ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

Березина ул., 4, г. Владимир, 600017,

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Владимир

Дело № А79–5738/2016

14 марта 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06.03.2019.

В полном объеме постановление изготовлено  14.03.2019.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей    Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии

от 21.11.2018 по делу № А79–5738/2016,

принятое судьей Максимовой М.А.,

по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения автомобиля от 03.09.2015 и применении последствий его недействительности,

 

при участии представителя

от ФИО2: ФИО5, доверенность

от 16.07.2018 № 21 АА 1034192, 

 

у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО3 обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением к ФИО4 о признании недействительным договора от 03.09.2015 дарения автотранспортного средства BMW X5 3/0 SI, 2007 года выпуска, цвет серый, идентификационный номер 5UXFE43507L016541, и применении последствий его недействительности в виде возврата полученного по сделке спорного имущества в собственность должника.

Определением от 06.08.2018 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, являющегося в настоящее время собственником спорного транспортного средства.

Определением от 21.11.2018 суд отказал в удовлетворении заявленного требования.

Выводы суда основаны на статьях 32, 19, 61.1, 61.2, 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктах 5, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий должника ФИО3 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 21.11.2018 и принять по делу новый судебный.

В обоснование своих возражений заявитель жалобы указал, что при заключении спорной сделки допущено злоупотребление правом; сделка совершена заинтересованными по отношению друг к другу лицами на безвозмездной основе. Кроме того, должник на момент совершения сделки обладал признаками неплатежеспособности. При этом ФИО2 совершены иные сделки по отчуждению имущества, в результате которых выведено все ликвидное имущество должника.

Подробно доводы финансового управляющего должника ФИО3 изложены в апелляционной жалобе от 30.11.2018.

ФИО2 в отзыве от 29.01.2019 и его представитель в судебном заседании возразили против доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили; апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 – 262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно материалам дела определением от 23.11.2016 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии ввел в отношении ФИО2 процедуру реструктуризации долгов гражданина; утвердил финансовым управляющим ФИО7. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 21.01.2017 № 11.

Определением от 14.04.2017 суд освободил ФИО7 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2; определением от 07.09.2017 утвердил финансовым управляющим должника ФИО3

Решением от 27.04.2018 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии признал ФИО2 несостоятельным (банкротом); ввел в отношении него процедуру реализации имущества гражданина; утвердил финансовым управляющим должника ФИО3 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 05.05.2018 № 77. 

В ходе процедуры реализации имущества, финансовый управляющий установил что 03.09.2015 ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключили договор дарения автотранспортного средства, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемому, а одаряемый принял в качестве дара автотранспортное средство BMW X5 3/0 SI, 2007 года выпуска, цвет серый, идентификационный номер 5UXFE43507L016541, ПТС 21 ТХ 766671.

Расценивая заключение данного договора как сделку с целью причинения вреда другим кредиторам, при злоупотреблении правом сторонами сделки, и совершенной с заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленным относительно неплатежеспособности должника, финансовый управляющий ФИО3 обратился с соответствующим иском в арбитражный суд. 

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X «Банкротство граждан», регулируются главами I – VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного закона.

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном законе.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) определено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В рассмотренном случае оспоренный договор заключен до 01.10.2015, на дату возбуждения дела о банкротстве должника ФИО2 не обладал статусом индивидуального предпринимателя.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно указал, что наличие у должника-гражданина статуса индивидуального предпринимателя на момент совершения оспариваемой сделки правового значения для целей применения пункта 13 статьи 14 Закона № 154-ФЗ не имеет, поскольку на момент возбуждения дела о банкротстве ФИО2 таким статусом не обладал, поэтому пришел к обоснованному выводу о том, что названная сделка не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оценив оспоренную сделку на предмет наличия признаков ее недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанций установил, что на дату совершения сделки у ФИО3 имелись неисполненные обязательства, о чем свидетельствует вступившее в законную силу определение Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 30.11.2015 по делу № 2-9896/2015 об утверждении мирового соглашения, заключенного между ОАО «АИКБ «Татфондбанк» и ООО «Волгаэлектропроект», ФИО8, ФИО9, ФИО2, ФИО10, ФИО11, согласно которому ОАО «АИКБ «Татфондбанк» предоставляет ответчикам рассрочку по уплате суммы задолженности по кредитному договору «Лимит выдачи» от 04.03.2013 № 07/13 ЧФ в размере 37 994 649 руб. 46 коп., а ответчики обязуются солидарно погасить ее ОАО «АИКБ «Татфондбанк» и уплатить проценты из расчета 15% годовых за использование взыскиваемой суммы в срок до 25.10.2018 согласно графику, предусмотренному мировым соглашением.

Заявление ОАО «АИКБ «Татфондбанк» о взыскании задолженности, в том числе с ФИО2 было принято и зарегистрировано Вахитовским районным судом г. Казани Республики Татарстан 28.09.2015, о чем свидетельствует распечатка с официального сайта Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан.

Следовательно, обязательства по погашению задолженности перед ОАО «АИКБ «Татфондбанк» не исполнялись сторонами, в том числе ФИО2 ранее, до подачи 28.09.2015 Банком заявления.

Таким образом, на момент совершения сделки (03.09.2015) у ФИО2 имелась задолженность перед ОАО «АИКБ «Татфондбанк», возникшая в период с 2013 года, то есть задолго до совершения оспариваемой сделки.

Коллегия судей, рассмотрев электронные материалы настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) принимает во внимание, что ФИО2 с целью вывода активов также совершил иные сделки по отчуждению имущества, в том числе договоры: дарения машино-места от 01.09.2015 в собственность сыну ФИО12; купли-продажи нежилого помещения от 03.07.2014 между ФИО2 и ФИО13.

Таким образом, в результате последовательного совершения указанных сделок, а также оспариваемой, из собственности ФИО2 выбыло все ликвидное имущество, на которое возможно было бы обратить взыскание.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В рассматриваемом случае сделка совершена между заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, что участвующими в деле лицами не оспаривается (даритель (должник) является сыном одаряемого).

При таких обстоятельствах коллегия судей приходит к выводу о доказанности факта злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделки со стороны ФИО2 и ФИО4

Установленная по отношению к должнику аффилированность ФИО4 являющейся матерью должника, позволяет презюмировать ее осведомленность о цели совершения должником оспариваемой сделки и перенести на нее обязанность доказывания обратного. Между тем ФИО4 в материалы настоящего обособленного спора не представила бесспорных доказательств, исключающих ее осведомленность о заключении спорного договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При этом не имеет правового значения тот факт, что ФИО4 пользовалась транспортным средством, поскольку на фотографических снимках (т. 1, л.д. (оборотная сторона) 102,103, 104, 106) невозможно идентифицировать лицо, управляющее транспортным средством, а постановления, составленные по правонарушениям, установленным посредством видеофиксации специальными техническими средствами, работающими в автоматическом режиме, в силу требований действующего законодательства составляются на того гражданина, за которым зарегистрировано транспортное средство.

Касаемо квалификации оспариваемой сделки как мнимой, коллегия судей пришла к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Материалами дела подтверждается, что должник активно выводил имущество, находящееся у него в собственности, в основном в пользу ближайших родственников, не погашая при этом имеющуюся кредиторскую задолженность.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов подтверждается совершением в короткий промежуток времени должником и его родственниками согласованных действий по безвозмездной передаче всего принадлежащего должнику ликвидного имущества заинтересованным лицам.

С учетом обстоятельств данного конкретного спора, отсутствия в материалах доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон сделки, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор дарения от 03.09.2015 является мнимой сделкой, поскольку целью совершения указанной ничтожной сделки является вывод активов должника, что стало возможным в результате недобросовестных совместных, согласованных действий должника и его родственников.

Должник и ФИО4 в результате злоупотребления правом, заключили 03.09.2015 ничтожную, по признаку мнимости сделку, в результате которой осуществили заблаговременный вывод имущества с целью недопущения обращения взыскания на указанное имущество (невключение в конкурсную массу); ФИО4 в 2017 году реализовала спорное имущество ФИО6

При этом суд апелляционной инстанции не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что у должника имелось стабильное финансовое положение в 2015, начале 2016 годов, подтвержденное решением ПАО «Сбербанк» о предоставлении кредита по договору от 03.02.2016 № 88484836 на сумму 1 500 000 руб., поскольку при наличии совокупности иных доказательств, в том числе подтверждающих вывод активов, перечисления в счет уплаты просроченной задолженности ООО «Волгаэлектропроект» как поручителем, получение кредита на потребительские нужды не опровергает факта наличия неплатежеспособности.

Выводы суда первой инстанции о том, что 30.11.2015 определением Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан по делу № 2?9896/2015 утверждено мировое соглашение, следовательно, на момент совершении сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, является несостоятельным.

В частности, согласно материалам дела и это подтвердил представитель должника, после заключения мирового соглашения осуществлен только платеж 08.02.2016 (л.д. 39) в размере 1 700 000 руб., следовательно, ФИО2 как лицо, заинтересованное по отношению к ООО «Волгаэлектропроект» и иным поручителям, знал о том, то мировое соглашение выполняться не будет, и, обладая информацией об этом вывел все ликвидное имущество посредством совершения последовательных сделок с целью недопущения обращения взыскания на это имущество.

В пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Финансовый управляющий ФИО3 заявил в качестве последствий недействительности сделки требование: обязать ФИО4 возвратить все полученное в виде возврата в собственность должника автотранспортного средства.

Вместе с тем в сведениях Министерства внутренних дел по Чувашской Республике от 26.02.2019 № 24.3/615 и Межрайонного отдела Государственной инспекции безопасности дорожного движения технического надзора и регистрационно-экзаменационной работы № 4, полученных на запрос суда апелляционной инстанции, отражено, что в настоящее время собственником спорного автомобиля является ФИО6.

При таких обстоятельствах требование финансового управляющего ФИО3 в части применения последствий недействительности сделки удовлетворению не подлежит.

Недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд первой инстанции посчитал установленными (пункт 2 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), влечет отмену определения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 11.12.2018 делу № А79?5738/2016 в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3, с принятием постановления о его удовлетворении, признании недействительным договора дарения автотранспортного средства от 03.09.2016, а именно: марка, модель ВMV Х5 3/0 SI, тип легковой, идентификационный номер автомобиля 5UXFE43507L0196541, изготовитель Германия, год выпуска 2007, цвет серый шасси (рама) отсутствует, модель и номер двигателя N52B30AF 03466577, кузов (кабина, прицеп) 5UXFE43507L016541, заключенного между ФИО2 и ФИО4

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины, подлежат взысканию с ФИО4

Руководствуясь статьями 110, 268, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 21.11.2018 делу № А79–5738/2016 отменить в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения автомобиля от 03.09.2015 и применении последствий его недействительности.

Заявление финансового управляющего ФИО2 ФИО3 к ФИО4 о признании недействительным договора дарения автомобиля от 03.09.2015 и применении последствий его недействительности удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения автотранспортного средства от 03.09.2016, а именно: марка, модель ВMV Х5 3/0 SI, тип легковой, идентификационный номер автомобиля 5UXFE43507L016541, изготовитель Германия, год выпуска 2007, цвет серый шасси (рама) отсутствует, модель и номер двигателя N52B30AF 03466577, кузов (кабина, прицеп) 5UXFE43507L016541, заключенный между ФИО2 и ФИО4.

Взыскать с ФИО4 (ул. Гражданская, д. 12, д. Чиганары Чебоксарский р?н, 429521) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9000 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 21.11.2018 делу № А79–5738/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

Судьи

Ю.В. Протасов

 

Е.А. Рубис