ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-16543/2019

г. Саратов

29 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2020 года.

 

     Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Т.Н. Телегиной,

судей Н.А. Клочковой, О.В. Лыткиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу государственного учреждения здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7»,  г. Волгоград,   

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 28 октября 2019 года              по делу  № А12-16543/2019

по иску общества с ограниченной ответственностью «БазисСтрой», г. Волгоград, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

к государственному учреждению здравоохранения «Клиническая больница скорой

медицинской помощи № 7», г. Волгоград, (ОГРН 

<

***>,                                    ИНН 

<

***>), 

о взыскании 384944 руб. 41 коп., 

при участии в заседании: от истца – ФИО2, представителя, доверенность от 20.03.2019 (ксерокопия в деле), ответчик не явился, извещен о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 13.12.2019,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «БазисСтрой» с иском к государственному учреждению здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7» о взыскании 384944 руб. 41 коп.  неосновательного обогащения, возникшего в связи с неправомерным удержанием со стороны ответчика неустойки по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 за нарушение срока выполнения работ по договору на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года № 6727/ЭА, а также 10699 руб. в возмещение судебных расходов по уплаченной государственной пошлине.

     При рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции истец в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уменьшил размер исковых требований и просил взыскать с ответчика 368168 руб. 74 коп. неосновательного обогащения, возникшего в связи с неправомерным удержанием со стороны ответчика неустойки по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 за нарушение срока выполнения работ по договору на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года № 6727/ЭА, а также 10699 руб. в возмещение судебных расходов по уплаченной государственной пошлине. Уменьшение размера исковых требований принято арбитражным судом первой инстанции. 

     Не является достаточным основанием для отмены судебного акта вышестоящей инстанцией принятие судом уточненных требований, если того требует принцип эффективности судебной защиты (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 мая 2010 года № 161/10 по делу № А29-10718/2008). 

     Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 28 октября 2019 года              по делу  № А12-16543/2019 исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взыскано 320787 руб. 10 коп. неосновательного обогащения, возникшего в связи с неправомерным удержанием со стороны ответчика неустойки по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 за нарушение срока выполнения работ по договору на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года                № 6727/ЭА, а также 4945 руб. в возмещение судебных расходов по уплаченной государственной пошлине. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Обществу с ограниченной ответственностью «БазисСтрой» выдана справка на возврат из федерального бюджета 336 руб. государственной пошлины.

     Не согласившись с принятым по делу судебным актом, государственное учреждение здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.

     Заявитель апелляционной жалобы считает, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: не приняты во внимание доводы и доказательства ответчика, неправомерен вывод о наличии вины обеих сторон в просрочке выполнения работ по заключенному договору, а имеется только вина истца, истец не привел ни одного довода о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, поэтому она неправомерно снижена на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

     Общество с ограниченной ответственностью «БазисСтрой» представило отзыв на апелляционную жалобу, с доводами, изложенными в ней, не согласно, просит решение арбитражного суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

    Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

     Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на нее, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что обжалуемый судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

     Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «БазисСтрой» (подрядчик) и государственное учреждение здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7» заключили договор на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от              1 июня 2018 года № 6727/ЭА, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса в соответствии с локальным сметным расчетом, определяющим цену работ и являющимся неотъемлемой частью настоящего договора, и передать их заказчику, а заказчик обязуется принять выполненные подрядчиком работы и оплатить их в соответствии с условиями настоящего договора. 

     Цена договора и порядок расчетов определены в разделе 2 заключенного договора, права и обязанности сторон – в разделе 3, условия выполнения, порядок сдачи и приемки работ – в разделе 4, обеспечение исполнения договора – в разделе 5, гарантийные обязательства – в разделе 6, ответственность сторон – в разделе 7, обстоятельства непреодолимой силы – в разделе 8, порядок урегулирования споров – в разделе 9, заключительные положения - разделе 10, юридические адреса, реквизиты и подписи сторон – в разделе 11 договора.

     В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от                     23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

     В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

     Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное  действие,  как-то:  передать  имущество,  выполнить  работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

     Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

     На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

     В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

    Эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска.  Арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск. При подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства о соблюдении правил его заключения, наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших (пункты 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»). 

     Заключенный сторонами договор на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года № 6727/ЭА является договором строительного подряда и регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в параграфах 1, 3, 5 главы 37 «Подряд» Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениями Федерального закона от 18 июля 2011 года № 223-ФЗ (в редакции от 2 августа  2019 года) «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Договор не признан незаключенным или недействительным в установленном законом порядке.

     В силу пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

     Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

     Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами. 

     В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

     Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах»). 

     Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской федерации. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»). 

     Согласно пункту 4 части 2 статьи 1 Федерального закона от 18 июля 2011 года № 223-ФЗ (в редакции от 2 августа  2019 года) «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» настоящий Федеральный закон устанавливает общие принципы закупки товаров, работ, услуг и основные требования к закупке товаров, работ, услуг бюджетным учреждением при наличии правового акта, утвержденного в соответствии с частью 3 статьи 2 настоящего Федерального закона и размещенного до начала года в единой информационной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в соответствии с частью 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при осуществлении им закупок:

     а) за счет средств, полученных в качестве дара, в том числе пожертвования (благотворительного пожертвования), по завещанию, грантов, передаваемых безвозмездно и безвозвратно гражданами и юридическими лицами, в том числе иностранными гражданами и иностранными юридическими лицами, а также международными организациями, субсидий (грантов), предоставляемых на конкурсной основе из соответствующих бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, если условиями, определенными грантодателями, не установлено иное;

     б) в качестве исполнителя по контракту в случае привлечения на основании договора в ходе исполнения данного контракта иных лиц для поставки товара, выполнения работы или оказания услуги, необходимых для исполнения предусмотренных контрактом обязательств данного учреждения;

     в) за счет средств, полученных при осуществлении им иной приносящей доход деятельности от физических лиц, юридических лиц, в том числе в рамках предусмотренных его учредительным документом основных видов деятельности (за исключением средств, полученных на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию).

     В части 1 статьи 2 Федерального закона от 18 июля 2011 года № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» предусмотрено, что при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 настоящей статьи правовыми актами, регламентирующими правила закупки (далее - положение о закупке).

     В силу части 8.1 статьи 3 Федерального закона от 18 июля 2011 года № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» в случае невыполнения заказчиком обязанности осуществить закупки у субъектов малого и среднего предпринимательства в течение календарного года в объеме, установленном Правительством Российской Федерации в соответствии с пунктом 2 части 8 настоящей статьи, либо размещения недостоверной информации о годовом объеме закупок у таких субъектов, включенной в отчет, предусмотренный частью 21 статьи 4 настоящего Федерального закона, либо не размещения указанного отчета в единой информационной системе положение о закупке данного заказчика с 1 февраля года, следующего за прошедшим календарным годом, и до завершения этого года признается неразмещенным в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона. В данном случае в течение указанного периода заказчики руководствуются положениями Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» в части: 1) обоснования начальной (максимальной) цены контракта, цены контракта, заключаемого с единственным поставщиком (исполнителем, подрядчиком); 2) выбора способа определения поставщика (исполнителя, подрядчика); 3) осуществления закупок у субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций в соответствии с частями 1 - 3, 5 - 8 статьи 30 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». При этом для целей настоящей части под совокупным годовым объемом закупок заказчика понимается совокупный объем цен договоров, заключенных заказчиком с                     1 февраля до окончания календарного года; 4) применения требований к участникам закупок; 5) оценки заявок, окончательных предложений участников закупок; 6) создания и функционирования комиссии по осуществлению закупок; 7) определения поставщика (исполнителя, подрядчика) в соответствии с параграфами 2 - 5 главы 3 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»; 8) осуществления закупки у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика) в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 93 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».      

     Федеральный закон от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся планирования закупок товаров, работ, услуг; определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей); заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 4 и 5 статьи 15 настоящего Федерального закона; особенностей исполнения контрактов; мониторинга закупок товаров, работ, услуг; аудита в сфере закупок товаров, работ, услуг; контроля за соблюдением законодательства Российской Федерации и иных нормативных правовых актов о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (статья 1).

     Пунктом 1 статьи 2 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ предусмотрено, что законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона и других федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в части 1 статьи 1 настоящего Федерального закона. Нормы права, содержащиеся в других федеральных законах и регулирующие указанные отношения, должны соответствовать настоящему Федеральному закону.

     Положения пунктов 1, 2 статьи 763 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

     По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд (далее - государственный или муниципальный контракт) подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

     Нормы частей 1, 2 статьи 766 Гражданского кодекса Российской Федерации определяют содержание государственного или муниципального контракта. Государственный или муниципальный контракт должен содержать условия об объеме и о стоимости подлежащей выполнению работы, сроках ее начала и окончания, размере и порядке финансирования и оплаты работ, способах обеспечения исполнения обязательств сторон.

     В случае если государственный или муниципальный контракт заключается по результатам торгов или запроса котировок цен на работы, проводимых в целях размещения заказа на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд, условия государственного или муниципального контракта определяются в соответствии с объявленными условиями торгов или запроса котировок цен на работы и предложением подрядчика, признанного победителем торгов или победителем в проведении запроса котировок цен на работы.

     Неисполнение ответчиком требования о возврате истцу в добровольном порядке 384944 руб. 41 коп.  неосновательного обогащения, возникшего в связи с неправомерным удержанием со стороны ответчика неустойки по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 за нарушение срока выполнения работ по договору на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года № 6727/ЭА, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд первой инстанции с настоящим иском. 

     Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

     Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

     По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     На основании пункта 2.2 договора его цена составляет 6918928 руб. 30 коп., НДС не облагается в связи с тем, что подрядчик применяет упрощенную систему налогообложения на основании пункта 2 статьи 346.11 главы 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации и не является плательщиком НДС.

     В соответствии с пунктом 4.1 договора подрядчик обязуется закончить работу и

сдать ее результат в течение 90 дней с даты заключения договора.

     Дополнительным соглашением от 28 сентября 2018 года о внесении изменений в договор на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года № 6727/ЭА стороны внесли изменения в пункт 4.1 договора, указав, что подрядчик обязан закончить работу и сдать ее результат   заказчику 3 октября 2018 года.

     Согласно пункту 4.13 договора работы считаются выполненными и принятыми заказчиком с даты подписания обеими сторонами акта о приемке выполненных работ по форме № КС-2 и справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3.

     Пункт 5.1 договора предусматривает, что подрядчик предоставляет обеспечение исполнения договора в размере 30% от начальной (максимальной) цены договора, что составляет 2075678 руб. 49 коп. в форме безотзывной банковской гарантии, выданной банком. Способ обеспечения исполнения договора определяется подрядчиком самостоятельно.

     В соответствии с пунктом 7.2 договора за нарушение подрядчиком срока выполнения работ последний уплачивает заказчику неустойку в размере 0,3% от суммы неисполненных обязательств настоящего договора. Неустойка начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного настоящим договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного настоящим договором срока исполнения обязательства.

     Ответчик, руководствуясь вышеназванным пунктом договора, произвел расчет неустойки и обратился к истцу с претензией от 4 декабря 2018 года                            № 01-20-3778 об оплате неустойки в размере 384944 руб. 41 коп.

     Письмом от 1 октября 2018 года № 057 истец уведомил ответчика о том, что просрочка в сдаче отдельных видов работ возникла по независящим от истца причинам (в связи с отсутствием материала, который предоставляется заказчиком (отопительных приборов, светильников, дверей (дверных коробок), внесением заказчиком изменений в существующий проект потолков, конструкцию пандуса, ступеней) по вине заказчика, заявленный размер неустойки являлся чрезмерным и несоразмерным последствиям нарушения обязательства. Кроме того, истец указал, что завершение работ по установке окон ПВХ сторонней организацией только                     27 сентября 2018 года также повлияло на срок сдачи работ, поскольку общество с ограниченной ответственностью «БазисСтрой» смогло приступить к работам по устройству откосов со значительным отставанием от графика выполнения работ.

     В письме от 24 декабря 2018 года № 87 истец отказался возмещать ответчику неустойку в размере 384944 руб. 41 коп. из расчета 0,3% за каждый день просрочки, как в добровольном порядке, так и из средств по банковской гарантии и предложил ответчику передать решение вопроса о взыскании неустойки на рассмотрение в арбитражный суд.

     Ответчик обратился в кредитную организацию - гарант акционерное общество «Коммерческий банк «Интерпромбанк» и получил неустойку в размере 384944 руб. 41 коп. по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 (т. 1,               л. д. 50-51). 

     Письмом от 28 января 2019 года № 260/495 банк-гарант уведомил истца о предъявлении требования по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 и выставил требование об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии от 21 января 2019 года № 14, необходимости не позднее                  5 рабочих дней со дня получения настоящего требования перечислить денежные средства в сумме 384944 руб. 41 коп. на указанный в требовании счет.

     Истец ссылается на то, что в случае неисполнения настоящего требования в указанный срок гарант обязан уплатить неустойку бенефициару в размере 0,1% указанной в настоящем требовании суммы, подлежащей уплате за каждый календарный день просрочки начиная с календарного дня, следующего за днем истечения установленного банковской гарантией срока оплаты настоящего требования, по день фактического поступления денежных средств на счет бенефициара в оплату настоящего требования по банковской гарантии.

     Истец оплатил денежные средства в сумме 384944 руб. 41 коп., что подтверждается платежным поручением от 1 февраля 2019 года № 22.

     В соответствии со статьей 374 Гражданского кодекса Российской Федерации  требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

     Требование бенефициара должно быть представлено гаранту до окончания срока действия независимой гарантии.

     Положения статьи 375 Гражданского кодекса Российской Федерации   предусматривают, что по получении требования бенефициара гарант должен без промедления уведомить об этом принципала и передать ему копию требования со всеми относящимися к нему документами.

     Гарант должен рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми приложенными к нему документами, и, если требование признано им надлежащим, произвести платеж. Условиями независимой гарантии может быть предусмотрен иной срок рассмотрения требования, не превышающий тридцати дней.

     Гарант проверяет соответствие требования бенефициара условиям независимой гарантии, а также оценивает по внешним признакам приложенные к нему документы.

     В связи с тем, что у банка-гаранта в силу положений вышеназванных статей Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствовали правовые основания для отказа в выплате или уменьшении суммы гарантии, истец был лишен возможности на оспаривание размера неустойки, поэтому он обратился в арбитражный суд первой инстанции с настоящим иском.

     В претензии от 25 марта 2019 года № 025 истец предложил ответчику в добровольном порядке возвратить 384944 руб. 41 коп.  неосновательного обогащения, возникшего в связи с неправомерным удержанием со стороны ответчика неустойки по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 за нарушение срока выполнения работ по договору на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года                 № 6727/ЭА в течение 20 календарных дней с момента получения настоящей претензии. Письмом от 22 апреля 2019 года № 01-20-1297 ответчик отказался от исполнения изложенного в претензии требования.

     В соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов и недопустимости неосновательного обогащения.

     Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

     Из положений закона следует, что для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: 1) обогащения одного лица за счет другого лица, то есть увеличения имущества у одного за счет соответственного уменьшения имущества у другого, и 2) приобретения или сбережения имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований.

     Следовательно, истец по требованию о взыскании сумм, составляющих неосновательное обогащение должен доказать: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения, размер неосновательного обогащения.    

     Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (пункт 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2017 года).

     В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 29 января 2013 года                   № 11524/12 по делу № А51-15943/2011, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика. Основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, при этом, если истец не представил

доказательств того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно (например, акты выполненных работ с разногласиями, акты сдачи-приемки товара с возражениями, претензии и т. п.), исковые требования не подлежат удовлетворению.

     По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 

Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 17 июля 2019 года).

     Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

     В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

     Осуществляя правовое регулирование оснований, условий и сроков привлечения к юридической ответственности, суд должен исходить из того, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом или договором, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями; наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов ответственности, а его признаки, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами ответственности; общепризнанным принципом привлечения к ответственности во всех отраслях права является наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. предусмотрено непосредственно в законе.

     Таким образом, закрепляя и изменяя меры ответственности за совершение правонарушений, суд обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом, означающее, что любое правонарушение и санкции за его совершение должны быть четко определены в законе или договоре, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть правовые последствия своих действий (бездействия). 

     Названные принципы привлечения к юридической ответственности в силу статей 8 (часть 2) и 19 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в равной мере относятся ко всем физическим и юридическим лицам, которые являются участниками определенных правоотношений. (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 января 2016 года № 2-П).

     Одно из основных начал гражданского законодательства – свобода договора (пункт 1 статьи 1, статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), а одним из частных его проявлений, в свою очередь, является закрепленная параграфом 2 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность сторон договора предусмотреть на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства неустойку, которой данный Кодекс называет определенную законом или договором денежную сумму, подлежащую уплате должником кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2015 года № 6-О).

     Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

     Положения частей 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

     Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

     Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

     По смыслу правовой позиции, содержащейся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», не проявление должником хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства признается умышленным нарушением обязательства.

     Факт надлежащего исполнения обязательств, равно как и отсутствие вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства, по общему правилу, доказывается обязанным лицом. 

     Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

     В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»,  разъяснено, если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности. 

     В соответствии с разделом 8 договора стороны освобождаются от ответственности за частичное или полное неисполнение обязательств по настоящему договору, если оно явилось следствием природных явлений и прочих обстоятельств непреодолимой силы, и, если эти обстоятельства непосредственно повлияли на исполнение настоящего договора. Сторона, для которой создалась невозможность исполнения обязательств по настоящему договору, обязана в трехдневный срок уведомить другую сторону о наступлении обязательств непреодолимой силы (стихийные бедствия, наводнения, пожар и пр.).

     В силу пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника.

    Арбитражный суд первой инстанции, установив при рассмотрении настоящего дела факты внесения заказчиком изменений в существующий проект потолков, конструкцию пандуса, ступеней, замены электрического кабеля во взрослом корпусе государственного учреждения здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7», пришел к обоснованному выводу о наличии обоюдной вины сторон в несвоевременном выполнении работ подрядчиком и необходимости снижения размера ответственности должника в виде начисленной договорной неустойки в 2 раза, т. е. до 192472 руб. 20 коп.

     При рассмотрении дела в арбитражном  суде первой инстанции истец заявил о применении к спорным правоотношениям сторон норм статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении размера взыскиваемой неустойки.

     Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

     Статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется судом в том случае, когда неустойка явно несоразмерна последствия нарушения обязательства.

     В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) неустойка может быть снижена судом на основании статьи  333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

     В пункте 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330, статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Конституционный Суд Российской Федерации в своих судебных актах (Определения от 21 декабря 2000 года № 263-О, от 22 января 2004 года № 13-О, от 22 апреля 2004 года № 154-О) обратил внимание на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной. 

     Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

     Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

     В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.     

     К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные стороной имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые участники обязательства вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

     В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года № 11680/10 по делу № А41-13284/09 разъяснено, что правила статьи 333 Кодекса предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

     Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

     Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

     Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т. п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

     Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

     Уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Кодекса), а также с принципом состязательности (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Кроме того, необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.     

     Данная позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 января 2011 года № 11680/10.

     Пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

     Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

     Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

     Обязательным условием взыскания неустойки в силу положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 года № 17 «Обзор практики применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» является соразмерность ее суммы последствиям нарушения обязательства, что предполагает возмещение кредитору нарушенного интереса с недопущением его неосновательного обогащения. Назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественной сферы потерпевшего. Иными словами, при определении подлежащей взысканию суммы неустойки необходимо исходить из задачи выплатить достойную компенсацию кредитору, при том, что это не должно приводить к неосновательному обогащению последнего.

     Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2013 года                       № 12945/13, Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 7 апреля 2014 года № ВАС-3952/14, постановлениях от 31 января 2014 года Федерального арбитражного суда Поволжского округа по делу № А55-11298/2013, от 19 сентября 2013 года Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа по делу № Ф03-4373/2013).

     Неустойка, как мера ответственности, должна носить компенсационный, а не карательный характер и не может служить мерой обогащения (как указано в вышеперечисленных судебных актах).

     Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» кредитор для опровержения заявления о снижении неустойки вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.).

     Из соответствующего разъяснения в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период нарушения должником денежного обязательства, при определении величины, достаточной для компенсации потерь кредитора, в случае, если имеются основания для уменьшения неустойки согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации,                   т. е. доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

     При этом само по себе превышение предусмотренного договором размера неустойки однократной или двукратной ставки рефинансирования Банка России не свидетельствует о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и не является основанием для ее снижения судом.

     Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). (Пункт 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля                         2017 года).

     Пунктами 73-75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) также разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

     Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

     При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

      Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

     Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. 

     Пункт 7.2 договора предусматривает взыскание с заказчика за нарушение подрядчиком срока выполнения работ неустойки в размере 0,3% от суммы неисполненных обязательств настоящего договора, в то время, как пункт 7.5 договора предусматривает, что в случае нарушения срока оплаты работ по вине заказчика он выплачивает подрядчику неустойку, исчисляемую от стоимости платежа, произведенного с нарушением срока, за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного настоящим договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства, в размере 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования Банка России. 

     Произведя толкование условий пунктов 7.2 и 7.5 заключенного договора об ответственности сторон за неисполнение договорных обязательств, можно сделать вывод о том, что указанные условия договора нарушают баланс ответственности сторон, ответственность заказчика значительно меньше, чем подрядчика. Равные начала предполагают определенную сбалансированность мер ответственности, предусмотренных для сторон одного договора при неисполнении ими обязательств.

     Сложившаяся судебно-арбитражная практика свидетельствует о том, довольно распространенным в договорных отношениях коммерческих организаций на территории Российской Федерации является размер неустойки 0,1% за каждый день просрочки исполнения обязательства, что соответствует практике делового оборота. Указанная в договоре неустойка в размере 0,3% от суммы неисполненных обязательств настоящего договора является чрезмерной.  

     Положения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусматривают, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

     При применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации  нормы части 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают ограничения: если подлежащая уплате сумма процентов явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд по заявлению должника вправе уменьшить предусмотренные договором проценты, но не менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи.

     Поскольку заключенный договор определил ответственность сторон в виде уплаты неустойки (пеней), арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о возможности снижения размера неустойки на основании положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации до 0,1% в связи с несоблюдением требований о сбалансированности мер ответственности для сторон одного договора и вине обоих участников договора в просрочке выполнения работ.              

     Согласно расчету арбитражного суда первой инстанции неустойка за период с            4 октября по 13 ноября 2018 года, начисленная на 2206980 руб. 46 коп. задолженности, в размере 0,1% за каждый день просрочки исполнения обязательства,  составляет 90486 руб. 20 коп. (2206980 руб. 46 коп. * 41 день * 0,1% = 90486 руб. 20 коп.). Неустойка за период с 4 по 29 октября 2018 года, начисленная на 1454946 руб. 26 коп. задолженности в размере 0,1% за каждый день просрочки исполнения обязательства, составляет 37828 руб. 60 коп.                 (1454946 руб. 26 коп. * 26 дней * 0,1% = 37828 руб. 60 коп.).  Таким образом, общая сумма неустойки составила 128314 руб. 80 коп. и правомерно снижена судом в 2 раза, т. е. до 64157 руб. 40 коп. (т. 1, л. д. 39-40).

     Арбитражный суд первой инстанции взыскал сумму неосновательного обогащения 320787 руб. 10 коп., рассчитав ее следующим образом: 192472 руб.           20 коп. - 64157 руб. 40 коп. = 128314 руб. 80 коп.; 128314 руб. 80 коп. + 192472 руб. 20 коп. = 320787 руб. 10 коп. Истец не оспаривает взысканный размер неосновательного обогащения.

     Таким образом, с ответчика в пользу истца правомерно взыскано 320787 руб.               10 коп. неосновательного обогащения, возникшего в связи с неправомерным удержанием со стороны ответчика неустойки по банковской гарантии от 28 мая 2018 года № ЕТ22318-И/083995 за нарушение срока выполнения работ по договору на выполнение работ по реконструкции приемного отделения взрослого корпуса от 1 июня 2018 года № 6727/ЭА.

     Применение в настоящем деле положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации соответствует конституционно-правовому смыслу этой нормы, выраженному в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года № 277-О, согласно которому предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т. е., по существу, на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

     Арбитражный суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Оценивая действия сторон, как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

      Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

     Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, то суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

     При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные положения гражданского законодательства». Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года № 2 (2015).

     Истец представил соответствующие доказательства недобросовестности ответчика при исполнении договорных обязательств, доказал факт сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для сбережения данных денежных средств и размер неосновательного обогащения.

     Таким образом, арбитражный суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение о частичном удовлетворении иска.

     Заявитель жалобы не представил доказательства, являющиеся основаниями для отмены оспариваемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

     В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

     Согласно статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

     В соответствии с положениями статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств, участие в их исследовании, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

     В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.  

     Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

     В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

     При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

     В ходе рассмотрения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представлении доказательств в обоснование своих требований и возражений.

     Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего  поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года № 12505/11). 

     Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных исковых требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

     Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

     В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

     По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

     Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

     При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.    

     Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 28 октября 2019 года по делу  № А12-16543/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу государственного учреждения здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7» - без удовлетворения.

     Взыскать с государственного учреждения здравоохранения «Клиническая больница скорой медицинской помощи № 7» (ОГРН 

<

***>,                                    ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

     Арбитражному суду первой инстанции исполнительный лист на взыскание денежных средств в доход бюджета направить налоговому органу, иному уполномоченному государственному органу по адресу должника в соответствии с требованиями частей 2, 3 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Направить копии постановления арбитражного суда апелляционной инстанции лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями части 4 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

     Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

 

     Председательствующий                                                                    Т.Н. Телегина               

 

     Судьи                                                                                                     Н.А. Клочкова

 

                                                                                                                      ФИО3