Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-6995/2024

10 февраля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 февраля 2025 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Воробьевой Ю.А.,

судей Козловой Т.Д., Ротаря С.Б.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Щербак Д.А.,

при участии в заседании:

от ФИО1: адвокат Егорова Е.С. по доверенности от 18.07.2024 (в режиме веб-видеоконференции);

от акционерного общества «Экспериментально-механический завод»: адвокат Верещагин Г.В. по доверенности от 18.10.2024; 

от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания БамСтройМеханизация»: представитель ФИО2 по доверенности от 03.12.2024 №32-35;

от общества с ограниченной ответственностью «ПромКапиталСтрой»: адвокат Лискина Ю.В. по доверенности 16.07.2024;

от общества с ограниченной ответственностью «АмурСтройМеханизация»: представитель ФИО3 по доверенности от 28.07.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на решение от 22.11.2024

по делу № А73-7770/2024

Арбитражного суда Хабаровского края

по иску акционера акционерного общества «Экспериментально-механический завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО1 

к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания БамСтройМеханизация» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки 

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «АмурСтройМеханизация» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «ПромКапиталСтрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Реестр-РН» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

акционер акционерного общества «Экспериментально-механический завод» (далее – АО «ЭМЗ») ФИО1 06.05.2024 обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края к АО «ЭМЗ» с иском о признании недействительным договора ипотеки от 12.01.2022 №1 и применении последствий недействительности сделки.

Определением от 15.07.2024 на основании статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) ответчик по делу с АО «ЭМЗ» заменен на общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания БамСтройМеханизация» (далее - ООО «УК «БСМ»), на основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «АмурСтройМеханизация» (ООО «АСМ»), ООО «ПромКапиталСтрой» (ООО «ПКС»), ООО «Реестр-РН».

Исковые требования обоснованы заключением договора об ипотеке (залоге недвижимости) от 12.01.2022 №1 как крупной сделки без получения согласия или последующего одобрения общего собрания акционеров АО «ЭМЗ», заявлены со ссылкой на пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Решением от 22.11.2024 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с решением от 22.11.2024, ФИО1 23.12.2024 обратилась в апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение и вынести по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования истца в полном объеме. В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что о наличии спора по делу №А73-20916/2023 по иску ООО «АСМ» к ООО «ПКС» и АО «ЭМЗ» о взыскании 51941508руб.70коп., об обращении взыскания на заложенное имущество она узнала в марте 2024 года, после приобретения акций, при этом отмечает, что директор АО «ЭМЗ» не предоставил документы о деятельности общества; до момента подачи ходатайства о приостановлении производства по делу №А73-20916/2023 у истца отсутствовала возможность ознакомления с материалами указанного дела и исходя из этого у нее отсутствовала возможность узнать об условиях сделки и о неосмотрительном поведении ФИО5 Истец не оспаривает факта знакомства с ФИО6 и указывает, что именно она рассказала ей о перспективном предприятии АО «ЭМЗ», в связи с чем принято решение о поэтапном приобретении акций: сначала небольшого пакета, затем значительного. Указывает, что не знакома с ФИО5, ФИО7, в связи с чем полагает необоснованном вывод суда о наличии между ними связи. Также истец не согласен с выводом суда о пропуске срока исковой давности, поскольку акционером общества она стала 05.03.20224, после приобретения акций у ФИО8, требование о предоставлении информации в отношении деятельности АО «ЭМЗ» заявлено 14.03.2024 и 26.03.2024. Кроме того полагает, что с учетом того, высшим органом управления общества является общее собрание акционеров, которое проводится не ранее чем через два месяца и не позднее чем через шесть месяцев после окончания отчетного года, а отчетный период в 2022 году заканчивался 31.03.2023, соответственно, собрание акционеров по вопросу заключения договора ипотеки от 12.01.2022 в любом случае должно было состояться не позднее 30.09.2023, следовательно, годичный срок для оспаривания сделки должен исчисляться именно с 30.09.2023 и заканчивается 29.09.2024. Также истец указывает, что залогодержатель не проявлял интереса к объекту залога, не требовал предоставить протокол общего собрания акционеров. Обращает внимание, что объект недвижимости передан в залог в качестве обеспечения исполнения обязательств по восьми спецификациям, а по переуступке ответчику переданы требования только по пяти спецификациям, соответственно заложенное имущество перешло к новому кредитору не по всем обязательствам ООО «ПКС». В апелляционной жалобе также указано на процессуальное нарушение: истцу не предоставлена возможность представить свою позицию относительно возражений ответчика на отзыв третьего лица, которые направлены в суд 13.11.2024.

Рассмотрение апелляционной жалобы ФИО1 откладывалось с 30.01.2025 до 06.02.2025 для решения вопроса о принятии к производству апелляционной жалобы АО «ЭМЗ» на решение от 22.11.2024. Определением от 05.02.2025 жалоба общества возвращена заявителю.

В судебном заседании 06.02.2025, которое проведено с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель истца поддержал апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам.

Представители ООО «ПКС» и АО «ЭМЗ» поддержали позицию истца.

Представители ООО «УК «БСМ» и ООО «АСМ» просили отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, согласившись с обжалуемым решением.

ООО «УК «БСМ» в письменном отзыве настаивает на том, что ФИО1 знала о рассмотрении в суде иска об обращении взыскания на заложенное недвижимое имущество до приобретения акций ответчика; истец является номинальным акционером, иск об оспаривании сделки подан в противоправных интересах третьих лиц, действительной целью приобретения акций являлось получение формального права на предъявление иска; указывает на пропуск ФИО1 срока исковой давности на предъявление иска.

Согласно письменному отзыву ООО «АСМ» истец о наличии спора узнала 27.02.2024, при покупке акций с целью подачи в суд иска по настоящему делу; общество также полагает, что ФИО1 является номинальным акционером и своими действиями злоупотребляет формальным правом на оспаривание сделки; указывает на пропуск ФИО1 срока исковой давности.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, АО «ЭМЗ» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.11.1993; 20.11.2002 обществу присвоен ОГРН 

<

***>.

Истец является акционером АО «ЭМЗ»; согласно выписке из реестра владельцев именных ценных бумаг от 13.03.2024 ей принадлежали обыкновенные именные акции АО «ЭМЗ» в количестве 3111 штук, что составляет 2,5938% голосующих акций. В период рассмотрения спора по настоящему делу истец дополнительно приобрела акции общества, и согласно выписке из реестра владельцев именных ценных бумаг от 14.10.2024 ФИО1 принадлежит 10449 обыкновенных именных акций АО «ЭМЗ» (8,7%).

Как указала истец, 03.05.2024 она получила от общества копии протокола заседания совета директоров АО «ЭМЗ» от 10.01.2022 №01/2022 (далее – протокол от 10.01.2022) и договора об ипотеке (залоге недвижимости) от 12.01.2022 №1 (далее – договор ипотеки).

Согласно пункту 1.1 договора ипотеки ООО «УК БСМ» (залогодержатель), являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному ипотекой, в случае неисполнения должником этого обязательства (статья 2 договора) имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного недвижимою имущества залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя.

Согласно пункту 1.2 договора ипотеки объектом залога является следующее имущество:

1. нежилое 2-этажное здание с кадастровым номером 27-23-0050901:87 площадью 3224,4кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, принадлежащее АО «ЭМЗ»;

2. земельный участок с кадастровым номером 27-23-0050901:74 площадью 30370 +/- 60кв.м, расположенный в 

<

...> и принадлежащий АО «ЭМЗ»;

3. объект незавершенного строительства с кадастровым номером 27-23-0050901:117 площадью застройки 7374,5кв.м, планируемое назначение: цех закладных деталей, степень готовности: 45%, расположенный по адресу: 

<

...>, принадлежащий АО «ЭМЗ».

Согласно пункту 1.4 договора ипотеки рыночная стоимость указанных выше объектов определена на основании отчета об оценке недвижимости от 18.11.2021 №627/2021, составленного ООО «Бизнес аудит оценка», и составила: здания – 44470000руб., земельного участка – 34860000руб., объекта незавершенного строительства – 71630000руб., а в целом всего заложенного имущества – 150960000руб.

Согласно пункту 1.5 договора ипотеки объект залога оценен сторонами в целом по соглашению сторон в размере 69744000руб.

Пунктом 2.1 договора ипотеки залог установлен в качестве обеспечения исполнения:

- обязательств ООО «ПКС» (должник) по договору поставки железобетонных пролетных строений от 11.11.2021 №11-2021/13-3;

- обязательств должника по возврату неотработанного аванса в случае нарушения установленного в спецификациях срока поставки; 

- причитающихся залогодержателю сумм: возмещения убытков и/или в качестве неустойки (штрафа, пени) вследствие неисполнения, просрочки исполнения или иного ненадлежащего исполнения обеспеченного ипотекой обязательства; ответственность за неисполнение или ненадлежащие исполнение обязательств по основному договору; процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, предусмотренных обеспеченным ипотекой обязательством либо федеральным законом; судебных издержек и иных расходов, вызванных обращением взыскания на заложенное имущество; расходов по реализации заложенного имущества.

Договор ипотеки подписан со стороны ООО «УК БСМ» генеральным директором ФИО9, от АО «ЭМЗ» - генеральным директором ФИО5, от ООО «ПКС» - представителем по доверенности ФИО5

Как следует из протокола от 10.01.2022, договор ипотеки единогласно согласован и одобрен советом директоров АО «ЭМЗ». Суд установил, что общее собрание акционеров по вопросу заключения оспариваемой сделки не проводилось, что участвующими в деле лицами не оспаривается.

Из материалов электронного дела №А73-20916/2023 следует, что ООО «АСМ» обратилось в суд к ООО «ПКС» и АО «ЭМЗ» с иском о взыскании 498020163руб.63коп. задолженности (аванса) по договору поставки от 11.11.2021 №11-2021/13-3, неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами, об обращении взыскания на имущество, заложенное по договору ипотеки от 12.01.2022: вышеуказанные нежилое здание и земельный участок.

ООО «АСМ» ссылалось на то, что ООО «УК БСМ» перечислило ООО «ПКС» в качестве аванса по договору поставки 49802163руб.79коп., однако товар не поставлен должником; требование о возвращении уплаченной по договору поставки суммы и неустойки уступлено залогодержателем истцу (ООО «АСМ»), которое взыскало с ООО «ПКС» основной долг в размере 49802163руб.79коп., пеню в сумме 21139345руб.07коп. и проценты вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2024 по делу №А40-62467/24-140-428.

Определением от 15.07.2024 производство по делу №А73-20916/2023 приостановлено до вступления в законную силу решения по делу №А73-7770/2024.

Полагая, что договор ипотеки является недействительной сделкой, ФИО1 на правах акционера АО «ЭМЗ» обратилась в суд с иском по настоящему делу.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

На момент обращения в суд истцу принадлежало менее 5% голосующих акций АО «ЭМЗ», наделяющих правом требовать признания сделки недействительной в соответствии с частью 1.1 статьи 3 Федерального закона от 14.03.2022 N 55-ФЗ «О внесении изменений в статьи 6 и 7 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части особенностей изменения условий кредитного договора, договора займа и статью 21 Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в редакции от 25.12.2023.

Вместе с тем на момент принятия решения по делу указанный 5% порог действовал лишь в случае, если в отношении общества действуют меры ограничительного характера, введенные иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза, а также в иных случаях, которые аналогичны случаям, определенным Правительством Российской Федерации в соответствии со статьей 92.2 Закона об акционерных обществах и с пунктом 6 статьи 30.1 Федерального закона от 22.04.1996 №39-ФЗ «О рынке ценных бумаг».

Кроме того, в период рассмотрения дела истец дополнительно приобрела акции АО «ЭМЗ» и стала владельцем 8,7% акций.

По правилу пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Таким образом суд правомерно заключил, что к моменту рассмотрения дела у истца как законного представителя корпорации имеется достаточный объём полномочий для предъявления от имени общества требования о признании совершенной им сделки недействительной, и ФИО1 является надлежащим истцом по настоящему делу.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с пунктом 1 статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) крупной сделкой считается сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением указанных в данной норме сделок.

На совершение крупной сделки должно быть получено согласие совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров в соответствии со статьей 79 Закона об акционерных обществах.

Решение о согласии на совершение или о последующем одобрении крупной сделки, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет от 25 до 50 процентов балансовой стоимости активов общества, принимается всеми членами совета директоров (наблюдательного совета) общества единогласно, при этом не учитываются голоса выбывших членов совета директоров (наблюдательного совета) общества (пункт 2 статьи 79 Закона об акционерных обществах).

В соответствии с пунктом 6 статьи 79 Закона об акционерных обществах крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на её совершение, может быть признана недействительной (статья 173.1 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его акционеров (акционера), владеющих в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества. Срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Согласно пункту 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2 статьи 173.1 ГК РФ).

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление Пленума №27) разъяснено, что для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах): 1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; 2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Суд обоснованно исходил из отсутствия каких-либо доводов истца о наличии у договора ипотеки как количественного, так и качественного критериев крупной сделки и соответствующих доказательств. Принимая во внимание, что оспариваемая сделка является обеспечительной и по своей природе никак не влияет на деятельность АО «ЭМЗ» вплоть до момента нарушения основного обязательства должником (ООО «ПКС»), аффилированным к АО «ЭМЗ», суд заключил об отсутствии качественного критерия крупной сделки.

Судом также не установлено признаков ничтожности договора ипотеки, на которые ссылалась ФИО1

Как следует из доводов истца, в качестве основания ничтожности сделки заявлено о согласовании сторонами договора ипотеки цены заложенного имущества существенно ниже его рыночной стоимости, что является крайне невыгодным условием для залогодателя.

Учитывая отсутствие в соответствующих доводах истца их конкретного нормативного основания, суд на основании приведённых истцом доводов и представленных доказательств приходит к выводу, что истцом заявлено о ничтожности сделки как нарушающей требования закона или иного правового акта и посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 2 статьи 168 ГК РФ), поскольку признаков иных составов ничтожности Договора ипотеки, предусмотренных гипотезами статей 169, 170, 171, 172, 174.1 ГК РФ, из доводов истца не установлено.

Как верно отмечено судом, при оценке доводов о ничтожности сделки как нарушающей требования закона следует исходить из того, что в случае, когда совершение сделки сопровождается явным злоупотреблением правом и при этом в законодательстве отсутствует состав недействительности, применимый в сложившейся ситуации, такая сделка, противоречащая императивному запрету на злоупотребление правом, может быть признана недействительной на основании совместного применения пункта 1 статьи 10 и статьи 168 ГК РФ.

Квалификация такой сделки как ничтожной по правилам пункта 2 статьи 168 ГК РФ в редакции, действующей на момент заключения договора ипотеки, возможна только в случае посягательства на права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Однако квалификация сделки в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки перечисленных в законе составов недействительности, специальной нормы. Одна и та же сделка не может быть ничтожной и оспоримой одновременно (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 №89-КГ15-13).

В этой связи судом верно отмечено, что сделка, совершение которой действующим от имени юридического лица без доверенности органом влечёт ущерб интересам представляемого, в силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ является оспоримой, а доводов о наличии обстоятельств, выходящих за пределы гипотезы пункта 2 статьи 174 ГК РФ, истец не приводит. И в любом случае оснований для применения пункта 2 статьи 168 ГК РФ настоящем деле не имеется, поскольку оспариваемый договор ипотеки не посягает ни на публичные интересы, ни на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, к которым акционеры общества, находящиеся с ним в непосредственной корпоративной взаимосвязи, не относятся.

Ответчиком также заявлено о пропуске срока исковой давности, истечение которого е, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске по заявлению стороны спора (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Как следует из протокола заседания совета директоров АО «ЭМЗ» от 10.01.2022, договор ипотеки единогласно согласован и одобрен советом директоров общества. Ипотека объектов недвижимости по договору от 12.01.2022 зарегистрирована в Едином государственном реестре недвижимости 08.02.2022 и 09.02.2022.

По общему правилу если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума № 27 разъяснено, что срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ течение срока исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума №27, переход доли (акции) к иному лицу не влияет на течение срока исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности.

В пункте 2 постановления Пленума № 27 также разъяснено, что срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

Поскольку начало течения исковой давности связано с тем, когда юридическое лицо восприняло информацию об оспариваемой сделке, сведения, воспринятые директором, относятся на юридическое лицо и оно в подтверждение иного момента начала течения исковой давности не может ссылаться против третьих лиц на то, что директор действовал недобросовестно и против интересов юридического лица, если только не будет доказан сговор директора с контрагентом по сделке. Таким образом, срок оспаривания сделки по специальным (корпоративным) основаниям начинается со дня, когда о том, что она совершена с нарушением закона, узнал или должен был узнать директор (независимо от того, кто совершил сделку и кто её оспаривает), кроме случаев, когда сделку совершил директор, состоящий в сговоре с другой стороной.

Суд обоснованно исходил из отсутствия доводов истца о сговоре и доказательств сговора генерального директора АО «ЭМЗ» с залогодержателем при подписании оспариваемого договора, заключение которого согласовано и одобрено советом директоров общества.

Суд также принял во внимание аффилированность должника и залогодателя и наличие у них единой экономической цели, что косвенно указывает на отсутствие сговора сторон сделки и свидетельствует об экономической целесообразности её совершения.

Поскольку судом не установлен факт сговора руководителя АО «ЭМЗ» и залогодержателя и все условия договора ипотеки изначально были известны его сторонам, суд правомерно установил, что срок исковой давности в рассматриваемой ситуации исчисляется с момента заключения оспариваемого договора и в любом случае не позднее регистрации ипотеки в публичном реестре (08.02.2022 и 09.02.2022), а основания для исчисления срока с момента, когда о совершении оспариваемой сделки узнала истец как акционер, по правилам пункта 3 постановления Пленума №27, у суда отсутствовали.

ФИО1 ссылается на то, что ей стало известно о заключении договора ипотеки только в марте 2024 года. Однако исходя из отсутствия сговора сторон оспариваемой сделки все доводы истца о том, когда именно она имела возможность узнать о совершении оспариваемой сделки, не имеют правового значения для настоящего спора. Возражения в данной части основаны на ошибочном толковании истцом правил статьи 181 ГК РФ с учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 постановления Пленума №27.

По тому же основанию суд не принимает довод апелляционной жалобы о том, что залогодателем не истребован протокол общего собрания акционеров. Кроме того несогласованность между акционерами материального истца не может быть противопоставлена охраняемым законом правам и интересам второй стороны сделки, недобросовестность которой вопреки утверждению истца не доказана. Доводов и соответствующих доказательств не представлено.

Суд также обоснованно отметил злоупотребление правом со стороны истца исходя из того, что дополнительные акции в незначительном количестве, не позволяющем влиять на юридическую и экономическую судьбу АО «ЭМЗ», приобретены ФИО1 у ФИО8 уже после получения информации о предъявлении иска к ООО «ПКС» и АО «ЭМЗ»; истец не опровергла доводы ответчика о фактической аффилированности с членами совета директоров АО «ЭМЗ», основанные на общедоступных сведениях Единого государственного реестра юридических лиц, в то время как одних лишь возражений об отсутствии личного знакомства с ФИО5 и ФИО7 недостаточно. Указанные обстоятельства суд обоснованно расценил как свидетельство того, что акции приобретены ФИО1 фактически в интересах бенефициаров АО «ЭМЗ», также пропустивших срок исковой давности на оспаривание договора ипотеки, с целью обойти правила о последствиях пропуска этого срока. В целом суд правомерно заключил, что оспаривание договора ипотеки в период, когда должник уже допустил нарушение исполнения обязательств перед залогодержателем по договору поставки, но после истечения всех очевидных сроков для оспаривания договора ипотеки реально участвующими в деятельности АО «ЭМЗ» акционерами, указывает на преследование истцом согласованной с АО «ЭМЗ» реальной цели в виде освобождения общества от исполнения обязательств по договору ипотеки (обращение взыскания на активы).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Следовательно суд пришёл к обоснованному выводу о наличии оснований для отказа в иске также по мотиву злоупотребления истцом своим правом.

Довод истца о том, что к ООО «АСМ» перешли не все права залогодержателя ввиду того, что залогом обеспечивалось выполнение условий поставки по восьми спецификациям, в то время как ООО «АСМ» переданы права требования лишь по пяти спецификациям, суд не оценивает как не имеющий правового значения для разрешения настоящего спора.

Доводы апелляционной жалобы о том, что представителю истца не предоставлена возможность выразить свою позицию по возражениям ответчика на отзыв третьего лица, ООО «АСМ», также отклоняются апелляционным судом.

Обязательное отложение судебного заседания предусмотрено только в двух случаях: когда это прямо предусмотрено АПК РФ и в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о месте и времени судебного разбирательства.

Из протокола судебного заседания от 13.11.2024 следует, что ходатайство об отложении заседания заявил представитель ООО «ПКС» для представления письменного отзыва, а представитель АО «ЭМЗ» поддержал доводы представленного в дело отзыва и ходатайство третьего лица об отложении судебного разбирательства.

Суд в пределах своего усмотрения не установил оснований для дальнейшего отложения рассмотрения спора, доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении прав истца, поскольку ее представитель имел возможность ознакомиться с возражениями непосредственно в заседании и высказать мнение с учетом того, что в возражениях новых доводов не заявлено, а лишь изложена обобщенная позиция ООО «УК БСМ» со ссылками на нормы права.

С учетом продолжительности спора и объективное наличие у участвующих в деле лиц возможности сформировать свои процессуальные позиции исходя из имеющихся в материалах дела доказательств в течение указанного времени, а также тот факт, что в ходе своих выступлений представитель ООО «ПКС» фактически высказал позицию в поддержку искового заявления, суд на основании части 5 статьи 159 АПК РФ расценил ходатайство третьего лица как явно направленное на затягивание судебного процесса, в связи с чем отказал в его удовлетворении.

Несогласие заявителя с результатами оценки исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств в соответствии со статьей 270 АПК РФ не может рассматриваться в качестве основания для отмены обжалуемого решения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Хабаровского края от 22.11.2024 по делу №А73-7770/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Ю.А. Воробьева

Судьи

Т.Д. Козлова

С.Б. Ротарь