФИО3 уже не состоял с ООО "Фирма УММ" в трудовых отношениях, и не обязан был подавать заявление о признании ООО "Фирма УММ" несостоятельным (банкротом).

Поскольку доказательств совершения ФИО3 убыточных для должника сделок не представлено, суд апелляционной инстанции не нашел оснований полагать наличие совокупности обстоятельств для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по долгам ООО "Фирма УММ".

Судебная коллегия апелляционного суда также отметила, что доводы заявителей апелляционных жалоб на совершение ООО "Фирма УММ" в период с 15.01.14 по 13.11.14 необоснованных перечислений в адреса третьих лиц не может быть приняты во внимание, поскольку указанные доводы не были предметом рассмотрения суда первой инстанции.

Судебные акты в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности не оспариваются.

В судебном заседании суда кассационной  инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ОАО «Елочка» также поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО3 возражал против доводов кассационной жалобы.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам, основаны на совокупной оценке представленных доказательств, нормы материального права применены правильно, в связи с чем, оснований для отмены судебных актов по доводам кассационной жалобы суд округа не усматривает.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 поступило в суд после 01.07.2017 – 15.03.2018 года.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010  № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на дату обращения уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением, рассматриваемыми в рамках настоящего обособленного спора в деле о банкротстве Общества, определялись статьей 10 Закона о банкротстве в редакции 134-ФЗ.

Согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009 и действовал по 02.08.2013 года, ввиду вступления в силу ФЗ № 134-ФЗ.

Как видно из материалов дела, обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (в частности ФИО3), имели место после вступления в силу Закона N 134-ФЗ, в связи с заключением  Договора подряда от 12.08.2013 года.

В связи с чем, к спорным материальным правоотношениям в отношении ФИО3 подлежали применению нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 этого Федерального закона применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Таким образом, указанная норма закона устанавливала опровержимую презумпцию.

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Судами установлены обстоятельства опровержения ответчиком заявленных конкурсным управляющим презумпций, исходя из оснований заявленных требований.

Суд округа соглашается с выводами судов в обжалуемой части.

В части доводов о совершении ФИО3 иных сделок по переводу денежных средств должника на фирмы – однодневки, суд округа соглашается с выводом суда апелляционной инстанции, что данные доводы не заявлялись в суде первой инстанции и в силу ст. 49 АПК РФ не являлись основанием заявленных требований, требования в установленном порядке (ст. 49 АПК РФ) не уточнялись, ввиду чего данные доводы не могут являться основанием для отмены судебных актов в суде округа.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако указанные доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, а приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, судами первой и апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2018 года в обжалуемой части и Постановление Десятого Арбитражного апелляционного суда от 06 марта 2019 года по делу № А41-19050/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судья           Ю.Е. Холодкова 

Судьи:                     В.Я. Голобородько

Н.А. Кручинина