РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-240351/22-189-1981

г. Москва

16 сентября 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 12 сентября 2024года

Полный текст решения изготовлен 16 сентября 2024 года

Арбитражный суд в составе:

Председательствующий: судья Ю.В. Литвиненко

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Т.В. Мусиенко,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску

 КОМПАНИЯ "РОСГОССТРАХ ЖИЗНЬ" (121059, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ДОРОГОМИЛОВО, КИЕВСКАЯ УЛ., Д. 7, К. 1, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 08.08.2003, ИНН: 

<

***>)

к ответчикам: 1) ИФГ интернешионал файненс (Гернси) Лтд. (EFG International Finance (Guernsey) Ltd., ИНН (LEI) 549300L24J81P1RBL748 St Peter Port, Guernsey, Channel Islands), 

2) Леонтек ФИО1 (Leonteq Securities AG, Europaallee, 39, 8004 Zurich, Switzerland) о признании незаконными действий EFG International Finance (Guernsey) Ltd, Leonteq Securities AG по досрочному погашению 8 456 353 Структурных облигаций ISIN СН0495926344, СН0518365595, СН0495925106, СН0518365652, СН0518365603, СН0495926310, СН0495926328, СН0518365264, СН0518365272, СН0495926047, СН0495926682, СН0495926690, СН0495925114, СН0495924786, СН0495924802, СН0495924810, СН0495925197, СН0495925205, СН0495925643, СН0495925650, СН0518365637, СН0495926336, СН0518365280, СН0495925122, СН0559576795, СН0593630970, СН0518365645, СН0518365611, СН0518365249, СН0495926492.

При участии: согласно протоколу судебного заседания от 12 сентября 2024 года, 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО Страховая компания «Росгосстрах Жизнь» (далее – Истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением, в котором с учетом уточнения  изначально заявленных требований просила признать незаконными действия EFG International Finance (Guernsey) Ltd (далее – Ответчик 1) и Leonteq Securities AG (далее – Ответчик 2) по досрочному погашению структурных облигаций, размещенных в рамках тридцати выпусков, которым присвоены ISIN CH0495926344, CH0518365595, CH0495925106, CH0518365652, CH0518365603, CH0495926310, CH0495926328, CH0518365264, CH0518365272, CH0495926047, CH0495926682, CH0495926690, CH0495925114, CH0495924786, CH0495924802, CH0495924810, CH0495925197, CH0495925205, CH0495925643, CH0495925650, CH0518365637, CH0495926336, CH0518365280, CH0495925122, CH0559576795, CH0593630970, CH0518365645, CH0518365611, CH0518365249, CH0495926492.

Истец в судебное заседание явился. Исковые требования поддержал и указал,  что он являлся собственником 8 456 353 структурных облигаций, в эмиссии которых участвовали Ответчик 1 и Ответчик 2.

Все структурные облигации имели одинаковый механизм действия: если цена лежащего в основании выпуска облигаций базисного актива (акций или американских (глобальных) депозитарных расписок) оказывалась выше установленного в условиях выпуска значения, то их владелец мог рассчитывать на более высокую доходность. В доказательство того, что Истец являлся собственником этих облигаций Истец представил выписку по счету депо, открытом в ООО «РБ Спецдепозитарий». Истец указал, что 27.06.2022, 29.06.2022 Ответчик 1 и Ответчик 2 уведомили его о досрочном погашении принадлежащих ему структурных облигаций в рамках тридцати ISIN. В уведомлениях Ответчики указали, что по итогам досрочного погашения структурных облигаций на счет Истца будут зачислены денежные средства в швейцарских франках в размере, соответствующем их справедливой стоимости. Впоследствии ООО «РБ Спецдепозитарий» уведомил Истца о досрочном погашении всех принадлежащих ему структурных облигаций и зачислении на счет Истца швейцарских франков. Истец заявил, что ни Ответчик 1, ни Ответчик 2 не вправе были досрочно погашать структурные облигации и менять валюту исполнения обязательств, поскольку они не доказали наличия у них или их агентов, участвующих в эмиссии, объективных препятствий для совершения операций хеджирования, а также осуществления платежей (переводов) в российских рублях. Истец пояснил суду, что досрочное погашение структурных облигаций не только нарушило его права собственника ценных бумаг, но и затронуло выпущенные им продукты инвестиционного страхования жизни, финансовый результат которых был связан со структурными облигациями. Этим Истец обосновал свое право на судебную защиту, а также выбранный им способ защиты.

Ответчик 1 и Ответчик 2 представили в суд письменные позиции, в которых они возражали против компетенции Арбитражного суда города Москвы рассматривать настоящий спор, поскольку суд не уведомил их о судебном процессе. Ответчик 2 настаивал на том, что в силу эмиссионной документации требования Истца должен рассматривать иностранный суд, а не Арбитражный суд города Москвы. Представители Ответчика 2 (ФИО2, ФИО3) принимали участие в судебном заседании 02.03.2023, представили ходатайство о прекращении производства по делу с приложенными к нему документами, в котором Ответчик 2 возражал против возможности применения статьи 248.1 АПК РФ (том 9, л.д. 1-152, том 10 л.д. 1-12).

Ответчики также обратили внимание, что они не были уведомлены о судебном споре. Суд отклоняет этот довод Ответчиков, поскольку они знали не только о судебном споре, но и о каждом судебном заседании, они имели возможность обеспечить представление их интересов в суде. Суд руководствуется следующим.

Во-первых, в материалы дела Ответчик 1 и Ответчик 2 представили свои письменные позиции, в которых они возражали против компетенции российского суда. Эти документы Ответчики перевели с английского на русский язык (Том 8, л.д. 121-131).

Во-вторых, представители Ответчика 2 (Leonteq) принимали участие в судебном заседании 02.03.2023, а также представили суду письменное ходатайство о прекращении производства по делу (Том 9, л.д. 1-152, том 10 л.д. 1-12).

В-третьих, в материалы дела представлены нотариально заверенный перевод процессуальных документов Истца, определений суда об отложении и / или назначении судебного заседания с доказательствами их отправки в адрес Ответчиков посредством Почты России и DHL. Также Истец приобщил к материалам дела доказательства отправки на официальные адреса Ответчика 1 и Ответчика 2 сообщения на английском языке, в котором Истец проинформировал Ответчиков о наличии судебного спора (Том 11, л.д. 1-8, 22-25, 28-29, 32-44, 54-93).

Это позволяет суду прийти к выводу, что Ответчики не могли не знать о судебном споре, о требованиях Истца и имели все необходимые возможности, чтобы обеспечить представление своих интересов в суде. То обстоятельство, что они проигнорировали судебный спор, не являлись на судебные заседания, а также отказались представлять в материалы дела свою позицию по существу иска, не является препятствием для рассмотрения требований Истца.

Свою позицию суд основывает, в том числе, на имеющейся практике судов апелляционной и кассационной инстанций по делам №№ А40-241966/2020, А40-252277/2019, А65-16858/2021. Из ее анализа следует, что если исковое заявление, определения суда о принятии иска к производству, о назначении дат судебных заседаний переведены на английский язык и направлены оппоненту, в том числе, посредством Почты России, то такое лицо считается уведомленным о судебном споре. При этом Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 19.01.2022 по делу №А40-252277/2019 констатировал, что лицо считается уведомленным о судебном споре, если его представитель участвовал в судебных заседаниях. В таких случаях иностранные лица должны самостоятельно предпринимать меры, направленные на получение информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023, в удовлетворении иска отказано. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.02.2024 решение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы

При повторном рассмотрении спора судом учтены выводы суда кассационной инстанции.

Так, в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 22.02.2024 обращено внимание суда первой инстанции на то, что структурными облигациями Закон о рынке ценных бумаг признает такие ценные бумаги, по которым сумма, выплачиваемая при погашении, зависит от наступления определенных обстоятельств (статья 27.1-1 Закона). Досрочное погашение облигаций в отсутствие каких-либо правовых оснований, согласно доводам истца, привело к неправомерной утрате имущества РГСЖ, а также права на получение купонного дохода по облигациям в течение срока выпуска. Кроме того, РГСЖ лишился тех активов, которые служили источником накопления инвестиционного дохода страхователей. Односторонний отказ от исполнения обязательств путем досрочного погашения структурных облигаций прямо противоречит принципу недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательств, закрепленному в статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениям статей 68 – 97 Обязательственного кодекса Швейцарии.

Результатом рассмотрения требований истец полагает правовую определенность и констатацию незаконности действия ответчиков, что необходимо для взаимоотношений РГСЖ с контрагентами и контрольными органами.

С учетом изложенного отказ судов в удовлетворении требований по причине избрания истцом ненадлежащего способа защиты суд кассационной инстанции считает необоснованным. Кроме того, суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов о том, что РГСЖ имеет возможность требовать взыскания убытков с ответчиков или признание сделок недействительными, что являлось бы верным способом защиты.

Судами не учтены доводы истца о том, что указанные способы защиты в настоящих условиях, связанных с недружественными действиями иностранных государств, не являются эффективными, они не способны гарантировать права и законные интересы РГСЖ.

Истец обращает внимание, что ответчики являются иностранными юридическими лицами, у них нет имущества на территории Российской 9 Федерации, а за пределами Российской Федерации решение суда не будет приведено в исполнение, поскольку структурные облигации эмитированы по иностранному праву; нахождение РГСЖ под санкциями исключает исполнение швейцарским регулятором финансовых рынков решения российского суда.

При повторном рассмотрении истец в судебном заседании поддержал исковые требований в полном объеме.

Ответчики в судебное заседание не явились, извещены о месте и времени проведения судебного разбирательства, в подтверждении чего суду предоставлены нотариально заверенный перевод определения от 15.03.2024 о принятии иска к производству;  доказательства отправки определения от 15.03.2024 в адрес EFG и Leonteq по почте; доказательства отправки определения от 15.03.2024 по электронной почте.

Суд исследовал представленные сторонами в материалы дела доказательства, выслушал их объяснения и считает установленными нижеследующие обстоятельства спора.

Истец (ООО «СК Росгосстрах Жизнь») является организацией, основным видом деятельности которой является осуществление страхования (65.1 ОКВЭД) (Том 1, л.д. 52-78).

Истец приобрел в собственность 8 456 353 структурных облигаций, которым присвоены ISIN CH0495926344, CH0518365595, CH0495925106, CH0518365652, CH0518365603, CH0495926310, CH0495926328, CH0518365264, CH0518365272, CH0495926047, CH0495926682, CH0495926690, CH0495925114, CH0495924786, CH0495924802, CH0495924810, CH0495925197, CH0495925205, CH0495925643, CH0495925650, CH0518365637, CH0495926336, CH0518365280, CH0495925122, CH0559576795, CH0593630970, CH0518365645, CH0518365611, CH0518365249, CH0495926492.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 2 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее – Закон о рынке ценных бумаг) лицо, указанное в записях по счету депо в качестве правообладателя бездокументарных ценных бумаг, является их владельцем (собственником).

Представленные в материалы дела выписки по счету депо Истца в ООО «РБ Спецдепозитарий», содержат сведения о всех перечисленных выше 8 456 353 структурных облигациях (Том 1, л.д. 16-18).

Механизм выпуска структурных облигаций, статус лиц, участвующих в их эмиссии, а также права, удостоверяемые этими ценными бумагами, отражены в базовом проспекте эмиссии (Том 1-8, том 9, л.д. 1-116, том 11) и в индивидуальных условиях (Termsheet) по каждому ISIN (Том 11, л.д. 103-117).

Принадлежащие Истцу ценные бумаги были эмитированы иностранными юридическими лицами в соответствии с законодательством Швейцарии. Статьи 3, 70 Федерального закона Швейцарии о финансовых услугах от 15.06.2018 (Federal Act on Financial Services, FinSA) относят такие финансовые инструменты к числу структурных продуктов (structure product).

Ответчик 1 в письме от 27.06.2022 (Том 1, л.д. 10-12), а Ответчик 2 в письме от 29.06.2022 (Том 1, л.д. 13-15) проинформировали всех собственников структурных облигаций об их предстоящем досрочном погашении. Они отметили, что в связи с препятствиями в осуществлении переводов в российских рублях, отсутствием у эмитента и агента выпуска возможности приобретать, создавать, восстанавливать, заменять или поддерживать связанные со структурными облигациями механизмы хеджирования или распоряжаться доходами от соответствующих механизмов хеджирования, действие структурных облигаций будет досрочно прекращено с 27.06.2022. Ответчики указали, что инвесторы получат эквивалент в швейцарских франках, сумма которых будет соответствовать справедливой рыночной стоимости структурных облигаций.

Согласно уведомлениям ООО «РБ Спецдепозитарий» от 01.08.2022 Ответчик 1 и Ответчик 2 досрочно погасили структурные облигации и перечислили на счет Истца денежные средства в швейцарских франках (Том 1, л.д. 19-43).

Истец полагает,  что действия Ответчиков по досрочному погашению структурных облигаций и перечислению денег в швейцарских франках противоречат эмиссионной документации и являются незаконными в связи со следующим.

Суд соглашается с Истцом, что действия Ответчиков по досрочному погашению структурных облигаций и перечислению денег в швейцарских франках противоречат эмиссионной документации и являются незаконными в связи со следующим.

Ответчик 1 (EFG International) является эмитентом принадлежащих Истцу 88 852 единиц структурных облигаций, размещенных в рамках двадцати девяти выпусков ISIN CH0495926344, CH0518365595, CH0495925106, CH0518365652, CH0518365603, CH0495926310, CH0495926328, CH0518365264, CH0518365272, CH0495926047, CH0495926682, CH0495926690, CH0495925114, CH0495924786, CH0495924802, CH0495924810, CH0495925197, CH0495925205, CH0495925643, CH0495925650, CH0518365637, CH0495926336, CH0518365280, CH0495925122, CH0593630970, CH0518365645, CH0518365611, CH0518365249, CH0495926492.

В рамках этих выпусков Ответчик 1, как эмитент приобретал все ключевые права и обязанности должника по облигациям, а Ответчик 2 (Leonteq Securities) осуществлял функции управляющего выпуска, расчетного, налогового и платежного агента (Том 5, л.д. 38). Ответчик 2 от своего имени, но в интересах Ответчика 1 письмом от 29.06.2022 уведомил держателей структурных облигаций об их досрочном погашении. Ответчик 2 сообщил: «Вниманию всех инвесторов, владеющих продуктами, выпущенными компанией И-Эф-Джи Интернэшнл Файнэнс (Гернси) Лтд (EFG International Finance (Guernsey) Ltd)», а в подписи указал: «С уважением, «Леонтек ФИО1 (от имени Совета Эмитента)»» (Том 1, л.д. 13-15).

При досрочном прекращении указанных выше 88 852 структурных облигаций, Ответчики ссылались на 20 раздел базового проспекта эмиссии от 16.11.2020, согласно которому: «эмитент имеет право прекратить действие Продуктов, если (I) будет установлено, что Базовая основа соответствующего Транша Продуктов перестала быть ликвидной или (II) что соблюдение Эмитентом обязательств по Продуктам или любые договоренности, сделанные для хеджирования обязательств Эмитента, стали незаконными или невозможными полностью или частично, в частности, в результате соблюдения Эмитентом любого применимого настоящего или будущего закона, (III) директивы какого-либо правительственного, административного, законодательного или судебного органа или органа власти или контроля, или соответствующих компетентных рыночных органов, или вследствие увеличения стоимости хеджирования, (IV) нарушения хеджирования или (V) увеличения стоимости обеспечения в случае обеспеченных продуктов, включая продукты COSI, (VI) в случае изменения возможности обеспеченного финансирования».

Этот же раздел 20 базового проспекта эмиссии от 16.11.2020 определяет понятие «сбой хеджирования», под которым эмиссионная документация понимает состояние, при котором «субъект хеджирования не может после использования коммерчески обоснованных усилий (а) приобрести, создать, восстановить, заменить, поддерживать, свернуть или распоряжаться любой (-ыми) сделкой (-ами) или активом (-ами), которые Эмитент считает необходимыми для хеджирования риска заключения или исполнения своих обязательств, вытекающих из Продуктов, или (в) реализовать, восстановить или перевести доходы от любой (-ыми) такой (-их) сделки (-ок) или актива (-ов)».

Ответчик 2 (Leonteq Securities) также является эмитентом принадлежащих Истцу 8 367 501 единиц структурных облигаций, размещенных в рамках одного выпуска ISIN CH0559576795.

При досрочном погашении указанных выше 8 367 501 структурных облигаций Ответчик 2 сослался на 19 раздел базового проспекта эмиссии от 24.09.2021, который содержит основания для досрочного прекращения действия Продуктов, аналогичные тем, которые отражены в 20 разделе базового проспекта эмиссии EFG International от 16.11.2020.

По результатам анализа пункта 11 части 1 статьи 2 Закона о рынке ценных бумаг, статей 3, 70 Федерального закона Швейцарии о финансовых услугах от 15.06.2018 (Federal Act on Financial Services, FinSA), эмиссионной документации и индивидуальных условий (Termsheet) суд приходит к выводу, что по всем своим конструктивным признакам, те ценные бумаги, которые приобрел Истец, являются разновидностью облигаций. Размещение облигаций влечет возникновение денежного обязательства, в котором эмитент – это должник, а собственник облигации – кредитор.

В соответствии с эмиссионной документацией, форма и содержание продуктов, а также все права и обязанности эмитента и инвесторов регулируются и толкуются во всех отношениях в соответствии с законодательством Швейцарии. Частные правоотношения урегулированы в Швейцарии двумя основными нормативными актами: Гражданским кодексом Швейцарии (Swiss Civil Code) от 10.12.1907 и Обязательственным кодексом Швейцарии (Code of Obligation) от 30.03.1911.

Гражданский кодекс Швейцарии в статье 2 устанавливает, что каждое лицо должно действовать добросовестно при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей. По смыслу глав 1-2 раздела 2 Обязательственного кодекса Швейцарии должник не вправе в одностороннем порядке отказываться от исполнения обязательств или изменять его.

Швейцарское и российское гражданское законодательство относятся к единой правовой семье – романо-германской. В связи с этим, они имеют сопоставимое правовое регулирование частных правоотношений.

По аналогии с Гражданским кодексом Швейцарии и Обязательственным кодексом Швейцарии, Гражданский кодекс РФ в статье 310 устанавливает, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается. Аналогичную позицию воспроизводит Верховный Суд РФ, который в пункте 22 постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» обратил внимание, что право на односторонний отказ от исполнения обязательства либо на изменение его условий должно быть предусмотрено гражданским законодательством, другими законами и иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий совершены тогда, когда это не предусмотрено законом, иным правовым актом или соглашением сторон или не соблюдены требования к их совершению, то по общему правилу такой односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не влекут юридических последствий, на которые они были направлены.

Таким образом, руководствуясь вышеизложенным, истец просит признать действия Ответчиков незаконными, поскольку действия ответчиков противоречат условиям эмиссионной документации структурных облигаций, нарушают принцип недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательств.

Истцом определен способ защиты, который направлен на то, чтобы констатировать противоправный характер действий Ответчиков при досрочном погашении структурных облигаций.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом, но в силу обычных начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

Так, истец просит признать действия EFG International Finance (Guernsey) Ltd, Leonteq Securities AGпо досрочному погашению 8 456 353 Структурных облигаций ISIN СН0495926344, СН0518365595, СН0495925106, СН0518365652, СН0518365603, СН0495926310, СН0495926328, СН0518365264, СН0518365272, СН0495926047, СН0495926682, СН0495926690, СН0495925114, СН0495924786, СН0495924802, СН0495924810, СН0495925197, СН0495925205, СН0495925643, СН0495925650, СН0518365637, СН0495926336, СН0518365280, СН0495925122, СН0559576795, СН0593630970, СН0518365645, СН0518365611, СН0518365249, СН0495926492 незаконными.

Истец указывает, что в результате действий Ответчиков Истец лишился ценных бумаг, которые составляли объект его права собственности и входили в состав его имущественной массы. Также, истец поясняет, что структурные облигации выполняли для Истца функцию инвестиционных инструментов, с учетом которых Истец выпускал свои собственные продукты «инвестиционного страхования жизни».

Ссылаясь на положения абзаца 2 пункта 6 статьи 10 Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» истец пояснил, что он как страховщик в дополнение к страховой сумме может выплачивать часть инвестиционного дохода страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор страхования жизни.

Истец размещал среди своих клиентов продукты «инвестиционного страхования жизни», которые включали в себя две группы обязательств страховщика (Истца): (1) выплата страховой суммы – она является гарантированным платежом, не зависящим ни от каких переменных; (2) инвестиционного дохода, который зависит от результатов инвестиционной деятельности страховщика.

Опасаясь возможных право притязаний со стороны страхователей в связи с размещением таких продуктов, а также их связи со структурными облигациями,  Истец просит суд установить факт его законного интереса в том, чтобы требовать признания действий Ответчиков по досрочному погашению структурных облигаций, противоправными,  в связи с тем, что полученные от реализации продуктов «инвестиционного страхования жизни» денежные средства Истец вкладывал в структурные облигации указанных выше тридцати выпусков. При этом последующая выплата Истцом инвестиционного дохода по продуктам «инвестиционного страхования жизни» зависела от платежей Ответчиков по указанным выше структурным облигациям.

Суд приходит к выводу, что Ответчик 1 и Ответчик 2 не доказали возникновение для них оснований для одностороннего досрочного отказа от исполнения обязательств, выразившегося в досрочном погашении структурных облигаций.

Ответчики не представили никаких доказательств того, что у них действительно возникли препятствия для обработки и совершения операций в российских рублях, они не раскрыли, в чем именно состояли эти препятствия.

Суд соглашается с Истцом, что единственным экстраординарным событием 2022 года, которое могло бы оказать влияние на действия Ответчиков, являющихся иностранными юридическими лицами, могли стать антироссийские санкции. Но в то же время, они не касаются возможности исполнения обязательств по структурным облигациям, не препятствуют иностранным лицам открывать счета в российских рублях и совершать операции в российских рублях.

Оценивая иностранные санкционные режимы и их влияние на возможность совершения операций в российских рублях, суд руководствовался представленными в материалы дела нотариально заверенными переводами с английского на русский язык Указа Президента США от 15.04.2021 «Блокирование имущества в связи с опасной зарубежной деятельностью Правительства Российской Федерации», Закона Великобритании о санкциях и борьбе с отмыванием денег от 23.05.2018, Регламента Совета ЕС от 31.07.2014 № 833/2014 «Об ограничительных мерах в связи с действиями России, дестабилизирующими ситуацию на территории Украины», Регламента Совета ЕС от 17.03.2014 № 269/2014 «Об ограничительных мерах в отношении действий, подрывающих или ставящих под угрозу территориальную целостность, суверенитет и независимость Украины», исполнительного положения Совета ЕС от 08.04.2022 № 2022/581 «Об исполнении Регламента ЕС № 269/2014 об ограничительных мерах в отношении действий, подрывающих или ставящих под угрозу территориальную целостность, суверенитет и независимость Украины» и других документов США, Евросоюза, Великобритании и Швейцарии (Том 10, л.д. 18-131).

Доказательств, свидетельствующих о наличии непреодолимых препятствий в совершении операций в российских рублях, со ссылкой на иностранные нормативные акты, Ответчики не представили.

Кроме того, суд руководствуется тем, что антироссийские санкции в любом случае не могут служить в России уважительным основанием для одностороннего отказа от исполнения обязательств или их досрочного прекращения. Суд учитывает постановление Конституционного Суда РФ от 13.02.2018 № 8-П, согласно которому следование режиму санкций против Российской Федерации, ее хозяйствующих субъектов, установленных каким-либо государством вне надлежащей международно-правовой процедуры и в противоречии с многосторонними международными договорами, участником которых является Российская Федерация само по себе рассматривается как недобросовестное поведение.

При таких условиях, даже если иностранные санкционные режимы создавали какие-либо препятствия для рублевых операций, то с точки зрения российского правопорядка они в любом случае не могут считаться разумным, правомерным основанием для досрочного погашения структурных облигаций.

Ответчики не доказали, что они совершали какие-либо операции хеджирования и что к моменту досрочного погашения структурных облигаций у них возникли непреодолимые препятствия для совершения таких операций.

Термин «хеджирование» является легальным, он встречается не только в российском законодательстве, но и отражен в актах международного финансового учета и, в целом, является устойчивым в области рынка ценных бумаг и финансов.

В соответствии со статьей 301 Налогового кодекса РФ к операциям хеджирования относятся операции с производными финансовыми инструментами, совершаемые в целях уменьшения неблагоприятных для налогоплательщика последствий, обусловленных возникновением убытка, недополучением прибыли, уменьшением выручки, уменьшением рыночной стоимости имущества, включая имущественные права, увеличением обязательств налогоплательщика вследствие изменения цены, процентной ставки, валютного курса, в том числе курса иностранной валюты к валюте Российской Федерации, или иного показателя объектов хеджирования.

Аналогичный подход к определению хеджирования отражен в Международных стандартах финансовой отчетности (IFRS) «Финансовые инструменты: раскрытие информации».

Из приведенного выше определения следует, что хеджирование – это такой вид деятельности, который направлен на перераспределение рисков, вызванных изменением рыночных показателей. Хеджирование выполняет такие же функции, как и страхование.

Учитывая специфику структурных облигаций, суд соглашается с Истцом, что Ответчики могли нести две группы рисков: (1) риски, связанные с изменение цен на акции и американские (глобальные) депозитарные расписки иностранных компаний, от показателей которых зависел финансовый результат структурных облигаций; (2) риски изменения курса российского рубля, который являлся валютой платежа по структурным облигациям. Однако Ответчики не пояснили, какие именно инструменты хеджирования они или их агенты использовали, а также с какими конкретно трудностями хеджирования они столкнулись.

В соответствии с указанием Банка России от 16.02.2015 «О видах производных финансовых инструментов», Международными стандартами финансовой отчетности (IFRS) «Финансовые инструменты: раскрытие информации» к инструментам хеджирования относятся такие производные финансовые инструменты, как форварды, фьючерсы, опционы и свопы. Суд допускает, что на глобальных (мировых) финансовых рынках могут быть и другие виды инструментов, выполняющих функцию хеджирования.

Суд соглашается с Истцом, что в 2022 году ни у Ответчика 1, ни у Ответчика 2 не было ни единого препятствия для того, чтобы пользоваться указанными выше инструментами хеджирования рисков. Истец представил в материалы дела нотариально заверенные переводы нормативно-правовых актов Евросоюза, США, Швейцарии, Великобритании, которые устанавливают национальные санкционные режимы (Том 10, л.д. 18-131). По результатам их анализа суд пришел к выводу, что антироссийские ограничительные меры не запрещали иностранным организациям заключать сделки, направленные на хеджирование рисков изменения курса российского рубля или, тем более, цен на акции или депозитарные расписки иностранных компаний. Доказательств обратного Ответчики не предоставили.

В-третьих, эмиссионная документация указанных выше тридцати выпусков структурных облигаций не позволяла Ответчикам в одностороннем порядке при досрочном погашении структурных облигаций немотивированно изменять валюту платежа на швейцарский франк. Более того, суд учитывает, что в результате действий Ответчиков Истец фактически лишился не только структурных облигаций, но и доступа к их эквиваленту – швейцарским франкам, поскольку они оказались заблокированными иностранными финансовыми институтами.

Факт блокировки подтверждается не только пояснениями Истца, но и официальными уведомлениями ООО «РБ Спецдепозитарий» от 01.08.2022, в которых депозитарий отметил, что «Передача выплаты в настоящий момент не осуществляется по причинам, не зависящим от депозитариев-корреспондентов» (Том 1, л.д. 19-43).

В соответствии со статьей 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствия несовершения ими процессуальных действий. Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, руководствуясь вышеизложенным, действия Ответчиков противоречат условиям эмиссионной документации структурных облигаций, нарушают принцип недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательств и в этом смысле они являются незаконными.

Во-первых, суд учитывает то, что перечень способов защиты, установленный в статье 12 Гражданского кодекса РФ, является открытым, а участники гражданского оборота вправе конструировать другие способы защиты, если они позволяют защитить их права и законные интересы.

Аналогичные выводы транслируют Верховный Суд РФ и Конституционный Суд РФ. Так, в определении от 24.01.2023 № 5-КГ22-128-К2 Верховный Суд РФ отметил, что выбор способа защиты нарушенного права предопределяется спецификой охраняемого права и характером его нарушения. Конституционный Суд РФ в определении от 31.01.2023 № 181-О указал, что перечень способов защиты гражданских прав и законных интересов является открытым.

Во-вторых, суд считает, что в результате действий Ответчиков Истец лишился ценных бумаг, которые составляли объект его права собственности и входили в состав его имущественной массы.

Приходя к такому выводу, суд учитывает, что Истец является российским юридическим лицом. Поэтому для определения состава его имущественной массы необходимо руководствоваться российским законом, а именно статьями 128, 142, 149, 209 Гражданского кодекса РФ, пунктом 5 частью 1 статьи 2 Закона о рынке ценных бумаг, согласно которым структурные облигации до их досрочного погашения находились в собственности Истца.

В этом смысле Истец вправе требовать от суда констатации того, что он лишился своего имущества в результате незаконных действий других лиц.

РГСЖ потратило на приобретение структурных нот 111 757 185 руб., тогда как на последнюю отчетную дату их справедливая стоимость составляла 206,6 млн руб. EFG и Leonteq погасили и 01.08.2022 выплатили РГСЖ сумму при погашении в Швейцарских франках на заблокированный счет Credit Suisse. РГСЖ находится под санкциями Евросоюза и Швейцарии, оно не имеет никакого доступа к деньгам. Тем самым действия EFG и Leonteq причинили РГСЖ имущественный вред, фактически лишив его ценных бумаг стоимостью 206,6 млн руб.

Суд также учитывает, что законный интерес РГСЖ состоит в том, чтобы суд констатировал, что досрочное погашение Структурных облигаций, выраженное в действиях иностранных эмитентов - EFG и Leonteq, являлось противоправным. Это позволило бы РГСЖ констатировать, что (1) выбытие Структурных облигаций из состава активов РГСЖ, (2) невозможность получить доступ к денежным средствам, которые EFG и Leonteq выплатили по итогам погашения Структурных облигаций на заблокированный счет в Credit Suisse (Швейцария), а также (3) невозможным выплаты инвестиционного дохода по ИСЖ является результатом противоправных действий Ответчиков, а не РГСЖ.

В конечном счете от действий Ответчиков РГСЖ лишился не только Структурных облигаций, но и денег, которые оказались заблокированными в иностранном банке. Других способов защиты, кроме как просить суд признать незаконными действия Ответчиков по досрочному погашению Структурных облигаций РГСЖ не имеет, поскольку: - для взыскания убытков ни у EFG, ни у Leonteq нет имущества на территории России, а на территории Швейцарии, Нормандских островов и Гернси, где зарегистрированы иностранные эмитенты, решение российского суда не будет признано.

Это связано с тем, что РГСЖ находится под иностранными санкциями, а решение российского суда с точки зрения европейского, английского и швейцарского права будет в любом случае признано актом, направленным на обход антироссийских санкций.

Тогда как признание недействительными действий EFG и Leonteq по досрочному погашению Структурных облигаций не приведет к восстановлению ценных бумаг. Для этого необходимо приводить в исполнение решение российского суда, который обяжет финансового регулятора Швейцарии восстановить Структурные облигации. Это невозможно, поскольку Швейцария не признает решение российского суда, принятое с учетом статьи 248.1 АПК РФ в интересах подсанкционного лица - РГСЖ.

Суд также отклоняет доводы Ответчика 2 о том, что Арбитражный суд города Москвы не вправе рассматривать исковое заявление Истца. Суд вынес отдельное определение от 12.04.2023 об отказе в прекращении производства по делу.

В соответствии со статьей 248.1 АПК РФ к исключительной компетенции арбитражных судов в Российской Федерации относятся дела по спорам с участием лиц, в отношении которых применяются меры ограничительного характера иностранным государством, государственным объединением и (или) союзом и (или) государственным (межгосударственным) учреждением иностранного государства или государственного объединения и (или) союза.

Согласно определению Верховного Суда РФ от 26.04.2022 № 86-ПЭК22 по делу №А60-36897/2020 самого по себе факта введения в отношении российского лица мер ограничительного характера достаточно для вывода об ограничении доступа такого лица к правосудию. При этом из анализа позиции Верховного Суда РФ следует, что никаких дополнительных обстоятельств, кроме нахождения лица под иностранными санкциями доказывать не нужно.

Поэтому не имеют правового значения доводы Ответчика 2 о том, что российские компании не лишены возможности защищать свои права в иностранных судах, а также нанимать представителей и оплачивать их расходы.

Истец попеременно находился под контролем ПАО «Росгосстрах» и ПАО «Финансовая корпорация «Банк Открытие», которые владели 99,9% долей в уставном капитале Истца (Том 10, л.д. 101-117). Суд исследовал представленные Истцом нормативно-правовые акты США, Евросоюза, Великобритании и Швейцарии (Том 10, л.д. 18-131) и пришел к выводу, что ПАО «Росгосстрах» и ПАО «Финансовая корпорация «Банк Открытие» находятся под санкциями. Поэтому антироссийские ограничительные меры распространяются и на Истца.

При таких условиях, в силу статьи 248.1 АПК РФ российский арбитражный суд имеет исключительную компетенцию для разрешения требований Истца. Никакой другой иностранный суд не вправе рассматривать заявленные Истцом требования.

Ответчики также обратили внимание, что они не были уведомлены о судебном споре. Суд отклоняет этот довод Ответчиков, поскольку они знали не только о судебном споре, но и о каждом судебном заседании, они имели возможность обеспечить представление их интересов в суде. Суд руководствуется следующим.

Во-первых, в материалы дела Ответчик 1 и Ответчик 2 представили свои письменные позиции, в которых они возражали против компетенции российского суда. Эти документы Ответчики перевели с английского на русский язык (Том 8, л.д. 121-131).

Во-вторых, представители Ответчика 2 (Leonteq) принимали участие в судебном заседании 02.03.2023, а также представили суду письменное ходатайство о прекращении производства по делу (Том 9, л.д. 1-152, том 10 л.д. 1-12).

В-третьих, в материалы дела представлены нотариально заверенный перевод процессуальных документов Истца, определений суда об отложении и / или назначении судебного заседания с доказательствами их отправки в адрес Ответчиков посредством Почты России и DHL. Также Истец приобщил к материалам дела доказательства отправки на официальные адреса Ответчика 1 и Ответчика 2 сообщения на английском языке, в котором Истец проинформировал Ответчиков о наличии судебного спора (Том 11, л.д. 1-8, 22-25, 28-29, 32-44, 54-93).

Это позволяет суду прийти к выводу, что Ответчики не могли не знать о судебном споре, о требованиях Истца и имели все необходимые возможности, чтобы обеспечить представление своих интересов в суде. То обстоятельство, что они проигнорировали судебный спор, не являлись на судебные заседания, а также отказались представлять в материалы дела свою позицию по существу иска, не является препятствием для рассмотрения требований Истца.

Свою позицию суд основывает, в том числе, на имеющейся практике судов апелляционной и кассационной инстанций по делам №№ А40-241966/2020, А40-252277/2019, А65-16858/2021. Из ее анализа следует, что если исковое заявление, определения суда о принятии иска к производству, о назначении дат судебных заседаний переведены на английский язык и направлены оппоненту, в том числе, посредством Почты России, то такое лицо считается уведомленным о судебном споре. При этом Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 19.01.2022 по делу №А40-252277/2019 констатировал, что лицо считается уведомленным о судебном споре, если его представитель участвовал в судебных заседаниях. В таких случаях иностранные лица должны самостоятельно предпринимать меры, направленные на получение информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствия несовершения ими процессуальных действий. Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В связи с вышеизложенным, суд находит основания для удовлетворения исковых требований применительно к ст. 4 АПК РФ, поскольку истец   доказал применительно к основаниям иска и выбранного способа восстановления права, что ему требуется судебная защита в настоящее время.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины относится на истца.

Руководствуясь статьями 4, 65, 68, 71, 102, 110, 156, 167-170, 176 АПК РФ, Арбитражный суд г. Москвы

РЕШИЛ:

Признать незаконными действия EFG International Finance (Guernsey) Ltd и Leonteq Securities AG по досрочному погашению 8 456 353 структурных облигаций ISIN CH0495926344, CH0518365595, CH0495925106, CH0518365652, CH0518365603, CH0495926310, CH0495926328, CH0518365264, CH0518365272, CH0495926047, CH0495926682, CH0495926690, CH0495925114, CH0495924786, CH0495924802, CH0495924810, CH0495925197, CH0495925205, CH0495925643, CH0495925650, CH0518365637, CH0495926336, CH0518365280, CH0495925122, CH0559576795, CH0593630970, CH0518365645, CH0518365611, CH0518365249, CH0495926492. 

Взыскать в пользу КОМПАНИИ "РОСГОССТРАХ ЖИЗНЬ" с ИФГ интернешионал файненс (Гернси) Лтд. (EFG International Finance (Guernsey) Ltd., ИНН (LEI) 549300L24J81P1RBL748 St Peter Port, Guernsey, Channel Islands), расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб. 

Взыскать в пользу КОМПАНИИ "РОСГОССТРАХ ЖИЗНЬ" с Леонтек ФИО1 (Leonteq Securities AG, Europaallee, 39, 8004 Zurich, Switzerland расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

Судья:

Ю.В. Литвиненко