Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-110047/2019

07 октября 2020 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 06 октября 2020 года. Полный текст решения изготовлен 07 октября 2020 года.

Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

в составе:

судьи Петровой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению:

заявитель: акционерное общество "Усть-Луга Ойл"

заинтересованное лицо: Северо-Западное управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному  надзору

 

о признании недействительным предписания 

при участии

от заявителя:  ФИО2, доверенность от 14.09.2020.

от заинтересованного лица:  ФИО3, доверенность от 12.12.2019.

установил:

Акционерное общества «Усть-Луга Ойл» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным предписания Северо-Западного управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному  надзору (далее – Управление) от 03.07.2019 № 11-3438-1702/ПР.

Определением 25.02.2020 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу решения суда по делу № А56-73992/2019.

Распоряжением Заместителя председателя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.05.2020 дело передано для рассмотрения в производство судье Петровой Т.Ю.

Протокольным определением от 15.09.2020 производство по делу возобновлено.

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы заявления, представитель Управления поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Как видно из материалов дела, Управление на основании распоряжения от 11.06.2019 № 11-3438/Рк провело плановую выездную проверку в отношении Общества с целью контроля деятельности юридического лица в связи с истечением срока исполнения ранее выданного органом государственного надзора предписания об устранении выявленных нарушений обязательных требований промышленной безопасности от 27.03.2019 № 11-1354-704/ПР.

По итогам проверки составлен акт от 03.07.2019 № 11-3438-4066/А и выдано предписание от 03.07.2019 № 11-3438-1702/ПР.

Не согласившись с данным предписанием, Общество оспорило его в арбитражном суде.

Пункт 1 предписания содержит следующее нарушение: «Не обеспеченыполнота и достоверность сведений, представленных АО «Усть-Луга Ойл»в целях регистрации в государственном реестре опасного производственногообъекта «Площадка нефтебазы по хранению и перевалке нефтии нефтепродуктов» в Северо-Западное управление, а именно: - в сведениях, узлаподготовки    котельного    топлива, входящего в состав опасного производственного объекта, отсутствует информация о сооружении площадки автосливного пункта дизельного топлива поз.68.2/1 (площадка установки автоцистерны): не указаны краткая характеристика и количество опасного вещества (в тоннах); неуказан год изготовления технических устройств».

В соответствии с ч. 5 ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Закон                             № 116-ФЗ) руководитель организации, эксплуатирующей опасные производственные объекты, несет ответственность за полноту и достоверность сведений, представленных для регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 9 Закона № 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана соблюдать положения, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, а также федеральных норм и правил в области промышленной безопасности.

На основании пункта 24 Административного регламента по предоставлению Федеральной службой по экологическому, технологическому и   атомному   надзору   государственной   услуги   по   регистрации   опасных производственных объектов в государственном реестре опасных производственных объектов от 25.11.2016 № 494, основаниями для внесения изменений в сведения, содержащиеся в Реестре, является, в том числе, изменение состава опасного производственного объекта, в том числе, при изменении: количественного и качественного состава технического устройства (замена оборудования или реконструкция, использование на опасном производственном объекте новых (дополнительных) технических устройств, эксплуатация которых дает признак опасности в соответствии с Приложением 1 к Федеральному закону № 116); технологического процесса; признаков или класса опасности опасного производственного объекта.

Таким образом, нарушение, указанное в пункте 1 предписания, вменено Обществу правомерно.

Суд также принимает во внимание, что нарушение, изложенное в пункте 1 настоящего предписания, содержалось также в ранее выданных Обществу предписаниях от 27.03.2019 № 11-1354-704/ПР (пункт 1) и от 31.08.2018 № 326-рн/П (пункт 1), которые вступившими в законную силу решениями по делам № А56-74005/2019, № А56-149580/2018 признаны законными.

Пункт 2 оспариваемого предписания содержит следующее нарушение: «Не аттестовано на право ведения аварийно-спасательных работ нештатное аварийно-спасательное формирование, созданное приказом исполнительного директора ОАО «Усть-Луга Ойл» ФИО4 «О создании НАСФ» от 04.08.2016№ 303».

В соответствии ч. 1 ст. 10 Федерального закона № 116 в целях обеспечения готовности к действиям по локализации и ликвидации последствий аварии организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана заключать с профессиональными аварийно-спасательными службами или с профессиональными аварийно-спасательными формированиями договоры на обслуживание, а в случаях, предусмотренных Федеральным законом № 116, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, создавать собственные профессиональные аварийно-спасательные службы или профессиональные аварийно-спасательные формирования, а также нештатные аварийно-спасательные формирования из числа работников.

В силу требований статьи 12 Федерального закона от 22.08.1995 № 151 -ФЗ «Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей» все аварийно-спасательные службы, аварийно-спасательные формирования подлежат аттестации в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Аварийно-спасательные службы, аварийно-спасательные формирования, не прошедшие аттестацию или не подтвердившие в ходе проверок свою готовность к реагированию на чрезвычайные ситуации и проведению работ по их ликвидации, к обслуживанию организаций по договору не допускаются и к проведению аварийно-спасательных работ не привлекаются.

Приостанавливается в установленном законом порядке полностью или частично деятельность организаций в случае, если подготовка и состояние профессиональных аварийно-спасательных служб, профессиональных аварийно-спасательных формирований, созданных указанными организациями или обслуживающих их по договорам, не отвечают требованиям, установленным законодательством Российской Федерации.».

Нештатное аварийно-спасательное формирование (НАСФ) создано приказом исполнительного директора Общества ФИО4 «О создании НАСФ» от 04.08.2016 № 303, однако оно не аттестовано на право ведения аварийно-спасательных работ.

В рамках рассмотрения дел №А56-74005/2019, А56-149580/2018, вступивших в законную силу, аналогичный пункт ранее выданных предписаний признан законным.

Ссылка Общества на приказ МЧС № 570 от 08.10.2019 не принимается, поскольку на момент выдачи оспариваемого предписания у заявителя имелась обязанность по аттестации на право ведения аварийно-спасательных работ нештатное аварийно-спасательное формирование, созданное приказом от 04.08.2016 № 303.

Таким образом, нарушение, указанное в пункте 2 предписания, вменено Обществу правомерно.

В пункте 3 оспариваемого предписания установлены следующие нарушения: «Насосные станции производственной канализации поз. КНС 79.2, 79.3, 79.4, 79.1, заглубленные более чем на 0,5 м, не оснащены:

- датчиками загазованности с выводом сигнала на пульт помещения управления;

- аварийной    вентиляцией    включающейся    в    случае    достижения загазованности насосной станции 50 % объемных от НКПРП».

Согласно п. 3.6.3 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 № 461, насосные станции производственной канализации, заглубленные более чем на 0,5 м, должны оснащаться датчиками загазованности с выводом сигнала на пульт помещения управления. В случае достижения загазованности насосной станции 50% объемных от НКПРП должна включаться аварийная вентиляция.

Нарушение вышеуказанного пункта подтверждается материалами дела. В рамках рассмотрения дела № А56-74005/2019 данный пункт ранее выданного предписания признан законным. 

Заявителем не представлены доказательства принятия каких-либо мер по устранению нарушений, с ходатайством о продлении срока устранения нарушений Обществом не обращалось.

В соответствии с пунктом 4 предписания Обществу предписано устранить нарушение пункта 1 статьи 9 Закона № 116-ФЗ и пункта 2.2.7 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 07.11.2016 № 461 (далее – Правила № 461).

Согласно пункту 2.2.7 Правил № 461 система трубопроводов должна быть выполнена таким образом, чтобы обеспечить полное освобождение трубопроводов после запорной арматуры от остатков наливаемого или сливаемого продукта.

Коллекторы и продуктопроводы должны быть снабжены дренажными устройствами со сбросом дренируемого продукта в закрытую герметичную систему сбора и утилизации или в специальное техническое устройство, обеспечивающее герметичный прием дренируемого продукта.

В пункте 4 предписания в качестве нарушения указано: дренажные устройства сбора и утилизации нефтепродуктов из коллекторов и продуктоводов на железнодорожных эстакадах № 1,2,3,4 не обеспечивают герметичный прием дренируемого продукта, а именно, дренируемый нефтепродукт собирается в металлические бочки, затем из бочек откачивается вакуумным насосом в автоцистерну.

Вместе с тем, Общество ссылается на то, что описанное в данном пункте предписания замечания не относится к системе дренирования.

Как указывает заявитель, Обществом в соответствии с проектом (подраздел 6 «Технологические решения» Книга 1 И.0.0000.3266.02.01.000-ИОС-ТХ1 Том 5.6.1) на ж/д эстакадах №№1,2,3,4 реализована система, состоящая из шлангов, расширительных бачков и вантузов для выпуска/впуска воздуха. Расширительные бачки с вантузами предназначены для выпуска газовоздушной смеси при заполнении сливного коллектора и запуска воздуха при откачке сливного коллектора до минимального уровня. Данная система является системой развоздушивания, предназначена для удаления воздуха при заполнении ее нефтепродуктом и не является системой дренирования, что подтверждается проектной технологической схемой, где показаны "вантузы для выпуска/впуска воздуха".

В обоснование вышеуказанных доводов Обществом представлен в суд акт экспертного обследования от 04.07.2019 № 07-05/9-2, в котором также отражено, что на железнодорожных эстакадах №№1,2,4 выполнены специальные технические устройства, обеспечивающие герметичный прием дренируемого продукта, для очистки данных дренажных технических устройств для обеспечения герметичного приема подключается вакуумная машина; на железнодорожной эстакаде № 3 для осуществление дренирования коллекторов с учетом уклона используется существующая дренажная емкость Е-10-1, расположенная в насосной станции № 10.1, то есть выполнен сброс дренируемого продукта в закрытую герметичную систему сбора и утилизации. На основании изложенного в акте экспертного обследования от 04.07.2019 № 07-05/9-2 сделан вывод о том, что дренажные устройства сбора и утилизации нефтепродуктов из коллекторов и продуктопроводов на железнодорожных эстакадах №№ 1, 2, 3, 4 обеспечивают герметичный прием дренируемого продукта на объекте АО «Усть-Луга Ойл» «Комплекс наливных грузов» в Морском торговом порту Усть-Луга.

Вышеприведенные доводы Общества Управлением документально не опровергнуты. 

При таких обстоятельствах, поскольку Управлением не доказан факт нарушения Обществом пункта 2.2.7 Правил № 461, суд полагает, что правовые основания для вынесения оспариваемого предписания в части пункта 4 отсутствовали.

Пункт 5 предписания содержит следующее замечание: «Технологический процесс слива темных нефтепродуктов осуществляется с нарушением регламентированных значений, указанных в технологических регламентах (утверждены главным инженером АО «Усть-Луга Ойл», 07.07.2016), а именно:

- на железнодорожной эстакаде №№ 1 и 2 температура теплоносителя (термомасла), поступающего на железнодорожные эстакады № 1 и 2 определена в пределах от 180°С до 190°С, фактически на момент проверки в 15 часов 50 минут 01.08.2018 от 195 до 219°С;

- на железнодорожной эстакаде №4 23.07.2018 в 13.00 часов и 29.07.2018 в 7 часов 20 минут температура мазута на выходе из теплообменников составила более 120°С, при норме по регламенту не более 90°C».

Пункт 6 предписания содержит следующее замечание: «На железнодорожной эстакаде слива светлых нефтепродуктов № 3 не обеспечена возможность подключения системы слива к установкам организованного сбора и утилизации парогазовой фазы при необходимости освобождения системы от этих продуктов».

Пункт 7 предписания содержит следующее замечание: «Не обеспечивается удобство и безопасность эксплуатации, возможность проведения ремонтных работ и принятия оперативных мер по предотвращению аварийных ситуаций или локализации аварий по:

- размещению переходного мостика через трубопровод в районе резервуара поз. 23 (кабельные каналы находятся на высоте ниже человеческого роста, затруднен проход)

- расположение пожарных трубопроводов перед переходными мостками через обвалования на выходе из каре резервуаров поз. 29, 30, 31 (находятся на уровне 1 м от земли, затруднен проход к выходу)».

Пункт 9 предписания содержит следующее замечание: «Размещение, трубопроводной арматуры - задвижек Ду500 на линиях подачи мазута на причал №1 и №2 на трубопроводной эстакаде не обеспечивает удобство и безопасность их эксплуатации, проведения визуального контроля за их состоянием, выполнения работ по обслуживанию, ремонту и замене, и принятия оперативных мер по предотвращению аварийных ситуаций или локализации аварий, а именно:

- задвижки Ду500 поз. 907, 908 размещены непосредственно на опорах».

В отношении вышеуказанных пунктов государственный орган ссылается на нарушение Заявителем пунктов 4.7.2, 4.7.22, 5.2.1, 5.2.2 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Общие правила взрывобезопасности для взрывопожароопасных химических, нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 11.03.2013 №96 (далее - Правила №96). 

Указанные Общие правила № 96 не подлежат применению по отношению к Обществу. 

Согласно п. 1.2 Правил № 96 Правила устанавливают требования, направленные на обеспечение промышленной безопасности, предупреждение аварий и инцидентов на опасных производственных объектах (далее - ОПО) химических, нефтехимических и нефтегазоперерабатывающих производств, на которых получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются опасные вещества, указанные в пункте 1 приложения 1 к Федеральному закону от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», в том числе способные образовывать паро-, газо- и пылевоздушные взрывопожароопасные смеси, кроме конденсированных взрывчатых веществ (далее - ВВ), включая ОПО хранения нефти, нефтепродуктов, сжиженных горючих газов, легковоспламеняющихся и горючих жидкостей.

В соответствии с п. 1.4. Правила устанавливают требования промышленной безопасности к видам деятельности в области промышленной безопасности, к которым относятся проектирование, строительство, эксплуатация, реконструкция, техническое перевооружение, капитальный ремонт, консервация и ликвидация ОПО, указанных в пункте 1.2 Правил. 

Согласно Уставу АО «Усть-Луга Ойл» Общество осуществляет деятельность по перевалке, перегрузке, бункеровке, хранению различных видов нефтепродуктов, масел и иных видов грузов и не является предприятием, осуществляющим химическое, нефтехимическое и нефтеперерабатывающее производство.

Аналогичная правовая позиция указана в Определении Верховного Суда РФ от 15.08.2018 № 303-КГ18-6049 и решении по делу № А56-73992/2019.

Таким образом, пункты 5, 6, 7, 9 предписания являются недействительными.

Пункт 8 предписания содержит следующее замечание: «При наливе светлых нефтепродуктов в танкеры на береговом трубопроводе перед стендерами  на причалах №1, 3  не установлен нейтрализатор статического электричества».

Факт данных нарушений Обществом не отрицается, заявитель только указывает на невозможность устранения данного нарушения в указанный Управлением срок.

Вместе с тем доказательств принятия каких-либо мер для выполнения в установленный срок данного пункта предписания или наличия препятствующих этому объективных причин Общество не представило. Также заявитель не обращался в Управление с ходатайством о продлении срока выполнения данного пункта предписания, в связи с чем основания для удовлетворения заявления в этой части отсутствуют.

Пункт 10 содержит следующее нарушение: «Отсутствуют блокировки по прекращению операций слива и сигнализация, оповещающая о запрете запуска двигателей автомобилей на узле подготовки котельного топлива при превышении концентрации паров нефтепродуктов на площадках слива более 20% объемных от НКПРП (слив дизельного топлива)».

Согласно п. 2.3.15 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утвержденных приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 № 461, при превышении концентрации паров нефтепродуктов на площадках сливоналивных станций и пунктов слива-налива более 20% объемных от НКПРП должны быть установлены блокировки по прекращению операций слива-налива и сигнализация, оповещающая о запрете запуска двигателей автомобилей.

Нарушение вышеуказанного пункта подтверждается материалами дела.

Пункт 11 содержит следующее нарушение: «На автомобильных цистернах, стоящих под сливом на узле подготовки котельного топлива, отсутствует блокировка, исключающая возможность запуска насосов для перекачки нефтепродуктов при отсутствии замкнутой электрической цепи «заземляющее устройство - автомобильная цистерна».

Согласно пункту 2.3.18 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов», утверждённых приказом Ростехнадзора от 07.11.2016 № 461: «Автомобильные цистерны, стоящие под сливом-наливом на автомобильных наливных станциях, пунктах, должны быть заземлены с наличием блокировки, исключающей возможность запуска насосов для перекачки нефтепродуктов при отсутствии замкнутой электрической цепи "заземляющее устройство - автомобильная цистерна".

Материалами дела подтверждается нарушение вышеуказанного пункта.

Таким образом, нарушения, указанные в пунктах 10, 11 предписания, вменены Обществу правомерно.

Суд также принимает во внимание, что аналогичные пункты ранее выданного предписания решением по делу № А56-74005/2019 признаны законными.

В пункте 12 предписания указано: «при возможном попадании в стоки взрывопожароопасных и токсичных веществ не предусмотрены средства контроля и сигнализации за их содержанием на входе в коллектор очистных сооружений».

Согласно пункту 3.6.16 Правил N 461 не допускается прямое соединение канализации загрязненных стоков с бытовой канализацией без гидрозатворов. При возможном попадании в стоки взрывопожароопасных и токсичных веществ предусматриваются средства контроля и сигнализации за их содержанием на входе в коллектор очистных сооружений, а также меры, исключающие попадание этих веществ в бытовую канализацию.

Требования пункта 3.6.16 Приказа N 461 применяются к тем случаям, когда имеет место соединение двух систем канализации (канализации загрязненных стоков и бытовой канализации) и возможность попадания в стоки взрывопожароопасных и токсичных веществ. Именно при наличии такой ситуации требуется установка гидрозатворов и средств контроля и сигнализации за содержанием взрывопожароопасных и токсичных веществ на входе в коллектор очистных сооружений, а также принятие мер, исключающих попадание этих веществ в бытовую канализацию.

Общество указывает, что отсутствует возможность попадания взрывопожароопасных и токсичных веществ в стоки коллектора очистных сооружений, так как системы стоков раздельные и зонированы, при этом системы К-2 располагаются вне зон ОПО, в связи с этим отсутствует необходимость средств контроля и сигнализации за содержанием взрывопожароопасных и токсичных веществ. Кроме того, на выходах систем стоков из насосных станций, резервуарного парка, ж/д эстакад установлены гидрозатворы, что исключает возможность попадания в стоки и коллектор очистных сооружений взрывопожароопасных и токсичных веществ.

Общество представило документы, подтверждающие данные обстоятельств, а Управление опровергающие данные доводы доказательства не представило.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.06.2020 по делу № А56-73799/2019 установлено, что факт отсутствия возможного попадания в стоки взрывопожароопасных и токсичных веществ изначально исключает предъявление требования о выполнении положений пункта 3.6.16 Приказа N 461, а подтверждающие данное обстоятельство документы не могут свидетельствовать об исполнении оспариваемого предписания, поскольку те мероприятия, которые требует выполнить Управление, невозможно исполнить ввиду отсутствия самого объекта, требующего установку средств контроля и сигнализации за содержанием взрывопожароопасных и токсичных веществ.

На основании вышеизложенного, указанный пункт предписания является недействительным.

Таким образом, заявленные требования подлежат частичному удовлетворению.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что требования заявителя подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ с Управления взыскиваются понесенные заявителем расходы по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Признать недействительным предписание Северо-Западного управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 03.07.2019 № 11-3438-1702/ПР в части пунктов 4, 5, 6, 7, 9, 12.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать. 

Взыскать с Северо-Западного управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в пользу Акционерного общества «Усть-Луга Ойл» 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Петрова Т.Ю.