024/2023-105737(1) 

 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-19352/2023

Дело № А41-59921/20

31 октября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 31 октября 2023 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Катькиной Н.Н., судей Досовой М.В., Мизяк В.П., 

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,  при участии в заседании:  

от общества с ограниченной ответственностью «ДМ Сервис»: ФИО2 по  доверенности от 01.07.22,  

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «САЙМЕДИКС» ФИО3: ФИО3 лично,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на  определение Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2023 года по делу   № А41-59921/20, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «САЙМЕДИКС» ФИО3 о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по  обязательствам общества с ограниченной ответственностью «САЙМЕДИКС»,  

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО)  «САЙМЕДИКС» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской  области с заявлением, в котором просил:  

1. Привлечь ФИО4 и ФИО5 к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «САЙМЕДИКС» солидарно.  

2. Приостановить производство по заявлению в части определения размера  субсидиарной ответственности до завершения расчета с кредиторами  ООО «САЙМЕДИКС» за счет конкурсной массы (т. 1, л.д. 2-13).  

Заявление подано на основании статей 61.11, 61.16 Федерального  закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».  

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2023 года  ФИО4 и ФИО5 были привлечены к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «САЙМЕДИКС», производство по заявлению в части определения  

размера субсидиарной ответственности приостановлено до завершения расчета с  кредиторами должника за счет конкурсной массы (т. 2, л.д. 15-22).  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился в Десятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим  обстоятельствам дела (т. 2, л.д. 25-26).  

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом  в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав  представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит  оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Как следует из материалов дела, ООО «САЙМЕДИКС» было зарегистрировано в  качестве юридического лица 23.06.15, его учредителем и единственным участником  до 27.06.19 являлся ФИО4, который также в период с 23.06.15 по 21.10.19  осуществлял полномочия генерального директора Общества (т. 1, л.д. 14-15, 17-20).  

С 27.06.19 единственным участником ООО «САЙМЕДИКС» стал ФИО5,  который на основании решения № 4 от 21.10.19 также осуществлял полномочия  генерального директора Общества (т. 1, л.д. 16, 22-27).  

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 сентября 2020 года  на основании заявления ООО «ДМ Сервис» было возбуждено производство по делу о  банкротстве ООО «САЙМЕДИКС».  

Решением Арбитражного суда Московской области от 19 июля 2021 года в  отношении ООО «САЙМЕДИКС» было открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО3 (т. 1, л.д. 167-168).  

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный  управляющий ФИО3 указал, что имеются основания для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «САЙМЕДИКС» в связи с заключением ими сделки, приведшей к банкротству  должника, и неисполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему  бухгалтерских документов и имущества должника.  

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из наличия  достаточных доказательств в подтверждение заявленных требований.  

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и  обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.  

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности  (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий  ООО «САЙМЕДИКС» Белоусов Я.С. указал, что Ждан И.И. и Дерюшев С.Б. должны  быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи  с заключением ими сделки, приведшей к банкротству последнего, и неисполнением  обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских документов и  имущества должника.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица,  в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого  лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального  закона.  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к  невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве)  следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой  причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не  наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)  контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически  наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или  одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным  исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу  совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц,  результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления  должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во  вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и  иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной  предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка  (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее  неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного  банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций,  совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц),  способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в  стадию объективного банкротства.  

В пункте 17 названного Постановления разъяснено, что в силу прямого указания  подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также  подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после  

наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие),  существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что,  по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего  значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером  его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном  объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно  утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных  мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие,  утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.  

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве" закреплено, что при доказанности  обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до  банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились  необходимой причиной объективного банкротства.  

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что согласно подпункту  1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в  результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему  лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К  числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на  деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок  (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли  значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может  быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно  отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка,  заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил  возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной  деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо,  одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо  косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на  номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной  презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред  кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было  знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.  

Из материалов дела следует, что 23.05.18 между ООО «ДМ Сервис» (Покупатель)  и ООО «САЙМЕДИКС» (Поставщик) был заключен договор поставки № 52, по  условиям которого Поставщик принял на себя обязательства передать в собственность  Покупателя новую рентгеновскую трубку MRC 200 0407 ROT-GS 1004  стоимостью 10 000 000 рублей, а Покупатель обязался принять и оплатить её (т. 1,  л.д. 28-32).  

Во исполнение условий пункта 2.3. указанного договора ООО «ДМ Сервис»  внесло ООО «САЙМЕДИКС» предоплату в размере 100% стоимости товара, а именно:  

- 6 000 000 рублей платежным поручением № 348 от 23.05.18, - 4 000 000 рублей платежным поручением № 361 от 31.05.18 (т. 1, л.д. 33-34). 

01.08.18 между ООО «ДМ Сервис» (Покупатель) и ООО «САЙМЕДИКС»  (Поставщик) было подписано приложение № 1 к договору поставки № 52 от 23.05.18,  которым названный договор был расторгнут вследствие причин, возникших на стороне  Поставщика, связанных с невозможностью поставки товара (т. 1, л.д. 46-47).  

Согласно пункту 1.1. названного Приложения Поставщик возвращает предоплату  в размере 10 000 000 рублей.  

Поскольку названное условие ООО «САЙМЕДИКС» в полном объеме исполнено  не было, ООО «ДМ Сервис» обратилось в арбитражный суд за защитой своих  нарушенных прав.  

Решением Арбитражного суда Московской области от 31 мая 2019 года по  делу № А41-10635/19 с ООО «САЙМЕДИКС» в пользу ООО «ДМ Сервис» было  взыскано 4 000 000 рублей основного долга, 43 000 рублей расходов по оплате  государственной пошлины (т. 1, л.д. 48-50).  

В дальнейшем неисполнение ООО «САЙМЕДИКС» названного решения  послужило основанием для обращения ООО «ДМ Сервис» в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве должника и возбуждения производства по настоящему делу.  

Конкурсным управляющим ФИО3 в рассматриваемом заявлении  указано, что из приложения № 1 от 01.08.18 к договору поставки № 52 от 23.05.18  следует, что причиной срыва поставки рентгеновской трубки послужило  преднамеренное затягивание компанией «Филипс медикал Россия» получения согласия  на ввоз на территорию Российской Федерации товара, относящегося к объекту  интеллектуальной собственности.  

При этом ООО «САЙМЕДИКС» ещё 07.05.18 (до заключения договора поставки с  ООО «ДМ Сервис») известило Отдел выдачи разрешений компании «Филипс медикал  Россия» о намерении осуществить одноразовый ввоз на территорию Российской  Федерации указанного в договоре товара.  

Таким образом, как указал конкурсный управляющий должника, на момент  заключения договора поставки № 52 от 23.05.18 с ООО «ДМ Сервис» у поставщика -  ООО «САЙМЕДИКС» - не было разрешения компании-правообладателя на ввоз товара  на территорию Российской Федерации и такое разрешение не было им получено вплоть  до расторжения договора поставки 01.08.18.  

Следовательно, контролирующие ООО «САЙМЕДИКС» лица не могли не  понимать, что условия договора поставки могут быть не выполнены должником и  потребуется возврат ООО «ДМ Сервис» полученных в виде аванса денежных средств в  размере 10 000 000 рублей.  

Между тем, после получения от ООО «ДМ Сервис» предоплаты в  сумме 10 000 000 рублей ООО «САЙМЕДИКС» выдало аффилированным лицам займы  на сумму 2 975 000 рублей (ООО «ТОМОТРЕЙД СЕРВИС», ООО «САНТЭ» и  ИП ФИО6).  

Как верно указал суд первой инстанции, поведение соответчиков свидетельствует  об отсутствии у них намерения исполнять обязательства ООО «САЙМЕДИКС» перед  ООО «ДМ Сервис», то есть о фактическом заключении сделки должника в целях  причинения вреда имущественным правам кредитора.  

Материалы дела свидетельствуют о том, что сделки, указанные конкурсным  управляющим как основание для привлечения Ждана И.И. и Дерюшева С.Б. к  субсидиарной ответственности, оказали существенное влияние на финансовое  положение должника и являются объективной причиной его банкротства.  

Указанное обстоятельство бесспорно свидетельствует о наличии оснований для  привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «САЙМЕДИКС».  

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица  в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения  (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или  принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат  информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации,  формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего  существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том  числе формирование и реализация конкурсной массы.  

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве  руководитель должника, а также временный управляющий, административный  управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения  конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему.  

Указанные требования Закона о банкротстве обусловлены, в том числе и тем, что  отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет управляющему  получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных  им сделках, исполнять обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные  пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры,  направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у  третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником,  требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной  причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации  должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на  сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены  требования кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11  "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов  бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.  

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская  (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению  экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с  правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после  отчетного года (п. 1 ст. 29 Закона "О бухгалтерском учете").  

Согласно пункту 4 статьи 29 Закона "О бухгалтерском учете" при смене  руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского  учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется  организацией самостоятельно.  

Как указывалось выше, решением Арбитражного суда Московской области от 19  июля 2021 года в отношении ООО «САЙМЕДИКС» было открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3  

Названным решением также прекращены полномочия руководителя должника и  он обязан в трехдневный срок передать конкурсному управляющему все печати и  штампы, материальные и денежные средства должника, а также всю документацию.  

На дату признания ООО «САЙМЕДИКС» банкротом его руководителем являлся  ФИО5  

При этом определением Арбитражного суда Московской области от 25 января  2022 года по настоящему делу ФИО5 и ФИО4 были обязаны передать  конкурсному управляющему ФИО3 имущество и документацию ООО  «САЙМЕДИКС» согласно перечню.  

Во исполнение указанного определения 07.07.22 конкурсному управляющему  ООО «САЙМЕДИКС» были выданы исполнительные листы серии ФС № 027696449 в  отношении ФИО4 и № 027696448 в отношении ФИО5  

Возбужденные на основании данных исполнительных листов исполнительные  производства № 3266918/22/50046-ИП и № 3266925/22/50046-ИП соответственно были  окончены постановлениями от 07.02.23 и от 09.03.23 в связи с невозможностью  исполнения (т. 1, л.д. 132-134).  

Следовательно, обязанность по передаче документов ООО «САЙМЕДИКС»  конкурсному управляющему соответчиками исполнена не была.  

Презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем  арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника,  существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве,  указывает на вину руководителя (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 30.09.19 N 305-ЭС19-10079).  

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или  производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о  хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия,  скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов  возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или  иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К  таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных  сделок, о выводе активов и тому подобное, что само по себе позволяет применить иную  презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет  наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской  задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.  

В данном случае в отсутствие первичных документов ООО «САЙМЕДИКС»,  конкурсный управляющий должника не может принять эффективных мер к  формированию конкурсной массы, что существенно препятствует проведению  процедуры банкротства.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о наличии предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве оснований для привлечения Дерюшева С.Б. и Ждана И.И. к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, факт формального отнесения  ФИО4 к контролирующим ООО «САЙМЕДИКС» лицам не доказан.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 3 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по  общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих  должника является наличие у него фактической возможности давать должнику  обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия  (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне  зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков  аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов  должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).  Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной  ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным  было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно  деятельности должника.  

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника,  заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок,  такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.  

Как указано в пункте 6 названного Постановления, руководитель, формально  входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое  управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший  управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые  решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не  имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не  утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает  потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального  руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за  его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы  управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители  несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о  банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве,  солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй  пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).  

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о  банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может  быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым  участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество  должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут  быть удовлетворены требования кредиторов.  

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию  информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и  компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).  

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального  руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном  объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была  уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064,  абзац первый статьи 1080 ГК РФ).  

Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности  номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к  ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о  собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за  невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 6 ГК РФ,  пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Таким же образом должны решаться вопросы, связанные с наличием статуса  контролирующего лица у номинальных и фактических членов органов должника (в том  числе участников корпораций, учредителей унитарных организаций), ликвидаторов и  членов ликвидационных комиссий, а также вопросы, касающиеся привлечения их к  субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о  банкротстве).  

В своей жалобе ФИО4 указывает, что вменяемые ему в вину сделки были  заключены под контролем ФИО5, однако, данное обстоятельство  документально не подтверждено.  

 Как указывалось выше, ООО «САЙМЕДИКС» было зарегистрировано в качестве  юридического лица 23.06.15, его учредителем и единственным участником до 27.06.19  являлся ФИО4  

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации ФИО4 не представил доказательств того, что на протяжении 4 лет  (с 23.06.15 по 27.06.19) фактическое руководство деятельностью должника  осуществлялось не им, а ФИО5  

Кроме того, ФИО5 также привлечен к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «САЙМЕДИКС».  

В рассматриваемом случае ФИО4 не представлено доказательств как  наличия у него формального статуса руководителя должника, так и наличия оснований  для снижения в связи с этим по правилам пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве  размера его субсидиарной ответственности.  

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ФИО4 уже понес  ответственность по обязательствам ООО «САЙМЕДИКС» в связи с взысканием с него  убытков, не может быть принят во внимание.  

Действительно, из материалов дела следует, что определением Арбитражного  суда Московской области от 13 октября 2022 года с ФИО4 в пользу  ООО «САЙМЕДИКС» было взыскано 1 183 821 рубль в виде убытков.  

Основанием для взыскания названых убытков послужил факт заключения  ФИО4 от имени ООО «САЙМЕДИКС» и дальнейшего исполнения должником  договора № 1/А субаренды нежилых помещений от 3108.18 с ООО «САНТЭ».  

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к  ответственности при банкротстве", когда причиненный контролирующими лицами,  указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из  разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника,  такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере,  определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской  Федерации. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель  поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд  применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При  недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но  доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим  лицом убытков.  

В рассматриваемом случае, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы,  двойная мера ответственности к ФИО4 применена не была, поскольку по  основаниям, указанным в требовании о взыскании убытков (заключение договора № 1/А  субаренды нежилых помещений от 31.08.18 с ООО «САНТЭ»), данное лицо к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «САЙМЕДИКС» не  привлекалось.  

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу,  апелляционная жалоба не содержит.  

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены  обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не  подлежит.  

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2023 года по  делу № А41-59921/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа  через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.  

Председательствующий Н.Н. Катькина 

Судьи: М.В. Досова  

В.П. Мизяк