ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3150/2021

Дело № А41-86701/19

31 марта 2021 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  29 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 марта 2021 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от арбитражного управляющего ФИО2 - ФИО3, доверенность № 77 А В 9229554 от 17.10.2018; 

от ФИО4 - ФИО5, доверенность № 50 А Б 4265465 от 29.09.2020;

от ООО "АвтоТрансЛогистикс" - ФИО6, доверенность 01/2019 от 29.11.2019; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом. 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Автотранслогистик» на определение  Арбитражного суда Московской области  от 11 января 2021 года по делу №А41-86701/19, по иску заявлению   конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДЗМ», 

УСТАНОВИЛ:

решением суда от 29 ноября 2019 года ликвидируемый должник - общество с ограниченной ответственностью «ДЗМ» (далее – ООО «ДЗМ») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Конкурсный управляющей ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО4 и взыскании с него 7 109 839 руб. 76 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 11 января 2021 года (резолютивная часть объявлена 02.11.2020) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Автотранслогистик» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268, 272 АПК РФ. 

В судебном заседании представители ООО «Автотранлогистик» и конкурсного управляющего поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы. 

Дело рассмотрено в соответствии с нормами ст. ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в судебном заседании, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации в картотеке арбитражных дел http://kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения лиц, участвующих в судебном заседании, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Согласно подпункту 1 пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «ДЗМ» зарегистрировано в качестве юридического лица 08 декабря 2015 года. Руководителем и учредителем должника с момента регистрации и до 09 августа 2018 года являлся ФИО4

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должника указал, что контролирующим должника лицом не производилось погашение задолженности перед уполномоченным органом, соответственно, данные действия генерального директора нельзя признать добросовестными; в то же время, ФИО4 перечислены на свой счет денежные средства с назначением платежа «по договору займа» в размере 5 625 000 000 руб., на счет своей супруги ФИО7 - в размере 1 036 551 руб. с назначением платежа « внесение денежных средств на пополнение текущего счета для погашения кредита», « частичное перечисление денежного займа на карту…»; кроме того, ФИО4 и ФИО7 отчуждено имущество – автотранспортные средства и приобретено в собственность недвижимое имущество, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд указал, что в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не представлено доказательств, что несостоятельность должника вызвана виновными действиями ФИО4, в связи с чем заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

При этом, по смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в период совершения действий.

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается конкурсный кредитор, имели место в период до и после сентября 2017 года, к спорным правоотношениям в части проверки доводов управляющего по данным основаниям Закон о банкротстве применяется в редакциях Федерального Закона № 134-ФЗ, Федерального закона № 266-ФЗ.

         В свою очередь, положения ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Закона о банкротстве 134-ФЗ аналогичны положениям 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу пункта статьи 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 упомянутой нормы права, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (п. 1 статьи 10 Закона о банкротстве, статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности применительно к статье 61.11 Закона о банкротстве, поскольку конкурсным управляющим не приведено доводов о том, в результате каких действий и (или) бездействия ФИО4 должник признан несостоятельным (банкротом). Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что ФИО4, являясь генеральным директором Общества, совершил действия, направленные на вывод активов Общества, произвел отчуждение имущества, принадлежащее должнику, не получив при этом равноценного встречного предоставления, совершил иные действия, следствием чего явилось банкротство Общества. В своем заявлении, конкурсный управляющий указал на факт непогашения Обществом задолженности перед   уполномоченным органом, на отчуждение ФИО4 автотранспортных средств, при этом не представлено доказательств того, что упомянутые автотранспортные принадлежали Обществу, не указаны договоры, на основании которых произведено отчуждение, в связи с чем, невозможно проверить данные сделки на предмет их соответствия действующему законодательству. Факт приобретения ФИО4 недвижимого имущества также невозможно соотнести с банкротством должника.

Между тем,   судом первой инстанции не приняты во внимание следующие обстоятельства.

Как указал конкурсный управляющий, генеральным директором ФИО4 в период с 2016 по 2018 гг. перечислены на свой счет денежные средства с назначением платежа «по договору займа» в размере 5 625 000 000 руб., на счет своей супруги ФИО7 - в размере 1 036 551 руб. с назначением платежа « внесение денежных средств на пополнение текущего счета для погашения кредита», « частичное перечисление денежного займа на карту…». В свою очередь доказательств наличия  заемных обязательств между должником и данными лицами, равно как и доказательств возврата указанных денежных средств либо их расходования на нужды Общества, материалы дела не содержат. Таким образом, действия ФИО4 по необоснованному списанию денежных средств нельзя признать добросовестными.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий указывал,  что ФИО4 в отсутствие первичных оправдательных документов были списаны на свой счет и на счет своей ФИО7 денежные средства.

           Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, при этом оно обязано возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Аналогичные положения закреплены в статье 44 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" №14-ФЗ, согласно которой члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В пункте 2 данной статьи установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии со статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, установленная приведенными правовыми нормами, в том числе нормами Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В пунктах 1 - 2 Постановления №62 разъяснено, что именно истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Как указано выше и следует из материалов дела, генеральным директором ФИО4 в период с 2016 по 2018 гг. (в трехлетний период подозрительности) перечислены на свой счет денежные средства с назначением платежа «по договору займа» в размере 5 625 000 000 руб., на счет своей супруги ФИО7 - в размере 1 036 551 руб. с назначением платежа «внесение денежных средств на пополнение текущего счета для погашения кредита», «частичное перечисление денежного займа на карту…».

Межу тем, доказательств наличия правоотношений, вытекающих из договоров займа, равно как и доказательств их возврата, материалы дела не содержат.

Кроме того, в материалы дела не представлен кредитный договор, в счет  погашения которого были перечислены денежные средства ФИО7, отсутствуют доказательства его погашения ФИО7, равно как и доказательства того, что указанный кредитный договор был заключен самим Обществом для целей осуществления им своей хозяйственной деятельности.

В обоснование правомерности перечисления упомянутых денежных средств, ответчик указал на факт погашения им текущей кредиторской задолженности перед физическими лицами по гражданско – правовым договорам, в соответствии с которыми Исполнители (физические лица) брали на себя обязательства в рамках выполнения договоров подряда работ для целей финансово-хозяйственной деятельности должника. В обоснование данного довода ответчиком представлены копии договоров, заключенных с физическим лицами, актов выполненных работ.

Между тем, экономическая целесообразность таких правоотношений, ответчиком не раскрыта. Доказательств того, что упомянутые договоры заключались для целей финансовой-хозяйственной деятельности должника, материалы дела не содержат.

В материалы дела не представлена бухгалтерская документация, в которой отражалась финансово-хозяйственная деятельность должника, в том числе, по указанным договорам. Доказательств оплаты материалы дела также не содержат. 

Ответчиком не представлено документально обоснованных пояснений относительно целесообразности  оплаты договоров полученными в займ у Общества денежными средствами, а не оплаты выполненных работ в интересах Общества самим Обществом.

Иные первичные документы, обосновывающие оспариваемые перечисления в материалы дела не представлено. 

Бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора в случае его отказа от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), (абзац пятый пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Апелляционная коллегия считает, что Ответчик, проявляя разумную осмотрительность и добросовестно исполняя обязанности директора общества, не должен совершать действий, влекущих распоряжение имуществом общества без соответствующих правовых оснований и экономической целесообразности, в частности, в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Между тем, доказательств обратного материалы дела не содержат.

            Вопреки доводам ФИО4 представленные документы не свидетельствуют о правомерности расходования денежных средств должника. 

В соответствии со статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации.

В соответствии с пунктом 4 статьи 4 Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" правила расчетов в Российской Федерации устанавливает Банк России.

Исходя из смысла абзаца 1 пункта 6.3 Указаний Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства", денежные средства под отчет могут быть выданы только на расходы, связанные с осуществлением деятельности юридического лица.

В силу положений статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации, расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки).

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно абзацам 1 и 2 пункта 6.3 указания Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" для выдачи наличных денег работнику под отчет (далее - подотчетное лицо) на расходы, связанные с осуществлением деятельности юридического лица, индивидуального предпринимателя, расходный кассовый ордер оформляется согласно распорядительному документу юридического лица, индивидуального предпринимателя либо письменному заявлению подотчетного лица, составленному в произвольной форме и содержащему запись о сумме наличных денег и о сроке, на который выдаются наличные деньги, подпись руководителя и дату.

Подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами.

В рассматриваемом случае денежные средства были перечислены Должником на карту ФИО4 и ФИО4 в отсутствие первичных оправдательных документов. Доказательств обратного не представлено.

В то же время указанные денежные средства могли быть направлены на погашение возникшей задолженности перед контрагентами Общества, в том числе, перед уполномоченным органом.

Таким образом, действия ФИО4 по перечислению денежных средств самому себе и ФИО7, в то же время последующее не исполнение обязательств перед третьими лицами, нельзя признать добросовестными. Доводы ответчика о наличии активов у должника достаточных для погашения возникшей задолженности, в том числе, перед уполномоченным органом, не может свидетельствовать о правомерном перечислении денежных средств ФИО4, ФИО7 в отсутствие первичных оправдательных документов, при том, что возникшая задолженность у Общества так и не была погашена.

Оснований полагать, что, перечисляя денежные средства на свой счет и счет ФИО7, генеральный директор действовал добросовестно и разумно в интересах возглавляемого им Общества, исходя из целей его деятельности, а также отсутствия оправдательных документов их расходования на деятельность Общества и доказательств возврата этих средств, у апелляционного суда не имеется. 

Таким образом, суд находит ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что отсутствуют доказательства недобросовестности действий ФИО4

Между тем, судом установлено, что определением Арбитражного суда Московской области от 09 ноября 2020 года конкурсное производство в отношении общества с ограниченной ответственностью «ДЗМ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) завершено. В ЕГРЮЛ 21.01.2021 внесена запись о прекращении деятельности Общества, в связи с его ликвидацией на основании определения Арбитражного суда Московской области о завершении конкурсного производства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 19 Постановления Пленума ВС РФ N 35 от 22.06.2012, если в рамках дела о банкротстве суд рассмотрел заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, заявление о привлечении лица к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона или требование кредитора в порядке статей 71 или 100 Закона и принял по результатам его рассмотрения определение по существу, то последующее прекращение производства по делу о банкротстве не препятствует рассмотрению апелляционной или кассационной жалобы на указанное определение, а также заявления о пересмотре в порядке надзора этого определения. Если в таком случае суд вышестоящей инстанции отменит ранее принятое определение, то названные заявления подлежат оставлению этим вышестоящим судом без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

          С учетом установленных обстоятельств и разъяснений, изложенных выше, определение Арбитражного суда Московской области от 11 января 2021 года подлежит отмене, заявление конкурсного управляющего ФИО2-  оставлению без рассмотрения. 

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, п.3 ч.4 ст. 272, п.1 ч.1 ст. 270, ст. 271, ст.148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 11 января 2021 года по делу №А41-86701/19 отменить. Заявление конкурсного управляющего ФИО2 оставить без рассмотрения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

 

Судьи

М.В. Досова

 В.П. Мизяк