ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

30.11.2022

 

Дело № А41-55947/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2022 года  

Полный текст постановления изготовлен 30 ноября 2022 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, А.А. Дербенева,  

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт РФ, ФИО2, по доверенности от 21.11.2022, срок 3 года,

рассмотрев 23.11.2022 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение от 14.07.2022

Арбитражного суда Московской области, 

на постановление от 19.09.2022

Десятого арбитражного апелляционного суда, 

по заявлению конкурсного кредитора ФИО3 о признаниинедействительным договора купли-продажи квартиры от 12.05.2014, заключенного между ФИО1 и ФИО4, и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1,

установил:

Решением Арбитражного суда Московской области от 02.03.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должником утвержден ФИО5

Конкурсным кредитором ФИО3 подано заявление о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 12.05.2014, заключенного между ФИО1 и ФИО4; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 750 000 руб. с учетом уточнений в порядке статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принятых судом.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.07.2022, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022, заявление кредитора удовлетворено; признан недействительным договор купли-продажи квартиры от 12.05.2014, заключенный между ФИО1 и ФИО4; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника ФИО1 денежные средства в размере 2 750 000 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Московской области от 14.07.2022, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившегося в судебное заседание представителя, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

Должник ФИО1 18.05.2014 продал, а покупатель ФИО4 приобрела в собственность квартиру номер 63, расположенную по адресу: 

<

...>, (кадастровый номер: 50:21:0050101:7610), состоящую из двух комнат, общей площадью 41,20 кв.м. Цена сделки - 1 700 000 рублей.

Согласно ответу на запрос суда из Агентства записи актов гражданского состояния Архангельской области от 27.08.2020 №01-02-10/5773, свидетельству о браке ФИО1, покупатель квартиры ФИО4 и супруга должника ФИО6 являются родными сестрами.

18.08.2014 оспариваемый договор зарегистрирован в установленном законом порядке в управлении Росреестра, о чем имеется соответствующая отметка на договоре.

Считая указанную сделку мнимой и совершенной со злоупотреблением правом, конкурсный кредитор ФИО3 обратился в суд с заявлением.

В обоснование заявленных требований кредитор ссылался на положения статей 10, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на то, что квартира безвозмездно отчуждена в пользу заинтересованного лица – сестры супруги должника ФИО4; после совершения сделки должник стал отвечать признаку недостаточности имущества; в результате совершенной сделки был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку из владения должника выбыло ликвидное имущество.

Так, судами установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежала квартира по адресу: 

<

...> (кадастровый номер: 50:21:0050101:7610).

По договору купли-продажи от 18.05.2014 указанная квартира продана ФИО1 в пользу ФИО4

Таганским районным судом установлено, что 06.05.2015 между ООО КБ «Ренессанс» и ФИО1 заключен договор потребительского кредита № 26-Ф-К/2015.

В соответствии с условиями кредитного договора Банк обязался предоставить ФИО1 денежные средства в размере 10 000 000 рублей на срок до 30.04.2020 под 23% годовых.

В обеспечение исполнения заемщиком своих обязательств между Банком и ФИО4 заключен договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 06.05.2015.

В соответствии с разделом 1 договора ФИО4 передала в залог ООО КБ «Ренессанс» принадлежащее ей на праве собственности жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>.

Таким образом, судами установлено, что заключение оспариваемой сделки с последующей передачей имущества в залог банку по обязательствам должника не имело целесообразности для должника, а ответчик была осведомлена об этом, что свидетельствует о злоупотреблении правом, как со стороны должника, так и со стороны ответчика.

Кроме того, судами учтено, что ответчиком в материалы дела не представлены документы, подтверждающие реальную оплату по оспариваемому договору, равно как и доказательства финансовой возможности такой оплаты даже по цене, предусмотренной договором. Также не представлены доказательства получения денежных средств должником и их расходования, тогда как по условиям договора квартира продана за 1 700 000 руб. Надлежащих доказательств (платежных документов), свидетельствующих об оплате квартиры, ни ФИО1, ни ФИО4 в материалы дела не представили.

Согласно отчету об оценке объекта недвижимости от 17.06.2020, выполненному ООО «Независимая экспертная оценка Вега», рыночная стоимость квартиры, на момент заключения договора составляет 2 765 000 рублей, что значительно больше цены, указанной в договоре купли-продажи.

Кроме того, судами установлено, что сделка совершена в отношении заинтересованного лица, поскольку ФИО4 является сестрой супруги должника.

Суды также учли, что сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.10.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 включено требование ФИО3 в размере 7 629 573,76 руб., из которых 7 329 573,76 руб. – основной долг, 300 000 руб. – пени.

Задолженность ФИО1 перед кредитором образовалась в результате неисполнения должником обязательств по кредитному договору от 10.04.2010 №КФ-0104/10.

Из содержания судебного акта следует, что судом было установлено обстоятельство нарушения условий договора и прекращения должником исполнения обязательств по нему с 24.11.2010.

Согласно расчетам кредитора ФИО1 на дату решения суда 25.05.2014 имел по договору задолженность в размере 49 329 493,40 руб., из которых: пени за просрочку основного долга 29 568 000,00 руб., пени за просрочку процентов 7 643 990,57 руб., проценты за пользование кредитом 4 117 502,83 руб., просроченный основной долг 8 000 000 руб.

Указанные обстоятельства подтверждаются решением Пресненского районного суда города Москвы от 27.05.2014 по делу № 2-274/14, которым с ФИО1 в пользу ЗАО Акционерный коммерческий банк «Русско-Германский Торговый Банк АО.» («РГТ-Банк» (ЗАО)) взысканы: просроченный основной долг 8 000 000 руб., проценты за пользование кредитом 4 117 502,83 руб., пени за просрочку возврата основного долга 200 000 руб., пени за просрочку уплаты процентов 100 000 руб.

В связи с изложенным, суды пришли к выводу о том, что должник совершил оспариваемую сделку, достоверно зная о прекращении исполнения обязательств перед кредиторами, при этом должник, имея неисполненные кредитные обязательства, пренебрегая надлежащим и добросовестным исполнением обязательств перед своими кредиторами, произвел отчуждение своего имущества в пользу близкого родственника (сестры супруги). В такой ситуации очевидно, что действия должника были направлены на невозможность удовлетворения требований кредиторов в будущем и, тем самым, на уменьшение конкурсной массы, что в результате привело к его неплатежеспособности и недостаточности имущества. Оспариваемая сделка была совершена в период судебного разбирательства, менее чем за месяц до вынесения решения по делу.

По мнению судов, ФИО1, при наличии значительной задолженности и предвидя принятие 25.05.2014 Пресненским районным судом решения о взыскании с него задолженности по кредитному договору и последующего наложения взыскания на имущество, заключил 18.05.2014 притворную оспариваемую сделку в отношении заинтересованного лица. Осведомленность об указанных обстоятельствах заинтересованного лица предполагается, ответчиком не оспорена.

Кроме того, суды отклонили ссылки на отсутствие судебного решения в условиях прекращения расчетов с кредиторами, родственной связи сторон сделки, поскольку должником после реализации имущества выплата задолженности кредиторам не производилась.

Таким образом, суды, признавая сделку недействительной, руководствовались абзацем 32 статьи 2,пунктом 3 статьи 19, пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пунктом 13 статьи 14 Федерального закона №154-ФЗ от 29.06.15 «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», пунктом 4 статьи 1, пунктом 1 статьи 10, статьей 168, пунктом 1 статьи 170, пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и исходили из того, что заключение спорного договора не имело своей целью реальное исполнение его условий (получение должником соразмерного встречного предоставления), а фактически  было направлено на вывод ликвидного имущества из-под обращения  взыскания на него по обязательствам продавца - ФИО1, поскольку установлена заинтересованность сторон договора купли-продажи, совершение сделки при наличии у должника обязательств перед третьими лицами, продажа квартиры по заниженной стоимости квартиры, в отсутствие доказательств реальной оплаты, соответственно, 

При этом суды, руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что квартира с кадастровым номером 50:21:0050101:7610 продана ФИО4 другому лицу, что влечет невозможность истребования самой квартиры в конкурсную массу должника, применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 рыночной стоимости квартиры в размере 2 750 000 рублей в конкурсную массу должника.

Кроме того, суды, руководствуясь положениями пункта 3 статьи 166, пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказали в применении срока исковой давности, о пропуске которого заявлено должником.

Так должник ссылался на то, что кредитору должно было быть известно об отчуждении квартиры из общедоступных сведений в ЕГРН и из исполнительного производства, возбужденного 08.07.2015, а также ссылался на заключение финансового управляющего об отсутствии подлежащих оспариванию сделок и согласием кредитора с отчетом на голосовании собрания кредиторов должника.

Вместе с тем судами установлено, что в настоящем деле первая процедура банкротства в отношении должника введена 16.10.2019 (дата объявления резолютивной части определения о признании заявления о признании должника банкротом обоснованным и введении процедуры реструктуризации долгов гражданина). Настоящее заявление подано конкурсным кредитором в арбитражный суд 15.01.2020.

Кроме того, о личности покупателя и, как следствие, заинтересованности ФИО4 с должником кредитор узнал из ответа на запрос суда органа записи актов гражданского состояния, поступивший в суд 17.09.2020.

В связи с этим суды посчитали, что трехлетний срок исковой давности в данном случае не пропущен.

При этом судом апелляционной инстанции отклонен довод ФИО1 о том, что суд первой инстанции неправильно определил рыночную стоимость квартиры по состоянию на 18.08.2014 (дату государственной регистрации права собственности на квартиру), поскольку согласно материалам дела договор купли-продажи квартиры заключен 12.05.2014; государственная регистрация права собственности на квартиру за ФИО4 произведена 18.08.2014. Должником ФИО1 в материалы дела не представлены сведения об иной стоимости квартиры как на момент ее отчуждения, а также на момент государственной регистрации перехода права собственности, произведённой через три месяца после подписания договора, в том числе не представлен отчет об иной оценке квартиры, а равно доказательства недостоверности отчета, выполненного ООО «Независимая экспертная оценка Вега». Ходатайство о назначении и проведении судебной экспертизы в целях определения реальной рыночной стоимости никем из участвующих в деле лиц не заявлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции посчитал, что суд первой инстанции обоснованно руководствовался, в том числе,  отчетом ООО «Независимая экспертная оценка Вега».

При этом ФИО4 в материалы дела не представлены доказательства наличия у нее на дату заключения договора купли-продажи (12.05.2014) денежных средств в размере, позволяющем оплатить стоимость квартиры (1 700 000 руб.) (вкладов, лицевых счетов в банках и снятия наличных денежных средств (договор банковского вклада, чек выписка по счету из банка и т.п.), другие источники доходов (от реализации своего имущества, получение прибыли и дивидендов от участия в коммерческих организациях, доходы от ведения предпринимательской либо трудовой деятельности, получение денежных средств в порядке наследования) и т.д..

Также в деле нет доказательств и сведений о том, каким образом (на какие цели) ФИО1 потратил денежные средства, предположительно полученные от ФИО4

Судом апелляционной инстанции отклонены доводы об отсутствии доказательств злоупотребления ФИО4 и ФИО1 гражданским парами, так как договор купли-продажи квартиры заключен за пять лет до банкротства ФИО1 и у него не было признаков неплатежеспособности, поскольку задолженность ФИО1 перед кредитором ФИО3 образовалась в результате неисполнения должником обязательств по кредитному договору от 10.04.2010 №КФ-0104/10. При этом нарушение условий договора и прекращение должником исполнения обязательств по нему началось с 24.11.2010.

Решением Пресненского районного суда города Москвы от 27.05.2014 по делу № 2-274/14 с должника ФИО1 в пользу ЗАО АКБ «Русско-Германский Торговый Банк А.О.» взысканы: просроченный основной долг 8 000 000 руб., проценты за пользование кредитом 4 117 502,83 руб., пени за просрочку возврата основного долга 200 000 руб., пени за просрочку уплаты процентов 100 000 руб.

Определением суда от 31.10.2019 требование ФИО3 включено в реестр требований кредиторов ФИО1

Таким образом, апелляционный суд посчитал, что  должник совершил оспариваемую сделку по отчуждению квартиры в пользу своей родственницы, зная о прекращении исполнения обязательств перед кредиторами, имея неисполненные кредитные обязательства, понимал последствия такого поведения (возможность и реальность взыскания задолженности в судебном порядке), что свидетельствует о недобросовестности и неразумности при осуществлении своих имущественных прав, пренебрежении интересами кредиторов, имеющих разумные ожидания надлежащего исполнения должником своих обязательств.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона №154-ФЗ от 29.06.15 «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 - 2 ст. 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достичь заявленные результаты.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для получения оплаты за работы или услуги, фактически не оказанные должнику с целью вывода денежных средств неплатежеспособного должника, находящегося в предбанкротном состоянии.

Совершая мнимые либо притворные сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом.

Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества контрагенту за соразмерное встречное представление.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В соответствии со сложившейся судебной практикой при разрешении в деле о банкротстве требований кредиторов, основанных на договоре займа и расписке о получении денежных средств в заем, а также при оспаривании сделок должников, исполнение по которым подтверждается передачей наличных денежных средств гражданину-должнику, применяются повышенные, более строгие стандарты доказывания существования между должником и кредитором реальных отношений.

Из разъяснений, содержащихся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Исходя из позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании.

Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику).

Установление указанных обстоятельств обусловлено необходимостью исключения при заключении договора займа недобросовестного поведения сторон данного договора (злоупотребления правом), которое направлено на искусственное увеличение кредиторской задолженности должника-банкрота.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение  Арбитражного суда Московской области от 14.07.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 по  делу № А41-55947/2019 оставить без изменения, кассационную  жалобу – без удовлетворения. 

 Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Н.Я. Мысак 

                                                                  А.А. Дербенев