АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                     Дело № А70-268/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Ткаченко Э.В.,

судей                                                         Курындиной А.Н.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тимофеевой Я.Е., рассмотрел с использованием технологии онлайн-заседания информационной системы «Картотека арбитражных дел» в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО3 на постановление от 20.01.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Халявин Е.С., ФИО4, ФИО5) по делу № А70-268/2022 по иску акционерного общества «Тюменский аккумуляторный завод» (625037, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к акционерному обществу «Завод «Техноприбор» (214020, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 36 873 383 руб. 43 коп.

Третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: ФИО2, ФИО6.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа присутствуют представители акционерного общества «Тюменский аккумуляторный завод» - ФИО7 по доверенности от 15.01.2021 (сроком действия 3 года),              ФИО8 по доверенности от 09.06.2023 (сроком действия 3 года).

Суд установил:

акционерное общество «Тюменский аккумуляторный завод» (далее - АО «Тюменский аккумуляторный завод», истец) в Арбитражный суд Тюменской области 11.01.2021 с исковым заявлением к акционерному обществу «Завод «Техноприбор» (далее - АО «Завод «Техноприбор», ответчик) о взыскании 35 201 320 руб. 69 коп. задолженности и 1 672 062 руб. 74 коп. процентов за пользование займом по договору о реструктуризации долга от 16.12.2020 № 309/20.

 

К участию в деле в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО2 (далее -             ФИО2), ФИО6 (далее - ФИО6).

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО3 (далее -                  ФИО3).

ФИО2 и ФИО6 заявили требования о признании недействительным договора реструктуризации долга от 16.12.2020 № 309/20, заключенного между истцом                и ответчиком, по признаку крупной сделки в совершении которой имеется заинтересованность у истца с целью завладения имуществом ответчика с последующим банкротством общества.

Решением от 16.09.2022 Арбитражного суда Тюменской области (судья ФИО9) исковые требования оставлены без удовлетворения. Договор о реструктуризации долга от 16.12.2020 № 309/20 признан недействительным.

Постановлением от 20.01.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение от 16.09.2022 Арбитражного суда Тюменской области отменено, по делу принят новый судебный акт. Исковые требования АО «Тюменский аккумуляторный завод» удовлетворены. С АО «Завод «Техноприбор» в пользу АО «Тюменский аккумуляторный завод» взыскано 35 201 320 руб. 69 коп. основного долга, 1 672 062 руб. 74 коп. процентов, 200 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, а всего 37 073 383 руб. 43 коп. В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 и ФИО6 отказано. С АО «Завод «Техноприбор» в пользу АО «Тюменский аккумуляторный завод» взыскано 3 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

ФИО2 и ФИО3, не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, обратились с кассационными жалобами, в которых просят отменить постановление полностью и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт.

По мнению заявителей, вывод апелляционного суда об истечении срока исковой давности по заявленному третьими лицами требованию не соответствует разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - Постановление № 27); учитывая, что общее собрание акционеров АО «Завод «Техноприбор» проводилось 21.05.2021, вопрос об утверждении крупной сделки на нем не ставился, что указывает на заинтересованность сторон                         в нераскрытии данной информации, срок для оспаривания сделки акционером начинает течь не ранее 21.05.2021 и на момент обращения с иском в суд не пропущен; суд                       не принял во внимание, что договором о новации стороны изменили условия договора займа № 1208/03, который, являясь беспроцентным, стал процентным, при этом истец начислял в отношении задолженности ответчика проценты на проценты по ставке рефинансирования, что в силу закона является недопустимой мерой гражданско-правовой ответственности; новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства, вместе с тем соглашение сторон, уточняющее или определяющее размер долга и (или) срок исполнения обязательства, без изменения предмета и основания возникновения обязательства само по себе новацией не является; делая вывод о том, что согласно пункту 1 статьи 83 Федерального закона от 26.12.1995            № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон № 208-ФЗ) сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение, суд апелляционной инстанции не учел положения пункта              19 Постановления № 27, указывающего на порядок одобрения крупной сделки, который закреплен в пункте 15.2 Устава АО «Завод «Техноприбор»; суд апелляционной инстанции оставил без оценки действия ФИО10, являющегося акционером и генеральным директором АО «Тюменский аккумуляторный завод», который заключил оспариваемую сделку в ущерб интересам АО «Завод «Техноприбор», где он являлся акционером                                 и председателем Совета директоров, с целью прекращения деятельности данного общества.  

АО «Тюменский аккумуляторный завод» в отзыве на кассационную жалобу выразило несогласие с доводами заявителя, обжалуемое постановление считает законным и обоснованным, в удовлетворении кассационной жалобы просит отказать.

Представитель ФИО2, заявивший ходатайство об участии в онлайн-заседании, не обеспечил свое участие в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), несмотря на ранее удовлетворенное судом округа ходатайство; осуществив подключение, доступ к камере не предоставлен, в связи с чем суд лишен возможности идентифицировать лицо, осуществившее подключение.

Учитывая, что судом округа обеспечено транслирование судебного заседания в онлайн-режиме с использованием исправной аппаратуры суда, средства связи суда воспроизводили видео- и аудиосигналы, технических неполадок и сбоев в работе аппаратуры и программного обеспечения не установлено, а также ввиду надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие представителя ФИО2 в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании представители истца поддержали доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу, возражали против ее удовлетворения.

Проверив в порядке статей 286, 288 АПК РФ законность судебного акта в пределах доводов жалоб, суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между истцом (кредитор)               и ответчиком (должник) заключен договор о реструктуризации долга от 16.12.2020                      № 309/20 (далее – договор № 309/20).

Согласно пункту 1.1 договора № 309/20 должник подтверждает свою задолженность перед кредитором в сумме 35 201 320 руб. 69 коп. по договору от 28.12.2017 № 652/17, заключенному между кредитором и должником. Сумма долга состоит из суммы непогашенного займа по договору от 28.12.2017 № 652/17 - 28 043 657 руб. 29 коп. и суммы неуплаченных процентов за пользование займом 7 157 663 руб. 40 коп.

Настоящим стороны пришли к соглашению о замене долговых обязательств, являющихся предметом договора от 28.12.2017 № 625/17, на новые долговые обязательства, предусмотренные договором (пункт 1.2 договора № 309/20).

Должник обязуется до 31.12.2023 возвратить кредитору сумму заемных средств, указанную в пункте 1.2.1 договора № 309/20 и уплатить проценты за пользование заемными средствами в размере ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации, действующей на 01.01.2021 с прибавлением 0,5 % (то есть, если ставка банка на 01.01.2021 составляет 4,25 % годовых, то проценты за пользование заемными средствами уплачиваются из расчета 4,75 % годовых).

Возврат заемных средств и уплату процентов должник обязан осуществлять в следующем порядке: ежемесячно, начиная с января 2021 года по декабрь 2023 года включительно сумма займа перечисляется на счет кредитора равными частями согласно графику платежей. Одновременно с суммой платежа по возврату займа уплачиваются проценты в размере согласно графику платежей, платежи должны быть осуществлены должником до конца расчетного месяца. Первый платеж до 31.01.2021, последний платеж 31.12.2023. В случае несоблюдения должником условий и сроков платежей, установленных графиком, проценты за пользование займом исчисляются от фактического остатка невозвращенного займа за фактическое количество дней пользования (пункт 2.1.1 договора № 309/20).

Договор вступает в силу с 01.01.2021 и действует до полного исполнения его условий (пункт 4.1 договора № 309/20).

Как указывает истец, в нарушение условий договора № 309/20 ответчик в 2021 году не возвратил истцу установленную графиком платежей сумму займа и не уплатил начисленные ему проценты, однако из письма ответчика от 30.04.2021 № 26 следует, что он имел возможность погашать задолженность по займу из расчета 1 760 000 руб. в квартал.

Между истцом и ответчиком подписан акт сверки за период с 01.01.2021 по 23.11.2021, которым ответчик признал наличие у него долга перед истцом в размере 45 303 765 руб. 54 коп.

Поскольку ответчик на протяжении длительного времени не производил погашение задолженности, истец направил в адрес ответчика претензию от 23.11.2021 № юр-и-29 о досрочном возврате суммы займа с процентами.

Согласно представленному расчету истца сумма задолженности ответчика состоит из: 35 201 320 руб. 69 коп. суммы займа, 1 672 062 руб. 74 коп. процентов за период с 01.01.2021 по 31.12.2021.

В связи с тем, что ответчик требования истца, изложенные в претензии, не исполнил, задолженность не погасил, истец обратился в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

Третьи лица ФИО2 и ФИО6 заявили требование о признании недействительным договора № 309/20. 

Суд первой инстанции, исходя из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации                          о  прекращении обязательств» (далее - Постановление № 6), правовой позиции, отраженной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации                          и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 № 13/14                      «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации                         о процентах за пользование чужими денежными средствами» (далее – Постановление                   № 13/14), руководствуясь положениями статей 174, 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Законом № 208-ФЗ, а также Постановлением № 27, установив, что сумма оспариваемого договора реструктуризации превышает 25 % активов АО «Завод «Техноприбор», пришел к выводу о доказанности наличия оснований для признания договора № 309/20 недействительной сделкой, в связи с чем отказал в удовлетворении первоначальных исковых требований. 

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя исковые требования АО «Тюменский аккумуляторный завод», исходил из доказанности наличия задолженности ответчика перед истцом в заявленном размере. Отказывая в удовлетворении требования ФИО2 и ФИО6 о признании недействительным договора № 309/20, апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности оснований недействительности сделки, а также исходил из пропуска срока исковой давности, установленного для оспаривания сделки. 

Суд кассационной инстанции считает выводы суда апелляционной инстанции соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

На основании пункта 1 статьи 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Судом апелляционной инстанции установлено, что между истцом и ответчиком 30.08.2000 заключен договор займа № 735/2000 (далее - договор № 735/2000), в соответствии с которым истец предоставил ответчику заем на срок до 31.12.2005 в сумме 10 000 000 руб. с оплатой процентов за пользование займом в размере ставки Центрального Банка Российской Федерации на день платежа.

По договору займа № 1208/03 (далее - договор № 1208/03) 26.11.2003 истец предоставил ответчику беспроцентный заем в сумме 3 500 000 руб. Окончательный срок возврата займа 4 квартал 2006 года.

В период до 31.12.2005 по договору 735/2000 ответчик уплатил истцу 3 828 800 руб. в счет погашения суммы займа, что подтверждается самим истцом в направленной ответчику претензии от 03.11.05 № юр-и-29.

В период до 31.12.2005 возврат суммы займа по договору № 1208/03 ответчиком не производился.

Таким образом, на 31.12.2005 сумма задолженности ответчика перед истцом по возврату заемных средств составляла 9 671 200 руб.

В указанной выше претензии истец требовал от ответчика уплаты процентов за пользование займом по договору № 735 в сумме 884 521 руб. по ставкам Центрального Банка Российской Федерации.

30.12.2005 истец подписал с ответчиком договор о новации долга № 904/05 (далее - договор № 904/05), предметом которого стала задолженность должника перед кредитором в сумме 18 514 721 руб. по двум договорам № 735/2000 и № 1208/03, заключенным между кредитором и должником.

Сумма долга состоит из суммы непогашенных займов по двум договорам в размере 9 671 200 руб. и суммы процентов за пользование займом 8 843 521 руб.

Истолковав содержание указанных договоров по правилам статьи 431 ГК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договором о новации стороны изменили условия договора займа № 1208/03, который, являясь беспроцентным, стал процентным.

Вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что указанный договор не является новацией, соответствует положениям пункта 22 Постановления № 6.

Учитывая, что договор № 904/05 не изменил ни предмет первоначальных договоров, ни их основание, поскольку этот договор не утратил признаки первоначальных договоров займа. Фактически стороны изменили срок возврата заемных средств, который был установлен до 31.12.2008 и порядок расчетов в части уплаты процентов.

Предусмотренные договором № 904/05 обязательства ответчик исполнил частично. В период до 31.12.2008 ответчик уменьшил свой долг перед истцом на 7 718 912 руб., перечислив истцу остаток непогашенного займа в сумме 6 171 200 руб. по договору № 735/2000 и 1 547 712 руб. по договору № 1208/03, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Между сторонами 31.12.2008 заключен договор о реструктуризации долга № 483/08 на сумму 13 751 422 руб.

В последующем ввиду неоднократного неисполнения ответчиком своих обязательств истец предлагал ответчику заключать договора о новации, в результате которых сумма задолженности ответчика увеличилась до размера настоящих исковых требований (договор от 30.12.2011, договор от 30.12.2014, договор от 28.12.2017, договор от 16.12.2020).

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО10 (директор истца), ФИО3 (директор ответчика), ФИО2 (супруга ФИО3) и ФИО6 (бывший председатель Совета директоров ответчика) в рассматриваемый период являлись акционерами ответчика.

Абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 102 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

По смыслу части 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

На основании статьи 173 ГК РФ сделка, совершенная юридическим лицом в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в его учредительных документах, может быть признана судом недействительной по иску этого юридического лица, его учредителя (участника) или иного лица, в интересах которого установлено ограничение, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать о таком ограничении.

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 Постановления № 25 разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо                        и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное                   по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать              о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью,               в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок                             в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так            и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

В силу пункта 1 статьи 78 Закона № 208-ФЗ крупной сделкой считается сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением указанных в данной норме сделок.

Исходя из пунктов 1 и 2 статьи 79 Закона № 208-ФЗ, крупная сделка должна быть одобрена советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров в соответствии с настоящей статьей. Решение об одобрении крупной сделки, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет от 25 до 50 процентов балансовой стоимости активов общества, принимается всеми членами совета директоров (наблюдательного совета) общества единогласно, при этом не учитываются голоса выбывших членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Как указано в пунктах 4, 5 и 6 этой же статьи, в решении об одобрении крупной сделки должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной (сторонами), выгодоприобретателем (выгодоприобретателями), цена, предмет сделки и иные ее существенные условия. Если крупная сделка одновременно является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, к порядку ее совершения применяются только положения главы XI настоящего Федерального закона. Крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его акционера. 

Согласно пункту 1 статьи 83 Закона № 208-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

В пункте 1.1 статьи 84 Закона № 208-ФЗ закреплено, что ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий: 1) отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки; 2) лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи.

Одним из обязательных условий для признания сделки с заинтересованностью недействительной является доказанность наличия ущерба интересам общества (пункт 28 Постановления № 27).

В силу пункта 9 Постановления № 27 для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например, сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида деятельности.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.

Доводы кассационных жалоб о доказанности наличия оснований для признания недействительным договора № 309/20 подлежат отклонению судом кассационной инстанции.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив факты неоднократного заключения между сторонами схожих по условиям договоров на протяжении 20 лет, которыми изменялся срок займа и подлежащие начислению проценты, отсутствие доказательств их оспаривания, констатировав, что выдача денежных средств в качестве займов являлась обычной практикой для ответчика, о чем акционеры общества и члены Совета директоров, учитывая длительность периода заключения данных сделок, не могли не знать, признав, что условия по начислению процентов не носят завышенного                        и не разумного характера (проценты определены как 0,5 % к ставке Центрального Банка Российской Федерации, что соответствует инфляционным процессам), оспариваемый договор не содержит значительно более невыгодные условия для ответчика по сравнению с иными ранее заключенными с АО «Тюменский аккумуляторный завод» сделками,                    в отсутствие доказательств, свидетельствующих о причинении значительного ущерба для АО «Завод «Техноприбор» от заключения оспариваемой сделки, а также доказательств того, что заключение данной сделки выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности ответчика, которое приведет к прекращению его деятельности или изменению ее вида, либо существенному изменению ее масштабов, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 6 статьи 79, пункта 1 статьи 84 Закона № 208-ФЗ, пункта 2 статьи 174 ГК РФ, отказав в удовлетворении требования третьих лиц (статьи 4, 9, 64, 65, 67, 68, 75, 81 АПК РФ).

Доводы кассационных жалоб о необоснованности вывода апелляционного суда               об истечении срока исковой давности для оспаривания сделки, о начале течения срока исковой давности не ранее чем с 21.05.2021, отклоняются с учетом следующего.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Согласно пункту 2 Постановления № 27 срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

В силу подпункта 3 пункта 3 Постановления № 27 в тех случаях, когда                                  в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка,                               за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась                           от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов               по сравнению с предыдущим годом).

Суд апелляционной инстанции, установив, что сделки заключались от имени                   АО «Завод «Техноприбор» его единоличным исполнительным органом (директором ФИО3), в отсутствие доказательств наличия сговора между ФИО3                     и истцом в лице ФИО10, учитывая, что передача ответчику денежных средств                 в качестве займов на протяжении длительного периода времени являлась обычной практикой, в отсутствие доводов о не проведении ежегодных собраний акционеров                     и доказательств сокрытия информации об оспариваемой сделке руководителем АО «Завод «Техноприбор» от акционеров, при наличии сведений в бухгалтерском балансе ответчика за периоды 2017-2019 годы о заемных обязательствах общества в размере 37 734 000 руб., а также доступа к документации общества у третьих лиц, являющихся мажоритарными акционерами АО «Завод «Техноприбор», принимая во внимание аффилированность ФИО3 и ФИО2 (супруги), пришел к обоснованному выводу о том, что акционеры общества и члены Совета директоров не могли не знать о всех сделках, совершенных от имени ответчика, в том числе и об оспариваемой сделке, а также о наличии долга перед истцом, определив момент начала течения срока исковой давности на оспаривание сделки с даты ее заключения (16.12.2020), констатировал, что заявители обратились в суд (04.02.2022) за пределами годичного срока исковой давности по оспоримым сделкам.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности»).

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Пунктом 1 статьи 809 ГК РФ предусмотрено, что, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Доводы заявителей жалобы о неправомерности включения ранее начисленных процентов по займу при изменении условий договоров займа в сумму основного долга и последующее начисление процентов на данную сумму были предметом исследования апелляционного суда и мотивированно отклонены с учетом того, что пункт 1 статьи 809 ГК РФ является диспозитивной нормой права и стороны вправе по соглашению определять способ и порядок начисления процентов, что и сделали истец и ответчик, согласовав в сделках порядок начисления процентов за пользование заемными средствами, отличный от предусмотренного пункте 1 статьи 809 ГК РФ.

Кроме того, действующее правовое регулирование также предусматривает, что                               по обязательствам, исполняемым при осуществлении сторонами предпринимательской деятельности, применение сложных процентов за неисполнение денежного обязательства не допускается, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 5 статьи                395 ГК РФ). 

Суд апелляционной инстанции, проверив расчет исковых требований с учетом положений договоров и имеющихся в деле доказательств, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца 35 201 320 руб. 69 коп. основного долга и 1 672 062 руб. 74 коп. процентов, удовлетворив заявленные АО «Тюменский аккумуляторный завод» требования в полном объеме.

По существу доводы кассационной жалобы направлены на переоценку установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств и исследованных доказательств.

Между тем из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Иное толкование заявителями жалоб положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм права.

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом апелляционной инстанции установлены, доказательства исследованы и оценены               в соответствии с требованиями главы 7 АПК РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела не допущено. Постановление отмене не подлежит.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационных жалоб относятся на заявителей в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 20.01.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу                   № А70-268/2022 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             Э.В. Ткаченко

 

Судьи                                                                           А.Н. Курындина

 

ФИО1