Дело № А11-492/2021

27 мая 2024 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 мая 2024 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сизовой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «НБК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на определение Арбитражного суда Владимирской области от 18.01.2024 по делу № А11-492/2021, принятое по ходатайству финансового управляющего ФИО1 о завершении процедуры реализации имущества ФИО2,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации на сайте суда, установил следующее.

 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданки ФИО2 (далее – ФИО2, должник) в Арбитражный суд Владимирской области обратился финансовый управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, финансовый управляющий) с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 18.01.2024 завершил процедуру реализации имущества должника; освободил гражданку ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением требований, перечисленных в пунктах 4, 5 и 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «НБК» (далее – ООО «ПКО «НБК», заявитель) обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств и принять в этой части по делу новый судебный акт, которым не применять в отношении должника правила освобождения от исполнения обязательств по долгам к ООО «ПКО «НБК».

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что судом первой инстанции сделан неверный вывод об отсутствии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед ООО «ПКО «НБК», поскольку последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях (ООО НБК по договору 

<

***> от 27.03.2014, ПАО Промсвязьбанк по договору от 12.12.2013 № 83-32314/0182/13), принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств при получении банковских кредитов исходя из уровня дохода должника в рассматриваемом случае должно быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств. 

Должник – ФИО2,  в отзыве на апелляционную жалобу просила оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Пояснила, что при заключении кредитных договоров с кредиторами действовала добросовестно, длительный период времени своевременно исполняла свои обязательства по оплате, что подтверждается приобщенными в материалы дела выписками по счетам должника, с февраля 2009 года  вплоть до 29.07.2019 осуществляла предпринимательскую деятельность, согласно выпискам по дебетовым счетам денежные средства регулярно зачислялись на счет. Отметила, что в 2019 году доход сильно снизился виду ограничений, связанных с распространением новой инфекции COVID-19. Кроме того, указала, что цели получения кредитных денежных средств должником раскрыты, кроме того, в пункте 1.6 договора указана цель кредита: инвестиционные цели.

Финансовый управляющий в письменной позиции просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Пояснил, что с 2009 года по июль 2019 года ФИО2 обладала статусом индивидуального предпринимателя, что подтверждается выпиской из ЕГРИП, основной вид деятельности: 47.52.7 Торговля розничная строительными материалами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах, длительный период времени исполняла свои кредитные обязательства в полном объеме. Полагает, что оказавшись в тяжелой финансовой ситуации, должник предпринимал все возможные меры и способы для исполнения своих обязанностей перед кредиторами. По мнению финансового управляющего, оснований для не освобождения от обязательств в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве в отношении должника не имеется. Подробно возражения финансового управляющего изложены в мотивированной позиции.

Лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 

постановление

 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку заявитель в апелляционной жалобе указывает на обжалование судебного акта только в части, а иные лица, участвующие в деле, не заявили возражений по поводу обжалования определения в иной части, то суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемой части.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части заявленных доводов.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Владимирской области от 21.04.2021 гражданка ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1

Предметом заявления финансового управляющего являлось требование о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в котором указывается на выполнение всех мероприятий в рамках процедуры банкротства. 

Руководствуясь положениями статьи 20.6, статей 213.27, 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также разъяснениями, данными в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление № 45), установив, что финансовый управляющий принял исчерпывающие меры по поиску и реализации имущества должника; реестр требований кредиторов должника сформирован в сумме 7 865 410 руб. 69 коп.; требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов должника, установлены в сумме 567 656 руб. 97 коп.; поступившие за период реализации имущества в конкурсную массу денежные средства были направлены на исполнение текущих обязательств (оплату судебных расходов по процедуре, обеспечение жизнедеятельности должника и лиц, находящихся на его иждивении); реестр требований кредиторов должника не погашен; какого-либо имущества или прав на него, подлежащих включению в конкурсную массу должника, не выявлено, зарегистрированного недвижимого имущества, транспортных средств, дебиторской задолженности, драгоценностей и иных предметов роскоши не обнаружено; 12.10.2021 финансовым управляющим проведено собрание кредиторов должника, определением от 30.05.2023 разрешены разногласия, возникшие между финансовым управляющим и кредитором – УМИ г. Владимира в пользу финансового управляющего, определено не включать в конкурсную массу должника дом и земельный участок, расположенные по адресу: Владимирская область, Суздальский район, с.п. Павловское, 

<

...>; по результатам проведенного финансовым управляющим анализа финансового состояния должника сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности гражданина; признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено, основания для оспаривания сделок должника отсутствуют, принимая во внимание выполнение всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствие возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости завершения процедуры реализации имущества гражданина.

В указанной части определение суда не обжалуется.

Предметом апелляционного обжалования является определение суда в части освобождения должника от исполнения обязательств перед ООО «ПКО «НБК».

Как следует из материалов дела, между ФИО2 и открытым акционерным обществом «НОМОС-БАНК» 24.12.2013 был заключен кредитный договор 

<

***> о выдаче кредита на сумму 3 000 000 руб. с процентной ставкой 15 % годовых на срок 60 месяцев.

Согласно договору об уступке прав требований от 27.03.2014 № 11/2014,   заключенному   между   ОАО   «НОМОС-БАНК»   (цедент)   и   ОАО   Банком «ОТКРЫТИЕ» (цессионарий), цедент уступил цессионарию права требования по кредитному договору.

05.11.2014 произведена реорганизация ОАО Банк «ОТКРЫТИЕ» в форме присоединения к ОАО «Ханты-Мансийский банк».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2016 по делу № А40-211457/15-69-1707  с ИП ФИО2 в пользу ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие» взыскано 2 765 193 руб. 95 коп., в том числе 2 527 839 руб. 55 коп. основного долга по кредиту, 199 456 руб. 93 коп. просроченные проценты за пользование кредитом, 22 026 руб. 30 коп. неустойки за просроченный основной долг, 15 871 руб. 17 коп. неустойки за просроченные проценты за пользованием кредитом, а также 36 825 руб. 97 коп. расходов по оплате госпошлины.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.03.2017 по делу № А40-211457/15-69-1707 произведена процессуальная замена истца – ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие», на правопреемника – ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» по делу № А40-211457/15-69-1707.

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 22.03.2022 в реестр требований кредиторов должника в третью очередь включено требование кредитора – ПАО Банк «Финансовая Корпорация Открытие» в сумме 4 914 304 руб. 58 коп., основной долг – 2 527 839 руб. 55 коп., проценты –2 356 084 руб. 97 коп., госпошлина – 30 380 руб. 06 коп.), а также включено требование ПАО Банка «Финансовая Корпорация Открытие» в сумме 2 383 508 руб. 47 коп. (неустойка) в третью очередь и учтено отдельно в третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Определением суда 31.10.2023 произведена замена кредитора с ПАО Банка «Финансовая Корпорация Открытие» на ООО «НБК» (в настоящее время – ООО «ПКО «НБК») по требованию в размере 5 805 088 руб. 19 коп. на основании договора уступки прав требований от 11.07.2023 № 806-23/Ц-01, заключенному между ПАО Банком «ФК Открытие» и ООО «НБК».

В Арбитражный суд Владимирской области от ООО «ПКО «НБК» поступило заявление о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «ПКО «НБК».

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления № 45).

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга, ведет явно роскошный образ жизни (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956 и от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Из названных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

ООО «ПКО «НБК», заявляя о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, ссылается на наличие в действиях ФИО2 признаков злоупотребления правом. По мнению ООО «ПКО «НБК», должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства исходя из уровня доходов должника. Должник последовательно наращивал кредиторскую задолженность путем получения денежных средств в различных кредитных организациях. Должником не раскрыта информация, на какие цели им были израсходованы денежные средства по договору, правопреемником по которому является ООО «ПКО «НБК». Данные обстоятельства также не были выяснены финансовым управляющим.

Финансовый управляющий в мотивированной позиции от 25.12.2023 просил отказать в удовлетворении заявления ООО «ПКО «НБК» о не освобождении должника от исполнения обязательств. Пояснил, что должник своевременно и в полном объеме представлял необходимую информацию финансовому управляющему, в процедуре реализации имущества активно сотрудничал с финансовым управляющим. Указал на то, что в период с 26.02.2009 по 29.07.2019 ФИО2 обладала статусом индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности была торговля розничная строительными материалами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах; должник длительное время исполнял свои кредитные обязательства в полном объеме. При заключении кредитных договоров ФИО2 объективно оценивала свое финансовое положение. Считает, что кредиторы, при должной осмотрительности, обязаны был выявить критерии оценки кредитного риска и кредитоспособности должника при заключении с ним кредитных договоров. Со стороны ООО «ПКО «НБК» такие действия не производились. Финансовая несостоятельность ФИО2 на момент заключения кредитных договоров не доказана.

Должник просил отказать ООО «ПКО «НБК» в удовлетворении заявления о неприменении к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств. По мнению ФИО2, ООО «ПКО «НБК» ошибочно полагает, что должник целенаправленно ввел кредитора в заблуждение, относительно размера своего дохода. Пояснил, что с февраля 2009 года по июль 2019 года осуществлял предпринимательскую деятельность, которая приносила ФИО2 доходы, но также требовала больших затрат, с течением времени конкуренция в данной отрасли росла и уровень доходов стал уменьшаться. Кроме того, в 2019 году доход сильно снизился ввиду ограничений, связанных с распространением новой короновирусной инфекции. Проинформировал о том, что ФИО2 финансовому управляющему, арбитражному суду в судебных заседаниях были даны пояснения относительно направленности деятельности должника и об образовавшихся проблемах в бизнесе, которые привели к прекращению деятельности индивидуального предпринимателя и, соответственно, к потере дохода. Более того, в кредитном договоре, заключенном с ОАО «Номос-банк», переименованном в ПАО ФК «Открытие», правопреемником которого стало ООО «НБК», на титульной странице в пункте 1.6 указана цель кредита: «инвестиционные цели». Указал на то, что на момент заключения кредитного договора она объективно оценивала свое финансовое положение, позволяющее производить оплаты по ежемесячным платежам, установленным графиком.

В данном случае, руководствуясь приведенными нормами Закона о банкротстве и разъяснениями постановления № 45, исследовав обстоятельства настоящего дела о банкротстве, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы дела документы, установив, что по итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства не установлено, подлежащих оспариванию сделок не выявлено, признав, что каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо принятии им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается, доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу о наличии достаточных оснований для применения к ФИО2 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на отсутствие оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательств несостоятельна, поскольку судом первой инстанции по результатам исследования и оценки фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств при разрешении вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника обоснованноне установлено предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований, являющихся препятствием к освобождению должника-гражданина от дальнейшего исполнения обязательств. Следует отметить, что доказательств противоправного поведения со стороны ФИО2 представлено не было, поэтому суд первой инстанции обоснованно признал ФИО2 свободной от обязательств, предусмотренных абзацем 1 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника не установлено. 

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, заявителем не представлено. 

Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено. 

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств искусственного наращивания должником кредиторской задолженности. Фактов совершения должником недобросовестных действий при получении кредитов, а также в процедуре банкротства судом установлено не было. О подаче должником в арбитражный суд заявления должника о признании его банкротом кредитные организации были уведомлены и заявили свои требования к должнику в установленном порядке.

Доводы заявителя относительно последовательного наращивания кредиторской задолженности и принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств при получении банковских кредитов исходя из уровня дохода должника подлежат отклонению в силу следующего.

Из материалов дела не следует, что при оформлении кредита ОАО «НОМОС-БАНК» не запрашивало у должника справки, подтверждающие официальный доход, а также сведения о наличии или отсутствии у должника иных кредитных обязательств.

Необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019).

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Вопреки заявленным доводам, заявитель жалобы не представил доказательств, свидетельствующих, что при получении кредита у банка должник представил заведомо ложные сведения с целью получения кредита и намеренного его не погашения. 

Доказательства умышленного наращивания должником кредиторской задолженности также отсутствуют.

Принимая во внимание, что проявляя должную заботу и осмотрительность, кредитные учреждения перед предоставлением заемных денежных средств самостоятельно осуществляют проверку финансового состояния заемщика, оценивая свои возможности и предполагаемые риски, именно банки, выдавая кредит, заинтересованы в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика. Перекладывание банком указанных обязанностей на должника, не может быть вменено должнику в качестве противоправного поведения, влекущего отказ в освобождении должника от долгов. 

Доводы заявителя о том, что должник принимал на себя заведомо неисполнимые обязательства, тем самым наращивая кредиторскую задолженность, являются несостоятельными ввиду того, что обязательства по кредитным договорам погашались. Как следует из материалов дела, факт осуществления должником трудовой деятельности в период с 2006 по 2019 года подтверждается представленными в материалы дела сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица от 01.07.2020. Более того, в период с 26.02.2009 до 31.12.2014 должник обладал статусом индивидуального предпринимателя и осуществлял предпринимательскую деятельность, что свидетельствует о наличии у должника финансовой возможности для несения кредитных обязательств, неплатежеспособность должника связана в том числе с прекращением деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.

В данном случае недобросовестное поведение должника, направленное на получение кредита без обязательств его возврата, судом первой инстанции правомерно не установлено.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что по смыслу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения гражданина от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. Необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов, запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица. Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429.

Доказательства того, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, сокрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, представлены поддельные документы, что признано в установленном законом порядке, материалы дела не содержат.

Надлежащие и безусловные доказательства того, что ФИО2 при подписании кредитного договора с ОАО «НОМОС-БАНК» (право требования от которого перешло ООО «НБК») действовала недобросовестно, в том числе, скрыла от банка информацию, которая могла бы повлиять на принятие решения о предоставлении кредита, приняла на себя заранее неисполнимые обязательства, при этом злостно уклонялась от погашения кредиторской задолженности перед банком, суду не представлено. 

Должник при подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд и финансовому управляющему предоставил полную информацию о своем финансовом положении.

Более того, учитывая, что на момент заключения кредитного договора с правопредшественником ООО «НБК» (24.12.2013), а также с кредитором ПАО «Промсвязьбанк», включенным в реестр требований кредиторов должника (о котором указало ООО «ПКО «НБК» в апелляционной жалобе), действующим законодательством не предусматривалось процедуры банкротства физических лиц (Федеральный закон «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» № 154-ФЗ принят 29.06.2015 и вступил в законную силу 01.10.2015) должник не знал и не мог знать о возможности освобождения его от исполнения кредитных обязательств. Следовательно, при оценке действий гражданина следует принимать во внимание, что заключение кредитного договора имело место задолго до принятия и введения в действие закона о банкротстве граждан, что исключает вывод об умысле должника на совершение действий во вред кредиторам (принятии неисполнимых кредитных обязательств для последующего недобросовестного освобождения от них).

При таких обстоятельствах наличие в действиях ФИО2 признаков недобросовестного поведения в ходе проведения процедуры банкротства судом первой инстанции правомерно не установлено.

Таким образом, освобождение гражданина от исполнения обязательств перед ООО «ПКО «НБК» соответствует нормам права и конкретным обстоятельствам дела о банкротстве ФИО2

При изложенных обстоятельствах, в действиях должника не усматривается обстоятельств, являющихся препятствием к применению к нему правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе не заявленных в процедуре банкротства.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы заявителя жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции по изложенным мотивам.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Таким образом, определение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным, соответствующим нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 18.01.2024 по делу № А11-492/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Профессиональная коллекторская организация «НБК» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

 

Н.В. Евсеева

Судьи

О.А. Волгина

 

Е.А. Рубис