ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-109824/19

06 июня 2024  года

город Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2024  года

Полный текст постановления изготовлен 06 июня 2024 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Мысака Н.Я. 

судей Зеньковой Е.Л., Зверевой Е.А., 

при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего должником – ФИО1 – дов. от 15.04.2024г.

рассмотрев в судебном заседании 03 июня     2024 года 

кассационную жалобу  ФИО3 

на определение Арбитражного суда г. Москвы   от 28 декабря    2023 года

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14  марта         2024 года 

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Распорядительная дирекция по печати»      

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2021 АО «Распорядительная дирекция по печати»  (далее также должник, или АО «РДПП») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

В Арбитражный суд города Москвы поступило уточнённое в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявление конкурсного управляющего АО «РДПП» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14  марта   2024 года признано обоснованным заявление конкурсного управляющего АО «РДПП» о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника АО «РДПП». Производство по заявлению конкурсного управляющего АО «РДПП» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности приостановлено до завершения расчётов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми судебными актами ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции, и постановление апелляционного суда отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель  ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что  в настоящем случае имеются основания для переквалификации вменяемого в вину заявителю - ФИО3 действия (бездействия) с субсидиарной ответственности в гражданско-правовую ответственность в виде взыскания убытков, поскольку её действия все же повлекли ухудшение финансового состояния должника.

Поступивший от конкурсного управляющего должником отзыв на кассационную жалобу приобщен  к материалам дела.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должником  относительно доводов кассационной жалобы возражал.

Представителем заявителя кассационной жалобы представлено ходатайство о рассмотрении жалобе в отсутствие ответчицы.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителя конкурсного управляющего должником., проверив в порядке статьи 286  АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в своем заявлении конкурсный управляющий просил привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника АО «РДПП».

Конкурсный управляющий указывал, что ответчиком не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в суд, а также не исполнена обязанность по передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим требованием в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «РДПП».

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, исходил из представления им надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а именно за неисполнение обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему.

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Суды исходили из того, что ответчик ФИО3 являлась генеральным директором должника в период с 17.11.2017 до даты открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указывал, что должник отвечал признаку неплатежеспособности в 2017 году в связи с неисполнением обязательств перед ЗАО «Оптиматехностимул», задолженность перед которым подтверждена судебным приказом Арбитражного суда города Москвы от 31.08.2017 по делу № А40-147197/17.

В связи с этим конкурсный управляющий должника полагал, что руководитель должника должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 10.11.2017г.

Как верно отметили суды, неоплата конкретного долга отдельному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.12.2020 № 305- ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015, постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.08.2022 № Ф05-18779/2022 по делу № А40-33201/2021).

Суды исходили из того,  что конкурсным управляющим неверно определена дата объективного банкротства должника, не указана дата возникновения обязанности ответчика обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), не представлены сведения либо доказательства относительно объёма обязательств, возникших после даты неисполнения руководителем данной обязанности.

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что заявителем не доказан весь состав обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Конкурсный управляющий должника также просил привлечь ответчика к субсидиарной ответственности за ненадлежащее исполнение обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Суды учли правовою позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 по делу А40-82872/10- 70-400Б, согласно которой необходимо установить следующие обстоятельства:

объективная сторона – установление факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

субъективная сторона – вина; должно быть установлено, предпринял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, проявил ли ту степень заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота;

причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов

размер субсидиарной ответственности, который по общему правилу определяется как сумма требований, включенных в реестр требований кредиторов, но не удовлетворенных в связи с недостаточностью конкурсной массы, при этом размер ответственности может быть снижен, если привлекаемое к ответственности лицо докажет, что размер вреда, причиненного им имущественным интересам кредиторов отсутствием документации существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению;

установление специального субъекта - руководителя должника.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Судами установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 11.09.2019 суд обязал руководителя должника АО «РДПП» не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Акт приема-передачи представить в суд.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2021 суд обязал руководителя должника АО «РДПП» в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему должника. Акт приема-передачи представить в суд.

В материалы дела ответчиком представлены реестры передачи документации должника, в соответствии с которыми 10.08.2022 конкурсным управляющим должника 10.08.2022 получены учредительная документация должника, бухгалтерская (финансовая) отчётность должника за 2019-2020 годы, налоговая документация за 2019-2021 годы, сведения о наличии недвижимого имущества, оборотно-сальдовые ведомости, договоры краткосрочной аренды от 01.01.2017, 01.08.2017, 01.07.2018, 01.02.2019, 01.12.2019, договор от 12.09.2017, заключённый между должником и ООО «КБ Маркет», документация по купле-продаже векселей.

Ответчик ФИО3 полагал, что исполнила обязанность по передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему в полном объёме.

Судами принято во внимание, что документация в полном объёме передана не была, в ходе анализа имущественного состояния должника управляющим  было установлено, что ответчиком не передан ряд материальных ценностей и документации должника, в том числе, основные средства должника (согласно ведомости амортизации), документация по перечислениям денежных средств, документация, подтверждающая возникновение кредиторской задолженность (ОСВ по счёту № 67), Договоры с контрагентами (ОСВ по счёту № 60):, документация с контрагентами (ОСВ по счёту № 76), согласно перечню.

Постановлениями по делам об административных правонарушениях ЦАФАП ОДД ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве от 19.08.2023 и 31.08.2023 подтверждается, что транспортное средство Lexus ES250, принадлежащее должнику, используется на территории города Москвы, поскольку АО «РДПП» является собственником автомобиля, на должника наложены штрафы за нарушение ПДД РФ, которые подлежат оплате из конкурсной массы должника.

Судами учтено, что на момент введения в отношении должника процедуры наблюдения, а впоследствии конкурсного производства ответчик не мог не знать о наличии указанной выше документации и материальных ценностей должника, в связи с чем обязан был передать их конкурсному управляющему.

Ссылка ответчика на то, что конкурсным управляющим не было представлено доказательств наличия у ответчика указанного имущества и документации, обоснованно отклонена судами как основанная на неверном толковании норм права.

Будучи генеральным директором АО «РДПП», ответчик являлся материально ответственным лицом, при прекращении своих полномочий на ответчике лежала обязанность по передаче документации и материальных ценностей должника в полном объёме последующему руководителю должника – конкурсному управляющем.

Конкурсный управляющий на момент передачи 10.08.2022 части документации должника не знал о наличии у должника на праве собственности транспортных средств, заключения должником ранее договоров с контрагентами. О соответствующих фактах конкурсному управляющему стало известно после направления запросов в регистрирующие органы, анализа части переданной ответчиком документации. Частичная передача документов не освобождает ответчика от исполнения обязанности, предусмотренной Законом о банкротстве, а также от исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 11.09.2019 и решения Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2021 в полном объёме.

Кроме того, неисполнение обязанности ответчиком по передаче документации в срок повлекло затягивание анализа имущественного положения должника, соответственно, процедуры банкротства.

Ссылка на то, что транспортные средства зарегистрированы за должником, в связи с чем у ответчика отсутствовала обязанность по их передаче, а также на то, что из ответа ГИБДД конкурсный управляющий должен был самостоятельно выявить транспортные средства, правомерно судами отклонена, поскольку непередача транспортных средств повлекла невозможность установления их местонахождения, наложения на должника штрафов за нарушение водителем транспортных средств ПДД РФ, а также износ транспортных средств вследствие их эксплуатации.

Довод ответчика о том, что рыночная стоимость транспортных средств значительно ниже размера субсидиарной ответственности также обоснованно отклонен судами, поскольку размер субсидиарной ответственности за виновное деяние устанавливается не исходя из стоимости непереданного имущества, а в порядке, установленном ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В предмет доказывания по спору о привлечении к субсидиарной ответственности не входит установление рыночной стоимости непереданного имущества.

Даже учитывая, что стоимость транспортных средств значительно ниже размера текущих и реестровых требований к должнику, данные транспортные средства в случае их передачи могли быть реализованы в установленном Законом о банкротстве порядке, а денежные средства с их реализации могли быть направлены на погашение требований кредиторов.

Вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязанности по передаче документации и материальных ценностей должника существенно затруднено проведение процедуры банкротства должника, в том числе в связи с невозможностью определения местонахождения активов должника, получения сведений об имущественном положении должника, невозможности выявления оснований для оспаривания сделок.

Вопреки доводам жалобы, на момент введения в отношении должника процедуры наблюдения, а впоследствии конкурсного производства ответчик не могла не знать о наличии указанной конкурсным управляющим документации и материальных ценностей должника, в связи с чем обязана была передать их конкурсному управляющему.

Доводы ФИО3 со ссылками на тот факт, что, согласно ведомости амортизации основных средств должника (согласно которой конкурсному управляющему и стало известно о наличии вышеуказанных основных средств на балансе должника) остаточная стоимость основных средств должника (автоматизированная пожарная сигнализация, система водяного пожаротушения, автомобиль Форд Фокус, автомобиль Lexus ES250) является нулевой, правомерно отклонен судом апелляционной инстанции, который учитывал сведения из ГИБДД, согласно которым выявлена эксплуатация автомобиля Lexus ES250 в 2023 году, на что указывал конкурсный управляющий и что свидетельствует об искажении данных, содержащихся в бухгалтерской документации должника.

В кассационной жалобе ФИО3 указывает, что судами не учтена необходимость исследование вопроса о назначении ответчику необходимости возмещения убытков вместо субсидиарной ответственности.

При заявлении требований о взыскании убытков и/или субсидиарной ответственности необходимо учитывать следующее.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 4 статьи 20.4 и пункта 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве арбитражный управляющий и руководитель должника обязаны возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, причиненные ими в результате нарушения законодательства о несостоятельности.

В статье 61.13 Закона о банкротстве также определена ответственность КДЛ за фиктивное банкротство и признание (неоспаривание) необоснованных требований кредиторов, предъявленных как в деле о банкротстве, так и вне его. Конечной целью предъявления соответствующего требования является возмещение вреда, причиненного кредиторам, а потому необходимо учитывать взаимозаменяемость и взаимодополняемость требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления N 53); различия таких требований заключаются лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего в итоге зависит подлежащая взысканию сумма.

В связи с этим при определении соотношения данных требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу (пункт 1 статьи 6, абзац первый пункта 1 статьи 394 ГК РФ; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 03.07.2020 N 305-ЭС19-17007(2)).

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17- 6757(2,3). Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53).

Особенность требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности заключается в том, что оно по сути опосредует типизированный иск о возмещении причиненного вреда, возникшего у кредиторов в связи с доведением основного должника до банкротства. Выделение названного иска ввиду его специального применения и распространенности позволяет стандартизировать и упростить процесс доказывания (в том числе посредством введения презумпций вины ответчика - пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящей редакции).

Особенностью данного иска по сравнению с рядовым иском о возмещении убытков выступает также и порядок определения размера ответственности виновного лица (пункт 11 статьи 61.11 названного Закона), правила об исковой давности и т.д.

Так, если неисполнение обязательств перед кредиторами было вызвано объективными обстоятельствами (неудовлетворительной конъюнктурой рынка, существенным изменением условий ведения бизнеса и т.п.), которые не выходили за пределы обычного делового риска и не имели своей действительной целью нарушение прав и законных интересов данных лиц, то контролирующие должника лица не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности (что, однако, не исключает возможности постановки вопроса об их привлечении к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью, основаниям (пункты 18, 20 Постановления N 53).

По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления N 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения. Однако, даже если учесть вопрос о возможной переквалификации части требований в убытки подобная переквалификация, как правило, допускается на стадии установления оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. (п. 29 "Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г." (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023).

Таким образом, указанный довод ответчика, приведенный им только в кассационной жалобе, подлежит отклонению.

В кассационной жалобе, каких-либо иных доводов, которые не были бы проверены и не учтены судами при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы судов, заявители не привели.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы, были в полной меры исследованы и оценены судом апелляционной инстанции, в связи с чем подлежат отклонению ввиду их необоснованности.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 28 декабря 2023 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14  марта 2024 года  по делу № А40-109824/19 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                      Н.Я. Мысак

Судьи:                                                                                                  Е.Л. Зенькова

Е.А. Зверева