;

№ 09АП-31337/2021

Дело № А40-31501/17

г. Москва

19 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2021 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 19 июля 2021 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.И. Шведко,

судей А.С. Маслова, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 и ФИО4

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.04.2021 по делу № А40-31501/17,

вынесенное судьей Кравчук Л.А.,

о признании недействительными сделками Договор дарения от 07.07.2015, Договор купли - продажи от 17.10.2015, Договор залога недвижимого имущества от 10.01.2016

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина - должника ФИО5,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО6 дов. от 14.01.2019

от ф/у ФИО5 – ФИО7 дов. от 23.11.2020

от ПАО «ГазПромБанк» - ФИО8 дов. от 25.03.2020

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04 декабря 2017 года требования конкурсного кредитора АО «Газпромбанк», - признаны обоснованными, в отношении гражданина - должника ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9. Сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано финансовым управляющим в газете "Коммерсантъ" №235 от 16.12.2017, стр. 142. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2018 года ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО9. Сообщение о признании гражданина – должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества опубликовано финансовым управляющим должника в Газете "Коммерсантъ" №128 от 21.07.2018, стр. 150.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.04.2021 суд признал недействительными сделками (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ): 

1) Договор дарения от 07.07.2015 года объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 77:02:0025017:5047, площадью 210,1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, заключенный между ФИО5 и ФИО2, 

2) Договор купли – продажи от 17.10.2015 года объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 77:02:0025017:5047, площадью 210,1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, заключенный между ФИО2 и ФИО10, 

3) Договор залога недвижимого имущества от 10.01.2016, заключенный между ФИО10 и ФИО4 в отношении объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 77:02:0025017:5047, площадью 210,1 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>. 

Применил последствия недействительности сделок: Восстановил право собственности ФИО5 на объект недвижимости с кадастровым номером 77:02:0025017:5047, площадью 210,1 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>. Обязал ФИО10 возвратить в конкурсную массу должника ФИО5 объект недвижимости с кадастровым номером 77:02:0025017:5047, площадью 210,1 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>. Акт приема – передачи представить в суд. Производство по заявлению финансового управляющего ФИО5 – ФИО9 о признании недействительным Договора займа от 18.11.2015 № 18113, заключенного между ФИО10 и ФИО4, - прекратил. 

Не согласившись с указанным определением суда, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили отменить оспариваемое определение, ссылаясь на добросовестность ФИО4 как залогодержателя; что судом был разрешен спор о правах на имущество, не входящее в конкурсную массу; на отсутствие злоупотребления правом, на пропуск срока исковой давности; на неприменение в нарушение положений ст. 446 Гражданского процессуального кодекса РФ исполнительского иммунитета в отношении спорной квартиры.

От финансового управляющего должника, от ПАО «ГазПромБанк» в материалы дела поступили отзывы на апелляционные жалобы, в котором они возражают против их удовлетворения.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддерживает доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ПАО «ГазПромБанк», представитель финансового управляющего должника в судебном заседании возражают против удовлетворения апелляционных жалоб. 

Апеллянты ФИО3 и ФИО4, иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 07.07.2015 года между должником - ФИО5 и его матерью - ФИО2  заключен договор Дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 210,1 кв.м., КН 77:02:0025017:5047. 

17.10.2015 года, между ФИО2 и ФИО10, заключен договор купли-продажи указанной квартиры. 

18.11.2015 года между ФИО10 и ФИО4 заключен договор займа № 181113.

 10.01.2016 между ФИО10 и ФИО4, заключен договор залога недвижимости квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 210,1 кв.м., КН 77:02:0025017:5047. 

Финансовый управляющий полагает, что оспариваемые договоры заключены неплатежеспособным должником  в пользу заинтересованных лиц и представляют собой цепочку сделок, направленных на вывод имущества из конкурсной массы, являются ничтожными по мотиву притворности (п. 2 ст. 170 ГК РФ) и прикрывают собой сделку по дарению спорной недвижимости, которая является недействительной на основании ст. 61.2 Закона о Банкротстве, а также ст. 10,168 ГК РФ.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований, предусмотренных ч. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ  для признания оспариваемой сделки недействительной. 

Судебная коллегия соглашается с выводами Арбитражного суда города Москвы в силу следующих обстоятельств.

В соответствии ч с.1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Пунктом 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" установлено, что п. 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. 3 - 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно ч. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

С учетом разъяснений, данных в п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального Закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абз. 33, 34 статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз.32 ст. 2 Закона банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из материалов дела, задолженность ФИО5 перед АО «Газпромбанк» образовалась ввиду неисполнения обязательств по договору поручительства №2814-054п-3 от 08.04.2014 года, заключенному между должником и Банком во исполнение обязательств заемщика ООО «СК ПроектСпецСтрой» по договору о выдаче банковской гарантии №2814-054 от 08.04.2014 года.

Решением Красногорского городского суда Московской области от 08.12.2015 года с ФИО11, ФИО5, ФИО12, в пользу АО «Газпромбанк» взыскано солидарно 11 725 082 руб. 48 коп. – задолженности, 60 000 руб. - расходы по оплате государственной пошлины, всего 11 780 082 руб. 48 коп

Апелляционным определением судебной коллегии Московского областного суда от 30.05.2016 года по делу №33-10932/2016 Решение Красногорского городского суда Московской области от 08.12.2015 года оставлено без изменения апелляционные жалобы без удовлетворения.

Таким образом, на момент совершения оспариваемых сделок ФИО5 отвечал признаку неплатежеспособности, так как был осведомлен о неисполнении ООО «СК ПроектСпецСтрой» обязательств по договору о выдаче банковский гарантий №2814-054 от 08.04.2014 года и, как следствие, возникновении  у него, как у поручителя, ответственности перед АО «Газпромбанк» за неисполнение основным должником обеспеченного поручительством обязательства.

Соответствующие обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.11.2019 года по делу №А40-31501/17-71-44 Ф, которым признаны ничтожными иные сделки должника совершенные в тот же временной период (03.10.2015 года).

В соответствии с п. 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику юридическому лицу признаются также: - руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Согласно пунктам 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также наличие злоупотребления со стороны контрагента должника по сделке.

Из разъяснений, содержащихся в п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка.

ФИО5 является сыном ФИО2, что подтверждает ответ Замоскворецкого отдела ЗАГС Управления ЗАГС Москвы, в силу чего, они являются аффилированными по отношению друг к другу лицами. 

Таким образом, ФИО2 не могла не знать, что ее действиями кредиторам ФИО5 будет причинен вред кредиторам должника, вследствие чего договор дарения является  сделкой со злоупотреблением

17.10.2015 года, спустя 3 месяца после получения ФИО2 в дар спорной квартиры, она заключает договор купли-продажи спорной недвижимости с ФИО10. Доказательства финансовой состоятельности ФИО10 на момент совершения оспариваемой сделки и наличия у нее достаточных денежных средств для приобретения спорной недвижимости в материалах дела отсутствуют.

Не может служить достаточным доказательством финансовой состоятельности ФИО10 договор займа заключенный ею со ФИО4 от 18.11.2015 года № 181113. 

Договор займа, заключенный между ФИО4 и ФИО10 не является надлежащим доказательством финансовой возможности ФИО10 приобрести спорную недвижимость, а свидетельствует о наличии финансовых обязательств у самой ФИО10 К тому же, договор займа между ФИО4 и ФИО10 заключен 18.11.2015 года, т.е. на месяц позже договора купли-продажи спорной недвижимости между ФИО2 и ФИО10 Более того, ФИО4 также не имел достаточных средств для предоставления займа ФИО10, поскольку в качестве доказательств наличия у него денежных средств, ответчик ссылается на договор займа заключенный им между ФИО13 (заимодавец) (чья финансовая состоятельность не подтверждена) и ФИО4 (заемщик). 

С учетом отсутствия доказательств реального предоставления денежных средств по указанным договорам займа, отсутствия у заимодавцев возможности предоставить заем, отсутствия доказательств частичного погашения займа и уплаты процентов за пользование займом, отсутствия доказательств принятия заимодавцами мер по возврату заемных сумм – указанные документы не являются надлежащими доказательствами финансовой состоятельности ФИО10 и ФИО4 Также, материалами дела установлено, что адрес прежнего места жительства должника ФИО5 и адрес места жительства ФИО10 совпадают. Так, из записи акта о заключении брака № 220 от 12.02.1999 года, представленного Измайловским отделом ЗАГС от 26.06.2020 года, следует что ФИО5 на момент заключения брака был зарегистрирован по адресу: 

<

...>. Данный адрес является также адресом ответчика ФИО10, что указывает на фактическую аффилированность ФИО5 и ФИО10 Фактическая аффилированность также следует из того, что представителем всех ответчиков являются одни и те же лица, в частности ФИО14, ФИО15 Кроме того, согласно брачного договора 77 АБ 8698465, заключенного ФИО10, квартира жены должника, расположенная по адресу: 

<

...>, также предполагалась к переоформлению на ФИО10

Также судом первой инстанции принято во внимание, что цена спорной недвижимости, в договоре купли-продажи от 17.10.2015 года между ФИО2 и ФИО10 указана в размере 1 000 000 руб., при кадастровой стоимости 21 823 846,36 руб. на основании заключения специалиста № 32/20.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, 7 которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Как следует из пункта  88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. 

В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). 

Также в соответствии с разъяснениями,  изложенными в п. 22 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021), цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. 

Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В качестве прикрываемой сделки выступает договор дарения спорной недвижимости от ФИО5 в пользу ФИО10

На основании изложенного в результате взаимосвязанных сделок (дарения должником  спорного объекта недвижимости в пользу матери, ФИО2  и последующей продажи  через 3 месяца после дарения ФИО2 имущества пользу ФИО10, обоснованно квалифицированной судом первой инстанции как притворная сделка, фактически прикрывающая дарение спорной недвижимости от ФИО5 в пользу ФИО10)  правомерно признаны судом первой инстанции как недействительные, так как совершены с целью вывода ликвидного актива из конкурсной массы и  причинения вреда вред имущественным правам кредиторов 

Статьей 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет 3 года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ. 

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве» заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

О сделке финансовый управляющий узнал после получения выписки из ЕГРН от 10.08.2018г., после чего 21.12.2018г. обратился в суд с заявлением об оспаривании. Доказательств того, что финансовый управляющий узнал о совершенной сделке ранее указанной даты, апеллянтом не представлено, в связи с чем, финансовым управляющим срок не пропущен срок. 

18.11.2015 года между ФИО10 и ФИО4 заключен договор займа № 181113.

 10.01.2016 между ФИО10 и ФИО4, заключен договор залога недвижимости квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 210,1 кв.м., КН 77:02:0025017:5047. 

Исходя из общего принципа равенства участников гражданских отношений (ст. 1 Гражданского кодекса) и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота, залогодержатель вправе использовать способ защиты своего права залога ссылаясь на собственную добросовестность. В противном случае на добросовестного залогодержателя при отсутствии к тому должных оснований будут возлагаться риски последствий, связанных с нарушением сторонами сделок при отчуждении имущества требований действующего законодательства.

По смыслу статьи 10 и абзаца 2 пункта 2 статьи 335 Гражданского кодекса недобросовестным признается залогодержатель, которому вещь передана в залог от лица, не являющегося ее собственником (или иным управомоченным на распоряжение лицом), о чем залогодержатель знал или должен был знать.

Учитывая вышеуказанные нормы гражданского законодательства, высшей судебной инстанцией были даны разъяснения по их применению и сформирована судебная практика об обязательной проверке обстоятельств добросовестности или недобросовестности залогодержателя, поскольку право залога, принадлежащее добросовестному залогодержателю, подлежит защите (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2011 N 2763/11 по делу N А56-24071/2010, от 07.06.2012 N 16513/11 по делу N А37-2221/2010, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2017 N 309-ЭС16-20717 по делу N А07-7197/2016 и т.п.).

В противном случае на добросовестного залогодержателя при отсутствии к тому должных оснований будут возлагаться риски последствий, связанных с нарушением собственником законодательных требований при отчуждении имущества определяющих внутренние взаимоотношения.

По общему правилу, применяемому в делах по проверке обстоятельств добросовестности/недобросовестности залогодержателя, в предмет проверки входят факты наличия в ЕГРН на момент заключения договора залога записи о праве собственности за залогодателем, иные обстоятельства, наличие которых позволяло сделать вывод о наличии у залогодателя статуса собственника.

Вместе с тем, спорная квартира была предоставлена ФИО10 в залог ФИО4 в качестве обеспечения по возврату займа, финансовая возможность предоставления которого ФИО4 документально не подтверждена.

Более того, договор купли-продажи между ФИО2 и ФИО10 был заключен через 3 месяца после заключения договора дарения между должником и ФИО2;  цена сделки в 20 раз отличалась от кадастровой, в связи с чем залогодержатель мог и должен был сделать вывод о подозрительности сделки по приобретению ФИО10 как залогодателем объекта недвижимости в собственность, однако, несмотря на изложенные обстоятельства, ФИО4 предоставил ФИО10 займ, денежные средства на который, как он поясняет, получил, в свою очередь, в займ от ФИО13; не проверил юридическую чистоту сделки залога вследствие чего не является добросовестным залогодержателем, а договор залога был заключен лицом ( ФИО10) не являвшимся собственником предмета залога.

Довод заявителей апелляционных жалоб о том, что признание сделок недействительными не приведет к восстановлению прав кредиторов, поскольку спорная квартира защищена исполнительским иммунитетом,  отклоняется судебной коллегией по следующим основаниям.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления N 48, при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи.

Как следует из материалов дела о банкротстве ФИО5., помимо настоящего спора на разрешение суда переданы другие заявления о признании недействительными иных сделок по отчуждению жилых помещений, совершенных супругой должника в преддверии банкротства. Кредиторы считают реализованную супругой должника недвижимость общим имуществом супругов.

Вопрос о том, какое из помещений будет защищено исполнительским иммунитетом, подлежит разрешению судом только после рассмотрения всех споров, касающихся применения последствий недействительности сделок с жилыми помещениями, и окончательного определения перечня жилья, возвращенного по реституционным требованиям.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 N 308-ЭС19-4372 по делу N А53-15496/2017.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При изложенных обстоятельствах, учитывая допущенное злоупотребление правом при дарении должником в пользу своей матери, ФИО2, спорной квартиры при наличии неисполненных обязательств перед другими кредиторами; дальнейшем отчуждении в течение 3 месяцев с момента дарения  по договору купли-продажи  квартиры ФИО2 в пользу ФИО10, фактически аффилированной с должником,   по цене в 20 раз меньше кадастровой по сделке, прикрывающей дарение, суд первой инстанции обоснованно  признал оспариваемые сделки как взаимосвязанные и направленные на причинение вреда интересам кредиторов должника вследствие вывода ликвидного имущества из конкурсной массы; квалифицировал ФИО4 как недобросовестного залогодержателя, принявшего в залог имущество у лица, которое приобрело квартиру  по подозрительной сделке.

Срок исковой данности финансовым управляющим должника не пропущен, а признание сделок недействительными  не препятствует  должнику обратиться с заявлением об исключении спорного имущества из конкурсной массы как единственного жилья в порядке ст. 446 ГПК РФ при наличии соответствующих оснований. 

Доводы заявителей апелляционных жалоб были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую оценку. Указанные доводы по существу направлены на переоценку установленных судом обстоятельств.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Судебные расходы распределяются судом апелляционной инстанции в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.04.2021 по делу № А40-31501/17 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 и ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:О.И. Шведко

Судьи:А.С. Маслов

Н.В. Юркова