Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А24-633/2019

г. Владивосток

17 марта 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 марта 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей К.П. Засорина, Е.Л. Сидорович,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Публичного акционерного общества Социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк»,

апелляционное производство № 05АП-1093/2020

на определение от 21.01.2020 

судьи В.П. Березкиной

по заявлению Публичного акционерного общества Социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» о признании недействительной сделки – договора купли-продажи транспортного средства от 17.12.2018, заключенного между должником и ответчиком – ФИО2 и применении последствий недействительности сделки,

по делу № А24-633/2019 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению Публичного акционерного общества Социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк»

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

при участии:

от ФИО2: ФИО4 (паспорт, доверенность от 19.11.2019, диплом ВСВ 0383133);

финансовый управляющий ФИО5 (паспорт, решение Арбитражного суда Камчатского края от 29.05.2019);

в судебном заседании от ФИО6 присутствовал представитель ФИО7, по доверенности от 09.12.2019. В связи с отсутствием в доверенности сведений о полномочиях поверенного на участие в деле о банкротстве суд в порядке правил части 4 статьи 63 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказал в признании полномочий ФИО7 на участие в судебном разбирательстве, в соответствии со статьей 11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представитель допущен к участию в заседании в качестве слушателя;

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество Социальный коммерческий банк Приморья «Примсоцбанк» (далее – ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», заявитель по делу) обратился 30.01.2019 в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – ИП ФИО3, должник). 

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 05.02.2019 заявление ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» принято к производству, возбуждено производство по делу № А24-633/2019 о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО3 

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 26.02.2019 (дата объявления резолютивной части решения) заявление ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» признано обоснованным, в отношении ИП ФИО3 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина сроком на четыре месяца, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина и об утверждении финансового управляющего опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.03.2019 № 38. 

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 28.05.2019 (дата объявления резолютивной части) ИП ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина и об утверждении финансового управляющего опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 01.06.2019 № 94.

В рамках дела о банкротстве ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» (далее – конкурсный кредитор, Банк) обратилось 21.10.2019 в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи транспортного средства от 17.12.2018, заключенного между должником и ответчиком – ФИО2 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 03.12.2019 принято уточнение заявленных требований, в соответствии с которыми Банк оспорил на предмет мнимости сделку – договор купли-продажи спорного транспортного средства, заключенного между ФИО2 и ФИО6 от 22.12.2018, в порядке применения последствий недействительности сделки просил обязать ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника полученное по сделке имущество. Указанным определением ФИО6 привлечена в качестве соответчика по обособленному спору. 

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 21.01.2020 в удовлетворении заявления конкурсного кредитора отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование своей позиции заявитель привел доводы о том, что оспариваемые сделки совершены в короткий промежуток времени за 1,5 месяца до принятия заявления Банка о банкротстве должника, между заинтересованными по отношению к должнику лицами, и подлежат квалификации в качестве цепочки мнимых сделок, имеющих своей целью вывод ликвидного имущества должника, подлежащего реализации в рамках процедуры банкротства, денежные средства, вырученные от реализации которого могли быть направлены на частичное удовлетворение требований кредиторов, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника.

В канцелярию суда от ФИО6, ФИО2, ФИО3, поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в которых просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции финансовый управляющий ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы Банка. Определение суда первой инстанции считал незаконным и необоснованным, подлежащим отмене.

Представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы опроверг. Определение суда первой инстанции считал правомерным, не подлежащим отмене. Поддержал доводы, изложенные в отзыве, а также доводы отзывов ФИО6 и ФИО3

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Из материалов дела, заявления Банка следует, что 17.12.2018 между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил автомобиль: марка, модель LEXUS LX 570; государственный регистрационный знак: 

<

***>; идентификационный номер (VIN): 

<

***>; 2017 года выпуска (далее – спорное имущество, транспортное средство, автомобиль). 

В пункте 2 договора указано, что автомобиль принадлежит продавцу на праве собственности на основании договора купли-продажи б/н от 04.01.2018. 

Автомобиль оценен сторонами в размере 7 000 000 рублей (пункт 3). 

В пункте 4 договора указано, что сумму, указанную в пункте 3 договора за проданный автомобиль покупатель уплатил продавцу до подписания сторонами настоящего договора. Данный пункт имеет силу расписки. 

В пункте 5 договора указано, что передача автомобиля и документов от продавца к покупателю произведена до подписания сторонами договора. Данный пункт имеет силу приемопередаточного акта.

Согласно расписке в договоре деньги в сумме 7 000 000 рублей получил ФИО3; автомобиль, ключи и документы получил ФИО2 

Далее, 22.12.2018 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого спорный автомобиль продан покупателю за 5 600 000 рублей. 

Полагая, что договоры купли-продажи транспортного средства от 17.12.2018, от 22.12.2018 являются мнимыми сделками, направленными на вывод имущества из собственности ФИО3, без реальной платы в пользу должника с целью не допустить обращение взыскания со стороны ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» либо в процедуре банкротства, конкурсный кредитор обратился в Арбитражный суд Камчатского края настоящим заявлением (с учетом принятого уточнения требований).

Требования Банка заявлены со ссылками на положения статей 61.6, 61.8, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

К отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X настоящего Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом (статья 214.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В рассматриваемом случае, ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» является заявителем по делу о банкротстве ФИО3, конкурсным кредитором должника, поскольку его требования в размере 29 900 012 рублей 94 копеек включены в реестр требований кредиторов должника и размер этих требований составляет более десяти процентов от общего размера кредиторской задолженности. Следовательно, данный кредитор вправе обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделки должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункт 2 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой (пункт 3 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

На основании пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенным в пункте 86 Постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25), следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданского кодекса Российской Федерации или специальными законами.

Пленум ВС РФ в пункте 88 Постановления от 23.06.2015 № 25 указал, что применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Например, если судом будет установлено, что участник общества с ограниченной ответственностью заключил договор дарения части принадлежащей ему доли в уставном капитале общества третьему лицу с целью дальнейшей продажи оставшейся части доли в обход правил о преимущественном праве других участников на покупку доли, договор дарения и последующая купля-продажа части доли могут быть квалифицированы как единый договор купли-продажи, совершенный с нарушением названных правил. Соответственно, иной участник общества вправе потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя (пункт 2 статьи 93 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 18 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 по делу № А40-125977/2013).

Правовой целью договора купли-продажи является передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Из материалов дела следует, что все оспариваемые Банком договоры исполнены как в части передачи продавцами автомобиля покупателям, так и в части передачи покупателями причитающихся за автомобиль денежных средств продавцу.

Согласно ответу УМВД России по Камчатскому краю 18.12.2018 автомобиль зарегистрирован на имя ФИО2, 22.12.2018 автомобиль переоформлен на ФИО6; ФИО2 застраховал гражданскую ответственность владельца спорного транспортного средства на период с 18.12.2018 по 18.12.2019 по страховому полису № МММ 6001529699; ФИО6 застраховала ответственность по страховому полису МММ № 6001529711. 

С учетом изложенного, у уда апелляционной инстанции отсутствуют основания для вывода о том, что должник в настоящее время продолжает распоряжаться спорным автомобилем.

При оценке наличия у сторон сделок, выступающих как продавцами, так и покупателями, финансовой возможности, позволяющей приобрести дорогостоящее имущество, апелляционный суд руководствуется правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, приведенной в абзаце 3 пункта 26 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которой при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Изложенная правовая позиция по аналогии может быть применена и при оценке обоснованности заявления о признании сделки недействительной.

В подтверждение фактического наличия соответствующей финансовой возможности ФИО2, выступающим покупателем по договору купли-продажи транспортного средства от 17.12.2018, представлен договор купли-продажи здания от 17.12.2018, по условиям которого ФИО2 (продавец) передал в собственность ФИО8 (покупатель) недвижимое имущество (здание магазина, кадастровый номер 41:01:0010126). Денежные средства в счет стоимости здания в размере 7 540 000 рублей получены ФИО2, что подтверждается распиской продавца, являющейся неотъемлемой частью договора. Регистрация перехода права собственности осуществлена 27.12.2018, о чем имеется соответствующая отметка регистрирующего органа.

В подтверждение фактического наличия соответствующей финансовой возможности ФИО6, выступающей покупателем по договору кули-продажи от 22.12.2018, представлена расписка о получении от ФИО9 6 000 000 рублей в счет возврата суммы займа по договору от 20.12.2013.

Наличие указанных обстоятельств позволяет апелляционному суду прийти к выводу о том, что на момент приобретения транспортного средства ФИО2 и ФИО6 являлись платежеспособными, в связи с чем подлежат отклонению доводы финансового управляющего и Банка об обратном. В то же время, заявляя о порочности учиненных в оспариваемых договорах расписках об оплате стоимости полученного по сделкам автомобиля, финансовый управляющий и Банк соответствующих доказательств не представили, о фальсификации в суде первой инстанции не заявили.

При этом, сама по себе передача по сделкам транспортного средства от должника к ФИО2 за 7 000 000 рублей, а от ФИО2 к ФИО10 за 5 600 000 рублей, то есть по цене меньшей цены приобретения, не свидетельствует о мнимости проверяемых сделок.

Апелляционный суд также учел пояснения ФИО2, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу Банка, а также пояснения его представителя, о том, что мотивом для продажи в пользу ФИО10 полученного от должника по сделке транспортного средства по меньшей цене явилась необходимость срочного вложения денежных средств в покупку недвижимости, находящейся за пределами Камчатского края. Факт приобретения такой недвижимости ФИО2 подтверждается имеющейся в материалах дела Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (л.д. 94 т. 1).

В подтверждение факта расходования денежных средств в размере 7 000 000 рублей, полученных должником по договору купли-продажи от 17.12.2018, в материалы дела представлена расписка от 17.12.2018, согласно которой денежные средства переданы должником ФИО11 в качестве возврата целевого займа, выданного в апреле 2017 для покупки дома по адресу: 

<

...>. О фальсификации указанной расписки в суде первой инстанции участниками обособленного спора не заявлено. 

Таким образом, в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о мнимом характере оспариваемых сделок, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для вывода о том, что действительная воля сторон при совершении сделок не была направлена на возникновение вытекающих из договоров купли-продажи соответствующих им правовых последствий, либо о том, что эти сделки прикрывали иную волю участников.

Поскольку в признании сделок должника недействительными отказано, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для применения последствий их недействительности в порядке пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статье пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При этом сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, исходя из пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, в частности, предусмотренных в пунктах 1, 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Вместе с тем, признание сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только в связи с обстоятельствами, не перечисленными в специальных нормах Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Однако, в материалах настоящего спора отсутствуют доказательства сделок в результате сговора их сторон с целью причинения вреда кредиторам должника. 

Напротив, представленными в дело доказательствами подтверждается возмездный характер сделки должника – договора купли-продажи транспортного средства от 17.12.2018, полученные по сделке денежные средства вошли в состав имущества должника и были направлены на погашение существовавшей ранее задолженности перед ФИО11 по займу. При этом, факт неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения не доказан; доказательства, свидетельствующие о том, что являвшееся предметом реализации по сделке транспортное средство имеет иную, более высокую стоимость, чем определено участниками сделки, а также несоответствия цены автомобиля рыночной стоимости, материалы дела не содержат.

Равноценность встречного предоставления по сделке исключает вывод о наличии у сторон оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, сам факт причинения такого вреда, опровергаются доказательствами возмездного характера сделки.

При этом, доводы Банка и финансового управляющего о заинтересованности участников цепочки сделок по отношению к должнику не имеют правового значения в условиях отсутствия как цели причинения вреда кредиторам (в связи с равноценным предоставлением по сделке), так и самого факта причинения такого вреда. При этом, действующее законодательство не содержит запретов осуществления коммерческой деятельности между заинтересованными (аффилированными) лицами.

Ввиду изложенного, апелляционный суд признал заявление Банка необоснованным и, как следствие, не подлежащим удовлетворению. В удовлетворении заявления Банка судом первой инстанции отказано правомерно.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» проверены и отклонены как не имеющие правового значения и не влияющие на правильность принятого судебного акта, поскольку не основаны на законе и направлены на переоценку доказательств, положенных в основу обжалуемого судебного акта.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм права.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу пункта 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 21.01.2020 по делу № А24-633/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

А.В. Ветошкевич

Судьи

К.П. Засорин

Е.Л. Сидорович