﻿﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2302/2019(2,3)-АК

Дело № А60-60761/2017

09 декабря 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 декабря 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 декабря 2019 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего         Чепурченко О.Н., 

судей                                               Плаховой Т.Ю., Романова В.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Леконцевым Я.Ю.,

при участии:

лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего Ефимова Сергея Александровича, Костякина Ильи Николаевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 июля 2019 года о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего Ефимова С.А. о привлечении к субсидиарной ответственности Костякина Илью Николаевича, Кулясова Владимира Анатольевича,

вынесенное в рамках дела № А60-60761/2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Андромеда» (ОГРН 1116678006224, ИНН 6678006427),

третьи лица: финансовый управляющий Костякина И.Н. – Касьянова Л.А., финансовый управляющий Кулясова В.А. – Фердинанд М.Б., 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2017 принято к производству заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ООО «Андромеда» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве. 

Решением арбитражного суда от 25.12.2017 ООО «Андромеда» (должник) признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утвержден Ефимов Сергей Александрович.

24 августа 2018 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Ефимова С.А. о привлечении контролирующих должника лиц – Костякина Ильи Николаевича, Кулясова Владимира Анатольевича к субсидиарной ответственности.

К участию в данном обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены финансовый управляющий Костякина И.Н. – Касьянова Л.А., и финансовый управляющий Кулясова В.А. – Фердинанд М.Б.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15 июля 2019 года заявление конкурсного управляющего Ефимова С.А. о привлечении к субсидиарной ответственности Костякина Ильи Николаевича, Кулясова Владимира Анатольевича удовлетворено частично. Суд привлек Костякина Илью Николаевича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Андромеда» в размере 11 090 000 руб. Взыскал с Костякина Ильи Николаевича в пользу ООО «Андромеда» 11 090 000 руб. В удовлетворении остальной части заявление конкурсного управляющего Ефимова С.А. отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Ефимов С.А. и Костякин И.Н. обратились с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий Ефимов С.А. в апелляционной жалобе просил определение отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование жалобы указывает на несогласие с выводом суда о том, что Кулясов В.А. (участник общества) не является контролирующим должника лицом; считает, что Кулясов В.А. имея право на инициирование созвать внеочередное общее собрание для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Андромеда» банкротом, не воспользовался своим правом; Кулясов В.А. имел возможность принять меры по переизбранию директора, а при получении противодействия со стороны другого участника – Костякина И.Н. мог потребовать его исключения из числа участников общества в судебном порядке, однако никаких мер  для организации надлежащего управления общества не принял. При этом отмечает, что Кулясов В.А., противоправно действуя совместно с Костякиным И.Н. во вред кредиторам, является контролирующим выгодоприобретателем, извлекшим существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом. В подтверждение факта наличия у общества «Андромеда» по состоянию на 07.02.2017 признаков неплатежеспособности, конкурсный управляющий ссылается на вынесение Железнодорожным районным судом г. Екатеринбурга определения от 07.02.2017 о выдачи исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского суда в связи с нарушением условий мирового соглашения; указанные обстоятельства, по мнению апеллянта, свидетельствует о возникновении у Костякина И.Н. обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом не позднее 07.02.2017. Также управляющий выражает несогласие с утверждением суда о не предоставлении доказательств, что непередача документов общества стала необходимой причиной объективного банкротства и повлекла существенное затруднение проведения мероприятий по формированию конкурсной массы; ссылается на передачу Костякиным И.Н. лишь части истребуемых документов, не включающую в себя документацию, отражающую первичный бухгалтерский учет. Невозможность передачи всей документации мотивировалось нахождением ее в помещении ООО «Складской комплекс ПЭМБИ», куда доступ Костякину И.Н. закрыт, в связи с чем им было заявлено ходатайство об истребовании документации у конкурсного управляющего ООО «Складской комплекс ПЭМБИ» Чу Э.С.; документы на данный момент конкурсному управляющему не представлены. Из бухгалтерской отчетности по итогам 2016 года видно, что общество располагало активами в общем размере 47 494 000 руб., а именно имелись материальные внеоборотные активы на сумму 8 379 000 руб., а также финансовые и другие обороты в размере 39 115 000 руб.; Костякин И.Н. до настоящего времени не представил информацию, позволяющую установить конкретные активы, имеющиеся на балансе общества; его устные пояснения в суде не являются надлежащим способом расшифровки и подтверждения сведений бухгалтерского учета и отчетности. Отмечает, что совокупный размер требований кредиторов составляет 258 679 371,48 руб., что существенно превышает установленный судом размер субсидиарной ответственности – 11 090 000 руб.

Костякин И.Н. в своей апелляционной жалобе просит обжалуемое определение отменить в части удовлетворенных требований, просит его в указанной части отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме. В обоснование апелляционной жалобы, что возможность взыскания с ООО «Добрая Традиция» денежных средств по недействительной сделке не утрачена; признанное судом недействительным перечисление 11 090 000 руб. осуществлено в счет погашения договора займа № 2 от 30.07.2014; реальность договора займа в суде доказана. Также апеллянт отмечает, что по мировому соглашению поручителями и залогодателями являются 12 юридических лиц, имущество юридических лиц реализуется с целью образовавшейся задолженности перед Банком, в подтверждение чего представлены платежные поручения ООО «РЦ ПЭМБИ» и ООО «СК ПЭМБИ»; учитывая совокупную стоимость активов, есть основания полагать, что произойдет полное погашение задолженности перед Банком; ссылается на то, что в рамках дела о признании его банкротом в реестр требований кредиторов также включены требования Банка в размере 258 543 564,13 руб. на том же самом основании, что и в рамках настоящего дела о банкротстве ООО «Андромеда», в связи с неисполнением условий мирового соглашения.

Кулясов В.А. согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего Ефимова С.А. возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения; просит провести судебное заседание в отсутствие его представителя.

Конкурсный управляющий Ефимов С.А. представил письменный отзыв, в котором просил в удовлетворении апелляционной жалобы Костякина И.Н. отказать.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Определением от 16.09.2019 судебное разбирательство было отложено на 14.10.2019 для предоставления Костякиным И.Н. документально обоснованных пояснений в отношении активов ООО «Андромеда», отраженных в бухгалтерской отчетности по итогам 2016 года в размере 47 494 000 руб.

Письменных пояснений Костякиным И.Н. апелляционному суду до начала судебного заседания представлено не было; лица, участвующие в данном споре явку своих представителей в судебное заседание апелляционного суда не направили.

Принимая во внимание приведенные в апелляционных жалобах доводы, отсутствие в материалах дела доказательств передачи конкурсному управляющему документации должника в отношении активов, отраженных в бухгалтерской отчетности по итогам 2016 года в размере 47 494 000 руб., а также письменных пояснений бывшего руководителя ООО «Андромеда» Костякина И.Н. относительно состава указанных активов, учитывая наличие в материалах дела акта приема-передачи № 1 от 09.07.2019, содержащих указание на передачу конкурсному управляющему двух договоров займа, с целью установления всех фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего спора, суд апелляционной инстанции определением от 14.10.2019 отложил судебное заседание на 31.10.2019 для предоставления Костякиным И.Н. соответствующих документально обоснованных пояснений, конкурсным управляющим Ефимовым С.А. договоров займа № 1 от 15.08.2012, № 2 от 30.07.2014, отраженных в акте приема-передачи № 1 от 09.07.2019, а также для обеспечения указанными лицами явки в судебное заседание апелляционного суда.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступили запрашиваемые судом копии договоров займа, а также заявление о проведении судебного заседания в его отсутствие.

Костякиным И.Н. документально обоснованных пояснений относительно активов должника по состоянию на конец 2016 года представлено не было. 

Учитывая представление конкурсным управляющим договоров займа о предоставлении должником займов, суд апелляционной инстанции определением от 31.10.2019 отложил судебное заседание на 03.12.2019 для предоставления бывшему руководителю ООО «Андромеда» Костякину И.Н. дополнительной возможности предоставить суду письменные пояснения с документальным обоснованием относительно состава основных средств в размере 8 379 000 руб. (материальные внеоборотные активы), отраженных в бухгалтерской отчетности ООО «Андромеда» за 2016 год, а также для обеспечения явки в судебное заседание апелляционного суда. 

До начала судебного заседания Костякиным И.Н. документально обоснованных пояснений относительно состава основных средств в размере 8 379 000 руб. (материальные внеоборотные активы), отраженных в бухгалтерской отчетности ООО «Андромеда» за 2016 год, не представлены.

         Лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника учредителями ООО «Андромеда» являются Костякин Илья Николаевич с размером доли 86,7%, Кулясов Владимир Александрович с размером доли 13,3%; руководителем общества – Костякин Илья Николаевич.

Дело о банкротстве в отношении ООО «Андромеда» возбуждено на основании заявления ПАО «Сбербанк России» определением от 16.11.2017; решением арбитражного суда от 25.12.2017 ООО «Андромеда» признано банкротом.

Конкурсный управляющий просит привлечь Костякина И.Н. и Кулясова В.А. солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с:

- неподачей заявления о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества для удовлетворения требований кредиторов,

- не передачей конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, а также иные первичные документы должника,

- совершением сделок должника, признанных судом недействительными, как направленных на причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов.

По мнению конкурсного управляющего Костякин И.Н. в соответствии со ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обязан был обратиться с заявлением о признании общества «Андромеда» несостоятельным (банкротом) не позднее 07.02.2017; данная обязанность Костякиным И.Н. исполнена не была. Дату возникновения обязанности руководителя должника конкурсный управляющий связывает с датой определения Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 07.02.2017 об удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк России» о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского суда в связи с нарушением условий мирового соглашения. 

Удовлетворяя заявленные требования частично, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия у должника по состоянию на 07.02.2017 признаков как неплатежеспособности, так и недостаточности имущества, а также факта того, что не передача Костякиным И.Н. документов должника управляющему стала необходимой причиной объективного банкротства либо существенного затруднения проведения процедуры банкротства. Привлечение Костякина И.Н. к ответственности в размере 11 090 000 руб. судом связано с установлением обстоятельств совершения обществом сделки на указанную сумму с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Исследовав представленные в материалы дела документы в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с неподачей в суд заявления о признании должника банкротом, а также по совершению сделки в последующем признанной недействительной, имели место в2015-2016 годах и феврале 2017 года, при рассмотрении требований в данной части применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени – ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Невыполнение руководителем требований Закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

При этом следует учитывать разъяснения приведенные в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53), согласно которым обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Конкурсный управляющий, определяет дату возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) – как 07.02.2017, с указанием на то, что в указанную дату было вынесено определение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 07.02.2017 об удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк России» (Банк) о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского суда в связи с нарушением условий мирового соглашения, неисполнение которого повлекло обращение Банка в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, из представленных в дело доказательств невозможно установить наличие у должника в данный период признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

При этом, апелляционным судом учтено, что требования Банка возникли к должнику (поручитель, залогодатель), наравне с иными лицами, входящими в группу компаний ПЭМБИ, в связи с чем, принимая во внимание что данная задолженность является групповой, сделать вывод о том, что на момент вынесения судебного акта об обоснованности заявления о выдаче исполнительного листа для исполнения решения третейского суда руководитель должника обязан был знать о возникновении у должника признаков банкротства не представляется возможным.

Более того, как указывалось ранее, установление лишь факта несвоевременной подачи руководителем должника заявления о признании его банкротом не достаточно. Для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, кроме обстоятельств наличия у должника признаков неплатежеспособности на указанную дату необходимо также установить наличие у должника неисполненных обязательств перед кредиторами включенных в реестр, возникших после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, то есть в данном случае после 07.02.2017.

Из имеющегося в распоряжении апелляционного суда реестра требований кредиторов ООО «Андромеда» по состоянию на 21.09.2018, а также размещенных в картотеке арбитражных дел судебных актов усматривается, что требования кредиторов включенных в реестр (Банк и уполномоченный орган) возникли до указанной конкурсным управляющим даты, доказательств обратного суду апелляционной инстанции не представлено, в связи с чем, оснований для привлечения руководителя должника Костякина И.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании общества «Андромеда» в арбитражный суд, судом апелляционной инстанции также не установлено.

Относительно наличия оснований для привлечения Костякина И.Н. к субсидиарной ответственности за совершение недействительной сделки, суд первой инстанции верно исходил из следующего.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В рамках дела о банкротстве должника по заявлению конкурсного управляющего определением от 30.07.2018 признана недействительной сделка ООО «Андромеда» по перечислению в пользу ООО «Добрая традиции» в период с 30.01.2015 по 23.12.2016 денежных средств на общую сумму 11 090 000 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Добрая традиции» в конкурсную массу должника необоснованно перечисленных денежных средств. 

Указанная сделка признана судом недействительной как совершенная в отношении заинтересованного лица без встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и повлекшая существенный вред в связи с необоснованным уменьшением активов на значительную сумму (ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Сведений о возврате обществом «Добрые традиции» в конкурсную массу ООО «Андромеда» необоснованно полученных денежных средств в материалы дела не представлено. Из имеющейся в деле выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 30.09.2018 в отношении ООО «Добрые традиции» усматривается, что указанное общество с марта 2017 года находится в процедуре ликвидации; ликвидатором общества, как и основным его участником (86% доли) является Костякин И.Н.

Относительно требований о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документов, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из указанных в диспозиции данной нормы обстоятельств, в том числе в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как указывалось ранее и следует из материалов дела, основанием для обращения в суд с заявлением о привлечении Костякина И.Н., как бывшего руководителя должника, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника явилось непередача конкурсному управляющему всей документации должника, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов общества «Андромеда».

Согласно п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства в соответствии с постановлением Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Пунктом 2 ст. 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно положениям ст.ст. 6, 7, 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Данная ответственность, в совокупности с обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности формирования конкурсной массы должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Поскольку соответствующая субсидиарная ответственность является гражданско-правовой, она может наступить для субъекта лишь при наличии всей совокупности необходимых для этого условий, а именно противоправного и виновного поведения субъекта, вреда и причинно-следственной связи между таким поведением и наступившим от него вредом (ст.ст. 15, 1064 ГК РФ). 

В силу п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

Осуществляя полномочия руководителя должника Костякин И.Н. обязан был организовать ведение бухгалтерского учета, представлять налоговую отчетность, обеспечивать сохранность первичной документации общества.

Из представленных в материалы дела актов приема-передачи документов ООО «Андрамеда» от 13.02.2019 и № 1 от 09.07.2019 (л.д. 105, 167) апелляционным судом установлено, что Костякиным И.Н. были переданы конкурсному управляющему Ефимову С.А. учредительные документы, налоговая документация, бухгалтерские балансы, книга учета расходов и доходов за 2015 год, отчет о финансовых результатах за 1 квартал 2016 года, сведения о застрахованных лицах и т.п. Первичная документация относительно осуществляемой хозяйственной деятельности должника Костякиным И.Н. управляющему передано не было за исключением двух договоров займа № 1 от 15.08.2012 и № 2 от 30.07.2014.

Из последнего представленного должником в налоговый органа бухгалтерского баланса за 2016 год усматривается наличие у должника следующих активов на сумму 47 494 000 руб., в том числе: материальные внеоборотные активы (основные активы) – 8 379 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы (дебиторская задолженность, векселя, ценные бумаги) – 39 115 тыс. руб.

Из представленных конкурсным управляющим суду переданных ему указанных выше договоров займа усматривается выдача в 2012 и 2014 годах займов юридическим лицам на суммы 50 млн. руб. и 15 млн. руб. со сроком возврата 15.08.2022 и 30.07.2019 соответственно; реальность данных договоров займа не оспорена. На основании указанных документов суд апелляционной инстанции пришел к выводу о передаче конкурсному управляющему первичной документации в отношении отраженных по итогам 2016 года активов, таких как финансовые и другие оборотные активы в размере 39 115 тыс. руб. 

В отношении материальных внеоборотных активов (основные активы) на сумму 8 379 тыс. руб. суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал Костякитну И.Н. суду документально обоснованные пояснения в отношении указанного состава активов ООО «Андромеда», в частности пояснить, что из себя представляют основные средства общества в размере 8 379 000 руб. Также суд обязывал Костякина И.Н. обязать явкой в судебное заседание апелляционного суда для дачи пояснений по возникших у суда вопросам.   

Вместе с тем на протяжении продолжительного рассмотрения судом апелляционной жалобы данные требования суда Костякиным И.Н. так и не были исполнены.

На основании чего, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что не передача первичной документации в отношении основных средств стоимостью 8 379 тыс. руб., повлекло невозможность выявления данного имущества и включения его в конкурсную массу, а также невозможность удовлетворения требований кредиторов за счет данного имущества. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что неисполнение Костякиным И.Н. обязанности по передаче документов привело к невозможности принятия конкурсным управляющим надлежащих мер по формированию конкурсной массы должника и, как следствие, невозможности удовлетворения требований его кредиторов.

При этом, суд апелляционной инстанции полагает ошибочным вывод арбитражного суда об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов основанный на отсутствии у Костякина И.Н. подлежащих передачи документов в связи с заявлением и удовлетворением судом ходатайства об истребовании у конкурсного управляющего ООО «Складской комплекс ПЭМБИ» Чу Эдуарда Сановича документации о присоединении юридических лиц в процессе реорганизации ООО «Андромеда» (ИНН 6678006427), ООО «Океан С!Ц» (ОГРН 1126678015090), ООО «ТС «Стоп-цена» (ОГРН 1116659007960) и ООО «Кассиопея» (ОГРН 1116678006202), за период 2015-2018 г.г., а именно: бухгалтерская и налоговая отчетность; документы первичного бухгалтерского, налогового и товарного учета, акты инвентаризации; кадровая документация (трудовые договоры, личные карточки работников, трудовые приказы); договоры (акты, соглашения и т.п.) и документация об их использовании; журналы выдачи доверенностей, регистрации приказов, приказы; журналы регистрации входящей и исходящей документации; входящие и исходящие письма; учредительные и регистрационные документы, решения участников; печати и штампы; сведения о составе материальных активов, и их размере, мете нахождения, в том числе и залогового имущества, способе хранения, хранителе, документы, подтверждающие обязательства хранителя.

Несмотря на то, что обязанность по передаче документации должника возникла с момента признания должника банкротом (25.12.2017), заявление о привлечении контролирующих должника лиц было подано в суд в августе 2018 года, указанное выше ходатайство было заявлено Костякиным И.Н. только 13.06.2019 (в предпоследнем судебном заседании). После его удовлетворения состоялась передача управляющему документов по акту от 09.07.2019.

При этом, документов, свидетельствующих о том, что Костякиным И.Н. как руководителем должника предпринимались меры по истребованию документации либо по ее восстановлению в деле не имеется.  

Такое поведение ответчика, принимая во внимание возложенные на руководителя обязанности Законом о бухгалтерском учете, может расцениваться судом только как направленное на необоснованное освобождение руководителя должника от ответственности за исполнение возложенных на него обязанностей. 

Указанное выше, является свидетельством о наличии оснований для привлечения Костякина И.Н. к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, также и на сумму 8 379 000 руб. за непередачу документов должника.

Как отмечено судом первой инстанции, в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации.

Согласно ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)      являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)      имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)      извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

Как указывалось ранее, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника учредителями ООО «Андромеда» являются Костякин Илья Николаевич с размером доли 86,7%, Кулясов Владимир Александрович с размером доли 13,3%. Руководителем являлся Костякин Илья Николаевич.

Таким образом, Кулясов Владимир Александрович не является контролирующим должника лицом; доказательств того, что в результате его действий наступило банкротство ООО «Андромеда», либо совершены сделки, влекущие причинение ущерба интересам кредиторов, в деле отсутствуют.    

Кроме того возможность привлечения участника общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу документов возникла в результате введения главы III.2 Закона о банкротстве и внесения соответствующих изменений в положения ст. 9 названного Закона.

Обязанность по передаче документов должника возложена действующим законодательством на руководителя общества-должника, которым Кулясов В.А. не являлся с момента создания организации-должника.

Также конкурсным управляющим не принято во внимание, что Кулясов В.А. не является единоличным исполнительным органом, то есть лицом ответственным за ведение хозяйственной деятельности, заключение сделок и перечисление денежных средств должника. Доказательства того, платежи должника в пользу ООО «Добрая традиция» признанные недействительной сделкой совершались на основании решения принятого Кулясовым В.А. либо в связи с его одобрением в материалах дела отсутствуют (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).  

На основании изложенного суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для привлечения КУлясова В.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

С учетом вышеизложенного, определение арбитражного суда от 15.07.2019 подлежит изменению в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ) с изложением резолютивной части определения в иной редпакции.

При апелляционном обжаловании судебных актов, принятых по результатам рассмотрения требований о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании убытков уплата государственной пошлины действующим законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 15 июля 2019 года по делу № А60-60761/2017 изменить.

Изложить резолютивную часть определения в следующей редакции:

«Привлечь Костякина Илью Николаевича к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Андромеда». 

Взыскать  с Костякина Ильи Николаевича в конкурсную массу должника ООО «Андромеда» 19 469 000 руб.

В оставшейся части в удовлетворении заявления отказать.»

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

 

В.А. Романов