Арбитражный суд Московской области

  107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/ 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

гор. Москва

 

«05» сентября 2022 года                                    

Дело № А41-12713/22

 

Резолютивная часть решения объявлена 29 августа 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 05 сентября 2022 года.     

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Е.А. Морозовой, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Д.А. Михайловым,

рассмотрел в судебном заседании  дело по заявлению 

ООО "ЦАРСКИЙ ВЫБОРЪ"(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ООО "ЛЕРУА МЕРЛЕН ВОСТОК"(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании суммы гарантийного удержания в размере 30 586 775 рублей 31 копейки, неустойки в размере 20 032 784 рублей 55 копеек, расходов на оплату услуг представителя в размере 750 000 рублей 00 копеек, 

при участии в заседании: согласно протоколу 

У С Т А Н О В И Л:

ООО "ЦАРСКИЙ ВЫБОРЪ" обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском  (уточненным в порядке ст. 49 АПК РОФ, уточнения приняты судом) к ООО "ЛЕРУА МЕРЛЕН ВОСТОК" о взыскании суммы гарантийного удержания в размере 30 586 775 рублей 31 копейки, неустойки в размере 20 032 784 рублей 55 копеек, расходов на оплату услуг представителя в размере 750 000 рублей 00 копеек. 

Исковое заявление мотивировано тем, что заказчик неправомерно уклоняется          от обязанности возвратить гарантийное удержание за выполненные строительно-монтажные работы по договору, а также тем, что ответчик нарушил сроки исполнения данной обязанности.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве, письменных пояснениях, просил в иске отказать, применить ст. 333 ГК РФ, снизить размер неустойки.   

Непосредственно исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, заслушав доводы представителя истца и представителя ответчика, суд установил следующие фактически обстоятельства. 

Как усматривается из искового заявления и следует из материалов дела, между истцом и ответчиком заключен договор на разработку рабочей документации и выполнение строительно-монтажных работ от 01.04.2018 № 00/5119 (далее – договор).

Согласно условиям договора (пункты 2.1 и 2.2 в редакции дополнительного соглашения от 22.07.2020 № 5) подрядчик обязуется выполнить работы в объеме и сроки, предусмотренные договором, а заказчик обязуется принять результаты работ  и оплатить их в соответствии с договором. Объем, виды и состав подлежащих выполнению работ согласованы сторонами в приложении № 1 к договору (сметный расчет), в приложении № 2 договору (график), приложении № 9 к договору (стоимость дополнительных работ 1), приложении № 10 к договору (стоимость дополнительных работ 2), приложении № 11 (стоимость дополнительных работ 3), приложении № 12 (стоимость работ по инженерным сетям выставочной зоны офисов), приложении № 13 (график работ по инженерным сетям выставочной зоны офисов).

Пунктом 3.1.1 договора установлено, что работы, выполняемые подрядчиком, включают работы по разработке рабочей документации для объекта: «выставочный зал» на основании технического задания, содержащегося в приложении № 5 к  договору; строительно-монтажные, пуско-наладочные и отделочные работы, перечень которых содержится в сметном расчете (приложение № 1 к договору); иные работы и услуги, которые, хотя и прямо не поименованы в договоре, но необходимы для надлежащего выполнения всех обязательств по договору.

Указанные выше работы подлежат выполнению на объекте (далее – объект),  под которым понимаются помещения гипермаркета, выставочной зоны и помещения мастерской в торгово-офисном комплексе, строительство которого осуществляется на земельном участке по адресу: 

<

...> (статья 1 договора).

Разрешением на ввод объекта в эксплуатацию от 03.06.2019 № 77-126000-008955-2019 подтверждается введение в эксплуатацию построенного объекта, расположенного по адресу: 115193, 

<

...>; строительный адрес: 

<

...>.

Истец требует взыскать гарантийное удержание за выполненные строительно-монтажные работы по договору.

В соответствии с положениями подпункта «d» пункта 9.3 договора (в редакции дополнительного соглашения от 22.07.2020 № 5) заказчик производит оплату выполненных работ за вычетом гарантийного удержания в размере 10% от фактической стоимости выполненных работ:

«Возврат гарантийного удержания за строительно-монтажные работы производится в следующем порядке:

Первые 5 процентов выплачиваются в течение 30 календарных дней с момента ввода объекта в эксплуатацию, при условии выполнения работ в полном объеме  и устранения недостатков (дефектов), перечисленных в протоколе о недостатках (дефектах) (если это применимо), и после передачи заказчику исполнительной документации в отношении объекта (что подтверждается подписанием сторонами реестра передачи заказчику исполнительной документации) на основании надлежаще оформленного оригинала счета на оплату. 

Вторые 5 процентов выплачиваются равными частями (по 2,5% от стоимости СМР) по окончании первого и второго года с момента оплаты заказчиком первой части гарантийного удержания в соответствии с абзацем 1 пункта 9.3 договора в течение тридцати рабочих дней с момента получения заказчиком надлежаще оформленного оригинала счета. 

Во избежание сомнений, порядок возврата гарантийного удержания действует, если у заказчика нет претензий, связанных с наличием недостатков (дефектов) и своевременным их устранением». 

Истец считает, что обязательства заказчика по оплате первой части гарантийного удержания (5%) наступили 04.07.2019 – по истечению тридцатидневного срока после ввода объекта в эксплуатацию (03.06.2019).

Первая часть гарантийного удержания была оплачена заказчиком 31.07.2020 в размере 54 577 647,48 руб.

Истец полагает, что обязанность по возврату второй (2,5%) и третьей (2,5%) части гарантийного удержания наступили 04.07.2020 и 04.07.2021. 

Вторая часть гарантийного удержания (2,5%) была оплачена заказчиком частично 17.12.2021 в размере 26 689 932,46 руб., в связи с чем истец полагает, что задолженность по оплате второй части гарантийного удержания составляет 598 891,29 руб. 

Представленным расчетом подтверждается, что общая стоимость работ по договору составила 1 124 306 692,70 руб. (с учетом НДС), которые оплачены заказчиком. Из этого же расчета следует, что общий размер гарантийного удержания              по договору составляет 111 930 669,27 руб., из которых ответчиком оплачено 81 343 89395 руб., в связи с чем итоговая задолженность по возврату гарантийного удержания составляет 30 586 775,32 руб.

Истец, руководствуясь пунктом 13.1.2 договора, также просит взыскать неустойку, начисленную на указанную задолженность, в общем размере 20 032 784,55 руб. Неустойка начислена на первую часть гарантийного удержания (5%) за период                  с 04.07.2019 по 31.07.2020, на вторую часть гарантийного удержания (2,5%) - за период       с 04.07.2020 по 15.02.2022, на третью часть гарантийного удержания (2,5%) - за период  с 04.07.2021 по 15.02.2022.

Возражая против заявленных требований, ответчик в своем отзыве указал, что истцом не доказаны основания для оплаты гарантийного удержания в размере 30 586 775,32 руб. Ответчик также указывает, что договором  не предусмотрена неустойка за нарушение срока возврата гарантийного удержания. 

Истец представил письменные объяснения, в которых указывает, что гарантийное удержание подлежит возврату по правилам о неосновательном обогащении, поскольку результат работ в натуре вернуть невозможно. Дополнительно истец утверждает,  что приводимое ответчиком толкование положений пункта 13.1.2 договора, которым установлена неустойка за нарушение срока оплаты работ, ошибочно.

От ответчика в материалы дела представлено заявление об уменьшении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, а также письменные объяснения, согласно которым факт ввода объекта в эксплуатацию не исключает наличия недостатков результата работ, выполненных по договору; заказчик вернул гарантийное удержание  в части, обязанность по возврату которой наступила; обязанность по возврату гарантийного удержания имеет обязательственную природу; расходы на оплату услуг представителя документально не подтверждены. 

Истец представил дополнительные письменные объяснения, где указывает, что требование от 08.06.2022 об уменьшении суммы, причитающейся в будущем  к выплате, не может быть учтено для целей взыскания, поскольку ответчик не предъявил встречный иск. Истец указывает, что требование от 08.06.2022 является необоснованным, поскольку просрочка выполнения работ возникла ранее даты заключения дополнительного соглашения от 22.07.2020 № 5 к договору, а также эта просрочка возникла по вине заказчика, который не передал подрядчику рабочую документацию со штампом «в производство работ».

Ответчик представил консолидированные письменные объяснения, поддерживающие доводы отзыва на иск и письменных объяснений. 

Суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Истец требует взыскать задолженность по возврату гарантийного удержания в размере 30 586 775,32 руб., что следует из заявленного иска.

Суд считает, что сумма гарантийного удержания, подлежащего возврату  в размере 30 586 775, 32 руб. подлежит уменьшению до 28 116 570, 94 руб.

Требованием от 08.06.2022 ответчик уменьшил сумму гарантийного удержания, подлежащего возврату в размере 30 586 775, 32 руб., до 28 116 570, 94 руб., руководствуясь пунктом 13.6 договора, исходя из следующего.

Согласно условиям договора (пункты 2.1 и 2.2 в редакции дополнительного соглашения от 22.07.2020 № 5 (далее – ДС № 5) подрядчик обязуется выполнить работы в объеме и сроки, предусмотренные договором, а заказчик обязуется принять результаты работ и оплатить их в соответствии с договором. Объем, виды и состав подлежащих выполнению работ согласованы сторонами в приложении № 1 к договору (сметный расчет), в приложении № 2 договору (график), приложении № 9 к договору (стоимость дополнительных работ 1), приложении № 10 к договору (стоимость дополнительных работ 2), приложении № 11 (стоимость дополнительных работ 3), приложении № 12 (стоимость работ по инженерным сетям выставочной зоны офисов), приложении № 13 (график работ по инженерным сетям выставочной зоны офисов).

Пунктом 3.3.2 договора (в редакции ДС № 5) согласовано, что работы выполняются в соответствии с графиками, которые являются приложением № 2 и приложением № 13 к договору.

Из пункта 1.12 ДС № 5 усматривается, что договор дополнен приложением  № 13 к договору, которое изложено в приложении № 7 к ДС № 5.

Приложением № 7 к ДС № 5 (график производства работ по инженерным сетям выставочной зоны офисов) согласовано, что комплекс работ по монтажу индивидуального теплового пункта выставочного зала (далее – спорные работы) должен быть выполнен не позднее 31.03.2020.

Актом о приемке выполненных работ от 20.04.2021 № 2, составленным 20.04.2021, подтверждается, что подрядчик приступил к выполнению спорных работ 06.08.2020, а закончил их выполнение – 20.04.2021.

Суд приходит к выводу, что истцом нарушен срок производства спорных работ.

Пунктом 13.2.5 договора установлено, что в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения работ, установленных графиком, более чем на 3 календарных дня, заказчик вправе потребовать от подрядчика оплатить неустойку в размере 0,03% от стоимости невыполненных обязательств подрядчика за каждый календарный день просрочки.  

Стоимость спорных работ составляет 21 555 012 руб., что подтверждается справкой от 20.04.2021 № 2.

Руководствуясь положениями статей 309, 310, 330 ГК РФ, пунктами 3.3.2, 13.2.5 договора, заказчик начислил подрядчику неустойку, начиная с 04.04.2020 по 20.04.2021, что составляет 2 470 204, 38 руб., исходя из следующей формулы расчета: 21 555 012 руб. × 382 дня × 0.03%. В порядке статьи 333 ГК РФ истец об уменьшении данной неустойки не заявил.

Пунктом 13.6 договора установлено, что заказчик вправе в одностороннем порядке уменьшить сумму любых осуществляемых платежей по договору на величину штрафных санкций, выставляемых подрядчику по договору при условии направления заказчиком подрядчику письменного требования.

В порядке пункта 13.6 договора ответчик уменьшил сумму гарантийного удержания, подлежащего возврату в размере 30 586 775, 32 руб. на 2 470 204, 38 руб., что подтверждается требованием от 08.06.2022.

С учетом изложенного при наступлении срока платежа ответчик должен вернуть подрядчику гарантийное удержание, уменьшенное на 2 470 204, 38 руб., что составляет 28 116 570, 94 руб.

Суд считает, что для уменьшения суммы гарантийного удержания в указанном выше порядке предъявление встречного иска не требуется.

Из условий пункта 13.6 договора прямо следует, что размер любых выплат по договору может быть уменьшен на величину штрафных санкций, т.е. данный вычет прямо назван в договоре как порядок расчетов по договору.

Из правовой позиции, сформированной Верховным Судом РФ в определении от 07.08.2018 по делу № 307-ЭС17-23678, прямо следует, что заявление ответчика о необходимости уменьшить сумму долга вычетом, предусмотренным договором, не требует предъявления встречного иска.

Таким образом, довод истца о необходимости предъявления встречного иска применительно к требованию от  08.06.2022 не соответствует положениям договора.

Довод истца о том, что просрочка выполнения работ возникла ранее даты заключения ДС № 5, сделан без учета представленного ДС № 5.

ДС № 5 подписано 22.07.2020, но с условием в пункте 1.26 ДС № 5, что ДС  № 5 распространяет свое действие на отношения, возникшие с 01.04.2018, и действует в течение всего срока действия договора. 

Таким образом, к периоду просрочки выполнения спорных работ (с 04.04.2020 по 20.04.2021) подлежат применению условия ДС № 5, которым согласованы сроки выполнения спорных работ (не позднее 31.03.2020). Кроме того, истцом, как этого требует статья 65 АПК РФ, не представлен контррасчет спорной неустойки, начисленной на основании требования от 08.06.2022.

Суд отмечает, что истец не может ссылаться на вину ответчика в нарушении срока производства работ по причине отсутствия рабочей документации со штампом  «в производство работ».

Согласно пункту 8.7 договора подрядчик обязуется незамедлительно проинформировать заказчика о любых проблемах, связанных с работами,  и приложить все усилия для их разрешения. 

Пунктом 1 статьи 716 ГК РФ установлено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

В силу пункта 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 716 ГК РФ, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие подтвердить обращение подрядчика к заказчику по вопросу наступления обстоятельств, создающих невозможность выполнения работы в срок, а также доказательства, подтверждающие приостановление работ по договору.

Из представленных истцом письменных объяснений, а также из акта о приемке выполненных работ от 20.04.2021 № 2 усматривается, что истец приступил  к работам и выполнял их без наличия рабочей документации со штампом  «в производство работ», т.е. в действительности данное обстоятельство не препятствовало истцу выполнять спорные работы.

Таким образом, истец не вправе ссылаться на невозможность выполнения работ в срок по  не зависящим от него причинам.

Сумма гарантийного удержания, уменьшенная до 28 116 570, 94 руб.,  не подлежит взысканию с ответчика.

Истец связывает наступление срока возврата гарантийного удержания с фактом ввода объекта в эксплуатацию – 03.06.2019, что, как указывает истец, свидетельствует  об отсутствии недостатков объекта.

Согласно пункту 1 статьи 55 ГрК РФ разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства градостроительному плану земельного участка или в случае строительства, реконструкции линейного объекта проекту планировки территории и проекту межевания территории, а также проектной документации.

Из изложенного следует, что разрешение на ввод объекта в эксплуатацию подтверждает лишь факт соответствия данного объекта проектной документации и градостроительному плану, а не отсутствие у него недостатков.

В силу пункта 7.2.1 договора подрядчик имеет право требовать оплаты заказчиком сумм, причитающихся подрядчику в соответствии с договором, при условии надлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств, предусмотренных договором. 

Гарантийное удержание в размере 5% выплачивается в течение 30 дней  с момента ввода объекта в эксплуатацию при условии, если устранены недостатки и передана исполнительная документация (пункт 9.3 договора).

В соответствии с пунктом 1 статьи 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

Согласно статье 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54  «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статья 328 или 406 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 314 ГК РФ исчисление срока исполнения обязательства допускается в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Подобным же образом в силу статьи 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно  и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон (ответ на вопрос 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017).

С учетом перечисленных выше требований ГК РФ и условий договора гарантийное удержание в размере 5% выплачивается в течение 30 дней с момента ввода объекта в эксплуатацию исключительно при условии, если устранены выявленные недостатки и передана исполнительная документация, что опровергает доводы истца об отсутствии в договоре условий, которые позволяют не возвращать гарантийное удержание до момента устранения выявленных недостатков и передачи исполнительной документации. 

Имеющимися в деле доказательствами, в частности, актом проведения комплексных испытаний инженерных систем и проверки технической готовности объекта к эксплуатации от 17.07.2019, листом осмотра инженерной службы, которые подписаны со стороны истца главным инженером ФИО1, подтверждается факт наличия недостатков объекта уже после выдачи разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 03.06.2019.

Из данных доказательств следует, что имелись многочисленные недостатки объекта, которые устранялись истцом в период с 17.07.2019 по 06.10.2021.

Письмом истца от 24.04.2020 в адрес ответчика направлен акт приема-передачи исполнительной документации по объекту от 24.04.2020.

Исполнительная документация не была полностью передана, что следует из листа осмотра инженерной службы, согласно которому комплект исполнительной документации к системе диспетчерского комплекса «Объ» передан только 03.08.2021, а на узел переключения режимов управления кондиционированием в зимний период - только 05.10.2021.

В силу положений пункта 9.3 договора и на основании перечисленных доказательств обязательство ответчика вернуть первую часть гарантийного удержание (5%) возникло не ранее 06.10.2021.

Счетами на оплату от 02.07.2020 № 3, от 02.07.2020 № 4, платежным поручением от 31.07.2020 № 24966 подтверждается и истцом не оспаривается, что 31.07.2020 ответчиком оплачена первая часть гарантийного удержания (5%).

Из пункта 9.3 договора (в редакции дополнительного соглашения от 22.07.2020  № 5) следует, что оставшиеся 5% гарантийного удержания выплачиваются равными частями (по 2,5% от стоимости строительно-монтажных работ) по окончании первого и второго года с момента оплаты заказчиком первой части гарантийного удержания в течение 30 рабочих дней с момента получения заказчиком счета на оплату.

С учетом того, что заказчик выплатил подрядчику первую часть гарантийного удержания (5%) 31.07.2020, оставшиеся 5% (по 2,5% от стоимости строительно-монтажных работ) подлежат оплате в следующие сроки: вторая часть гарантийного удержания (2,5%) - 31.07.2021 + 30 рабочих дней с момента получения заказчиком счета на оплату; третья часть гарантийного удержания (2,5%) - 31.07.2022 + 30 рабочих дней с момента получения заказчиком счета на оплату.

Счета на оплату второй части гарантийного удержания (2,5%) по окончании первого года с момента оплаты заказчиком первой части гарантийного удержания получены заказчиком не ранее 13.10.2021, что подтверждается датой счетов №№ 20, 21.

С учетом даты выставления счетов 13.10.2021, срок на оплату гарантийного удержания истекал 24.11.2021.

Вторая часть гарантийного удержания в размере 26 689 932,46 руб. оплачена заказчиком 17.12.2021, что следует из платежного поручения от 17.12.2021 № 28023.

Доказательств того, что заказчик дополнительно к этой сумме должен вернуть гарантийное удержание в размере 598 891,29 руб. в материалах дела нет, а также опровергается указанными выше счетами истца на сумму 26 689 932,46 руб.    

Учитывая вышеуказанное, суд установил, что заказчик в полном объеме возвратил ответчику первую и вторую часть гарантийного удержания. 

Срок на оплату третьей части гарантийного удержания (2,5%) наступил не ранее 31.07.2022. Счет на оплату указанной части гарантийного удержания получен заказчиком 21.07.2022, что подтверждается датой счета № 8 от 21.07.2022. С учетом даты выставления счета (21.07.2022) срок на оплату гарантийного удержания истекает 01.09.2022.

Кроме того, письмом от 11.08.2022 № 11/08-2022 подрядчик сообщил заказчику о приостановлении выплаты оставшегося гарантийного удержания, указав, что о возобновлении выплаты проинформирует ответчика дополнительно, чего на момент рассмотрения дела не истцом не сделано.

Положениями статьи 4 АПК РФ предусмотрено, что в арбитражный суд вправе обратиться заинтересованное лицо за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Суд, учитывая, что указанный выше срок не истек и истец требует приостановления платежа, третья часть гарантийного удержания (2,5%) не подлежит взысканию с ответчика.

Суд отмечает, что доказательств увеличения гарантийного удержания на 2 699 060,28 руб. в результате сдачи 04.07.2021 работ в материалы дела  не представлены и опровергается представленным расчетом. На основании представленного истцом акта сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2021 по 21.12.2021, подписанного бухгалтерами сторон, также невозможно установить указанные обстоятельства.

Относительно нормативного регулирования требования о взыскании гарантийного удержания судом установлено следующее. 

Ссылаясь на положения статей 1102, 1105 ГК РФ, истец указывает,  что гарантийное удержание подлежит возврату по правилам о неосновательном обогащении, поскольку результат работ в натуре вернуть невозможно.

Как следует из пункта 1 статьи 1102 ГК РФ, под обязательством из неосновательного обогащения понимается правоотношение, возникающее в связи с приобретением или сбережением имущества без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований одним лицом (приобретателем) за счет другого лица (потерпевшего).

Наличие между сторонами договорных правоотношений исключает возможность вывода о возникновении обязательств из неосновательного обогащения, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.03.2013 № 12435/12.

Отношения между истцом и ответчиком урегулированы договором, который не признавался недействительным или незаключенным.

В силу статьи 309 ГК РФ возврат гарантийного удержания должен производиться в соответствии с условиями договора, т.е. требование истца о взыскании гарантийного удержания вытекают из договорных отношений, а не из обязательства  о неосновательном обогащении.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании спорной неустойки, суд руководствуется следующим.

Истец требует взыскать неустойку в размере 20 032 784,55 руб., ссылаясь на положения пункта 13.1.2 договора, указывая, что в установленные сроки гарантийное удержание не оплачено. 

Пунктом 13.1.2 договора установлено, что в случае нарушения заказчиком срока оплаты выполненных и принятых работ подрядчик вправе потребовать от заказчика уплатить неустойку в размере 0,05% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки.

В соответствии с пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца 1 статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). 

Из буквального толкования пункта 13.1.2 договора не следует, что стороны пришли к письменному соглашению о начислении неустойки (пени) в размере 0,05% от суммы неоплаченного гарантийного удержания за каждый день просрочки. Неустойка, установленная пунктом 13.1.2 договора, подлежит применению именно к нарушению срока оплаты работ.

О таком толковании условий пункта 13.1.2 договора стороны договорились, заключая договор, поскольку в статье 1 договора прямо указано, что во избежание каких-либо сомнений, стороны особо уточняют, что на сумму гарантийного удержания любого рода проценты начислению не подлежат. 

Из определения Верховного Суда РФ от 16.12.2021 № 305-ЭС21-14922 следует, что правовая природа переходящих в фонд гарантийного удержания денежных средств   и задолженности по оплате выполненных работ различны, что исключает возможность взыскания неустойки, предусмотренной договором за нарушение срока оплаты работ.

Таким образом, неустойка, согласованная в пункте 13.1.2 договора, не подлежит взысканию за нарушение срока возврата гарантийного удержания.

Ссылка истца на то, что договором не может быть исключена ответственность заказчика за нарушение срока возврата гарантийного удержания, не имеет правового значения, поскольку таких положений в договоре не содержится.

Истец не требует взыскания с ответчика процентов по статье 395 ГК РФ. Истец требует взыскать с ответчика именно неустойку за нарушение срока возврата гарантийного удержания, которая сторонами не согласовывалась, что буквально следует из пункта 13.1.2 договора. Отсутствие письменного соглашения сторон о начислении неустойки за нарушение срока возврата гарантийного удержания исключает ее применение к отношениям сторон (статья 331 ГК РФ). 

Довод истца о том, что решением Арбитражного суда города Москвы  от 28.10.2021 в рамках дела № А40-168772/21-96-1195 с истца взыскана неустойка по аналогичным основаниям, не имеет правового значения. Ответчик не принимал участия в данном деле, что в силу части 2 статьи 69 АПК РФ исключает преюдициальный характер фактов, установленных этим судебным актом. Кроме того, в рамках дела № А40-168772/21-96-1195 судами не давалось толкование условиям договора, заключенного между истцом и ответчиком, а также не учитывались возражения ответчика, изложенные выше с учетом правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда РФ от 16.12.2021 № 305-ЭС21-14922.

Статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основании своих требований или возражений.

Согласно части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Учитывая то что суд не нашел оснований для удовлетворения иска, расходы на оплату услуг представителя истца в размере 750 000 руб. не могут быть возложены на ответчика.

С учетом результатов рассмотрения дела, судебные расходы, расходы по уплате государственной пошлины  за рассмотрение дела распределяются в соответствии со  ст.ст.106, 110, 112 АПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

В соответствии с частью 1 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения.

 

Судья                                                         Е.А. Морозова