АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело № А36-7157/2017

г. Калуга

21 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 сентября 2022 года

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н.,

судей Андреева А.В., Ивановой М.Ю., 

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО1, представителя ФИО2 по доверенности от 26.06.21,

от ООО «ОДСК-Л2» - представителя ФИО3 по доверенности от 13.05.22                     № 835-Л2, 

в отсутствие иных участвующих в обособленном споре лиц, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ОДСК-Л2» на определение Арбитражного суда Липецкой области от 12.11.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по делу № А36-7157/2017, 

УСТАНОВИЛ:

в рамках рассматриваемого Арбитражным судом Липецкой области по правилам §7 гл. IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – закон № 127-ФЗ) дела несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Эксстроймаш» (далее - должник),  общество с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «ОДСК-Л2» (далее - общество) и ФИО1 обратились в суд с заявлениями о разрешении возникших между ними и конкурсным управляющим должника ФИО4 (далее – управляющий) разногласий относительно удовлетворения требований ФИО1, включенных в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченных залогом имущества. Заявления были совместно рассмотрены судом в одном производстве.

Общество просило разрешить разногласия следующим образом: 

- указать на отсутствие у конкурсного кредитора – общества, обязанности произвести передачу залоговому кредитору - ФИО1, нежилое помещение № 8, расположенное на 1 этаже общей площадью 51,3 кв. м, в том числе торговой площадью 36,6 кв. м, находящееся в многоквартирном жилом доме № 9 со встроенно-пристроенными предприятиями торговли, бытового обслуживания и подземной автостоянкой в 32, 33 микрорайонах в Октябрьском округе г. Липецка (далее – спорное нежилое помещение);

- определить порядок удовлетворения требований залогового кредитора До-            рониной И.И. в сумме 2 308 500 руб., обеспеченных залогом спорного нежилого помещения, путем оплаты указанной суммы со стороны общества (с учетом произведенного 11.10.21 в порядке ст. 49 АПК РФ и принятого судом уточнения, т.2, л.д. 111-114).

ФИО1 просила разрешить разногласия между нею, как залоговым кредитором, конкурсным управляющим должника и обществом – как конкурсным кредитором, определив порядок удовлетворения ее требований кредитора путем передачи ей спорного нежилого помещения в натуре (т.1, л.д. 2-3).

Определением суда первой инстанции от 12.11.2021, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.22, разногласия разрешены путем передачи ФИО1 спорного нежилого помещения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой, с учетом дополнительных пояснений, просит их отменить в связи с нарушением и неправильным применением судами при их принятии норм материального и процессуального права, неполным выяснением судами обстоятельств дела и несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела, и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1 и управляющий возражают против ее удовлетворения, ввиду законности обжалуемых судебных актов. 

Кассационная жалоба рассматривается Арбитражным судом Центрального округа в установленном гл. 35 АПК РФ порядке.

Участвующие в обособленном споре лица, за исключением общества и ФИО1, своих представителей в судебное заседание не направили, о его проведении извещены надлежаще, в связи с чем и на основании ч.3 ст. 284 АПК РФ судебное заседание проводится в их отсутствие.

В судебном заседании представитель общества настаивал на отмене обжалуемых судебных актов и направлении обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции, сославшись приведенные кассационной жалобе с дополнениями к ней доводы.

Представитель ФИО1 в судебном заседании возражал против отмены обжалуемых судебных актов, поддержав приведенные в отзыве на кассационную жалобу с дополнениями к нему доводы, настаивал на правильности вывода судов о необходимости удовлетворения требований ФИО1 путем понуждения общества к передаче ей спорного нежилого помещения с учетом положений ст. 8 ГК РФ, ввиду передачи обществом нежилого помещения другому кредитору должника со сходными требованиями.

Проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, суд округа признал их подлежащими отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции, исходя из следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 11.08.14 между должником (застройщик) и ФИО1 (дольщик) заключен договор участия в долевом строительстве № 33/9-8-НЖ (далее – ДДУ), по условиям которого должник обязался в предусмотренный договором срок осуществить строительство 13-ти этажного жилого здания       № 9 со встроено-пристроенными предприятиями торговли, бытового обслуживания и подземной автостоянкой в 32, 33 микрорайонах в Октябрьском округе г. Липецка (этап 2.1 - блок секции № 1 и 2 с предприятиями торговли, бытового обслуживания и подземной автостоянкой вдоль ул. Свиридова) (далее – дом № 9) и в течение четырех месяцев после крайнего срока, указанного в п. 1.3, выплаты цены договора, указанной в п. 2.1 договора, в полном объеме передать ФИО1 по акту приема-передачи спорное нежилое помещение № 8 (адрес строительный) общей площадью по проекту 51,3 кв.м. (в том числе торговой площадью 36,6 кв.м.), а ФИО1 - уплатить обусловленную договором цену объекта долевого строительства и принять объект долевого строительства в соответствии с условиями договора (п. п. 1.1, 1.2).

Срок ввода в эксплуатацию дома - IV квартал 2016 года, либо ранее установленного срока (п. 1.3 договора).

В силу п. 2.1 договора, стоимость объекта долевого строительства - 2 308 500 руб., и она должна быть уплачена ФИО1 должнику в срок до 25.12.16.

14.08.14 осуществлена государственная регистрация указанного договора.

14.08.17 определением суда первой инстанции принято заявление ФИО5 о признании должника банкротом, возбуждено производство по настоящему делу.

01.09.17 определением суда первой инстанции к процедуре банкротства должника применены правила §7 гл. IX закона № 127-ФЗ.

31.10.17 между должником и ФИО1 заключено соглашение б/н о проведении взаимозачета встречных требований, согласно которому зачтены: задолженность ФИО1 перед должником на сумму 2 308 500 руб. по ДДУ от 11.08.14, и задолженность должника перед ФИО1 на сумму 2 308 500 руб. по договорам беспроцентного займа б/н от 07.05.15 (2 214 000 руб.) и от 11.08.14 (94 500 руб.) на ведение должником хозяйственной деятельности, по которым, согласно квитанциям к приходным кассовым ордерам от 07.05.15 и от 11.08.14, заемные средства в сумме 2 308 500 руб. были переданы ФИО1 должнику в наличной форме.

07.11.17 (полный текст от 13.11.17) определением суда первой инстанции в отношении должника введена процедура наблюдения.

14.01.19 (полный текст от 15.01.19) решением суда первой инстанции должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

30.09.19 определением суда первой инстанции на основании ст.ст. 201.10, 201.15 закона № 127-ФЗ удовлетворено заявление общества о намерении приобрести права на объект незавершенного строительства - дом № 9 (степень готовности 65%), застройщиком которого является должник. 

22.10.19 определением суда первой инстанции на основании ст.ст.201.15, 201.15.1,  201.15.2 закона № 127-ФЗ обществу переданы: 1) имущество должника - объект  незавершенного строительства - дом № 9 с правом аренды на предназначенный для его размещения земельный участок; 2) обязательства должника-застройщика перед участниками строительства по передаче помещений, находящихся в доме № 9.

20.01.20 на основании указанного определения суда первой инстанции от 22.10.19 между должником (застройщик) и обществом (приобретатель) заключен договор № 9Д «передачи объекта незавершенного строительства, прав на земельный участок, предназначенный для его размещения, и обязательств застройщика перед участниками строительства, требования которых включены в реестр требований о передаче жилых помещений и машино-мест», государственная регистрация которого произведена 04.02.20.

25.03.21 обществу Департаментом градостроительства и архитектуры администрации города Липецка (далее - департамент) выдано разрешение № 48-42 701 000-19-2021 на ввод в эксплуатацию домов №№ 4, 9.

07.04.21 ФИО1 обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) ее требования к должнику по ДДУ в сумме      2 308 500 руб., как обеспеченного залогом спорного нежилого помещения общей площадью по проекту 51,3 кв.м. (в том числе торговой площадью 36,6 кв.м.).

02.07.21 определением суда первой инстанции в четвертую очередь реестра включено требование ФИО1 к должнику в сумме 2 308 500 руб., как обеспеченное залогом спорного нежилого помещения.

После включения требований ФИО1 к должнику в реестр,  общество (27.07.21) и ФИО1 (05.08.21) обратились в суд первой инстанции с рассмотренными в настоящем обособленном споре заявлениями о разрешении разногласий относительно удовлетворения требования ФИО1 к должнику, обеспеченного залогом спорного нежилого помещения.

ФИО1 требовала разрешить разногласия путем передачи ей спорного нежилого помещения в натуре, ссылаясь на то, что она является участником долевого строительства, что обязательства по передаче обществу спорного нежилого помещения переданы обществу определением от 22.10.19, что дом № 9 введен в эксплуатацию, и что общество уже передало нежилое помещение в натуре другому кредитору должника, требования которого в денежной форме включены в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные залогом данного нежилого помещения.

Общество просило разрешить разногласия путем признания отсутствующей у общества обязанности передать ФИО1 спорное нежилое помещение в натуре, и разрешить разногласия путем выплаты ФИО1 2 308 500 руб. - полной суммы денежного обязательства, с которым она включена в реестр требований кредиторов должника, ссылаясь на отсутствие у  ФИО1 в настоящем деле статуса участника строительства в смысле закона № 127-ФЗ, включение требований ФИО1 в реестр после передачи обществу дома № 9 и обязательств должника-застройщика определением от 22.10.19, а также положения ст.ст. 365, 364-367 ГК РФ, поскольку общество выступает залогодателем в отношении спорного нежилого помещения, залогом которого обеспечено требование ФИО1 к должнику при его включении в реестр.

Суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст. 60, п.п. 2 п. 1 ст. 201.1, п. 1 ст. 201.4 закона № 127-ФЗ, ст. 8 ГК РФ, признали разногласия подлежащими разрешению путем передачи ФИО1 спорного нежилого помещения в натуре, мотивировав данный вывод тем, что дом № 9 введен в эксплуатацию, что обязанность должника по передаче спорного нежилого помещения перед ФИО1, как участником строительства, перешла к обществу на основании определения суда первой инстанции от 22.10.19 о передаче обязательств первоначальным застройщиком новому, а также на то, что отказ  общества от передачи ФИО1 спорного нежилого помещения в натуре противоречит сложившейся практике, согласно которой общество уже передало в натуре нежилое помещение другому кредитору должника с аналогичными требованиями (ФИО6).

Вместе с тем, выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии у ФИО1 в деле о банкротстве должника статуса участника строительства, равно как и о том, что определением от 22.10.19 суд первой инстанции передал обществу обязательства должника по передаче ФИО1 в натуре спорного нежилого помещения, являющегося предметом заключенного между ФИО1 и должником ДДУ, противоречат как принятым судом первой инстанции и вступившим в законную силу определениям от 02.07.21 о включении требований ФИО1 в реестр, и от 22.10.19 о передаче обязательств первоначальным застройщиком новому, так и применимым к спорным правоотношениям нормам права, приведенным судом первой и в указанных определениях.

В частности, особенности банкротства должника-застройщика, установлены                 § 7 гл. IX закона  № 127-ФЗ, который, применительно к выступающим предметом настоящего обособленного спора правоотношениям, должен применяться с учетом изменений, внесенных Федеральным законом № 478-ФЗ от 25.12.18 (далее – закон № 478-ФЗ) и Федеральным законом от 27.06.19 № 151-ФЗ (далее – закон № 151-ФЗ), поскольку к моменту вступления его в законную силу расчеты с кредиторами должника третьей очереди в настоящем деле начаты не были (п. 3 ст. 8 закона № 478-ФЗ, п. 17 ст. 16 закона № 151-ФЗ).

В силу п.1 ст. 201.4  закона № 127-ФЗ (в применимой к спорным правоотношениям редакции), с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении застройщика, требования о передаче жилых помещений, требования о передаче машино-мест и нежилых помещений, в том числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного § 7 гл. IX закона  № 127-ФЗ порядка предъявления требований к застройщику. 

В соответствии с п.п. 2 п.1 ст. 201.1 закона № 127-ФЗ, в регулируемых законодательством о банкротстве правоотношениях под участником строительства понимается физическое лицо, имеющее к застройщику требование о передаче жилого помещения, требование о передаче машино-места и нежилого помещения или денежное требование, а также юридическое лицо, Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование, имеющие к застройщику требование о передаче жилого помещения или денежное требование.

Исходя из положений п.п. 3.1 п.1 ст. 201.1 закона № 127-ФЗ, под нежилым помещением понимается нежилое помещение, площадь которого не превышает 7 кв.м.

Таким образом, применимая к спорным правоотношениям редакция закона                     № 127-ФЗ в деле о банкротстве застройщика не рассматривает в качестве участника строительства кредитора, имеющего к застройщику-должнику на основании заключенного с ним договора долевого участия в строительстве требование о передаче нежилого помещения свыше 7 кв.м., и не предусматривает передачу такому кредитору в процедуре банкротства должника-застройщика нежилого помещения в натуре.

Нормы § 7 гл. IX закона № 127-ФЗ не допускают включения в реестр должника-застройщика требования о передаче нежилого помещения. Лица, вложившие свои средства в приобретение нежилых помещений (будущих торговых, офисных, и проч.), законодательно лишены возможности потребовать от несостоятельного застройщика неденежного исполнения имущественного характера (передать нежилые помещения в натуре).

Вместе с тем, такое требование может быть трансформировано в денежное, и удовлетворено в общем порядке, предусмотренном правилами ст.ст.134, 142 закона № 127-ФЗ.  Соответственно, такие кредиторы застройщика-должника, заключившие с ним договор долевого участия в строительстве в отношении нежилого помещения свыше 7 кв.м., вправе лишь заявить требование о включении в реестр денежного требования на общих основаниях, которое подлежит включению в четвертую очередь реестра  (п.п. 4 п.1 ст. 201.9 закона № 127-ФЗ).

Сходное толкование норм закона № 127-ФЗ следует и из разъяснений в п. 34 постановления Пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", согласно которым с момента открытия конкурсного производства происходит трансформация неденежного требования о передаче имущества должником-застройщиком в денежное требование по возврату должником оплаты, полученной от кредитора по договору долевого участия до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, законом № 127-ФЗ установлено, что физическое лицо, заключившее с застройщиком договор долевого участия в строительстве, предметом которого является нежилое помещение площадью более 7 кв.м., в деле о банкротстве (несостоятельности) застройщика не расценивается как участник строительства, и его требования к должнику-застройщику удовлетворяются не путем передачи ему в натуре соответствующего нежилого помещения, а преобразуются в денежные требования.

При этом, вопрос о проверке конституционности п.п. 2, 3, 3.1 п. 1 ст. 201.1 закона              № 127-ФЗ неоднократно ставился в жалобах, направляемых в Конституционный Суд Российской Федерации (далее – КС РФ) лицами, заключившими с должниками-застройщиками договоры долевого участия в строительстве в отношении нежилых помещений, и настаивающим на наличии у них статуса участника строительства в деле о банкротстве застройщика, а также на тождественности их требований в  деле о банкротстве с требованиями лиц, имеющих требование к должнику о передаче жилого помещения.

Отказывая в принятии данных жалоб к рассмотрению, КС РФ ссылался на то, что  сами по себе указанные нормы закона № 127-ФЗ, направленные, в том числе на предоставление дополнительных гарантий лицам, имеющим требование о передаче жилого помещения, и, следовательно, на реализацию их прав, гарантированных ст. 40  Конституции Российской Федерации, - при том, что они не препятствуют реализации иным лицам своих прав как конкурсных кредиторов - сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы заявителей (определения КС РФ от 24.09.12             № 1613-О, от 20.04.17 № 805-О, от 28.09.17 № 1939-О, от 29.10.20 № 2459-О, и другие).

Кроме того, в названных определениях КС РФ отмечал, что принцип равенства, как неоднократно указывал КС РФ в своих решениях, предполагая равный подход к формально равным субъектам, не обусловливает необходимость предоставления одинаковых гарантий лицам, относящимся к разным категориям, а равенство перед законом и судом не исключает фактических различий и необходимости их учета законодателем (определения от 22.03.11 № 310-ОО, от 11.05.12 № 754-О, и другие).

Приведенная позиция поддерживается и в настоящее время – КС РФ постановлением от 21.07.22 № 34-П по тем же основаниям прекратил производство по принятому им к рассмотрению делу в части, касающейся проверки конституционности п.п. 3, 3.1 п.1        ст. 201.1 закона № 127-ФЗ, по жалобе лица, имевшего к находящемуся в процедуре банкротства застройщику требование о передаче нежилого помещения на основании договора участия в долевом строительстве.

Также следует отметить, что при обращении 07.04.21 в суд первой инстанции с заявлением о включении своих требований к должнику в реестр спустя более 2-х лет с даты открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства и публикации об этом сообщений (14, 17, 26.01.19) и спустя  менее 3-х недель с даты выдачи обществу разрешения на введение достроенного обществом дома № 9 в эксплуатацию (25.03.21), ФИО1 не заявляла о наличии у нее в деле о банкротстве статуса участника строительства, не просила включить ее требования в третью очередь реестра о передаче помещений в натуре, а изначально идентифицировала себя как кредитора в деле о банкротстве должника с денежными требованиями, прося суд включить ее требования к должнику в размере внесенной должнику по ДДУ суммы за спорное  нежилое помещение.

В определении от 02.07.21 суд первой инстанции, основываясь на приведенных нормах  закона № 127-ФЗ, включил требование ФИО1 к должнику в сумме                  2 308 500 руб. в четвертую очередь реестра, трансформировав тем самым основанное на заключенном с должником ДДУ в отношении спорного нежилого помещения требование ФИО1 к должнику в денежное, и установив его в качестве обеспеченного залогом спорного нежилого помещения общей площадью по проекту 51,3 кв.м. (в том числе торговой площадью 36,6 кв.м.).

В этом же определении суд  первой инстанции, обосновав включение требований ФИО1 в реестр к должнику в качестве обеспеченных залогом спорного нежилого помещения, также указал, что залоговый кредитор по денежному требованию, преобразовавшемуся из требования о передаче нежилого помещения, вправе претендовать на распределение вырученных от реализации предмета залога денежных средств по правилам п.1 ст. 201.14 закона № 127-ФЗ, то есть, на приоритетное получение 60% от стоимости заложенного имущества. 

Таким образом, при включении требований ФИО1 в реестр, суд первой инстанции исходил из отсутствия у ФИО1 статуса участника строительства в настоящем деле о банкротстве, а также из отсутствия у нее в связи с этим права на удовлетворение в деле о банкротстве должника своих требований путем получения спорного нежилого помещения, площадью более 7 кв.м., в натуре.

Также, вопреки указаниям судов первой и апелляционной инстанций, из определения суда первой инстанции от 22.10.19 о передаче обязательств первоначальным застройщиком (должником) новому (обществу) не следует, что этим судебным актом, вопреки требованиям ст.ст. 201.15-1, 201.15-2 закона № 127-ФЗ, обществу передана обязанность должника перед ФИО1 по передаче ей спорного нежилого помещения.

Как уже было обосновано, в силу норм закона № 127-ФЗ у общества в настоящем деле о банкротстве отсутствует обязанность по передаче ФИО1 спорного нежилого помещения в натуре. Данное требование ФИО1 к должнику, основанное на ДДУ, определением суда первой инстанции от 02.07.21 трансформировано в денежное и включено в четвертую очередь реестра. При этом, ФИО1 обратилась с заявлением о включении требований к должнику в реестр спустя более 1,5 лет после передачи обществу дома № 9 для завершения строительства определением суда первой инстанции от 22.10.19.

Кроме того, общество сменило должника в статусе застройщика дома № 9 не в рамках обычных гражданских правоотношений замене стороны в гражданско-правовом договоре, регулируемых нормами гл. 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве.

Данная замена застройщика произведена в деле о банкротстве застройщика на основании специальных норм закона № 127-ФЗ (ст.ст. 201.15-1, 201.15-2, 201.10 §7 гл. IX закона № 127-ФЗ в действовавших в тот период редакциях законов № 478-ФЗ, № 151-ФЗ).

Так, согласно абз. 1 п.1 ст. 201.15-1 закона № 127-ФЗ, при урегулировании обязательств застройщика применяется возмездная передача его имущества (в том числе имущественных прав) и обязательств иному застройщику, который будет являться приобретателем (далее в целях настоящего параграфа - приобретатель). В качестве встречного представления приобретатель исполняет за застройщика полученные от него в порядке перевода долга обязательства перед участниками строительства по передаче жилых помещений (редакция закона  № 478-ФЗ), машино-мест и нежилых помещений (редакция закона № 151-ФЗ).

В соответствии с абз. 3 п.1 ст. 201.15-1 закона № 127-ФЗ, к обязательствам застройщика, которые могут быть переданы приобретателю в соответствии с настоящей статьей, относятся обязательства перед участниками строительства, требования которых включены в реестр требований участников строительства (редакция закона  № 478-ФЗ), за исключением требований участников строительства по взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций (редакция закона № 151-ФЗ).

В силу п. 5 ст. 201.15-2 закона № 127-ФЗ, к приобретателю имущества и обязательств застройщика не могут быть предъявлены участниками строительства иные требования, кроме требований участников строительства, включенных в реестр требований участников строительства, а также требований участников строительства о передаче жилых и нежилых помещений по сделкам, заключенным с учетом требований ст.ст. 201.8-1 и 201.8-2 закона № 127-ФЗ (редакция закона  № 478-ФЗ).

При этом, как указывалось ранее, определения используемых для целей применения закона № 127-ФЗ понятий: «участник строительства», «нежилое помещение», приведены в   п.п. 2, 3.1 п.1 ст. 201.1 закона № 127-ФЗ, соответствие которых Конституции Российской Федерации подтверждено КС РФ.

Из изложенного следует, что к новому застройщику, привлекаемому на основании приведенных положений закона № 127-ФЗ (специального закона), вместе с объектом незавершенного строительства не переходят обязательства должника в отношении кредиторов, не являющихся участниками строительства в понимаемом в законе № 127-ФЗ смысле, то есть, в том числе и требования о передаче нежилых помещений площадью более 7 кв.м.

На положения ст. 201.15-1 закона № 127-ФЗ сослался и суд первой инстанции в определении от 22.10.19, которым передал обществу незавершенный  строительством дом  № 9 с правом аренды, а также обязательства должника перед участниками строительства по передаче помещений в доме № 9, указав, что к обязательствам застройщика, которые могут быть переданы приобретателю в соответствии с настоящей статьей, относятся обязательства перед участниками строительства по передаче жилых помещений

Следует отменить, что использованная судом первой инстанции редакция абз. 3            п. 1 ст. 201.15-1 закона № 127-ФЗ действовала до 01.01.18, когда вступили в силу изменения, внесенные Федеральным законом от 29.07.17 № 128-ФЗ, в соответствии с которыми слова изначальной редакции: "по передаче жилых помещений" были заменены словами: ",требования которых включены в реестр требований о передаче жилых помещений". Впоследствии в абз. 3 п. 1 ст. 201.15-1 закона № 127-ФЗ вносились изменения законами       № 478-ФЗ и № 151-ФЗ. Однако, данное обстоятельство никак не повлияло  на объем обязательств, переданных определением суда первой инстанции от 22.10.19 обществу от должника-застройщика, поскольку в любой из приведенных редакций абз. 3 п. 1              ст. 201.15-1 закона № 127-ФЗ объем передаваемых обязательств не предусматривал передачу приобретателю в порядке ст. 201.15-1 обязательств должника-застройщика перед кредиторами, не являющимися участниками строительства в смысле закона № 127-ФЗ.

Соответственно, с принятием судом первой инстанции определения 22.10.19, в заключенном с ФИО1 с должником ДДУ не произошла замена на стороне застройщика с должника на общество.

В силу изложенного, у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для выводов о наличии у ФИО1 в деле о банкротстве должника статуса участника строительства и о том, что определением от 22.10.19 суд первой инстанции передал обществу обязательства должника по передаче ФИО1 спорного нежилого помещения.

Кроме того, в обоснование необходимости понуждения общества на основании              п.1 ст. 8 ГК РФ к передаче ФИО1 спорного нежилого помещения в натуре по аналогии с передачей обществом нежилого по помещения ФИО6, суды сослались на то, что, как следует из дополнительного соглашения № 3 с приложениями к договору № 9Д  от 20.01.20, среди лиц, которым впоследствии обществом были переданы нежилые помещения, числилась ФИО6, денежное требование которой было включено в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника, как обеспеченное залогом нежилого помещения, 10.07.20, то есть позже 22.10.19, как и у ФИО1

Вместе с тем, применительно к выводу судов о тождественности требований ФИО6 и ФИО1, вследствие чего удовлетворение требования ФИО1 к обществу должно осуществляться таким же способом, которым общество удовлетворило и требования ФИО6, суд округа отмечает, что при этом суды не приняли во внимание возражения общества против отождествления требований ФИО1 и ФИО6 применительно к характеру правоотношений между названными кредиторами должника и обществом, к объему прав и обязанностей общества перед названными кредиторами должника, не исследовали избранного обществом и  ФИО6 способа передачи нежилого помещения.

Так, общество указывало, что обязательство должника перед ФИО6 по денежному требованию в размере 2 409 740  руб., обеспеченному залогом нежилого помещения площадью более 7 кв.м., было принято обществом на себя в порядке перевода долга от должника согласно ст. 391 ГК РФ на основании п.2 дополнительного соглашения от 20.11.20 № 3 к договору от 20.01.20 № 9Д, и затем исполнено обществом путем передачи ФИО6 отступного (нежилого помещения) на основании соглашения об отступном, заключенном между обществом и ФИО6 в порядке ст. 409 ГК РФ.

В частности, п. 1.3 договора от 20.01.20 № 9Д предусматривалось следующее.

Должник (застройщик), с согласия кредиторов, поименованных в Приложении № 2 к договору, переводит долг, включенный реестр требований кредиторов четвертой очереди, обеспеченных залогом имущества должника (нежилые помещения площадью более                7 кв.м. в доме № 9), в размере 12 697 550 руб., а общество (приобретатель) принимает указанный долг, и обязуется исполнить обязательство по оплате задолженности перед каждым из кредиторов их Приложения № 2 к договору, при этом стороны дополнительно оговорили, что кредитор, предоставляя согласие на перевод долга уведомлен и согласен с тем, что к обществу как приобретателю не переходят иные обязательства должника (пени, неустоек, процентов и т.д.), кроме тех, которые отражены в настоящем договоре.

Соответствующие обязанности застройщика-должника по отношению к кредиторам, указанным в настоящем пункте, прекращаются с момента вступления в силу настоящего договора.

Стороны пришли к соглашению, что после подписания настоящего договора, к обществу-приобретателю переходят права кредиторов об истребовании с должника-застройщика долга в размере 12 697 550 руб., в соответствии с п. 3 ст. 391 ГК РФ.

На момент заключения договора от 20.01.20 № 9Д, в Приложении № 2 к нему значилось 2 залоговых кредитора четвертой очереди с общей суммой денежных требований к должнику в размере 12 697 550 руб. - ФИО7 и ФИО8

После принятия судом первой инстанции  определения от  10.07.20 о включении в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника денежного требования ФИО6 в размере 2 409 740  руб.,  как обеспеченного залогом нежилого помещения № 2 площадью 47,7 кв.м., между обществом и должником было заключено дополнительное соглашение от 20.11.20 № 3 к договору № 9Д и внесены дополнения в Приложение   № 2 к договору № 9Д, а именно: приведенный в Приложении № 2 список денежных требований залоговых денежных кредиторов четвертой очереди (ФИО7 и ФИО8) был дополнен требованием ФИО6 в размере 2 409 740  руб., что в сумме составило 15 107 290 руб. (12 697 550 руб. + 2 409 740  руб.).

Согласно п. 2 дополнительного соглашения от 20.11.20 № 3, приведенный выше           п. 1.3 договора № 9Д был изложен  в новой редакции – общая сумма принятых на себя обществом в порядке перевода долга денежных обязательств должника перед указанными в Приложении № 2 залоговыми кредиторами четвертой очереди была увеличена с 12 697 550 руб. до 15 107 290 руб. в связи с принятием обществом в порядке перевода долга денежных обязательств должника перед конкурсным кредитором  ФИО6

Названные дополнительное соглашение № 3 и п.1.3 договора № 9Д не содержат условия об исполнении обществом принятого на себя в порядке перевода долга обязательства должника по оплате денежному кредитору ФИО6 2 409 740 руб. путем передачи обремененного залогом нежилого помещения.

После принятия на себя согласно ст. 391 ГК РФ в порядке перевода долга обязательств должника перед ФИО6 согласно дополнительному соглашению от 20.11.20 № 3, общество на основании ст. 409 ГК РФ заключило с ФИО6  соглашение об отступном от 07.06.21 № 4, в соответствии с которым общество в счет исполнения принятых на себя в обязательств должника по оплате ФИО6               2 409 740 руб., обязалось передать в качестве отступного, а ФИО6 – принять, нежилое помещение № 2 площадью 47,7 кв.м. в доме № 9 (предмет залога).

Таким образом, как указывает общество, передача обществом ФИО6 нежилого помещения в натуре, вместо выплаты 2 409 740 руб., обязанность должника по уплате которых ФИО6 общество приняло на себя в прядке перевода долга согласно ст. 391 ГК РФ на основании заключенного с должником п.2 дополнительного соглашения от 20.11.20 № 3 к договору от 20.01.20 № 9Д, была осуществлена обществом на основании заключенного с ФИО6 в соответствии со ст.ст. 409, 421 ГК РФ соглашения об отступном.

При этом, общество не принимало на себя в отношении ФИО1 таких же гражданско-правовых обязательств, как перед ФИО6: п. 1.3 договора № 9Д требованием ФИО1 не дополнялся и отдельного соглашения о переводе на общество на основании ст. 391 ГК РФ реестрового долга должника перед ФИО1 в размере 2 308 500 руб. не заключалось; между обществом и ФИО1 не заключалось соглашения на основании ст. 409 ГК РФ о передаче ФИО1 обществом в качестве отступного вместо денежной выплаты в размере 2 308 500 руб. спорного нежилого помещения.

Приводимые обществом сведения о правоотношениях общества с должником, а также включенными в четвертую очередь реестра залоговыми кредиторами должника, также устанавливались и судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела о банкротстве. Так, определением суда первой инстанции от 02.07.21 в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника включены требования общества в сумме             15 107 290 руб., в которую входят и 2 409 740 руб., кредитором должника в отношении которых ранее выступала ФИО6, и которую  в составе кредиторов должника заменило общество на основании п. 3 ст. 391 ГК РФ. Данные требования общества в сумме             15 107 290 руб. включены в реестр требований кредиторов должника в связи предусмотренным п. 1.3 договора № 9Д (в редакции дополнительного соглашения № 3) принятием  обществом на себя на основании ст. 391 ГК РФ в порядке перевода долга обязательств должника перед указанными в приложении  № 2 к договору № 9Д денежными кредиторами на общую сумму 15 107 290 руб. (ФИО7, ФИО8, ФИО6). 

Аналогичного судебного акта о включении в реестр требований кредиторов должника требований общества в размере 2 308 500 руб., перешедших к нему на основании             п. 3 ст. 391 ГК РФ от ФИО1, не имеется.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют, вопреки выводу судов первой и апелляционной инстанций,  о нетождественности правоотношений, в рамках которых обществом удовлетворены требования ФИО6, и правоотношений, в рамках которых ФИО1 просит понудить общество исполнить свои требования к дожнику.

Также п.1 ст. 8 ГК РФ, на который сослались суды, предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Вместе с тем, рассматриваемые в рамках настоящего обособленного спора правоотношения между ФИО1, обществом и должником, регламентированы названными нормами закона № 127-ФЗ, ГК РФ, в связи с чем не имеется оснований для их регулирования исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства, прямо не предусмотренным действующим законодательством способом.

Основываясь на изложенном суд округа не поддерживает вывод судов первой и апелляционной инстанций о необходимости разрешения рассматриваемых в рамках настоящего обособленного спора разногласий заявленным ФИО1 способом (путем понуждения общества к передаче ей спорного нежилого помещения в натуре) на основании п.1 ст. 8 ГК РФ, исходя из сложившейся практики, согласно которой ранее общество уже передало в натуре нежилое помещение иному денежному кредитору должника (ФИО6).

При этом, общество просило разрешить имеющиеся разногласия путем признания отсутствующей у общества обязанности по передаче ФИО1 спорного нежилого помещения, определив порядок удовлетворения требований залогового кредитора До-            рониной И.И. в сумме 2 308 500 руб., обеспеченных залогом спорного нежилого помещения, путем оплаты указанной суммы со стороны общества.

В дополнениях к кассационной жалобе общество указывает, что, несмотря на то, что приобретателем объекта незавершенного строительства и обязательств застройщика является не фонд защиты прав граждан - участников долевого строительства, а коммерческая организация – общество, и что требования ФИО1 установлены судом как обеспеченные залогом, однако, предложенный обществом  способ разрешения разногласий по своему содержанию соответствует способу защиты прав залоговых кредиторов,  приведенному в абз. 3 п.4 резолютивной части постановления КС РФ от 21.07.22 № 34-П 

В судах первой и апелляционной инстанций общество в обоснование истребуемого способа разрешения разногласий ссылалось на то, что, исходя из фактических обстоятельств дела, а именно: факта признания определением суда первой инстанции от 02.07.21 за ФИО1 статуса залогодержателя (залогового кредитора) в отношении спорного нежилого помещения, а также факта нахождения указанного помещения во владении общества, как нового застройщика, имеющего в связи с этим статус третьего лица по отношению к обеспеченному залогом обязательству должника,  к спорным правоотношениям подлежат применению положения п.1 ст.335 ГК РФ.

 

В силу п.1 ст.335 ГК РФ в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила ст.ст. 364-367 ГК РФ, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

Общество указывало, что, исходя из смысла ст.ст. 364-367 ГК РФ, как залогодатель в отношении спорного нежилого помещения (предмет залога), общество имеет право исполнить денежное обязательство перед ФИО1 за должника, с целью недопущения обращения взыскания на предмет залога.

Обществом в материалы настоящего обособленного спора было представлено письмо № 251 от 08.10.21, направленное в адрес залогового кредитора должника ФИО1, согласно которому общество выразило волеизъявление на оплату в пользу ФИО1 (залогодержателя) за должника суммы в размере 2 308 500 руб., с которыми ФИО1 включена в реестр требований кредиторов должника.

Согласно позиции общества, в силу изложенных обстоятельств, по смыслу ГК РФ, отсутствуют основания даже для обращения взыскания на спорное нежилое помещение как предмет залога. Передача спорного нежилого помещения в натуре ФИО1, среди прочего, необоснованно лишает общество, как залогодержателя, права на реализацию положений ст. 365 ГК РФ по исполнению денежного обязательства за должника в пользу кредитора, требования которого обеспечены залогом.

При этом суд округа отмечает, что в соответствии с п. 1 ст. 365 ГК РФ, применимым к случаям удовлетворения требований залогового кредитора залогодержателем – третьим лицом, к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Также, в случае исполнения денежных требований ФИО1 как залогового кредитора непосредственно должником, как залогодателем (если бы дом № 9 не был бы передан для завершения строительства обществу определением от 22.10.19), выступающее предметом залога спорное нежилое помещение подлежало бы включению в состав конкурсной массы, согласно ст.131 закона № 127-ФЗ с последующей реализацией помещения конкурсным управляющим должника по правилам ст.ст.138, ст.201.14 закона № 127-ФЗ.

Соответственно, п.п. 1 п.1 ст. 201.14 закона № 127-ФЗ предусмотрено, что в случае реализации предмета залога - объекта строительства, принадлежащего застройщику на праве собственности, и земельного участка, принадлежащего застройщику на праве собственности или ином праве (в том числе аренды, субаренды), средства, вырученные от реализации указанных объектов и (или) прав на них, перечисляются покупателем на специальный банковский счет должника. 

Из зачисленных на этот счет средств 60% направляется на погашение требований кредиторов по обязательству, обеспеченному залогом указанных объектов и (или) прав на них должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов, включая требования по обязательству, обеспеченному залогом по договору участия в долевом строительстве в соответствии с законодательством об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости.

Также, согласно п. 4 ст. 201.14 закона № 127-ФЗ, расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств в соответствии с              п. 1, 2  ст. 201.14 закона № 127-ФЗ.

Пунктом 3 ст. 201.14 закона № 127-ФЗ предусмотрено, что не удовлетворенные за счет стоимости реализованного имущества должника денежные требования граждан - участников строительства и требования по обязательствам, обеспеченным залогом имущества застройщика, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей и четвертой очереди соответственно.

В соответствии с п.9 ст. 142 закона № 127-ФЗ, требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

По смыслу правовых позиций КС РФ (постановления от 21.07.22 № 34-П, от 16.05.20 № 8-П, от 15.02.16 № 3-П и другие) права требования и законные интересы кредиторов в рамках конкурсного производства в процедуре банкротства подлежат защите в соответствии со ст. 35 Конституции Российской Федерации. В то же время это не означает, что размер полученного каждым из кредиторов в процедуре банкротства будет равен, и даже сопоставим, с размером его требований, так как начало процедуры банкротства связано именно с нехваткой ресурсов для расчетов с кредиторами. Именно на понимании ограниченности таких ресурсов основано все правовое регулирование механизма банкротства.

Суды изложенные обществом обстоятельства не исследовали,  оценки приведенным обществом доводам не дали, в том числе, на предмет соответствия предлагаемого обществом способа разрешения разногласий регулирующим спорные правоотношения нормами материального права, наличия возможного нарушения прав иных кредиторов должника, с учетом предложенного обществом объема удовлетворения требований ФИО1, вопроса о возможности урегулирования имеющегося спора, в том числе, путем заключения обществом с должником и ФИО1 соглашений о переводе долга и отступном, выбора иного способа урегулирования спора, не обсудили.

При этом, исследование и оценка данных обстоятельств, доводов, имеет значение для правильного разрешения настоящего обособленного спора.

Учитывая, что допущенные судами нарушения могут быть устранены только при повторном рассмотрении спора в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, принятые по обособленному спору определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене с направлением обособленного спора на основании п.3 ч.1 ст. 287 АПК РФ на новое рассмотрение в суд первой инстанции

При новом рассмотрении дела суду необходимо устранить отмеченные недостатки, установить обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения настоящего спора, дать надлежащую правовую оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, имеющимся в деле доказательствам и принять законный и обоснованный  судебный акт.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Липецкой области от 12.11.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по делу № А36-7157/2017 отменить. Направить обособленный спор по делу № А36-7157/2017 на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Липецкой области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                  Н.Н. Смотрова

Судьи                                                                                                                  А.В. Андреев

                                                                                                                             М.Ю. Иванова