СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                           Дело № А45-44845/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября  2022 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                 Апциаури Л.Н.,

судей                                                 Сбитнева А.Ю.

ФИО1,

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А., с  использованием средств аудиозаписи, в режиме вэб-конференции, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№07АП-5224/2020(4)), ФИО3 (№07АП-5224/2020(5)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 05.07.2022 по делу № А45-44845/2019 (судья Белкина Т.Ю.) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) – ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО5 о признании сделок недействительными,

при участии в судебном заседании: 

в режиме вэб-конференции: 

финансовый управляющий ФИО5, 

в здании суда :

от ФИО2, ФИО3 – ФИО6, доверенность от 08.09.2022, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением от 15.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области должник - ФИО4 (далее – ФИО4, должник), признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден – ФИО5.

19.04.2021 от финансового управляющего поступило заявление, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о признании недействительными цепочки сделок – договора займа № 01 от 24 мая 2017 года; договора залога (ипотеки) № 01 от 24 мая 2017 года и применить последствия недействительности сделки в виде признания недействительной записи о государственной регистрации ограничения прав и обременении объекта недвижимости №54:35:000000:11869-54/001/2017-2 от 01 июня 2017 года. 3 А45-44845/2019; действий ФИО4 по исполнению мирового соглашения от 15 ноября 2018 года, утвержденного определением Ленинского районного суда города Новосибирска от 27 декабря 2018 года по делу № 2-6017/2018 и применить последствия недействительности сделки в виде признания недействительной записи о государственной регистрации права №54:35:000000:11869-54/001/2019-6 от 25 января 2019 года и обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу ФИО4 помещение: назначение – нежилое, площадь общая – 19,6 кв.м., этаж – 2, расположенное по адресу: 

<

...> бокс 42, кадастровый (или условный) номер: 54:35:000000:11869; договора займа №02 от 24 мая 2017 года; договора залога (ипотеки) № 02 от 24 мая 2017 года и применить последствия недействительности сделки в виде признания недействительной записи о государственной регистрации ограничения прав и обременении объекта недвижимости №54:35:000000:11468-54/001/2017-3 от 01 июня 2017 года; договора займа № 03 от 24 мая 2017 года; договора залога (ипотеки) № 3 от 24 мая 2017 года и применить последствия недействительности сделки в виде признания недействительной записи о государственной регистрации ограничения прав и обременении объекта недвижимости №54:35:000000:11469-54/001/2017-3 от 01 июня 2017 года; действий ФИО4 по исполнению мировых соглашений от 15 ноября 2018 года, утвержденных определениями Ленинского районного суда города Новосибирска от 17 декабря 2018 года по делам №2-6382/2018 и №2- 4 А45-44845/2019 5996/2018, и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в сумме 1 750 000,00 руб.; договора займа от 15 сентября 2017 года с установкой спутникового мониторинга; договора залога от 15 сентября 2017 года с оставлением предмета залога у залогодателя; договора займа от 29 декабря 2017 года с установкой спутникового мониторинга; договора залога от 29 декабря 2017 года с оставлением предмета залога у залогодателя; действий ФИО4 по исполнению мировых соглашений от 15 ноября 2018 года, утвержденных определениями Ленинского районного суда города Новосибирска от 11 декабря 2018 года по делу №2-5943/2018 и от 27 декабря 2018 года по делу №2-5772/2018 и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 денежных средств в размере 2 600 000 руб.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.05.2021 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новосибирской области. 

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.09.2021 произведена замена на стороне третьего лица с ФИО8 на ФИО11 в порядке статьи 48 АПК РФ.

Определением от 05.07.2022 Арбитражного суда Новосибирской области заявление финансового управляющего удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда первой инстанции, отказать в удовлетворении требований финансового управляющего в полном объеме, указал, что на дату совершения первоначальных сделок должник был платежеспособен; аффилированности с иными лицами не было; заключение мировых соглашений не может причинять вред кредиторам; по счетам ООО «Сибстройагро» происходило пополнение денежных средств; материалам дела, подтверждена реальность исполнения сделок. В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО2 указал на то, что оспариваемые сделки подпадают не под пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а под пункт 1 статьи 61.2 и могли быть оспорены в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, таким образом, подлежит применению срок исковой давности; представлены письменные пояснения относительно реальности оспариваемых договоров и отсутствия аффилированности.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий просит в удовлетворении апелляционных жалоб отказать. Указывает, что суд первой инстанции верно оценил доказательства и установил фактические обстоятельства дела.

В судебном заседании представитель финансового управляющего с доводами апелляционных жалоб не согласился, просил оставить определение суда первой инстанции без изменений.

Представитель ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании поддержали доводы и требования апелляционных жалоб, просили отменить определение суда первой инстанции, отказать в удовлетворении требований финансового управляющего в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечили личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи  с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие. 

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и письменного отзыва, заслушав представителей арбитражного управляющего, ФИО2 и ФИО3, проверив в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, 24.05.2017 между ФИО3 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа № 01, по условиям которого займодавец передал в собственность заемщику денежные средства в размере 375 000 руб., а заемщик обязался вернуть заимодавцу сумму займа и уплатить проценты на нее в сроки и в порядке, предусмотренные договором (представлен в электронное дело 19.04.2021).

 Согласно пункту1.3 договора, сумма займа предоставляется на срок до 24.01.2018 включительно. 

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа № 1 между ФИО3 (залогодержатель) и ФИО4 (залогодатель) 24.05.2017 заключен договор залога (ипотеки) № 01, по условиям которого залогодержатель принимает, а залогодатель передает в обеспечение возврата займа и процентов за пользование займом по договору займа №1 помещение: назначение – нежилое, площадь общая – 19,6 кв.м., этаж – 2, расположенное по адресу: 

<

...> бокс 42, кадастровый (или условный) номер: 54:35:000000:11869 (представлен в электронное дело 19.04.2021). 

Согласно пункту 6.1 договора залога № 1, данный договор считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации. 

Обременение на основании договора залога № 1 в отношении помещения № 1 зарегистрировано 01.06.2017 (номер государственной регистрации 54:35:000000:11869-54/001/2017-2). 

24.05.2017 между ФИО3 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа № 02, по условиям которого займодавец передал в собственность заемщику денежные средства в размере 375 000 руб., а заемщик обязался вернуть займодавцу сумму займа  и уплатить проценты на нее в сроки и в порядке, предусмотренные договором (представлен в электронное дело 19.04.2021).

Согласно пункту1.3 договора займа № 2, займ предоставляется на срок 24.01.2018 включительно. 

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа между ФИО3 (залогодержатель) и ФИО4 (залогодатель) 24.05.2017 заключен договор залога (ипотеки) № 02, по условиям которого залогодержатель принимает, а залогодатель передает в обеспечение возврата займа и процентов за пользование займом по договору займа № 1 помещение: назначение – нежилое, площадь общая – 20,4 кв.м., этаж – 2, расположенное по адресу: 

<

...> бокс 43, кадастровый (или условный) номер: 54:35:000000:11468 (далее – помещение № 2). 

Согласно пункту 6.1 договора залога № 2, данный договор считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации. 

Обременение на основании договора залога № 2 в отношении помещения № 2 зарегистрировано 01.06.2017 (номер государственной регистрации 54:35:000000:11468-54/001/2017-3). 

24.05.2017 между ФИО3 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа № 03, по условиям которого займодавец передал в собственность заемщику денежные средства в размере 1 400 000 руб., а заемщик обязался вернуть займодавцу сумму займа  и уплатить проценты на нее в сроки и в порядке, предусмотренные договором (представлен в электронное дело 19.04.2021). 

Согласно пункту 1.3 договора, займ предоставляется на срок 24.01.2018 включительно. 

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа между ФИО3 (залогодержатель) и ФИО4 (залогодатель) 24.05.2017 заключен договор залога (ипотеки) № 3, по условиям которого залогодержатель принял, а залогодатель передал в обеспечение возврата займа и процентов за пользование займом по договору займа № 3 помещение: назначение – нежилое, площадь общая – 123,4 кв.м., этаж – 1, расположенное по адресу: 

<

...> бокс 9, кадастровый (или условный) номер: 54:35:000000:11469 (далее – помещение № 3) (представлен в электронное дело 19.04.2021). 

Согласно пункту 6.1 договора залога № 3, данный договор считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации. 

Обременение на основании договора залога № 3 в отношении помещения №3 зарегистрировано 01.06.2017 (номер государственной регистрации 54:35:000000:11469-54/001/2017-3). 

15.09.2017 между ФИО2 (далее – ФИО2) (займодавец) и ФИО4 заключен договор займа с установкой спутникового мониторинга (далее – договор займа № 4), по условиям которого займодавец обязался передать в собственность заемщику денежную сумму в размере 1 400 000,00 руб. наличными денежными средствами, выдаваемыми в момент подписания договора займа № 4, а заемщик обязался возвратить займодавцу такую же сумму и уплатить проценты за пользование в порядке и на условиях, предусмотренных договором займа № 4 (представлен в электронное дело 19.04.2021). 

Согласно пункту1.3 договора займа № 4, срок займа установлен с 15.09.2017 по 15.10.2017.

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа № 4 между ФИО2 (залогодержатель) и ФИО4 (залогодатель) 15.09.2017 заключен договор залога с оставлением предмета залога у залогодателя (далее – договор залога № 4), по условиям которого залогодержатель предоставляет залогодателю транспортное средство TOYOTA LAND CRUISER 200 (идентификационный номер (VIN) – 

<

***>, наименование (тип ТС) – легковой, категория ТС – В, год изготовления – 2011, модель, № двигателя – 2UZ 1426397, шасси (рама)№ – 

<

***>, кузов (кабина, прицеп) № – отсутствует, цвет кузова (кабины) – черный, мощность двигателя , л.с. (кВт) – 288,00 (212,00), рабочий объем двигателя, куб.см. – 4664, тип двигателя – бензиновый) (далее – транспортное средство № 1) (представлен в электронное дело 19.04.2021). 

Согласно пункту 2.2.1 договора залога № 4, залогодержатель обязался произвести регистрацию уведомления о залоге у нотариуса в течение трех рабочих дней с момента подписания договора. 

Как следует из Реестра уведомлений о залоге движимого имущества регистрация залога в соответствии с договором залога № 4 произведена.

29.12.2017 между ФИО2 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа с установкой спутникового мониторинга (далее – договор займа № 5), по условиям которого займодавец обязался передать в собственность заемщику денежную сумму в размере 450 000,00 руб. наличными денежными средствами, выдаваемыми в момент подписания договора займа № 5, а заемщик обязался возвратить займодавцу такую же сумму и уплатить проценты за пользование займом в порядке и на условиях, предусмотренных договором займа № 2 (представлен в электронное дело 19.04.2021).

Согласно пункту 1.3 договора займа № 5, срок займа установлен с 29.12.2017 по 29.01.2018.

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору займа № 5 между ФИО2 (залогодержатель) и ФИО4 (залогодатель) 29.12.2017 заключен договор залога с оставлением предмета залога у залогодателя (далее – договор залога № 5), по условиям которого залогодержатель передает залогодателю транспортное средство NISSAN DIESEL CONDOR (идентификационный номер (VIN) – отсутствует, наименование (тип ТС) – автокран, категория ТС – С, год изготовления – 1994, модель, № двигателя – FE6 102347A, шасси (рама)№ – CM87BE-44545, кузов (кабина, прицеп) № – не установлен, цвет кузова (кабины) – красный, мощность двигателя , л.с. (кВт) – 160,00 (120,00), рабочий объем двигателя, куб.см. – 6925, тип двигателя – дизельный) (далее – транспортное средство № 2) (представлен в электронное дело 19.04.2021). 

Согласно пункту 2.2.1 договора залога № 5, ФИО2 обязался произвести регистрацию уведомления о залоге у нотариуса в течение трех рабочих дней с момента подписания договора залога № 5. 

Как следует из Реестра уведомлений о залоге движимого имущества, регистрация залога в соответствии с договором залога проведена. 

В связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договорам займа 16.10.2018 ФИО2 и ФИО3 в лице одного и того же представителя ФИО12, действующего на основании нотариальных доверенностей от 15.10.2018, обратились в Ленинский районный суд города Новосибирска с исковыми заявлениями к должнику о взыскании долга, процентов и пеней по договорам займа, об обращении взыскания на имущество, заложенное по договорам залога (дела № 2-6017/2018, № 2- 6328/2018, № 2-5996/2018, № 2-5943/2018, № 2-5272/2018). 

Указанные споры урегулированы сторонами путем заключения 15.11.2018 пяти мировых соглашений, в соответствии с которыми стороны договариваются между собой, что обязательства должника по договорам займа прекращаются в полном объеме путем предоставления должником отступного, а именно путем передачи должником ФИО2 в собственность транспортных средств № 1 и № 2, являющихся обеспечением по договорам займа № 4 и № 5, и путем передачи должником в собственность ФИО3 помещений № 1, № 2, № 3, являющихся обеспечением по договорам займа № 1, № 2 и № 3. 

В соответствии с пунктами 4 мировых соглашений они имеет силу актов приема-передачи имущества, переданного должником ФИО2 и ФИО3 по мировым соглашениям в качестве отступного. 

Определением Ленинского районного суда города Новосибирска от 27.12.2018 по делу № 2-6017/2018 утверждено мировое соглашение от 15.11.2018 (далее – мировое соглашение № 1), заключенное между должником и ФИО3, согласно которому обязательства должника перед ФИО3 по договору займа № 1 превращаются в полном объеме (включая проценты за пользование денежными средствами, штрафную неустойку) путем предоставления должником отступного, а именно: путем передачи должником в собственность ФИО3 принадлежащего должнику на праве собственности помещения № 1; производство по делу прекращено. 

Переход права собственности на помещение № 1 от Должника к ФИО3 был зарегистрирован регистрирующим органом 25.01.2019.

В настоящее время помещение № 1 находится в собственности ФИО3 (номер записи о государственной регистрации права – 54:35:000000:11869-54/001/2019-6 от 25.01.2019г.). 

Определением Ленинского районного суда города Новосибирска от 17.12.2018 по делу №2-6382/2018 утверждено мировое соглашение от 15.11.2018 (далее – мировое соглашение № 2), заключенное между должником и ФИО3, согласно которому обязательства должника перед ФИО3 по договору займа № 2 прекращаются в полном объеме (включая проценты за пользование денежными средствами, штрафную неустойку) путем предоставления должником отступного, а именно: путем передачи должником в собственность ФИО3 принадлежащего должнику на праве собственности помещения № 2; производство по делу прекращено. 

Переход права собственности на помещение № 1 от должника к ФИО3 зарегистрирован регистрирующим органом 31.01.2019. 

В настоящее время помещение № 2 выбыло из собственности ФИО3 и находится в собственности ФИО7 (номер записи о государственной регистрации права – 54:35:000000:11468- 54/001/2019-8 от 12.07.2019г.). 

Определением Ленинского районного суда города Новосибирска от 17.12.2018 по делу №2-5996/2018 утверждено мировое соглашение от 15.11.2018 (далее – мировое соглашение № 3), заключенное между должником и ФИО3, согласно которому обязательства должника перед ФИО3 по договору займа № 3 прекращаются в полном объеме (включая проценты за пользование денежными средствами, штрафную неустойку) путем предоставления должником отступного, а именно: путем передачи должником в собственность ФИО3 принадлежащего должнику на праве собственности помещения № 3; производство по делу прекращено. 

Переход права собственности на помещение № 3 от должника к ФИО3 был зарегистрирован регистрирующим органом 31.01.2019. 

В настоящее время помещение № 3 выбыло из собственности ФИО3 и находится в собственности ФИО8 (номер записи о государственной регистрации права – 54:35:000000:11469- 54/001/2019-8 от 07.11.2019г.). 

Определением Ленинского районного суда города Новосибирска от 11.12.2018 по делу №2-5943/2018 утверждено мировое соглашение от 15.11.2018 (далее – мировое соглашение № 4), заключенное между должником и ФИО2, согласно которому обязательства должника перед ФИО2 по договору займа № 4 прекращаются в полном объеме (включая проценты за пользование денежными средствами, штрафную неустойку) путем предоставления должником отступного, а именно: путем передачи должником в собственность ФИО2 принадлежащего должнику на праве собственности транспортного средства № 1; производство по делу прекращено. 

Переход права собственности на транспортное средство № 1 от должника к ФИО2 зарегистрирован регистрирующим органом 23.07.2019. 

В настоящее время транспортное средство № 1 выбыло из собственности ФИО2 и находится в собственности ФИО9 (переход права зарегистрирован регистрирующим органом 27 сентября 2019 года). 

Определением Ленинского районного суда города Новосибирска от 27.12.2018 по делу №2-5772/2018 утверждено мировое соглашение от 15.11.2018 (далее – мировое соглашение № 5), заключенное между должником и ФИО2, согласно которому обязательства должника перед ФИО2 по договору займа № 5 прекращаются в полном объеме (включая проценты за пользование денежными средствами, штрафную неустойку) путем предоставления должником отступного, а именно: путем передачи должником в собственность ФИО2 принадлежащего должнику на праве собственности транспортного средства № 2; производство по делу прекращено. 

Переход права собственности на транспортное средство № 2 от должника к ФИО2 зарегистрирован регистрирующим органом 23.07.2019. В настоящее время транспортное средство № 2 выбыло из собственности ФИО2 и находится в собственности  ФИО10 (переход права зарегистрирован регистрирующим органом 10 октября 2019 года). 

Ссылаясь на то, что договоры займа, договоры залога, а так же действия должника по исполнению мировых соглашений являются недействительным сделками, так как в данном случае имело место намерение сторон по выведению ликвидных активов (транспортных средств и объектов недвижимости) из конкурсной массы должника с целью недопущения обращения взыскания на них для погашения имеющейся у должника кредиторской задолженности, арбитражный управляющий обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что спорная цепочка сделок направлена на причинение вреда кредиторам, пришел к выводу о характере их мнимости и притворности.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав обстоятельства по делу исходит из правильности выводов суда первой инстанции относительно признания оспариваемых сделок недействительными, при этом учитывает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Как разъяснено в п. 86 Постановления №25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п.1 ст.170 ГК РФ. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. ст. 65, 168, 170 АПК РФ). При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Согласно абзацу третьему пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 21 А45-44845/2019 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу №6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Согласно правовому подходу, приведенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 5-КГ17-73, для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику предмета займа - денег или других вещей, при этом допускается оформление займа упрощенно - путем выдачи расписки, а также иных письменных документов. Применительно к настоящему спору ответчики должны доказать действительность принадлежащего ему требования, основанного на факте реального предоставления должнику займодавцем денежных средств, а также неисполнение заемщиком обязательств по возврату суммы займа.

В случае представления доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. Финансовый управляющий объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования ответчиков, учитывая приведенные возражения относительно реальности спорных займов, в силу положений статей 9, 65 АПК РФ бремя опровержения сомнений в создании искусственного документооборота между сторонами в целях вывода ликвидного имущества.

Согласно определению Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу №А12-45751/2015, доказывать в деле о банкротстве общность экономических интересов можно не только через подтверждение аффилированности юридической, в частности принадлежности лиц к группе компаний через корпоративное участие, но и фактической. О такой аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте: общность экономических интересов лиц, наличие между ними правоотношений, не соответствующих рыночным условиям, согласованность действий в отношениях с третьими лицами, наличие фидуциарных, либо властно-распорядительных отношений между физическими лицами и др.

Судом первой инстанции были исследованы обстоятельства, связанные с реальностью осуществления оспариваемых договоров займа, реальностью предоставления займов. 

Должником не оспаривался факт передачи денежных средств.

В соответствии с условиями Договоров займа (п.1.2 Договора займа №1, п.1.2 Договора займа №2, п.1.2 Договора займа №3, п.1.2 Договора займа №4, п.1.2 Договора займа №5) займы предоставляется Должнику наличными денежными средствами, выдаваемыми в момент подписания данных Договоров займа.

Согласно распискам от 24 мая 2017 года, от 15 сентября 2017 года и от 29 декабря 2017 года, выданным Должником, Должник получил от ФИО3 по Договору займа №1 денежные средства в размере 375 000,00 руб., по Договору займа №2 – 375 000,00 руб., по Договору займа №3 – 1 400 000,00 руб.; от ФИО2 по Договору займа №4 денежные средства в размере 1 400 000,00 руб., по Договору займа №5 – 450 000,00 руб.

Так, в подтверждение реальности договоров займа представлены копии договоров займа от 24.12.2015 с ФИО13 на сумму 400 000,00 руб. со сроком возврата 24.06.2016, от 07.08.2017 с ФИО14 на сумму 1 200 000,00 руб. со сроком возврата 07.02.2018, от 29.05.2018 с ФИО15 в лице ФИО16, действующего на основании доверенности, на сумму 600 000,00 руб. со сроком возврата 29.11.2018. 

По указанным договорам займа заимодавцем является ФИО3 Доказательств возврата займа от 24.12.2015 с ФИО13 не представлено; займ ФИО14 возвращен 24.06.2019; займ ФИО15 возвращен 29.05.2018 и 01.08.2018. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленные ФИО3 копии документов не могут подтверждать наличие у него финансовой возможности выдать займы должнику в соответствии с договорами займа № 1, № 2, № 3 от 24.05.2017. 

ФИО2 в материалы дела представлена копия договора купли-продажи от 15.05.2017 о продаже ФИО2 ФИО17, находящегося у него в собственности недвижимого имущества (часть жилого дома общей площадью 21,5 кв.м. и 1/40 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок по адресу: Новосибирск, ул.Знаменская, д.8а). 

В соответствии с пунктом 2.1 указанного договора купли-продажи стоимость объекта недвижимости составила 700 000,00 руб. Согласно пункту 2.3 указанного договора, сумма денежных средств была получена ФИО2 в полном объеме до подписания данного договора, что подтверждается только подписью на договоре. Иные доказательства получения ФИО2 денежных средств не представлены. В пункте 1.4 указанного договора имеется отсылка на брачный договор, заключенный между ФИО2 и его супругой 17.07.2014. 

Так же ФИО2 в материалы дела представлена копия договора от 19.10.2017 купли-продажи недвижимого имущества (помещение общей площадью 264,1 кв.м. по адресу: 

<

...>). Сторонами по данному договору являются ФИО18 (продавец) и ФИО19 (покупатель). Стоимость помещения, согласно пункту 5 указанного договора, согласована сторонами в размере 5 300 000,00 руб. Доказательства оплаты по данному договору не представлены. Каких-либо доказательств прав ФИО2 на денежные средства по указанному договору купли-продажи в материалы дела не представлено. 

Кроме того, согласно брачного договора (пункт 5) доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности и прочие доходы являются собственностью того супруга, кем они получены. Доход от реализации супругой ФИО2 является прочим доходом согласно указанного пункта договора являет доходом только супруги. То есть, копия договора купли-продажи от 19.10.2017 о продаже ФИО18 (супругой ФИО2) ФИО19 недвижимого имущества по цене 5 300 000,00 руб., при условии установленного между ФИО18 и ФИО2 в соответствии с брачным договором от 17.07.2014 режима раздельной собственности, не свидетельствуют о возможности ФИО2 предоставить должнику денежные средства в сумме 1 400 000,00 по договору займа от 15.09.2017.

Учитывая изложенное, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, материалами дела не подтверждается наличие у ФИО2 наличных денежных средств в общей сумме 1 950 000,00 руб. для их предоставления должнику по договорам займа с установкой спутникового мониторинга от 15.09.2017 и 29.12.2017. Оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Передача денежных средств с использованием банковской ячейки, на которую ссылается ФИО3, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о движении денежных средств (подтверждение ФИО3 своего источника происхождения средств, их аккумулирование и дальнейшее движение средств от заимодавца к заемщику), при условии того, что к оформлению данных отношений имеют отношение заинтересованные стороны, сама по себе не свидетельствует о наличии у ФИО3 финансовой возможности предоставить заемные денежные средства должнику. Выводы суде первой инстанции являются верными. 

Факт передачи ключей от банковской ячейки ФИО3 не подтверждает факта передачи денег. Согласие супруги должника получено на заключение кредитных договоров, а не договоров займа. Так же согласие супруги выдано на передачу в залог боксов банку, как кредитной организации. 

Кроме того, представитель ФИО3 и ФИО20 пояснил, что его доверители свои доходы как от займов, так и от других операций, не декларировали и пояснил, что это обычная практика, справки о доходах в материалы дела не представлены, за их отсутствием. Ссылка на тот факт, что Займодавцы занимались предпринимательской деятельностью и выдавали займы под залог не состоятельна, так как данная деятельность подлежит лицензированию, а Доверитель заявителя пояснил, что указанные лицензии отсутствуют.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 и ФИО3, в нарушение ст.65 АПК РФ и абзаца 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», не представлено доказательств наличия у них финансовой возможности предоставить должнику заемные денежные средства по спорным договорам займа наличными деньгами. 

В определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 указано на необходимость исследования обстоятельств мнимости сделки. Так, суд в названном определении указал, что при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих факт исполнения договора, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Иные документы первичного учета в подтверждение факта реальности договоров займа, в материалы дела  не представлены. Доводы апелляционных жалоб в указанной части подлежат отклонению.

Пояснения Должника о том, на что он потратил полученные по займам денежные средства на свое общество документально не подтверждено. Так, согласно его пояснениям, он являлся руководителем и участником ООО «Сибстройагро» и тратил полученные денежные средства, в том числе, на нужды указанной организации, внося их на расчетный счет, так как был в одном лице руководителем и бенефициаром и не разделял личные деньги и деньги ООО «Сибстройагро».

Проведя анализ расчетного счета судом первой инстанции установлено, что даты внесения денежных средств были до 2016 года включительно, тогда как спорные займы выдавались Должнику не ранее мая 2017 года. Очевидно, что Должник намеренно дает показания не соответствующие действительности и направленные на сохранение имущества за его аффилированными лицами – ФИО20 и ФИО3. Кроме того, показания его, что он тратил деньги на нужды общества, опровергаются и тем фактом, что в реестр требований включено требование по субсидиарной ответственности Должника. Так как производство по делу о банкротстве ООО «Сибстройагро» прекращено (Дело №А45-34863/2020 30 апреля 2021 года) в связи с тем что ООО «Сибстройагро» ИНН 

<

***> ликвидировано, в октябре 2018 года налоговым органом согласно выписке из ЕГРЮЛ принято решение об исключении ООО «Сибстройагро» как недествующего, то есть с 2017 года не сдавалась отчетность и отсутствовали движения по расчетному счету.

Каких-либо активов у ООО «Сибстройагро» не обнаружено, в связи с этим указания должника что деньги, полученные по займам, использованы на текущую деятельность ООО «Сибстройагро» обоснованно признаны судом несостоятельными. 

Кроме того, судом принимается во внимание и длительное не обращение ответчиков к должнику с требованиями о возврате полученных денежных средств и уплаты процентов, с учетом того что проценты составляли значительные суммы по 5 договорам в размере ежемесячных платежей 187 000 руб.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что ФИО3, ФИО2 и должник являются заинтересованным лицом по отношению  друг к другу.

Задолженность должника перед ФИО2 и ФИО3 возникла по аналогичным основаниям: договоры займа с должником, факт передачи денежных средств заимодавцами должнику наличными денежными средствами, подтвержденный расписками, обеспечение исполнения обязательств по договорам займа за счет ликвидного имущества должника (недвижимого имущества и транспортных средств), обязательства по возврату займов не исполнялись Должником). Требования о возврате займов к должнику были предъявлены ФИО2 и ФИО3 в судебном порядке одновременно (16 октября 2018 года). Интересы ФИО2 и ФИО3 по искам о взыскании долга представлял ФИО12 (далее – ФИО12) на основании нотариальных доверенностей 54АА3102491 и 54АА3102489, выданных 15 октября 2018 года нотариусом ФИО21.  Интересы должника представляла ФИО22 (далее – ФИО22) на основании нотариальной доверенности 54АА3127098, выданной нотариусом ФИО21; при этом, как следует из решения Кировского районного суда г. Новосибирска от 11 июля 2019 года по делу № 2-2421/2019 и постановления Центрального районного суда г. Новосибирска от 20 мая 2020 года по делу № 1-184/2020, ФИО12 и ФИО22 состоят в трудовых отношениях, так как ФИО22 трудоустроена у ИП ФИО12 в должности юриста (приказ от 27 октября 2017 года). Производство по искам как ФИО3, так и ФИО2 к должнику прекращено в связи с заключением сторонами в один день (15 ноября 2018 года) мировых соглашений, по которым взыскателям в качестве отступного было передано все имеющееся у должника необремененное залогом перед Банком ВТБ (ПАО) ликвидное имущество, которое обеспечивало исполнение должником обязательств по договорам займа.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда о наличии признаков фактической аффилированности между кредиторами и должником. При таких обстоятельствах заинтересованным лицам не представляется затруднительным оформить документы для создания видимости существования правоотношений, в том числе судебного спора. 

Ничтожность договоров займа указывает на отсутствие заемного обязательства. Недействительность основного обязательства порождает недействительность дополнительного обязательства, а именно договоров залога. Ввиду недействительности как заемного обязательства, так залогового обязательства, сторонами не могло быть заключено мировое соглашение при отсутствии каких-либо прав и обязанностей у участников недействительных сделок. В то же время, мировые соглашения заключены участниками сделок также для создания видимости перехода права, видимости отчуждения имущества в пользу кредиторов, а соответственно отвечают критериям мнимости.  

Вопреки доводам апелляционной жалобы, к моменту совершения оспариваемых сделок существовали требования кредиторов, которые включены в реестр требований кредиторов. Из материалов дела следует, что в реестр включены требования, обязательства перед которыми возникли в период совершения оспариваемых сделок на сумму 10 130 853,90 руб. – основной долг и 65 526,51 руб. – штрафы, пени, неустойка. Данные требования кредиторов не погашены в связи с отсутствием имущества должника.

Наличие у должника задолженности перед кредиторами объясняет мотивы должника по сокрытию имущества от кредиторов путем создания формального перехода такого имущества в собственность заинтересованных лиц. 

Поскольку оспариваемые сделки обладают пороками существенными с позиции законодателя и влекущими ничтожность сделки, таковые не могут быть одновременно оспоримыми и признаваться недействительными по основаниям оспоримости.  Мнимая сделка как таковая не совершена и имеет лишь формальное выражение, целью сделки прежде всего было создание видимости для участников гражданского оборота в существовании правоотношений. 

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности оснований для квалификации и признания сделок (займа, залога, мировых соглашений) мнимыми (ничтожными).

Поскольку имеются основания для признания сделок недействительными на основании статьи 170 ГК РФ, доводы апелляционной жалобы о том, что оспариваемые сделки подпадают не под пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а под пункт 1 статьи 61.2 и могли быть оспорены если совершены в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, отклоняется судом апелляционной инстанции. 

Доводы апеллянтов о том, что оспариваемые сделки были совершены в 2017 году, а заявление о признании должника банкротом поступило в суд 30.12.2019, более чем через год после совершения оспариваемых сделок, в силу чего пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки, отклоняются судом апелляционной инстанции. 

Так срок исковой давности исчисляется по правилам статьи 181 ГК РФ, в силу которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

Таким образом, для финансового управляющего, как лица, не являющего стороной сделки, срок исковой давности не мог начать течь ранее даты его утверждения, то есть ранее 28.05.2020. Заявление финансовым управляющим подано 19.04.2021 года, то есть в пределах срока исковой давности, в том числе в пределах срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок (одного года). 

Однако, суд апелляционной инстанции не вправе применить срок исковой давности, поскольку исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (п.2 ст. 199 ГК РФ).  

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 названного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

При таких обстоятельствах, подлежат применению последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу должника денежных средств и возврата в конкурсную массу имущества. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражает несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены в обжалуемой части, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает. 

Руководствуясь статьями 268, частью 1 статьи 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд, 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 05.07.2022 по делу № А45-44845/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно - Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий                                                                 Л.Н. Апциаури 

 

Судьи                                                                                                           А.Ю. Сбитнев

 

                                                                                                          ФИО1