ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-4592/2020, 10АП-4828/2020

Дело № А41-76726/16

21 октября 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 октября 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Епифанцевой С.Ю., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЛИОН-МЕТАЛЛ» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 02.07.2020,

от Банка ВТБ (публичное акционерное общество): ФИО4 по доверенности № 350000/771-Д от 15.05.2020,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы Савина Андрея Владимировича и Шульгина Юрия Николаевича на определение Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2020 года по делу №А41-76726/16, по заявлению конкурного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЛИОН-МЕТАЛЛ» о признании сделки должника с Шульгиным Юрием Николаевичем недействительной, 

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) «ЛИОН-МЕТАЛЛ» ФИО6 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 20.06.16 между ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» и ФИО7, применении последствий недействительности сделки и обязании ФИО7 вернуть ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» все полученное по договору купли-продажи от 20.06.16 имущество, а именно: нежилое здание общей площадью 152,3 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:2338, а также земельный участок площадью 5 241 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:1703 (т. 1, л.д. 3-4).

Заявление подано на основании статей 61.2, 61.6, 61.9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 19 июля 2018 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица было привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Управление Росреестра) по Московской области (т. 1, л.д. 1).

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 января 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен ФИО8 (т. 2, л.д. 94).

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 марта 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен ФИО5 (т. 4, л.д. 20).

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, конкурсный управляющий ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил заявленные требования, просил:

1. Признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 20.06.16 между ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» и ФИО7

2. Применить последствия недействительности указанной сделки. Возвратить ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» в собственность все переданное по недействительной сделке, а именно: нежилое здание общей площадью 152,3 кв.м., с кадастровым номером 50:31:0020202:2338, расположенное по адресу Московская область, Чеховский район, сельское поселение Стремиловское, в районе д. Скурыгино, коттеджный поселок «Сантория», здание 1; земельный участок площадью 5 241 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:1703, расположенный по адресу Московская область, Чеховский район, СП Стремиловское, в районе д. Скурыгино.

3. Определить, что имущество возвращается без сохранения обременения в виде залога в пользу ФИО5 по договору залога от 05.10.17 (т. 4, л.д. 36-40).

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 января 2020 года ФИО5 был привлечен к участию в обособленном споре в качестве соответчика (т. 4, л.д. 130).

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2020 года был признан недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 20.06.16, заключенный между ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» и ФИО7, в качестве последствий недействительности сделки ФИО7 был обязан вернуть в конкурсную массу ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» нежилое здание общей площадью 152,3 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:2338, расположенное по адресу: Московская обл., Чеховский р-н, СП Стремиловское, в р-не д. Скурыгино, коттеджный поселок «Сантория», здание 1, а также земельный участок площадью 5 241 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:1703, расположенный по адресу: Московская обл., Чеховский рн, СП Стремиловское, в р-не д. Скурыгино; указанное недвижимое имущество, а именно: нежилое здание общей площадью 152,3 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:2338, расположенное по адресу: Московская обл., Чеховский рн, СП Стремиловское, в р-не д. Скурыгино, коттеджный поселок «Сантория», здание 1, а также земельный участок площадью 5 241 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:1703, расположенный по адресу: Московская обл., Чеховский рн, СП Стремиловское, в р-не д. Скурыгино, было признано не обремененным залогом в пользу ФИО5 на основании договора залога (ипотеки) от 05.10.17, с ФИО7 в пользу ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» были взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6 000 рублей (т. 5, л.д. 45-49).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО7 и ФИО5 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права при его вынесении и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 5, л.д. 55-64, 80-81).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 20.06.16 между ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» (Продавец) и ФИО7 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, по условиям которого Продавец обязался передать в собственность Покупателя нежилой одноэтажный дом площадью 152,3 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:2338, расположенный по адресу: Московская область, Чеховский район, СП Стремиловское, в районе д. Скурыгино, и земельный участок для размещения административных зданий, объектов социального обеспечения, категория земель: земли населенных пунктов, общей площадью 5 241 кв.м., с кадастровым номером 50:31:0020202:1703, расположенный по адресу: Московская область, Чеховский район, СП Стремиловское, в районе д. Скурыгино, а Покупатель обязался принять дом и участок и уплатить за них 24 611 005 рублей 20 копеек на расчетный счет. указанный Продавцом, в срок не позднее 30.06.16 (т. 1, л.д. 13-14).

Также 20.06.16 между ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» (Сторона-1) и ИП ФИО7 (Сторона-2) было подписано соглашение № 1 о проведении взаимозачета, по условиям которого на основании статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны пришли к соглашению о проведении взаимозачета по денежным обязательствам в размере 24 611 005 рублей 20 копеек, в том числе: 

- задолженности Стороны-1 перед Стороной-2 по договору уступки прав требования № 11/05-1 от 11.05.16,

- задолженности Стороны-2 перед Стороной-1 по договору купли-продажи от 20.06.16 (т. 1, л.д. 10).

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 ноября 2016 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» (т. 1, л.д. 12).

Решением Арбитражного суда Московской области от 04 июля 2017 года ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6 

05.10.17 между ФИО7 (Залогодатель) и ФИО5 (Залогодержатель) был заключен договор ипотеки (залога), по условиям которого Залогодатель в целях обеспечения исполнения обязательств ФИО9 по договору займа от 05.10.17 передал Залогодержателю в залог следующее имущество: 

- нежилое здание, общей площадью 152,3 кв.м., с кадастровым номером 50:31:0020202:2338, количество этажей: 1, расположенное по адресу: Московская область, Чеховский район, сельское поселение Стремиловское, в районе д. Скурыгино, коттеджный поселок «Сантория», здание 1;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для размещения административных зданий, объектов социального обеспечения, общей площадью 5 241 +/- 51 кв.м., с кадастровым номером 50:31:0020202:1703, расположенный по адресу: Московская область, Чеховский район, СП Стоемиловское, в районе д. Скурыгино (т. 2, л.д. 96-100).

Определением Арбитражного суда Московской области от 01 апреля 2019 года ФИО6 был освобожден от исполнения возложенных на него в настоящем деле обязанностей, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06 марта 2020 года ФИО10 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. 

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО6 указал, что договор купли-продажи от 20.06.16 является недействительной сделкой, совершенной при неравноценном встречном исполнении и со злоупотреблением правом.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из того, что договор купли-продажи был заключен аффилированными лицами на условиях неравноценности встречного исполнения, а дальнейшая передача спорного имущества в залог была обусловлена намерением сторон сохранить имущество за лицом, которое фактически им владеет.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Конкурсный управляющий ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» просит признать недействительным договор купли-продажи от 20.06.16, заключенный должником с ФИО7, как сделку, совершенную при неравноценном встречном исполнении в отношении заинтересованного лица в преддверии банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Как указывалось выше, производство по делу о банкротстве ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 16 ноября 2016 года, оспариваемый договор купли-продажи заключен 20 июня 2016 года, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества контрагенту за соразмерное встречное представление.

По условиям договора от 20.06.16 здание общей площадью 152,3 кв.м., с кадастровым номером 50:31:0020202:2338 и земельный участок площадью 5 241 кв.м. с кадастровым номером 50:31:0020202:1703, расположенные по адресу: Московская область, Чеховский район, СП Стремиловское, в районе д. Скурыгино, были проданы ФИО7 за 24 611 005 рублей 20 копеек.

Расчет между сторонами были проведен путем взаимозачета на основании соглашения № 1 от 20.06.16.

Между тем, определением Арбитражного суда Московской области от 05 апреля 2019 года по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24 июля 2019 года и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17 октября 2019 года, соглашение № 1 от 20.06.16, заключенное между ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» и ИП ФИО7 было признано недействительной сделкой, в качестве последствий недействительности сделки восстановлена задолженность ИП ФИО7 перед ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» в сумме 24 611 005 рублей 20 копеек.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Поскольку соглашение о зачете № 1 от 20.06.16 было признано недействительной сделкой, доказательств проведения сторонами расчетов по договору купли-продажи от 20.06.16 иным способом, кроме взаимозачета, не представлено, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорное имущество было отчуждено должником безвозмездно.

Вышеназванными судебными актами по обособленному спору о признании недействительным соглашения о зачете в рамках настоящего дела также были установлены факты аффилированности ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» и ФИО7 и наличия у должника признаков неплатежеспособности по состоянию на 20.06.16.

Так, суды трех инстанций указали, что в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» указано, что его учредителем (с 24.09.15 по настоящее время) и генеральным директором (с 24.09.15 по 17.07.17) являлся ФИО8. На момент заключения договора поставки генеральным директором должника был ФИО11 (с 07.08.13 по 24.09.15). Также ФИО11 является одним из учредителей (с 06.02.13 по настоящее время) и генеральным директором (с 19.04.16 по настоящее время) ДНП «Сантория». Начиная с 06.02.13 еще одним учредителем ДНП «Сантория» является ФИО7 

Кроме того суды отметили, что ФИО8 опосредованно сохраняет контроль над отчужденной 20.06.16 по договору купли-продажи недвижимостью. Так, в настоящее время в указанном здании находится ООО «Транскэпитал», генеральным директором которого является ФИО8 Административное здание находится на территории коттеджного посёлка Республика Сантория. Указанный коттеджный посёлок строился под руководством Группы компаний Лион-Групп, президентом которой являлся ФИО8 Управляющей компанией коттеджного посёлка является ООО «Сантория» (ИНН 

<

***>), генеральным директором которой с 15.09.15 является ФИО7 

Признак неплатежеспособности должника по состоянию на 20.06.16 обусловлен наличием неисполненных обязательств перед Банком ВТБ (ПАО) в сумме, превышающей 200 000 000 рублей, в связи с наличием которой и было возбуждено производство по настоящему делу. 

Указанное свидетельствует о том, что оспариваемая сделка была безвозмездно совершена должником в пользу заинтересованного лица в целях уклонения от исполнения обязательств перед своими кредиторами.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 03 сентября 2020 года № 307-ЭС20-5284 по делу № А5623506/2017, если при применении последствий недействительности сделки выяснится, что возвращаемое имущество обременено залогом добросовестного лица, то такое имущество возвращается с обременением.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 29 апреля 2016 года № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, чтобы правильно применить правила о последствиях недействительности сделок, суды должны решить вопрос о правовом статусе имущества, возвращаемого в конкурсную массу в порядке реституции. Для этого в том числе следует определить добросовестность залогодержателя.

Признание за банком статуса добросовестного залогодержателя влечет необходимость указать в резолютивной части на обременение возвращаемого в порядке реституции имущества.

Во избежание затруднений при исполнении судебного акта судам надлежит установить, какое из возвращаемого имущества было передано в залог, существует ли данное имущество в натуре, не прекратился ли залог на него по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, либо по достигнутому между сторонами соглашению.

Как указывалось выше, на основании договора ипотеки (залога) от 05.10.17 ФИО7 передал спорное имущество в залог ФИО5 в целях обеспечения исполнения обязательств ФИО9 по договору займа от 05.10.17, заключенному ей с последним.

В силу пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодателем может быть как сам должник, так и третье лицо. В случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

Как правильно указал суд первой инстанции, названные нормы права являются специальными по отношению к установленным в статье 352 Гражданского кодекса Российской Федерации и регулируют вопрос прекращения залога именно в ситуации, когда залогодателем является третье лицо, не являющееся должником по основному обязательству.

В силу пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Исходя из пункта 17 договора ипотеки (залога) от 05.10.17 названный договор действует до полного выполнения сторонами принятых на себя обязательств или возникновения оснований для прекращения залога. 

Данное условие, как правильно указал суд первой инстанции, с учетом положений статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации не может рассматриваться как срок действия договора залога, в связи с чем подлежит применения годичный срок для предъявления иска к залогодателю.

Согласно пункту 1 договора займа, в обеспечение исполнения обязательств по возврату которого был заключен договор залога, займ выдан на срок до 05.07.18.

Таким образом, залог спорного имущества в пользу ФИО5 прекратился 05.07.19, поскольку в течении предшествующего года с момента прекращения обязательства по договору займа до указанной даты залогодержатель не обратился в суд с требованием об обращении взыскания на заложенное имущество. 

Суд первой инстанции со ссылкой на статью 308 Гражданского кодекса Российской Федерации и данные в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 54 от 22.11.16 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» обоснованно отклонил довод ФИО5 о том, что залог не прекратился по причине заключения 18.05.18 дополнительного соглашения к договору займа, продлившего срок исполнения обязательств до 05.07.19, поскольку внесение изменений в договор займа не влечет автоматического внесения изменений в договор ипотеки.

Суд первой инстанции также обосновано указал на отсутствие в ЕГРП сведений о продлении срока ипотеки спорного имущества, а также то обстоятельство, что ФИО7 не мог распоряжаться спорным имуществом, в связи с тем, что права на него перешили к нему по недействительной сделке.

Кроме того, судом первой инстанции была установлена аффилированность ФИО7, ФИО9 и ФИО5

Так, в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Лион-БМ» (ОГРН 

<

***>) его участником с 26.04.16 является ФИО9, генеральным директором – ФИО8

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Сантория» (ОГРН 

<

***>) генеральным директором Общества является ФИО9, ФИО11 – единственным участником. 

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Транскэпитал» (ОГРН 

<

***>) с 25.12.17 ФИО9 является единственным участником Общества, а генеральным директором – ФИО8

На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО7 и ФИО9 фактически входят в одну группу лиц, объединенную корпоративными и экономическими интересами, в связи с чем являются аффилированными лицами. 

Также, как обоснованно отметил суд первой инстанции, договор займа между ФИО5 и ФИО9 и обеспечивающий его договор ипотеки были заключены после открытия в отношении должника конкурного производства в целях сохранения имущества за лицом, в фактическом владении которого находится спорное имущество (ФИО8).

Дополнительное соглашение к договору займа о продлении срока возврата денежных средств было заключено ФИО5 и ФИО9 18.05.18 – после принятия к производству заявления конкурсного управляющего ООО «ЛИОНМЕТАЛЛ» о признании соглашения о взаимозачете № 1 от 20.06.16 недействительной сделкой.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце одиннадцатом пункта 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 127 от 25.11.08 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», как следует из статьи 10 Кодекса, отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Таким образом, непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика.

Поскольку сделки, заключенные между аффилированными лицами, фактически не направлены на возникновение реальных отношений между сторонами, хотя и юридически правильно оформлены и осуществлены формально и имеют целью сохранение имущества за фактическими бенефициарами (ФИО8), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что права ФИО5, как лица, злоупотребившего правом, не подлежат защите.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно в качестве применения последствий недействительности сделки возвратил спорное имущество в конкурсную массу должника с указанием на отсутствие обременения этого имущества в пользу ФИО5

Довод апелляционной жалобы ФИО7 о наличии у него достаточных денежных средств и имущества для уплаты стоимости проданного по договору от 20.06.16 имущества подлежит отклонению, поскольку доказательств фактической оплаты по указанному договору не представлено. 

Как указывалось выше, расчеты по договору купли-продажи от 20.06.16 были произведены ООО «ЛИОН-МЕТАЛЛ» и ФИО7 взаимозачетом по соглашению № 1 от 20.06.16, ни после заключения которого, ни  после признания его недействительным ФИО7 стоимость спорного имущества должнику не оплатил.

Также вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО7 определение Арбитражного суда Московской области от 05 апреля 2019 года по настоящему делу не презюмирует действительность договора купли-продажи от 20.06.16, поскольку было принято в рамках обособленного спора по оспариванию соглашения о зачете, в котором обстоятельства заключения договора купли-продажи не исследовались.

Доводы апелляционной жалобы ФИО5 о законности договора ипотеки подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм материального права и неопровергающие выводов суда первой инстанции по существу.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 25 февраля 2020 года по делу № А41-76726/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Н. Катькина

Судьи:

С.Ю. Епифанцева

В.А. Мурина