СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2780/2022(5)-АК

Дело № А50-32497/2020

01 февраля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 февраля 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чухманцева М.А., 

судей                                 Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО1,

при участии:

конкурсного управляющего ФИО2 (лично), паспорт;

от ответчика ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 06.08.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика индивидуального предпринимателя ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 18 октября 2022 года, 

о признании недействительной сделкой перечисления денежных средств в пользу ИП ФИО3,

вынесенное в рамках дела № А50-32497/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) ООО "Интерком"  (ОГРН1085902007190, ИНН 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.01.2021 принято заявление общества с ограниченной ответственностью «СВС» (далее – ООО «СВС», заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Интерком» (далее – ООО «Интерком», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.02.2021 (резолютивная часть от 17.02.2021) ООО «Интерком» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на пять месяцев, конкурсным управляющим ООО «Интерком» утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность».

Объявление о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано на федеральном информационном ресурсе – Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 01.03.2021, а также в газете «Коммерсантъ» №39 (7001) от 06.03.2021.

23.07.2021 через систему «Мой Арбитр» в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Интерком» ФИО2 о признании недействительной сделкой – перечисление денежных средств в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 в период с 13.11.2018 по 18.02.2019 в общем размере 1 966 000 руб., применении последствий недействительности сделки в виде взыскания солидарно с ИП ФИО3, ФИО6, ФИО7 в пользу должника денежных средств в сумме 1 966 000 руб. (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.10.2022 заявление конкурсного управляющего ООО "Интерком" ФИО2 удовлетворено частично. Сделки по перечислению денежных средств ЗАО «Росграфит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ИП ФИО3 в общем размере 260 743 609,12 руб., а именно от 13.11.2018 на сумму 77 000 руб., от 29.11.2018 на сумму 223 000 руб., от 29.11.2018 на сумму 77 000 руб., от 04.12.2018 на сумму 300 000 руб., от 19.12.2018 на сумму 300 000 руб., от 20.12.2018 на сумму 300 000 руб., от 20.12.2018 на сумму 60 000 руб., от 15.02.2019 на сумму 317 000 руб., от 18.02.2019 на сумму 312 000 руб. признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО3 в пользу ООО "Интерком"  денежных средств в сумме 1 966 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано. В порядке распределения судебных расходов в с ИП ФИО3 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина по заявлению в сумме 6 000 руб.

Не согласившись с судебным актом, ответчик ИП ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 18.10.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В жалобе заявитель ссылается на отсутствие совокупности оснований для признания сделки недействительной. Указывает на достаточность доказательств, подтверждающих передачу денежных средств ООО «Интерком». По мнению заявителя, в данном случае речь идет не о совершении сделок в ущерб интересам ООО «Интерком», а о возмездном предоставлении денежных средств (фактически - прибыли от деятельности ООО «Интерком») конечному собственнику бизнеса (ФИО6) для их реинвестирования. Факт передачи денежных средств ИП К-вым А,В. за вычетом комиссионных в размере 2 % подтверждается также биллингом телефонных звонков. Отмечает, что сделки были совершены ответчиком при условии детальной проверки добросовестности действий контролирующего лица ООО «Интерком» - ФИО6 Кроме того, считает пропущенным трехлетний срок для оспаривания сделок должника пропущенным, отсутствуют правовые основания для признания прикрываемой сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и ст.ст. 10, 166, 168, 170 ГК РФ. Заявленные конкурсным управляющим основания недействительности сделки охватываются критериями подозрительной сделки, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, наличие у сделки дефектов, выходящих за пределы признаков подозрительной сделки, ни заявителем, ни судом не обосновано, доказательства таких дефектов в материалы дела не представлены. При этом суд самостоятельно вышел за рамки заявленных конкурсным управляющим оснований для оспаривания сделки должника. Совершение указанных сделок при отсутствии признаков неплатежеспособности организации и (или) осведомленности Ответчика о наличии признаках неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника не может рассматриваться как сделка, совершенная в целях причинения ущерба интересами кредиторов должника. Ответчик полагает, что отсутствовали основания для применения последствий недействительности ничтожной сделки в отношении него в силу того, что денежные средства были возвращены им контролирующему лицу должника, оставив за собой лишь комиссионное вознаграждение в размере 39 920 руб. В данном случае, последствия в виде взыскании в конкурсную массу могут быть заявлены в части оставленной ответчиком за собой суммы (39 920 руб.), в остальной части подлежат взысканию непосредственного с ФИО6, поскольку именно ему они были переданы ответчиком лично, либо через иных лиц. Судом не дана оценка доводам и доказательствам ФИО3 в части его добросовестности и раскрытия истинной цели взаимоотношений между ним и должником. Ответчик полностью раскрыл истинную цель совершения сделок, что также влечет освобождение его от ответственности. Полагает возможным применения, в данном случае, по аналогии с нормами Закона о банкротстве, об освобождении от субсидиарной ответственности номинального руководителя.

Отзывов от лиц, участвующих в деле, на апелляционную жалобу не поступило.

В судебном заседании представитель ответчика представил на обозрение суду копию протокола допроса свидетеля ФИО5 от 13.01.2020, заявил ходатайство о приобщении дополнительных пояснений с дополнительными документами.

Ходатайство судом рассмотрено и разрешено с учетом мнения участников процесса в порядке ст. 159 АПК РФ, копия протокола допроса свидетеля ФИО5 от 13.01.2020 принята судом, о приобщении дополнительных пояснений с дополнительными документами отказано.

Представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, конкурсный управляющий доводы апелляционной жалобы поддерживает в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств с ИП ФИО3 и ФИО6

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в силу статей 256, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 01.11.2018 между ООО "Интерком" (грузовладелец) и ИП ФИО3 (перевозчик) заключен договор на перевозку грузов автомобильным транспортом (т.1 л.131), по условиям которого перевозчик обязался в установленные сроки принимать и доставлять вверенные ему грузы в указанные пункты назначения и передать Грузовладельцу либо указанному им лицу (грузополучателю), а Грузовладелец - предъявлять к перевозке груз в обусловленном объеме в течение срока действия настоящего договора и уплачивать перевозчику установленную плату (пункт 1.1 договора).

Расчеты  за перевозки по договору производятся в зависимости от объема и характера перевозок. Стоимость перевозок согласовывается сторонами в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора (п. 3.1 договора).

Между ИП ФИО3 и ООО "Интерком" подписаны акты сдачи-приемки транспортных услуг и перевозки автомобильным транспортом № 70 от 08.11.2018 на сумму 300 000 руб., № 78 от 29.11.2018 на сумму 77 000 руб., № 80 от 03.12.2018 на сумму 300 000 руб., № 84 от 15.12.2018 на сумму 300 000 руб., № 86 от 19.12.2018 на сумму 360 000 руб., № 24 от 15.02.2019 на сумму 317 000 руб., № 26 от 18.02.2019 на сумму 312 000 руб. (т.1 л.132-139).

В ходе процедуры банкротства выявлено перечисление денежных средств с расчетного счета должника за период с 13.11.2018 по 18.02.2019  в пользу ИП ФИО3 в общей сумме 1 966 000 руб.

Полагая, что сделки по перечислению денежных средств совершены в отсутствие встречного исполнения по мнимому договору, что привело к уменьшению конкурсной массы, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющший обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Рассмотрев данное заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания недействительными (ничтожными) сделок по перечислению денежных средств в пользу ИП ФИО3

Не установив оснований для солидарного взыскания денежных средств с ФИО6 и ФИО7, суд первой инстанции применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО3 денежных средств в общей сумме 1 966 000 руб. в пользу должника.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального  и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу части 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки такой вред был причинен;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 Постановления №63).

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 N63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьи 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая, что заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом 12.01.2021, а оспариваемые платежи совершены в период с 13.11.2018 по 18.02.2019, арбитражный суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что сделка заключена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Арбитражным судом не установлено заинтересованности ИП ФИО3 по отношению к ООО «Интерком».

В качестве обстоятельств, указывающих на признаки неплатежеспособности должника, конкурсный управляющий сослался на наличие задолженности ООО «Интерком» перед ООО «Строительное управление № 9» (правопреемник - ФИО8) по договору поставки автотранспортом № Н5 от 27.11.2017 в размере 638 093,50 руб., а также перед ООО «СВС» по договору поставки № 197/19-02 от 11.02.2019 в сумме 2 645 118,00 руб. основного долга. 

В тоже время, с заявлением о взыскании с должника задолженности ООО «Строительное управление № 9» обратилось в суд в 30.01.2019, производство по делу № А50-2528/2019 возбуждено 05.02.2019, 11.03.2019 в рамках данного дела утверждено мировое соглашение между сторонами.

ООО «СВС» обратилось в суд с иском о взыскании задолженности с должника 29.06.2020, производство по делу № А50-15044/2020 возбуждено 29.06.2020.

При этом арбитражный суд верно отметил, что наличие задолженности перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Кроме того, из пояснений ИП ФИО3 следует, что им проводилась проверка добросовестности действий контролирующего лица ООО «Интерком» ФИО6: проведена проверка Банка исполнительных производств (исполнительные производства в отношении должника не были возбуждены), бухгалтерского баланса должника в открытых источниках (на конец 2018 года баланс должника составлял 204 497 000 руб.), а также Картотеки арбитражных дел.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства того, что на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, как и доказательства осведомленности об этом ответчика, заинтересованности ответчика по отношению к должнику.

Вместе с тем, наличие признаков неплатежеспособности и заинтересованности не являются безусловным основанием  для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку необходимо доказать цель причинения и непосредственное причинение вреда правам и законным интересам кредиторов оспариваемой сделкой.

В рассматриваемой ситуации платежи в пользу ФИО3 совершены в отсутствии равноценного встречного предоставления в пользу ООО «Интерком».  

Обращаясь в суд с заявлением об оспаривании платежей, конкурсный управляющий указывал на мнимость договора на перевозку грузов автомобильным транспортом, заключенного между ИП ФИО3 и должником от 01.11.2018, во исполнение которого были совершены спорные платежи.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума ВС Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Из пояснений ИП ФИО3 следует, что договор на перевозку грузов автомобильным транспортом от 01.11.2018 заключен без цели его фактического исполнения, невозможности его исполнения ввиду отсутствия необходимого для перевозки грузов должника транспорта у самого ФИО3

Так, согласно показаниям ИП ФИО3 (протокол допроса свидетеля от 23.12.2019 в рамках уголовного дела № 11901570056001458), в собственности ответчика имеется седельный тягач ФредЛайнер», полуприцеп «Шмиц СКО-24» (рефрижератор-холодильник), «Газон-Некст (рефрижератор); ИП ФИО3 фактически осуществляет перевозки только скоропортящихся продуктов, перевозкой металла, в том числе арматуры, он не занимается; ИП ФИО3 фактически не оказывал транспортные услуги должнику, обналичивал поступившие на его расчетный счет денежные средства и передавал их в офисе ООО "Интерком" ФИО6, ФИО7

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что стороны при заключении договора не имели намерения достичь каких-либо правовых последствий, кроме возникновения несуществующей задолженности перед ФИО3, указанный договор перевозки является мнимым, ничтожным, поскольку предусмотренные данным договором хозяйственные операции между должником и ответчиком в действительности не осуществлялись,

При этом поведение кредитора и должника расценено судом как свидетельствующее о создании формального документооборота в отсутствие факта оказания услуг.

Соответствующая цепочка финансовых операций является единой порочной сделкой, обусловлена единой целью достижения определенного противоправного результата, участники цепочки в необходимой степени осознавали или должны были осознавать свое в ней участие и направленность соответствующих своих действий на достижение некоего противоправного результата (вывод активов (денежных средств) из имущественной сферы должника, обналичивание денежных средств, поступающих на счета должника).

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, ответчиком  каких-либо убедительных доказательств того, что спорные платежи были совершены при предоставлении с его стороны встречного исполнения, также не представлены.

С учетом вышеизложенного, а также того, что перечисление в адрес ИП ФИО3 денежных средств в общем размере 1 966 000 руб. происходило в условиях невозможности исполнения договора на перевозку грузов автомобильным транспортом от 01.11.2018, в результате перечисления спорных платежей во исполнение мнимого договора от 01.11.2018 из конкурсной массы должника выбыло имущество (денежные средства), за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, в отсутствии встречного исполнения, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания спорных платежей недействительными сделками является правомерным. 

Суд апелляционной инстанции, с учетом доказанности факта создания сторонами формального документооборота в отсутствие факта оказания услуг в период с 01.11.2018 по 18.02.2019, приходит к выводу, что действия сторон сводились к достижению противоправной цели – обналичивания денежных средств должника и получения наличных денежных средств через ФИО3 непосредственным контролирующим должника лицом (конечным выгодоприобретателем, бенефициаром) – ФИО6 

Соответственно, спорные платежи совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления, в условиях недоказанности реальности правоотношений между ответчиком и должником, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и под видом исполнения договора на перевозку грузов автомобильным транспортом от 01.11.2018.

Признав сделку недействительной, суд первой инстанции применил последствия ее недействительности в виде взыскания с ответчика ИП ФИО3 денежных средств в размере 1 966 000 руб., не установив оснований для солидарного взыскания денежных средств с ФИО6 и ФИО7 ввиду отсутствия в деле доказательств передачи ФИО3 денежных средств ФИО6 и ФИО7

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда в части применения последствий недействительности сделки.

Из показаний ответчика ИП ФИО3, данных в рамках уголовного дела № 11901570056001458, пояснений его представителя следует, что фактически услуги по договору не оказывались, наличные денежные средства после их поступления от должника на счет ФИО3 снимались последним и передавались наличными ФИО6 (либо ФИО7 для передачи ФИО6); ответчик лишь удерживал «вознаграждение» в размере 2 % от общей обналиченной суммы, общий размер вознаграждения составляет 39 920,00 руб.

Суд первой инстанции признал необходимым запросить в органах полиции материалы уголовного дела № 11901570056001468 и материалы проверки КУСП-6438 от 20.02.2019.

Как следует из протокола допроса свидетеля ФИО5, произведенного в рамках уголовного дела № 11901570056001468, последний являлся в спорный период директором и учредителем ООО «Интерком». При этом, фактически полностью контролировал деятельность и движение денежных средств по счетам ФИО6 Ключ от системы Банк-Клиент хранился у ФИО6 или у других работников ООО «Интерком», но не у ФИО5 Перевод денежных средств ИП ФИО3 осуществляла ФИО9 по указанию ФИО6, документы по указанным переводам у ФИО5 отсутствуют. ИП ФИО3 не был знаком ФИО5

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации).

Таким образом, действующее арбитражно-процессуальное законодательство не содержит ограничений на использование материалов уголовного дела в качестве доказательств в арбитражном процессе. При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда. Аналогичная правовая позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 01.03.2011 N 273-О-О и применена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2014 N 3159/14.

Полученные в уголовно-процессуальном порядке доказательства по уголовному делу являются допустимыми доказательствами, подлежащими оценке наряду с другими доказательствами по делу (статья 75 АПК РФ).

Таким образом, факт передачи ИП ФИО3 денежных средств ФИО6 подтвержден допустимыми доказательствами.

При этом факт передачи ИП ФИО3 денежных средств ФИО7 какими-либо допустимыми доказательствами не подтвержден.

Из вышеприведенной совокупности обстоятельств следует, что ИП ФИО3 и ФИО6, являющийся конечным бенефициаром, действуя совместно, с целью вывода денежных средств из обладания должника осуществили действия, направленные на безвозмездное выбытие имущества из собственности должника в собственность конечного бенефициара, чем злоупотребили гражданскими правами и причинили вред должнику (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Действия ИП ФИО3, ФИО6 носили очевидный противоправный характер, поскольку были направлены на нарушение прав должника с целью собственной имущественной выгоды.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (статья 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

С учетом изложенного, следует признать, что действиями ответчиков ИП ФИО3, ФИО6 должнику причинен вред; должник в рассматриваемых правоотношениях является потерпевшим, названные ответчики отвечают перед должником за причинение вреда солидарно, поскольку вред причинен совместными согласованными незаконными действиями указанных ответчиков (статья 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Подлежащая ко взысканию сумма по существу является возмещением вреда, а не последствием недействительности сделки.

Доводы жалобы о том, что судом первой инстанции не дана оценка доводам и доказательствам ФИО3 в части его добросовестности и раскрытия истинной цели взаимоотношений между ним и должником, что влечет освобождение его от ответственности не имеют правого значения для рассматриваемого спора с учетом вышеизложенных обстоятельств, отклоняются апелляционным судом, поскольку противоправность и виновность действий ФИО3 и ФИО6 подтверждены материалами дела.

Доводы ответчика о пропуске конкурсным управляющим трехлетнего срок для оспаривания сделок должника подлежат отклонению.

В силу статьи 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В абзаце 2 пункта 32 Постановления №63 также разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №60 «О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Пункт 1 статьи 181 ГК РФ определяет начало течения трехлетнего срока исковой давности при предъявлении требования лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, одновременно устанавливает предельный десятилетний срок для оспаривания, который исчисляется со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Таким образом, законодатель связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было узнать, то есть имело фактическую и юридическую возможность узнать о нарушении права.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

В рассматриваемом случае требование о признании оспариваемых платежей недействительными заявлено конкурсным управляющим в качестве единой цепочки взаимосвязанных сделок по выводу имущества должника с целью предотвращения обращения на него взыскания.

Поскольку требование предъявлено конкурсным управляющим 23.07.2021, то срок исковой давности подлежит исчислению со дня, когда конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для признания сделки недействительной, т.е. не ранее даты открытия процедуры конкурсного производства.

Арбитражным судом принято во внимание, что конкурсное производство открыто в отношении должника 12.01.2021, иск заявлен 23.07.2021, т.е. в пределах срока исковой давности. 

Суд апелляционной инстанции находит ошибочным доводы апеллянта о не доказанности совокупности обстоятельств, позволяющих удовлетворить заявленные требования.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Пермского края от 18.10.2022 подлежит изменению в части применения последствий недействительности сделки и распределения судебных расходов в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации госпошлина по апелляционным жалобам относятся на заявителей, поскольку в удовлетворении жалоб отказано.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражный суд Пермского края от 18 октября 2022 года по делу № А50-32497/2020 изменить в части применения последствий недействительности сделки и распределения судебных расходов.

Применить последствия недействительности сделки:

- взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 и ФИО6 в солидарном порядке в пользу ООО «Интерком» денежные средства в размере 1966000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 и ФИО6 в доход федерального бюджета по 3000 руб. государственной пошлины с каждого.

В остальной части определение Арбитражный суд Пермского края от 18 октября 2022 года по делу № А50-32497/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

ФИО10