Четвертый арбитражный апелляционный суд 

ул. Ленина 100б, Чита, 672000,    http://4aas.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-3508/2017

15 мая 2018 года

г. Чита

                                                                                                        Резолютивная часть постановления объявлена 8 мая 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен  15 мая 2018 года.

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Ошировой Л.В., судей Барковской О.В., Мациборы А.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Байс» (г. Улан-Удэ) на определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 марта 2018 года по делу №А19-3508/2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Байс» (г. Улан-Удэ) о включении в реестр требований кредиторов должника,

в деле по заявлению публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес места нахождения: 115114, Москва, ул. Летниковская, д. 2, стр. 4) о признании ООО Строительная компания «Байс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес места нахождения: 664047, Иркутск, ул. Байкальская, д. 107- А/6, кв. 67) несостоятельным (банкротом) как ликвидируемого должника,

(суд первой инстанции: Тимофеева О.Ю.)

при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от УФНС России по Забайкальскому краю – ФИО2, представитель по доверенности от 15.01.2018,

 

и установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 11.05.2017 (резолютивная часть определения объявлена 03.05.2017) общество с ограниченной ответственностью Строительная компания «Байс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

ООО СК «Байс» 20.07.2017 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с требованием о включении в реестр требований кредиторов ООО - СК «Байс» в размере 475 868 руб. 87 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 15 марта 2018 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда, ООО Строительная компания «Байс» (г. Улан-Удэ) обжаловало его в апелляционном порядке.  Заявитель в своей  апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции, ссылаясь на наличие доказательств возвратности денежных средств. Задолженность ООО СК «Байс» (Иркутск) перед ООО СК «Байс» (Улан-Удэ)  подтверждается платежными поручениями из банка, а также выпиской по счету, указанная задолженность не взыскивалась в судебном порядке, поскольку данные денежные средства были оплачены в счет «будущих» взаиморасчетов, которые не возникли на момент оплаты,  соответственно, представить подтверждающие документы невозможно.

ООО Строительная компания «Байс» указывает на неосновательное обогащение на стороне должника; отсутствие доказательств, что заявитель действовал во вред кредиторам должника.

Уполномоченный орган в отзыве на апелляционную жалобу доводы апеллянта отклонил, определение суда считает законным и обоснованным.

Представитель уполномоченного органа в судебном заседании доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, поддержал в полном объеме.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства в соответствии со статьей 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002, осуществляется в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002.

Абзацем 3 пункта 1 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) установлено, что реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Требование кредитора обосновано наличием на стороне ООО СК «Байс»  задолженности в размере 475 868,87 руб.

Как следует из материалов дела и не оспорено сторонами, платежными поручениями от 02.09.2016 № 46, от 02.09.2016 № 47 кредитор ООО СК «Байс» перечислил денежные средства в общем размере 475 868,87 руб. - проценты за должника - ООО СК «Байс» по договору от 06.08.2014 № 36ВК-14, по соглашению о переводе долга № 1 по договору о возобновляемом кредите от 06.08.2014 № 37ВК-14 за 2016 год в счет взаиморасчетов на основании письма № 75 от 02.09.2016.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным указанным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

Пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 N 305-ЭС17-2110 по делу N А40-201077/2015.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований кредитора в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств, наличия или отсутствия фактических отношений по договору. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования. Указанная правовая позиция также изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011.

Возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 1446/14).

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Таким образом, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны кредитора и должника судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

Применительно к рассматриваемым правоотношениям, проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений между сторонами. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В подтверждение задолженности ООО СК «Байс» (Иркутск) перед ООО СК «Байс» (Улан-Удэ) в размере 475 868,87 руб. заявитель ссылается на платежные поручения № 46 от 02.09.2016 на сумму 107 158,20 руб., № 47 от 02.09.2016 на сумму 368 710,67 руб., письмо от 02.09.2016 № 75 по договору от 06.08.2014 № 37ВК-14, письмо от 02.09.2016 № 75 по договору от 06.08.2014 № 36ВК-14, соглашение о переводе долга № 1 по договору о возобновляемом кредите от 06.08.2014 № 37ВК-14.

Согласно письмам от 02.09.2016 № 75 по договору от 06.08.2014 № 37ВК-14, от 02.09.2016 № 75 по договору от 06.08.2014 № 36ВК-14 ООО СК «Байс» (Улан-Удэ) произвело оплату задолженности ООО СК «Байс» (Иркутск) перед НФ ПАО Банк «Открытие» на основании ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом указав в письме просьбу произвести оплату в счет взаиморасчетов между ООО СК «Байс» (Иркутск) и ООО СК «Байс» (Улан-Удэ), иных условий произведения оплаты вышепоименованные письма не содержат.

В соответствии со ст. 313 Гражданского кодекса РФ в случае, когда исполнение обязательства возложено должником на третье лицо, последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними, а не правилами о суброгации (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»). Упомянутое соглашение может являться сделкой, опосредующей заемные отношения между третьим лицом и должником, договором, предусматривающим дарение третьим лицом должнику исполненного в пользу кредитора, соглашением о погашении существующего обязательства третьего лица перед должником посредством платежа третьего лица в пользу кредитора должника и т.д.

В соответствии с п. 1 ст. 161 Гражданского кодекса РФ соответствующее соглашение между СК «Байс» (Иркутск) и ООО СК «Байс» (Улан-Удэ) должно было быть совершено в простой письменной форме (если оно не требовало нотариального удостоверения). При этом в материалы дела заявителем не представлено письменное соглашение, заключенное между ООО СК «Байс» (Иркутск) и ООО СК «Байс» (Улан-Удэ), содержащее условия возврата денежных средств, уплаченных ООО СК «Байс» (Улан-Удэ) за ООО СК «Байс» (Иркутск) на основании ст. 313 ГК РФ.

Как следует из материалов дела и подтверждено заявителем, ООО СК «Байс» (Улан-Удэ) и ООО СК «Байс» (Иркутск) являются аффилированными лицами.

При этом, когда аффилированное лицо должника производит за него платежи его кредитору, предполагается, что в основе операций по погашению чужого долга лежит договоренность между аффилированными лицами - заключенная ими сделка, определяющая условия взаиморасчетов.

Однако доказательств, подтверждающих наличие каких-либо правоотношений между заявителем и должником, и взаиморасчетов по ним не представлено.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, директором и единственным учредителем ООО СК «Байс» (Иркутск) является ФИО4, который является и учредителем ООО СК «Байс» (Улан-Удэ) с долей 52 %.

При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Поскольку невозможность продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связана с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556, от 21.02.2018 N 310-ЭС17-17994.

Довод апеллянта об оплате денежных средств в счет «будущих» взаиморасчетов, которые не возникли на момент оплаты судом апелляционной инстанции признается несостоятельным, поскольку не является доказательством возмездности соглашения о погашении обязательства третьего лица.

Установленные судом обстоятельства обоснованно позволили прийти к выводу о том, что оспариваемая сделка и ее исполнение прикрывали корпоративные выплаты, направленности на компенсацию финансовых трудностей должника. Соответственно, доводы апеллянта о неосновательном обогащении на стороне должника, отклоняются, его требование может быть удовлетворено только в порядке ст.148 Закона о банкротстве.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений. Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 марта 2018 года по делу №А19-3508/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца с даты принятия.

 

Председательствующий                                                        Л.В. Оширова

 

Судьи                                                                                      О.В. Барковская

 

А.Е. Мацибора