ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-96260/2024

24 февраля 2026 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 февраля 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Н.Барминой,

судей Ю.М.Корсаковой, С.М.Кротова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.О.Новиковым,

при участии:

от истца: ФИО1 по доверенности от 15.08.2023;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 17.02.2025;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-30074/2025) общества с ограниченной ответственностью «Технополис» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2025 по делу № А56-96260/2024 (судья Нетосов С.В.), принятое

по искуобщества с ограниченной ответственностью «Технополис»

к ФИО3

о взыскании,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Технополис» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании убытков в размере 18 569 000 руб.

Решением суда от 20.10.2025 с ответчика в пользу истца взыскано 770 000 руб. убытков, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, Общество обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт, удовлетворить исковые требования, ссылаясь на то, что экспертное заключение № 310-02-25-СЭ от 30.07.2025 не соответствует требованиям законодательства, поскольку экспертом не исследована возможность размещения на земельных участках нестационарных торговых объектов (далее – НТО), что противоречит виду разрешённого использования участков. Податель жалобы указывает на то, что выводы эксперта ФИО4 противоречат заключению эксперта ФИО8

Н.Е. № 0044.Э.22 от 11.04.2022 по делу № А56-4031/2020, которым установлена площадь частей участков, пригодных для коммерческого использования, в размере 3 945 кв.м., что имеет преюдициальное значение. Истец также ссылается на то, что после возврата земельных участков истцом заключены договоры аренды, подтверждающие реальную возможность коммерческого использования участков. По мнению Общества, рецензия специалиста ФИО5 выявила существенные нарушения в экспертном заключении, которым суд не дал надлежащей оценки и необоснованно отказал в назначении повторной экспертизы.

В отзыве ответчик просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, а также о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы жалобы, представитель ответчика возражал против их удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано 28.12.2017. Основным видом деятельности является аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом.

ФИО3 является учредителем и участником Общества с 28.12.2017, размер доли 33%.

Общество являлось собственником семи земельных участков, расположенных в городе Кудрово Ленинградской области (Всеволожский муниципальный район, Заневское городское поселение), общей площадью 7 901 кв.м., с видом разрешённого использования «земельные участки общего пользования» (кадастровые номера: 47:07:1044001:44769, 47:07:1044001:44786, 47:07:1044001:44789, 47:07:1044001:44792, 47:07:1044001:47903, 47:07:1044001:60956, 47:07:1044001:60957).

Указанные земельные участки были отчуждены по договору купли-продажи от 27.08.2019, заключённому между Обществом и ФИО6, а впоследствии, по договору купли-продажи от 31.01.2020, заключённому между ФИО6 и ФИО7 Вступившим в законную силу постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2022 по делу № А56-4031/2020 договоры купли-продажи признаны недействительными, земельные участки истребованы из чужого незаконного владения ФИО7 в пользу Общества.

Полагая, что в результате неправомерного отчуждения земельных участков, совершённого ответчиком, Общество лишилось возможности извлекать доход от их использования в период с 28.08.2019 по 08.09.2022, истец обратился в суд с требованием о взыскании упущенной выгоды в размере 18 569 000 руб., определённом на основании отчёта независимого оценщика ООО «Центр оценки имущества» № 028-ИШ-0821-Н от 21.08.2024.

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

По делу проведена судебная строительно-техническая экспертиза, по результатам которой эксперт ООО «Северо-Западное экспертное бюро» ФИО4 пришёл к выводу, что общий размер убытков (упущенной выгоды) за спорный период составляет 770 000 руб.

Суд первой инстанции, оценив совокупность представленных доказательств, в том числе экспертное заключение, удовлетворил требования частично, в размере 770 000 руб., отказав в остальной части.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Как следует из пункта 12 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Согласно пункту 14 Постановления № 25 по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

В соответствии с пунктом 3 Постановления № 7, при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ в определении от 19.01.2016 N 18-КГ15-237 отметила, что лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением. Другими словами, взыскатель должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 29.01.2015 N 302-ЭС14-735).

Противоправность действий ответчика установлена вступившим в законную силу постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2022 по делу № А56-4031/2020, которым договоры купли-продажи земельных участков признаны недействительными и участки истребованы из чужого

незаконного владения. Данное обстоятельство в силу части 2 статьи 69 АПК РФ имеет преюдициальное значение и не подлежит повторному доказыванию.

Причинная связь между неправомерным отчуждением земельных участков и утратой Обществом возможности извлекать доход от их использования в спорный период также является доказанной, поскольку в результате действий ответчика истец был лишён владения единственным недвижимым имуществом, составляющим основу его хозяйственной деятельности.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно установил наличие оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения убытков.

Спор между сторонами касается исключительно размера упущенной выгоды.

Для определения размера упущенной выгоды определением суда от 03.04.2025 по делу назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Северо-Западное экспертное бюро» ФИО4 Перед экспертом поставлены вопросы об определении размера убытков (упущенной выгоды) за период с 28.08.2019 по 08.09.2022 с учётом всех обременений и ограничений, о наиболее рентабельном варианте коммерческого использования участков, о возможной стоимости сдачи в аренду без каких-либо улучшений со стороны собственника, а также о необходимых приготовлениях для получения возможности сдачи участков в аренду по наиболее рентабельной ставке.

Согласно экспертному заключению № 310-02-25-СЭ от 30.07.2025 общий размер убытков (упущенной выгоды) за спорный период составляет 770 000 руб. Эксперт установил, что наиболее эффективным использованием земельных участков является размещение на них рекламных конструкций. При этом эксперт указал, что участки находятся в общем пользовании, практически полностью заняты объектами дорожного хозяйства и благоустройства, имеют низкие характеристики землепользования, крайне малую арендопригодную площадь и конфигурацию, не позволяющую использовать их для полноценного коммерческого использования. Арендопригодная площадь под размещение рекламных конструкций определена экспертом не столько исходя из экономической целесообразности и максимальной прибыли, сколько из реальной возможности получить разрешения на установку конструкций в условиях плотной городской застройки и физической возможности их размещения и монтажа.

Суд первой инстанции принял данное заключение в качестве надлежащего доказательства, установив его соответствие требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ. Эксперт предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение содержит подробное описание проведённых исследований, мотивированные, ясные и полные выводы, не содержащие противоречий.

Апелляционный суд соглашается с данной оценкой и не усматривает оснований для иных выводов. Доводы апелляционной жалобы о недостоверности экспертного заключения отклоняются по следующим основаниям.

Истец полагает, что эксперт необоснованно не исследовал возможность размещения на земельных участках нестационарных торговых объектов, что противоречит виду разрешённого использования участков.

Как следует из письменных пояснений эксперта, приобщённых к материалам дела, в пределах исследуемых земельных участков в схеме размещения нестационарных торговых объектов на территории муниципального образования «Заневское городское поселение» Всеволожского муниципального района Ленинградской области согласованные места для размещения НТО отсутствуют. Причина отсутствия таких мест обусловлена конфигурацией участков и плотностью размещения элементов благоустройства и инфраструктуры.

Эксперт пояснил, что согласно критериям, изложенным в Приказе Комитета по развитию малого, среднего бизнеса и потребительского рынка Ленинградской области от 12.03.2019 № 4 (аналогичные критерии содержатся в последующих Приказах от 03.10.2022 № 25-П и от 04.10.2024 № 10-П), не допускается размещение НТО на газонах (без устройства специального настила), площадках (детских, для отдыха, спортивных, транспортных стоянках). Подавляющее большинство площадей озеленения на исследуемых участках непригодно для размещения НТО именно по физическим параметрам. Варианты размещения НТО с нарушением законодательства, в том числе на тротуарах и в иных не предназначенных для этого местах, экспертом обоснованно не рассматривались.

Таким образом, эксперт не проигнорировал вопрос о возможности размещения НТО, а исследовал его и пришёл к мотивированному выводу о невозможности такого размещения в легальном порядке с учётом фактических характеристик земельных участков, действующей схемы размещения НТО и нормативных ограничений. Сам по себе вид разрешённого использования земельных участков («земельные участки общего пользования») не гарантирует возможности размещения на них НТО, поскольку такое размещение обусловлено включением конкретных мест в утверждённую схему размещения НТО, получением соответствующих разрешений, а также физической возможностью размещения объектов с учётом конфигурации участков и наличия на них элементов инфраструктуры.

Истец ссылается на заключение эксперта ФИО8 № 0044.Э.22 от 11.04.2022 по делу № А56-4031/2020, которым, по утверждению истца, установлена площадь частей земельных участков, пригодных для коммерческого использования, в размере 3 945 кв.м., и полагает, что данное обстоятельство имеет преюдициальное значение.

Данный довод несостоятелен. Преюдициальное значение в силу части 2 статьи 69 АПК РФ имеют обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу. Выводы эксперта, изложенные в экспертном заключении по другому делу, сами по себе не являются установленными судом обстоятельствами и не обладают преюдициальной силой. Экспертное заключение является одним из доказательств по делу и подлежит оценке наряду с иными доказательствами в порядке статьи 71 АПК РФ. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы.

Кроме того, экспертизы по делу № А56-4031/2020и по настоящему делу проведены в разное время, в различных целях, с постановкой различных вопросов перед экспертами. Заключение эксперта ФИО8 было подготовлено в рамках спора о признании недействительными договоров купли-продажи и истребовании имущества, тогда как заключение эксперта ФИО4 выполнено непосредственно для определения размера упущенной выгоды с учётом всех обременений и ограничений, действовавших в спорный период.

Истец ссылается на рецензию специалиста ФИО5, согласно которой в экспертном заключении имеются существенные нарушения, и полагает, что суд необоснованно не дал ей надлежащей оценки и отказал в назначении повторной экспертизы.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил данную рецензию. Рецензия, составленная по инициативе одной из сторон спора, не является экспертным заключением в процессуальном смысле, не предусмотрена процессуальным законодательством в качестве средства доказывания и представляет собой частное мнение специалиста относительно работы другого эксперта. Составление критической рецензии на заключение судебного эксперта само по себе не

опровергает выводов экспертизы, назначенной и проведённой в установленном законом порядке с соблюдением процессуальных гарантий объективности и достоверности.

Замечания рецензента о том, что экспертом не исследована возможность размещения НТО и произведены недостоверные расчёты, были проверены судом первой инстанции путём вызова и опроса эксперта в судебном заседании 23.09.2025. Эксперт ФИО4 дал исчерпывающие пояснения по всем поставленным вопросам, обосновал невозможность размещения НТО на исследуемых участках со ссылкой на утверждённую схему размещения НТО, нормативные ограничения и физические характеристики участков, а также разъяснил выбор аналогов для сравнительного подхода.

В соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ повторная экспертиза может быть назначена в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в его выводах. Назначение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Суд первой инстанции, оценив экспертное заключение в совокупности с пояснениями эксперта и иными доказательствами по делу, не установил оснований для сомнений в обоснованности выводов эксперта и правомерно отказал в назначении повторной экспертизы. Суд апелляционной инстанции также не усматривает таких оснований. Несогласие стороны с результатами экспертизы само по себе не является достаточным основанием для назначения повторного исследования.

Истец ссылается на договоры аренды № 03А-ТП/25 от 01.05.2025, № 04А-ТП/25 от 01.05.2025 и договор аренды части земельных участков № 01-РК от 18.11.2024, заключённые после возврата земельных участков, как на доказательства реальной возможности коммерческого использования участков в спорный период.

Данный довод обоснованно отклонён судом первой инстанции и подлежит отклонению судом апелляционной инстанции.

Во-первых, указанные договоры заключены в 2024 - 2025 годах, то есть спустя более двух лет после окончания спорного периода (с 28.08.2019 по 08.09.2022). Условия рынка аренды, градостроительная ситуация, состояние инфраструктуры и нормативное регулирование за прошедший период могли существенно измениться, в связи с чем данные договоры не могут безусловно свидетельствовать о возможности извлечения аналогичного дохода в спорный период.

Во-вторых, истцом не представлены доказательства фактического исполнения указанных договоров: отсутствуют платёжные документы, подтверждающие получение арендной платы, акты приёма-передачи объектов в аренду и иные документы, свидетельствующие о реальности арендных отношений. Само по себе заключение договоров аренды без доказательств их исполнения не подтверждает реальной возможности извлечения дохода.

В-третьих, для взыскания упущенной выгоды в заявленном истцом размере (18 569 000 руб.) истец обязан был доказать, что в спорный период существовала реальная возможность получения дохода в заявленном размере, что им были предприняты конкретные меры и сделаны приготовления для извлечения такого дохода и что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием для его получения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 18-КГ15-237).

Суд первой инстанции обоснованно указал, что истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о принятии каких-либо мер для получения

дохода от использования земельных участков и сделанных с этой целью приготовлений в спорный период.

Из материалов дела не следует, что до отчуждения земельных участков Общество осуществляло какую-либо деятельность по сдаче их в аренду, вело переговоры с потенциальными арендаторами, размещало рекламные объявления о сдаче участков в аренду, обращалось в уполномоченные органы за получением разрешений на размещение рекламных конструкций или НТО, заключало предварительные договоры аренды или совершало иные конкретные действия, направленные на извлечение дохода от использования земельных участков. Никаких сведений о заключении или расторжении договоров аренды в спорный период в материалах дела не содержится.

Отчёт независимого оценщика ООО «Центр оценки имущества» № 028-ИШ-0821-Н от 21.08.2024, на который ссылается истец в обоснование размера упущенной выгоды в сумме 18 569 000 руб., определяет лишь возможный доход от сдачи земельных участков в аренду. Однако результаты оценки, определившие предполагаемый доход от сдачи в аренду объектов недвижимости, сами по себе не свидетельствуют о фактической возможности такой сдачи, не отражают реального коммерческого спроса на данные земельные участки и не доказывают наличие заинтересованности конкретных лиц в заключении договоров аренды. Ничем не подтверждённые расчёты о предполагаемых доходах не могут быть приняты во внимание в качестве доказательства реальной возможности получения дохода в заявленном размере.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что земельные участки имеют вид разрешённого использования «земельные участки общего пользования», практически полностью заняты объектами дорожного хозяйства и благоустройства, имеют низкие характеристики землепользования, крайне малую арендопригодную площадь и конфигурацию, исключающую полноценное коммерческое использование. Данные обстоятельства объективно ограничивают возможности извлечения дохода от использования указанных участков и не позволяют признать обоснованным расчёт упущенной выгоды в сумме 18 569 000 руб., выполненный без учёта указанных ограничений.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно определил размер убытков на основании экспертного заключения и взыскал с ответчика упущенную выгоду в сумме 770 000 руб., отказав в удовлетворении требований в остальной части.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, фактически свидетельствуют о несогласии с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 110, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение арбитражного суда первой инстанции от 20.10.2025 оставить без

изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий	 И.Н. Бармина

Судьи	 Ю.М. Корсакова

С.М. Кротов