ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-25674/2019

г. Самара

22 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 декабря 2020 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Гольдштейна Д.К., Поповой Г.О., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 1, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «СтройПромСервис» ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 13 октября 2020 г. об отказе в удовлетворении заявления ООО «СтройПромСервис» о включении требований в реестр требований кредиторов должника в рамках дела №А55-25674/2019 (судья Докучаева Е.С.) о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЧИН Строитель», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий ООО «СтройПромСервис» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ООО «ЧИН Строитель», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> несостоятельным (банкротом), мотивируя данное заявление наличием задолженности.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 16.08.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 25.11.2019 (резолютивная часть определения объявлена 21.11.2019) ООО «ЧИН Строитель», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре конкурсного производства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Объявление об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 221 от 30.11.2019.

ООО «СтройПромСервис» обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просит включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в размере 33 405 450 руб. 43 коп. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2020 в удовлетворении заявления ООО «СтройПромСервис» от 27.01.2020 вх.№15244 о включении требований в реестр требований кредиторов ООО «ЧИН Строитель», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> в размере 33 405 450 руб. 43 коп. отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «СтройПромСервис» в лице конкурсного управляющего ФИО2 обратилось с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 ноября 2020 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 15 декабря 2020 г.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

14.14.2020 в суд апелляционной инстанции поступило ходатайство конкурсного управляющего ООО «СтройПромСервис» ФИО2 о рассмотрении апелляционной жалобы в свое отсутствие, апелляционную жалобу поддерживает в полном оъеме, просит определение Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2020 по делу №А55-25674/2019 отменить и принять по делу новый судебный акт.

В судебное заседание 15 декабря 2020 г. лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В пункте постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу п.п. 3-5 ст. 71 и п.п. 3-5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны.

В обоснование заявленного требования ООО «СтройПромСервис» ссылается на то, что между ООО «СтройПромСервис» и ООО «ЧИН Строитель» заключены Договора:

Договор купли-продажи нефтепродуктов № 69 от 01.06.2017.

Во исполнение обязательств по договору купли-продажи нефтепродуктов № 69 от 01.06.2017, ООО «СтройПромСервис» поставило ООО «ЧИН Строитель» судовое топливо для быстроходных и среднеоборотных дизелей ТУ на общую сумму 1 386 296,32 руб., что подтверждается Товарными накладными:

- Товарная накладная № 283 от 30.06.2017, счет-фактура № 283 от 30.06.2017, на сумму 75 920,61 руб.;

- Товарная накладная № 364 от 31.07.2017, счет-фактура № 364 от 31.07.2017, на сумму 1 310 375,71 руб.

ООО «СтройПромСервис» обязательства исполнило надлежащим образом, судовое топливо для быстроходных и среднеоборотных дизелей ТУ принято ООО «ЧИН Строитель» без замечаний, претензий со стороны ООО «ЧИН Строитель» относительно качества и комплектности поставленного товара, не поступало.

В соответствии с п. 3.2 договора купли-продажи нефтепродуктов № 69 от 01.06.2017, оплата нефтепродуктов производится ООО «ЧИН Строитель» на основании счетов ООО «СтройПромСервис» в течение 5 банковских дней с даты выставления счета.

В нарушение обязательств по договору купли - продажи нефтепродуктов № 69 от 01.06.2017 г., ООО «ЧИН Строитель» не оплатило поставленный товар.

Общая сумма задолженности ООО «ЧИН Строитель» перед ООО «СтройПромСервис» по договору купли-продажи нефтепродуктов № 69 от 01.06.2017 составляет 1 386 296,32 руб.

Договор купли-продажи нефтепродуктов № 25 от 01.07.2016.

Во исполнение обязательств по договору купли-продажи нефтепродуктов № 25 от 01.07.2016, ООО «СтройПромСервис» поставило ООО «ЧИН Строитель» судовое топливо для быстроходных и среднеоборотных дизелей ТУ на общую сумму 1 3 336 086,19 руб., что подтверждается Товарными накладными и счетами-фактурами, а именно:

1.) Товарная накладная № 234 от 30.11.2016, счет-фактура № 234 от 30.11.2016., на сумму 674 120,52 руб.;

2.) Товарная накладная № 270 от 31.12.2016, счет-фактура № 270 от 31.12.2016, на сумму 940 749,83 руб.;

3.) Товарная накладная № 292 от 31.12.2016, счет-фактура № 292 от 31.12.2016, на сумму 3 093 860,11 руб.;

4.) Товарная накладная № 3 от 31.01.2017, счет-фактура № 3 от 31.01.2017, на сумму 700 406,11 руб.;

5.) Товарная накладная № 51 от 28.02.2017, счет-фактура № 51 от 28.02.2017, на сумму 941 109,76 руб.;

6.) Товарная накладная № 101 от 31.03.2017, счет-фактура № 101 от 31.03.2017, на сумму 613 885,84 руб.;

7.) Товарная накладная № 152 от 30.04.2017, счет-фактура № 152 от 30.04.2017, на сумму 2 160 180,70 руб.;

8.) Товарная накладная № 222 от 31.05.2017, счет-фактура № 222 от 31.05.2017, на сумму 2 756 003,32 руб.;

9.) Товарная накладная № 411 от 31.08.2017, счет-фактура № 411 от 31.08.2017, на сумму 722 528,46 руб.

10.) Акт № 368 от 31.05.2018, счет-фактура № 368 от 31.05.2018, на сумму 733 241,54 руб.

ООО «СтройПромСервис» обязательства исполнило надлежащим образом, судовое топливо для быстроходных и среднеоборотных дизелей ТУ принято ООО «ЧИН Строитель» без замечаний, претензий со стороны ООО «ЧИН Строитель» относительно качества и комплектности поставленного товара, не поступало.

В соответствии с п. 3.2 договора купли-продажи нефтепродуктов № 25 от 01.07.2016, оплата нефтепродуктов производится ООО «ЧИН Строитель» на основании счетов ООО «СтройПромСервис» в течении 5 банковских дней с даты выставления счета.

В нарушение обязательств по договору купли-продажи нефтепродуктов № 25 от 01.07.2016, ООО «ЧИН Строитель» не оплатило поставленный товар.

Общая сумма задолженности ООО «ЧИН Строитель» перед ООО «СтройПромСервис» по Договору купли-продажи нефтепродуктов № 25 от 01.07.2016 составляет 13 336 086,19 руб.

Договор на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств и строительной техники с экипажем № СПС/А-07/017 от 01.03.2017.

Во исполнение обязательств по договору на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств и строительной техники с экипажем № СПС/А-07/017 от 01.03.2017, ООО «СтройПромСервис» оказало ООО «ЧИН Строитель» услуги (выполнило работы), путем предоставления строительно-монтажных машин и механизмов (техники) на общую сумму 15 200 303,59 руб., что подтверждается Актами и счетами-фактурами, а именно:

1.) Акт № 149 от 31.03.2017, счет-фактура № 149 от 31.03.2017, на сумму 4 678 621,84 руб.;

2.) Акт № 531 от 30.09.2017, счет-фактура № 531 от 30.09.2017, на сумму 6 071 265,85 руб.;

3.) Акт № 589 от 31.10.2017, счет-фактура № 589 от 31.10.2017, на сумму 4 450 415,90 руб.

Общая сумма задолженности ООО «ЧИН Строитель» перед ООО «СтройПромСервис» по договору на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств и строительной техники с экипажем № СПС/А-07/017 от 01.03.2017 составляет 15 200 303,59 руб.

Договор аренды строительной техники с экипажем № СПС/А-14/1/2018 от 01.02.2018.

Во исполнение обязательств по договору аренды строительной техники с экипажем № СПС/А-14/1/2018 от 01.02.2018, ООО «СтройПромСервис» предоставило и оказало услуги ООО «ЧИН Строитель» на общую сумму 3 482 764,33 руб., что подтверждается Актами и счет-фактурами, а именно:

1.) Акт № 102 от 28.02.2018, счет-фактура № 102 от 28.02.2018, на сумму 685 688,22 руб.;

4.) Акт № 246 от 31.05.2018, счет-фактура № 246 от 31.05.2018, на сумму 2 797 076,11 руб.

Общая сумма задолженности ООО «ЧИН Строитель» перед ООО «СтройПромСервис» по договору аренды строительной техники с экипажем № СПС/А-14/1/2018 от 01.02.2018 составляет 3 482 764,33 руб.

Общая сумма задолженности ООО «ЧИН Строитель» перед ООО «СтройПромСервис» составляет 33 405 450,43 руб. (1 386 296,32 руб. + 13 336 086,19 руб. + 15 200 303,59 руб. + 3 482 764,33 руб.).

ООО «ЧИН Строитель» обязанность по оплате задолженности перед ООО «СтройПромСервис» по настоящее время не исполнило.

Возражая против удовлетворения заявленных требований ООО «ПСК «НефтеГазСтрой» ссылается на следующие обстоятельства.

Как усматривается из заявления кредитора, его требование основано на гражданско-правовых сделках:

- договоре купли-продажи нефтепродуктов от 01.06.2017 № 69 (товарные накладные от 30.06.2017 на сумму 75 920,61 руб., от 31.07.2017 № 364 на сумму 1 310 375,71 руб.);

- договоре купли-продажи нефтепродуктов от 01.07.2016 № 25 (товарные накладные от 30.11.2016 № 234 на сумму 674 120,52 руб., от 31.12.2016 № 270 на сумму 940 749,83 руб., от 31.12.2016 № 292 на сумму 3 093 860,11 руб., от 31.01.2017 № 3 на сумму 700 406,11 руб., от 28.02.2017 № 51 на сумму 941 109,76 руб., от 31.03.2017 № 101 на сумму 613 885,84 руб., от 30.04.2017 № 152 на сумму 2 160 180,70 руб., от 31.05.2017 № 222 на сумму 2 756 003,32 руб., от 31.08.2017 № 411 на сумму 722 528,46 руб., акт от 31.05.2018 № 368 на сумму 733 241,54 руб.);

- договоре на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств и строительной техники с экипажем от 01.03.2017 № СПС/А-07/017 (акты от 31.03.2017 № 149 на сумму 4 678 621,84 руб., от 30.09.2017 № 531 на сумму 6 071 265,85 руб., от 31.10.2017 № 589 на сумму 4 450 415,90 руб.);

- договоре аренды строительной техники с экипажем от 01.02.2018 (акты от 28.02.2018 на сумму 685 688,22 руб., от 31.05.2018 № 246 на сумму 2 797 076,11 руб.).

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Нахождение должника в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

На практике применение повышенного стандарта доказывания означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Принимая во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления от 22.06.2012 № 35, кредитору в обоснование требований, основанных на передаче должнику товара, необходимо представить первичные документы, подтверждающие поставку товара должнику, в том числе, документы, подтверждающие способ и процесс доставки товара, его перевозки до должника, документы, подтверждающие наличие и возможность кредитора осуществить такую поставку.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, ООО «СтройПромСервис» не осуществляет видов деятельности, связанных с реализацией нефтепродуктов и сдачей в аренду автотранспортных средств и строительной техники.

При этом, в обоснование своих требований кредитором не представлено доказательств наличия у него в период исполнения названных договоров как нефтепродуктов, так и автотранспортных средств и строительной техники, т.е. доказательств возможности реального исполнения договоров купли-продажи и аренды (статья 209, 454, 608 ГК Российской Федерации).

По данным общедоступного информационного сервиса «СПАРК», среднесписочная численность ООО «СтройПромСервис» в 2017 и 2018 годах составляла 3 человека, что исключает возможность исполнения договоров от 01.03.2017 № СПС/А-07/017 (пункт 2.1.2) и от 01.02.2018 № СПС/А-14/1/2018 (пункт 2.1.4) в заявленном объеме в части обеспечения всех транспортных средств и строительной техники квалифицированным обслуживающим персоналом.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.07.1997 № 835 «О первичных учетных документах» функции по разработке и утверждению альбомов унифицированных форм первичной учетной документации и их электронных версий были возложены на Государственный комитет Российской Федерации по статистике.

Госкомстат России, реализуя предоставленные ему полномочия, постановлением от 28.11.1997 № 78 утвердил согласованные с Минфином России и Минэкономики России унифицированные формы первичной учетной документации по учету работы строительных машин и механизмов, работ в автомобильном транспорте, в том числе форму № 1-Т «Товарно-транспортная накладная», а также указания по применению и заполнению этих форм.

Пунктом 3 названного постановления признаны утратившими силу на территории Российской Федерации приложения №№ 1, 4, 5 (формы первичной учетной документации №№ 1-Т, 4-С, 4-П) к Инструкции «О порядке расчетов за перевозки грузов автомобильным транспортом», утвержденные Минфином СССР и ЦСУ СССР 30.11.1983 № 156/354/7. Остальные положения этой Инструкции действуют на территории Российской Федерации в части, не противоречащей законодательству Российской Федерации.

Пункт 6 названной Инструкции определяет товарно-транспортную накладную единственным документом, служащим для списания товарно-материальных ценностей у грузоотправителей и оприходования их у грузополучателей, а также для складского, оперативного и бухгалтерского учета.

Товарно-транспортная накладная формы № 1 -Т применяется в тех случаях, когда осуществляются расчеты с владельцами автотранспорта, выполнившими перевозку грузов, и фактически совмещает два документа: первый из них позволяет учесть для целей бухгалтерского учета движение товарно-материальных ценностей от одного хозяйствующего субъекта к другому, а второй - транспортные работы и расчеты за услуги по перевозке грузов. Товарно-транспортная накладная выписывается в четырех экземплярах, распределяемых между всеми участниками хозяйственного оборота для учета соответствующих хозяйственных операций у каждого из них.

Как отмечено в решении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2009 № ГКПИ09-589, пункт 6 Инструкции, признавая товарно-транспортную накладную единственным документом, служащим для списания товарно-материальных ценностей у грузоотправителей и оприходования их у грузополучателей, а также для складского, оперативного и бухгалтерского учета, тем самым признает данный документ достаточным для целей бухгалтерского учета указанных хозяйственных операций.

Транспортные накладные, подтверждающие способ и процесс доставки товара, его перевозки до ООО «ЧИН Строитель», в материалы дела не представлены.

Кредитором также не представлены и заявки заказчика, предусмотренные пунктом 1.2 договора от 01.03.2017 № СПС/А-07/017, пунктом 1.3 договора от 01.02.2018 № СПС/А-14/1/2018; к актам не приложены путевые листы, фиксирующие часы и места работы техники, как это предусмотрено пунктами 1.3, 2.1.6 договора от 01.03.2017 № СПС/А-07/017 и пунктами 1.4, 2.1.3 договора от 01.02.2018 № СПС/А-14/1/2018. 

Таким образом, в материалы дела не представлены достаточные и достоверные доказательства, подтверждающие факт реальной работы, соответствие ее объема отраженным в актах величинам.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ директор ООО «ЧИН Строитель» ФИО4 (период полномочий 2013 - 2019 годы) одновременно являлся единственным учредителем и директором ООО «СтройВипГрупп» (период полномочий 2015 - 2019 годы), имевшего адрес: 443095 

<

...>.

Приказом директора ООО «СтройВипГрупп» ФИО4 от 01.04.2015 № 3 на должность главного бухгалтера этой организации с 01.04.2015 была назначена ФИО5, которая 19.11.2015 учредила ООО «СтройПромСервис» и стала его директором.

Подписями ФИО5 от имени ООО «СтройПромСервис» и ФИО4 от имени ООО «ЧИН Строитель» скреплены представленные заявляющимся кредитором документы.

Адрес ООО «СтройПромСервис»: 443095 

<

...>.

Сведения об адресах ООО «СтройВипГрупп» и ООО «СтройПромСервис» признаны налоговым органом недостоверными. Дом № 178 на ул. Стара Загора в г. Самаре является многоквартирным жилым домом.

ООО «СтройВипГрупп» и ООО «СтройПромСервис» созданы в 2015 году, в отношении них, как и в отношении ООО «ЧИН Строитель», приняты решения о ликвидации.

Признанное банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника ООО «СтройПромСервис» (решение Арбитражного суда Самарской области от 03.06.2019 по делу № А55-2116/2019) инициировало банкротство ООО «СтройВипГрупп» по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника (дело № А55-37804/2019) и ООО «ЧИН Строитель» по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника (дело № А55-25674/2018).

Таким образом, не имеющие собственных основных средств и управляемые номинальными лицами при минимальной численности работников, все три организации имеют признаки фирм-однодневок, которые одновременно ликвидируются из гражданского оборота, предъявляя друг другу взаимные требования.

Согласно правовым позициям изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительно) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как указано выше, в материалах обособленного спора отсутствуют сведения о нуждах должника в приобретении судового топлива и аренде строительной техники и транспортных средств с экипажем.

При этом руководившая в период соответствующих сделок кредитором ФИО5 в третьей организации находилась в должностном подчинении руководившего должником ФИО4, что свидетельствует о фактической аффилированности кредитора и должника, которая усматривается и из условий сделок и поведения их сторон.

Согласно п. 3.2 договора купли-продажи нефтепродуктов от 01.07.2016 № 25, оплата нефтепродуктов производится покупателем на основании счетов продавца в течение 5 банковских дней с даты выставления счета.

Договор купли-продажи нефтепродуктов от 01.06.2017 № 69 содержит пункт 3.2 аналогичного содержания.

Пунктом 4.3 договора на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств и строительной техники с экипажем от 01.03.2017 № СПС/А-07/017 определено, что за оказанные услуги заказчик производит оплату в течение 15 рабочих дней с момента подписания акта выполненных работ сторонами договора по выставленному счету-фактуре.

По договору аренды строительной техники с экипажем от 01.02.2018 № СПС/А-14/1/2018 арендатор оплачивает аренду спецтехники на основании актов выполненных работ в течение 14 календарных дней после выставления счета арендодателем.

Таким образом, срок оплаты по всем заявленным кредитором сделкам определен моментом востребования - выставлением счетов на оплату (пункт 2 статьи 314 ГК Российской Федерации), что не является экономически разумным для независимых друг от друга участников гражданского оборота.

В данном случае сделки имеют нерыночный характер, поскольку продавец несет расходы на приобретение товаров, арендодатель несет расходы по оплате услуг экипажа и приобретению горюче-смазочных материалов для строительной техники и транспортных средств, кредитуя, таким образом, должника на неопределенный срок (срок исковой давности не начинает течения до момента востребования).

В материалы обособленного спора представлена претензия ООО «СтройПромСервис» на всю сумму долга, датированная 24.10.2018.

Данных о том, почему ООО «СтройПромСервис» не выставляло счета на оплату сразу по подписании товарных накладных и актов, почему не предпринимало мер к востребованию задолженности с ноября 2016 года до октября 2018 года, в материалы не представлено.

При этом 05.02.2019 было возбуждено производство по делу № А55-2116/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройПромСервис» по заявлению ООО «ПрофМонтажСтрой» с суммой требования к должнику 2 287 406,66 руб. (2 253 140 руб. - основной долг, 34 266 руб. - судебные расходы).

Реально имея дебиторскую задолженность ООО «ЧИН Строитель» в сумме 33 405 450,43 руб., которая в 14 раз превышает кредиторскую задолженность перед ООО «ПрофМонтажСтрой», ООО «СтройПромСервис» не допустило бы признания себя банкротом.

Отсутствуют и разумные объяснения того, почему задолженность в сумме 33 405 450,43 руб. не была заявлена к взысканию в рамках дела № А55-1784/2019 по иску ООО «СтройПромСервис» к ООО «ЧИН Строитель» о взыскании 678 700,60 руб. основного долга и 53 496,48 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о фиктивности документооборота между заявляющимся кредитором и должником (пункт 1 статьи 170 ГК Российской Федерации). Основанное на данном документообороте требование ООО «СтройПромСервис» не может быть признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов ООО «ЧИН Строитель».

Каких-либо возражений относительно аффилированности между кредитором и должником, ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции не заявлено.

Доказательств, опровергающих данный факт, в материалы дела не представлено.

Учитывая аффилированность сторон, суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции в рассматриваемом случае обоснованно применил повышенный стандарт доказывания и оценил представленные заявителем документы как недостаточные для подтверждения его требования к должнику.

Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, общность экономических интересов повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении задолженности в реестр (например, определения от 14.08.2020 № 308-ЭС19-9133(15), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений с должником. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения спорных сделок, не имея каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты. В подобной ситуации сделки подлежат квалификации по правилам, установленным статьей 170 ГК Российской Федерации (пункт 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц).

Из материалов данного обособленного спора следует, что определениями Арбитражного суда Самарской области от 15.06.2020, 23.06.2020, 03.09.2020 суд предлагал заявителю представить дополнительные доказательства в подтверждение реальности исполнения сделок купли-продажи и аренды.

Однако, соответствующие доказательства в материалы обособленного спора представлены не были.

В соответствии с ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В данном случае аффилированным кредитором не представлены доказательства, находящиеся в сфере его контроля и подтверждающие реальность сделок с должником, в связи с чем во включении его требования в реестр по мнению ООО «ПСК «НефтеГазСтрой» должно быть отказано по статьям 10 и 170 ГК Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, на что указано в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ».

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле. Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. При рассмотрении вопроса о мнимости договора, необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Как разъяснено в пункте 86 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

При квалификации сделки как мнимой подлежат установлению обстоятельства ее исполнения, а также условия, при которых заключалась оспариваемая сделка. При распределении бремени доказывания по требованию о признании сделки мнимой необходимо учитывать, что для признания сделки недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует доказать, что у сторон такой сделки отсутствовало намерение создать соответствующие правовые последствия. Однако доказывание отсутствия такого обстоятельства не может быть возложено исключительно на сторону, заявившую о мнимости сделки.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Согласно статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Кроме этого, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с лицом, заявившим о включении требований в реестр, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 по делу №А12-45751/2015).

Более того, выбор подобной структуры внутригрупповой юридической связи позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве контрагента. Такие факты свидетельствуют о подаче обществом заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2010г. №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве).

Указанная правовая позиция подтверждена в пункте 13 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2017.

Указанная сделка имеет неразумный срок исполнения обязательств по оплате нефтепродуктов по договорам купли-продажи, не преследуют обычную экономическую цель (получение прибыли), а направлены исключительно на создание искусственной задолженности перед аффилированным лицом для получения таким способом контроля в процедуре банкротства должника.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки либо заявленных лицами, участвующими в деле доводов о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки явно недостаточно.

При квалификации сделки как мнимой подлежат установлению обстоятельства ее исполнения, а также условия, при которых заключалась оспариваемая сделка.

В рассматриваемом случае сделка заключена между аффилированными лицами.

С учетом позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 (доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической), доказательств, раскрывающих разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного договора, в материалы дела не представлено.

Кроме того, заявителем не раскрыты разумные экономические мотивы совершения сделки.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующею необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ, Верховного суда РФ от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, № А32-16155/2011).

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (пункт 26 постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 №305-3C18-413. от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(ЗТ).

Если должник и кредитор являются аффилированными, к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой заявитель должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Само по себе требование в размере 33 405 450,43 руб., на который ссылался заявитель в апелляционной жалобе, в отсутствии достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих наличие этой задолженности должника перед кредитором, равно как и отсутствии доказательств, подтверждающих факт наличия поставленного в адрес должника товара, его отгрузки, перевозки в адрес должника, не может иметь определяющего значения при рассмотрении вопроса о его включении в реестр требований кредиторов должника.

Доводы апелляционной жалобы  ООО «СтройПромСервис» сводятся к несогласию с установленными по данному обособленному спору обстоятельствами.

В силу изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены, но приняты быть не могут, поскольку не влияют на законность принятого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 13 октября 2020 г. по делу №А55-25674/2019 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 13 октября 2020 г. по делу №А55-25674/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                         А.И. Александров

Судьи                                                                                                        Д.К. Гольдштейн

 

Г.О. Попова