СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело № А45-1499/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                       Иванова О.А., 

судей                                                                       Дубовика В.С.,         

                                                                                 Михайловой А.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  с  использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью СК «Техстрой» (№07АП-10685/2023 (1)) на решение от 08.11.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-1499/2023 (судья Кыдырбаев Ф. А.), принятое по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью СК «Техстрой» (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>), ФИО5 (ИНН 

<

***>) по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «СтройАльянс» (630004, Новосибирская область, 

<

...>, ИНН: 

<

***>), третье лицо – арбитражный управляющий ФИО6,

В судебном заседании приняли участие:

от ООО СК «Техстрой» - ФИО7 (доверенность от 15.12.2023),

от ФИО2 – ФИО8 (доверенность от 29.03.2023),

иные лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение 

 

УСТАНОВИЛ:

25.01.2023 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью СК «Техстрой» (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>), ФИО5 (ИНН 

<

***>) по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью «СтройАльянс» (630004, Новосибирская область, 

<

...>, ИНН: 

<

***>).

            Решением от 08.11.2023 Арбитражного суда Новосибирской области суд в удовлетворении искового заявления общества с ограниченной ответственностью СК «Техстрой» (ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>), ФИО4 (ИНН 

<

***>), ФИО5 (ИНН 

<

***>) по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью «СтройАльянс» (ИНН 

<

***>) отказал.

            Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью СК «Техстрой» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.11.2023 года, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить иск в полном объеме.

            В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что банкротство должника наступило на основании задолженности аффилированного и контролируемого лица - АО «Барлакское» по обязательству - перевод долга, который Должник принял на себя безвозмездно. Сумма долга составляла более 23 000 000 руб., при общем сальдо баланса Должника - 6 000 000 руб.  Выражает несогласие с выводом суда о том, что отсутствовал вывод активов должника. Полагает, что оценивая движение внутригрупповых активов и пассивов, суд первой инстанции не учел позицию ВС РФ, изложенную в определении от 10 февраля 2022 года № 305-ЭС21-14470. Кредитору причинен реальный вред в результате действий контролирующих должника лиц. Датой наступления объективного банкротства является дата принятия со стороны ООО «Стройальянс» обязательства по безвозмездной сделке по переводу долга – 31.12.2016. Создание группой лиц такой схемы организации бизнеса, при которой сформированы «центр прибыли» и «центр убытков», совершен ряд согласованных действий (в том числе с использование группы конкурсных управляющих) в результате которой компании с наличием долга перед независимыми кредиторами были ликвидированы, а ликвидное имущество приобретено аффилированной группой лиц по существенно сниженной стоимости.

В порядке статьи  262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит  апелляционный суд оставить без изменений решение Арбитражного суда Новосибирской области от 08.11.2023 года по делу №А45-1499/2023 (судья Кыдырбаев Ф. А.), апелляционную жалобу ООО СК «ТЕХСТРОЙ» - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО СК «Техстрой» поддержала апелляционную жалобу. Основание привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 – неподача заявления о банкротстве должника. Указала, что объективное банкротство наступило в 2016 году в результате перевода долга на должника. ООО СК «Техстрой»  вступил в правоотношения  с должником в 2018 году. Существенно убыточные сделки, которые лежат в основе субсидиарной ответственности, указать не смогла. Было снижение активов должника. Документация конкурсному управляющему передана. 

Представитель ФИО2 поддержал отзыв на апелляционную жалобу. Просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. Объективное банкротство наступило после взыскания долга в пользу истца. Хозяйственная деятельность прекращена в 2019 году. Перевод долга был между аффилированными лицами и имел внутригрупповой характер. 

В судебное заседание апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, проверив в соответствии  со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Новосибирской области от 15.02.2021 (дата объявления резолютивной части) должник - общество с ограниченной ответственностью «СтройАльянс» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.02.2022 года конкурсное производство в отношении Должника завершено.

Расчеты с кредиторами не осуществлены. В рамках дела о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не подавались.

Истец обратился с самостоятельным заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц вне рамок дела о банкротстве.

Круг Ответчиков Истец определил следующим образом (с учетом уточнений): ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53) разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 16 постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего   лица,   приведшими   к   невозможности   погашения   требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления № 53).

Один лишь факт убыточности заключенной под влиянием контролирующего лица сделки (совокупности сделок) не может служить безусловным подтверждением наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. В пункте 23 постановления № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если сделка (сделки) одновременно отвечает двум квалифицирующим признакам: она является значимой для должника (применительно к масштабам его деятельности) и существенно убыточной.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Применительно к рассматриваемому спору истцом не представлено доказательств как причинения реального вреда имущественной сфере ООО «СтройАльянс» действиями (бездействием) ответчиков, так и признака существенности вреда.

Судом первой инстанции установлено, что из имущественной сферы ООО «СтройАльянс» в аффилированную группу лиц (или в пользу вообще кого-либо) ничего не выбывало.

При этом к движению денежных средств на сумму 35 млн. рублей от АО «Барлакское» к ООО «ЭкоДом» общество «СтройАльянс» никакого отношения не имеет, так как сумма 35 млн. рублей изначально принадлежала АО «Барлакское».

Движение суммы в 35 млн. рублей от АО «Барлакское» к ООО «ЭкоДом» никоим образом не повлияло и не могло повлиять на имущественное состояние ООО «СтройАльянс» ни в худшую, ни в лучшую сторону.

Равно как это движение денежных средств не повлияло также и на расчеты с истцом, который не являлся кредитором АО «Барлакское» и/или ООО «ЭкоАгро» и/или ООО «ЭкоДом».

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО СК «Техстрой» не смог указать на совершение должником под контролем контролирующих должника лиц существенно убыточных сделок. 

Судом первой инстанции также установлено, что сделка от 02.12.2016 по переводу долга ООО «ЭкоАгро» на ООО «Стройальянс» фактически не исполнялась, выбытие имущества из оборота ООО «СтройАльянс» данная сделка не повлекла, в том числе, не было никакого исполнения данной сделки ни в период банкротства АО «Барлакское», ни в период банкротства ООО «СтройАльянс».

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом не доказан необходимый критерий для привлечения к ответственности, а именно, убыточность сделки от 02.12.2016 по переводу долга ООО «ЭкоАгро» на ООО «СтройАльянс».

Как разъяснено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) по делу №А40-122605/2017, в обычном обороте аффилированные лица не имеют объективных причин взыскивать долги друг с друга, они стремятся оптимизировать внутригрупповую задолженность.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание обычную природу взаимодействия аффилированных лиц, предполагающую, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, перемещение активов внутри этой группы, запутанность внутригрупповых отношений, исходит из того, что сделка по переводу долга, совершенная между лицами, входящими в одну группу компаний, носила внутригрупповой характер, в связи с чем приходит к выводу, что имущество и денежные средства по сделке не выбывали из владения группы лиц, а просто перемещались внутри нее.  

Правоотношения по переводу долга фактически представляли собой внутригрупповые финансовые потоки, не приводящие к возникновению у членов группы обязательств.

Указанное подтверждается неисполнением сделки по переводу долга, длительным не взысканием долга. 

Лишь в связи с введением в АО «Барлакское» процедуры конкурсного производства и назначением конкурсного управляющего ФИО9 (резолютивная часть решения Арбитражного суда Новосибирской области от 16.07.2018 года по делу №А45-5537/2018), общество «СтройАльянс» утратило корпоративную возможность влиять на действия АО «Барлакское» по принудительному взысканию долга по соглашению в судебном порядке.

Требование об уплате долга по соглашению от 02.12.2016 года общество «СтройАльянс» получило от конкурсного управляющего ФИО9 только в феврале 2020 года, а решение Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-5742/2020 о взыскании с общества «СтройАльянс» в пользу АО «Барлакское» состоялось 08.06.2020.

При этом иной неоплаченной задолженности перед независимыми кредиторами общество «СтройАльянс» на 31.12.2016 не имело.

Ссылки апеллянта на преждевременность вывода суда о выводе активов должника подлежат отклонению с учетом вышеизложенных обстоятельств. Каких-либо иных обстоятельств, свидетельствующих о выводе активов должника, заявителем апелляционной жалобы, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не приводится. 

Ссылка заявителя на судебную практику не может быть принята обоснованной, так как судебный акт вынесен по иному делу, фактические обстоятельства которого не тождественны обстоятельствам настоящего дела.

Как следует из материалов дела, ООО «СтройАльянс» было создано 06.10.2015 как малое предприятие с основным видом деятельности - строительство жилых и нежилых зданий, что подтверждается сведениями Единого государственного реестра юридических лиц (выписка из ЕГРЮЛ имеется в деле).

Как следует из сведений финансовой отчетности общества, строительная деятельность приносящая доход, осуществлялась обществом в период с 2016 года по 2018 год.

Однако в связи с кризисом 2018 года в строительной сфере общество «СтройАльянс» в 2019 году фактически прекратило хозяйственную деятельность по причине экономической нецелесообразности ее продолжения из-за отсутствия оборотных средств, необходимых для выполнения строительных работ, что не является виновным бездействием, так как ведение хозяйственной деятельности без оборотных средств могло привести к наращиванию долгов перед третьими лицами и увеличению количества кредиторов.

Прекращение хозяйственной деятельности общества из-за отсутствия средств не является виновным действием (бездействием) и не может влечь субсидиарную ответственность органов управления за долги юридического лица.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, объективной причиной банкротства ООО «СтройАльянс» (повлекшее невозможность расчетов с истцом) стало полное прекращение ООО «СтройАльянс» строительной деятельности в 2019 году (и, как следствие, отсутствие поступления выручки), в том числе, в связи с возникшим судебным спором с истцом по вопросу взаимного исполнения сторонами договора строительного подряда.

Именно прекращение хозяйственной деятельности повлекло невозможность погашения долга перед истцом по решению Арбитражного суда Новосибирской области от 28.02.2020 по делу №А45-30680/2019.

Банкротство ООО «СтройАльянс» было возбуждено по заявлению АО «Барлакское» уже после возникновения долга ООО «СтройАльянс» перед истцом по решению Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-30680/2019 от 28.02.2020 года.

При этом наличие долга перед истцом было достаточным для возбуждения дела о банкротстве ООО «СтройАльянс».

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 N 305-ЭС20-11412, признаки объективного банкротства, с наступлением которого и возникает у бывшего руководителя должника обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, нельзя отождествлять с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Доводы истца о возникновении обязанности по подаче заявления о банкротстве в 2016 году подлежат отклонению, поскольку сам по себе факт наличия задолженностипо соглашению о переводе долга от 02.12.2016 на указанную дату в отсутствие каких-либо обязательств перед независимыми кредиторами, не может служить основанием для вывода о неплатежеспособности общества и, соответственно, возникновения у руководителя хозяйственного общества обязанности безусловного обращения в суд с вышеупомянутым заявлением.

Документы бухгалтерского учета были переданы ФИО2 конкурсному управляющему, что подтверждается отсутствием требований конкурсного управляющего к ФИО2 о передаче документации в деле №А45-17942/2020.

Списание дебиторской задолженности конкурсным управляющим в размере 2354919,07 рублей не находится в причинно-следственной связи с действиями (бездействием)   ФИО2,   поскольку   приказы   о   списании   дебиторской задолженности принимались не ФИО2, а конкурсным управляющим, об основаниях списания ФИО2 ничего неизвестно.

Реальность взыскания с должников списанной дебиторской задолженности и ее достаточность для погашения требования истца носит предположительный характер, никаких доказательств реальности и достаточности истцом не представлено.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к примирителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года N13-11, от 7. апреля 2015 года N 7-П и от 8 декабря 2017 года N 39-П; определения от 4 октября 2012 года № 1833-О, от 15 января 2016 года № 4-О и др.)

При отсутствии состава правонарушения в действиях (бездействии) органов управления долги юридического лица не могут перекладываться на его участников и органы управления, так как в силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

Ввиду того, что объективное банкротство ООО «СтройАльянс» наступилопо причине прекращения обществом в 2019 году хозяйственной деятельности, повлекшей невозможность погашения долга перед истцом по решению Арбитражного суда Новосибирской области от 28.02.2020 по делу №А45-30680/2019, то бывший директор ФИО2 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности:

-           за неподачу заявления о банкротстве общества, так как долг перед истцом возник до истечения месячного срока, установленного для подачи заявления (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве);

-           за непогашенные требования истца, так как отсутствуют действия (бездействия), то есть обязательные условия для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание следующие обстоятельства. 

Договор подряда между обществом «СтройАльянс» (подрядчик) и ООО СК «Техстрой» (заказчик) был заключен 12.10.2018 и предусматривал выполнение со стороны общества строительно-подрядных работ, а со стороны ООО СК «Техстрой» -денежные обязательства перед обществом по оплате выполненных работ.

Следовательно, при заключении договора для истца было важно не наличие финансовых средств у общества, а физическая возможность выполнения сотрудниками общества строительных работ на строительной площадке, с которой истец ознакомился в процессе знакомства и общения с бывшим руководителем общества ФИО2

Как установлено решением Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-30680/2019 от 28.02.2020, оставленным в силе постановлением суда апелляционной инстанции от 29.05.2020, общество «СтройАльянс» выполнило работы для ООО СК «Техстрой», но с просрочкой и частично некачественно, что явилось основанием для взыскания судом с общества в пользу истца убытков по устранению недостатков и неустойки, а также платы за спецтехнику, использованную обществом в ходе выполнения строительных работ для истца.

Кроме того, данным решением суда был также частично удовлетворен встречный иск общества «СтройАльянс» к истцу о взыскании долга за выполненные, но неоплаченные истцом работы в размере 507 581 рубль 84 копейки.

Из этого следует, что долг общества «СтройАльянс» перед истцом возник не в результате каких-либо принятых обществом на себя финансовых обязательств, а в результате принудительного взыскания определенных судом в ходе судебного разбирательств сумм за частично некачественную и частично несвоевременную, выполненную строительную работу.

При этом существенным является факт того, что суммы неустойки, убытков и долга определялись по усмотрению суда и не были очевидны для участников спора, настаивавших на своих конкурирующих расчетах, что непосредственно следует из анализа мотивированной части решения Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-30680/2020 от 28.02.2020.

Впоследствии решение Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-30680/2019 от 28.02.2020 было не исполнено обществом «СтройАльянс» не потому, что ответчики заключили соглашение о переводе долга от 02.12.2016 года и / или принимали какие-либо меры по выводу активов из имущественной сферы общества, а потому, что общество полностью прекратило в 2019 году осуществлять строительную деятельность и получать доход от основного вида деятельности, что и явилось причиной возникновения неплатежеспособности и объективного банкротства.

Отсутствие у общества «СтройАльянс» выручки от основной хозяйственной деятельности за 2019 и 2020 гг. подтверждается открытыми сведениями бухгалтерской отчетности общества, доступной истцу и неопределенному кругу лиц.

Таким образом, моментом возникновения объективного банкротства необходимо считать дату вступления в законную силу (29.05.2020 года) решения Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-30680/2019 от 28.02.2020, которым с общества в пользу истца были взысканы денежные средства, неоплаченные обществом и включенные в реестр требований кредиторов общества.

Истцом не представлено никаких доказательств злонамеренности действий (бездействий) общества или ответчиков в отношениях с истцом по заключению и исполнению договора подряда от 12.10.2018.

Арбитражный спор по делу №А45-30680/2019 о качестве и своевременности выполнения обществом строительных работ для истца носил обычный характер, не содержащий признаков злоупотребления правом.

При этом арбитражным судом было установлено также встречное неисполнение своих обязательств со стороны истца по уплате долга обществу «СтройАльянс», сумма которого была направлена судом на зачет (сальдирование) требований истца к обществу.

Таким образом, нельзя утверждать, что общество «СтройАльянс» в лице ответчиков намеренно вводило истца в заблуждение относительно своего финансового состояния с целью неисполнения обязательств перед истцом, поскольку договорные неденежные обязательства общества (выполнение строительных работ) перед истцом породили денежные обязательства спорного характера, которые в окончательном виде были установлены усмотрением суда лишь в решении от 28.02.2020, вступившем в законную силу 29.05.2020.

Следовательно, ответчики не могут быть привлечены к ответственности перед истцом за неподачу заявления по статье 61.12 Закона о банкротстве, поскольку обязательства перед истцом возникли до истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве.

Кроме того, в силу статьи 9 Закона о банкротстве обязанность подавать заявление о банкротстве возложена на руководителя должника.

В этой связи недопустимо возложение ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве на ФИО3, ФИО5, ФИО4, так как данные лица никогда не являлись руководителями ООО «СтройАльянс».

Относительно неотражения в отчетности спорного правоотношения  суд первой инстанции верно учел, что пока заключенная сделка не исполняется в бухгалтерском учете и отчетности ничего не может быть отражено, так как никакого выбытия и/или прихода имущества еще не состоялось, количественные показатели бухгалтерского учета не изменяются.

Кроме того, судом верно отклонен довод истца об искажении сведений о размере запасов.

Как указывает сам истец, на отчетную дату 31.12.2019 размер запасов составлял 3 802 000 рублей, а на следующую отчетную дату размер запасов составлял 1 561 672 рубля, то есть за год произошло выбытие запасов на сумму 2 240 328 рублей, что вовсе не свидетельствует об искажении отчетности.

Причины выбытия запасов в период 2020 года могут быть различные: реализация, списание и т.д., но в этом случае не может быть речи об искажении сведений.

Что касается оценки стоимости запасов в размере 248 223 рублей, то необходимо учитывать, что оценка запасов, произведенная для реализации на торгах в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), всегда значительно отличается от балансовой стоимости запасов, так как оценщик применяет коэффициенты понижения стоимости в целях быстрой реализации конкурсной массы банкрота.

В этой связи рыночная оценка запасов для целей реализации на торгах вовсе не свидетельствует об искажении бухгалтерских сведений о запасах, как на это ошибочно ссылается истец.

Таким образом, искажений бухгалтерского учета судом верно не усмотрено.

Относительно несовершения действий по взысканию дебиторской задолженности, судом первой инстанции верно установлено следующее. 

В отношении дебиторской задолженности ООО «Объект-Строй» в размере 1 074 846,22 рублей судом установлено, что данная дебиторская задолженность вопреки утверждениям истца была предметом судебного взыскания по делу №А45-2304/2017.

Указанным решением суда в пользу ООО «СтройАльянс» было взыскано 342 500 руб. неустойки, в удовлетворении иска о взыскании основного долга отказано по той причине, что на сумму требуемой задолженности ООО «СтройАльянс» получило встречное исполнение от ООО «Объект-Строй», что свидетельствует об отсутствии реальной дебиторской задолженности ООО «Объект-Строй» в размере 1 074 846,22 рублей, невзыскание которой указывается истцом в качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Что касается дебиторской задолженности ООО «Аверс» в размере 300 000 рублей и ООО НПЦ «Селар» в размере 46 000 рублей, то причиной невзыскания данных задолженностей являются факты прекращения деятельности данных организаций (ООО НПЦ «Селар» ликвидирован 14.08.2018 в результате завершения конкурсного производства, ООО «Аверс» исключено налоговым органом из ЕГРЮЛ 08.02.2019 в результате недостоверности сведений о местонахождении ООО «Аверс»), на которые ответчики повлиять никак не могли, а реальность взыскания дебиторской задолженности с указанных лиц ничем не доказана.

Кроме того, суммы этих дебиторских задолженностей (300 тыс. и 46 тыс.) являются незначительными, не отвечают критерию существенности и не могут являться основанием для возложения субсидиарной ответственности на ответчиков на сумму 1,6 млн. рублей.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзацах третьем и четвертом пункта 20 постановления №53, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 1 и подпункте 1 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действоватьв интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Поскольку ликвидация ООО «Аверс» и ООО НПЦ «Селар» не зависело от действий (бездействия) ответчиков, то невзыскание дебиторской задолженности с указанных организаций не имеет причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде невозможности такого взыскания.

Утверждения заявителя о проведении процедуры банкротства ООО «СтройАльянс» с нарушениями законодательства не обосновываются причинно-следственной связью с действиями ответчиков, поскольку к проведению процедуры банкротства ответчики отношения не имеют, влиять на проведение процедуры никак не могли в силу лишения корпоративных прав с момента введения конкурсного производства.

Вместе с тем судом верно учтено, что истец в процедуре банкротства ООО «СтройАльянс» контролировал ход банкротства, имел процессуальную возможность выразить свое несогласие с действиями (бездействием) конкурсного управляющего путем подачи жалобы, оспаривания сделок, заявления любых иных требований, но таких действий не совершил, что указывает на пассивное согласие заявителя с проведенной конкурсным управляющим процедурой банкротства.

Истец в нарушение пункта 23 постановления №53 до настоящего времени не доказал убыточный характер сделки и наличие ущерба конкурсной массе ООО «СтройАльянс» (или истцу) фактом заключения соглашения о переводе долга в обстоятельствах отсутствия исполнения данного соглашения.

Никаких доказательств негативного воздействия на конкурсную массу ООО «СтройАльянс» фактом заключения соглашения о переводе долга в материалы настоящего дела истцом не представлено.

Претензии к действиям (бездействию) конкурсного управляющего не могут являться основанием для возложения ответственности на ответчиков.

При отсутствии доказательств причинения ущерба конкурсной массе общества «СтройАльянс» действиями (бездействием) ответчиков и наличии доказательств (сведения балансов и отчетов о прибылях и убытках за 2016 -2020 гг.) отсутствия у ООО «СтройАльянс» имущества и денежных средств для расчетов с истцом по причине отсутствия поступления выручки от основной (строительной) деятельности в 2019 году ссылки истца на недоказанность отсутствия вины ответчиков являются несостоятельными.

Судом верно отмечена невозможность возложения субсидиарной ответственности на ответчиков лишь за то, что долг ООО «СтройАльянс» перед заявителем остался непогашенным, поскольку субсидиарная ответственность возлагается за конкретные виновные действия или бездействия, приведшие к невозможности погашения долга перед заявителем. Судом установлено, что таких действий или бездействий ответчики не совершали.

При этом судом первой инстанции верно определен круг субъектов субсидиарной ответственности, указав, что ФИО4 и ФИО5 не являются контролирующими должника лицами. Субъектами ответственности за не обращение с заявлением о признании должника банкротом ошибочно указана - ФИО3.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2. Закона о банкротстве в редакции действующей в настоящее время.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 постановления №53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст.  61.10 Закона о банкротстве).  Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: - являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; - имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; - извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 7 постановления № 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (пп. 3 п.4 ст. 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В данном случае ФИО3 была участником ООО «СтройАльянс» в период с 06.10.2015 по 19.02.2019, ФИО2 вошел в состав участников 24.04.2018 и с 19.02.2019 являлся единственным участником ООО «СтройАльянс».

ФИО2 являлся директором ООО «СтройАльянс» с 06.10.2015 по 19.02.2021 (до введения в отношении ООО «СтройАльянс» конкурсного производства).

ФИО4   и   ФИО5   не   являлись   участниками   ООО «СтройАльянс», не руководили обществом.

В подтверждение доводов о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтройАльянс» ФИО4 и ФИО5 истец ссылается исключительно на аффилированность (заинтересованность) ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства фактического влияния на принятие деловых решений относительно деятельности ООО «СтройАльянс» непосредственно ФИО4 и ФИО5, возможности самостоятельно либо совместно  с  заинтересованными  лицами  распоряжаться  имуществом  должника, извлечения указанными лицами выгоды или существенных преимуществ из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п.1 ст.53.1 ГК РФ.

При таких обстоятельствах ФИО4 и ФИО5 не могут быть признаны лицами, получившими выгоду от незаконного и недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, и, следовательно, не могут быть признаны контролирующими должника лицами.

В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции ФЗ от 28.06.2013 № 134-ФЗ, контролирующее должника лицо - это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать должнику обязательные указания или имеющее возможность иным образом определять его действия. В частности, таковым может быть признано лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью.

Оценив представленные в дело доказательства, принимая во внимание, что в редакции Закона о банкротстве, действующей в рассматриваемый период (2016 год) субъектом гражданско-правовой ответственности по основаниями, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, во взаимосвязи со статьей 9 Закона о банкротстве, являлся только руководитель должника, а не участники (иное толкование приведет к нарушению принципа невозможности придания обратной силы нормам, ухудшающих положение лица), отсутствуют необходимые условия для возложения на ФИО3 ответственности за неисполнение в 2016 году обязанности принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

С учетом изложенного истцом не предоставлено доказательств, что соглашение от 02.12.2016, изменившее, по мнению истца, экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключено под влиянием ФИО10, определившей существенные условия этой сделки, либо она как участник общества получила от данной сделки существенные преимущества или выгоду.

В связи с заявлением истца об организации группой лиц в составе ФИО2 ФИО4, ФИО5, ООО «СтройАльянс», ООО «Барлакское», АО «Барлакское», ООО «ЭкоАгро» бизнеса по системе разделения центра прибыли и убытков позволяющей перераспределить активы внутри группы с целью недопущения погашения задолженности перед ООО СК «ТехСтрой», судом верно отмечено следующее:

1)         Обстоятельства, на которые ссылается истец, имели место в период с 2013 года до 2016 года, то есть задолго до возникновения обязательств общества «СтройАльянс» перед ООО СК «ТехСтрой» (обязательства возникли 29.05.2020 из договора, заключенного 12.10.2018), т.е. в период, когда сотрудничество с ООО СК «ТехСтрой» не планировалось, а иных кредиторов и неисполненных обязательств у ООО «СтройАльянс» не существовало, при отсутствии кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может, иное поведение в такой ситуации абсурдно;

2)         Истец не указывает, какое лицо из входящих, по его мнению, в группу аккумулировало все активы и прибыль от согласованных действий участников группы, и не приводит доказательств, что параллельно с получением таким лицом выгоды (прибыли) происходило аккумулирование долговой нагрузки на ООО «СтройАльянс»;

3)         Не доказан факт необоснованного перевода денежных средств ООО «СтройАльянс» или передачи имущества должника в пользу участников группы или иных третьих лиц;

4)         Как уже ранее указывалось, по соглашению от 02.12.2016 о переводе внутрикорпоративного долга ООО «СтройАльянс» задолженность перед АО «Барлакское» не гасилась, не истребовалась, ущерб имущественным интересам кредиторов общества «СтройАльянс» соглашением не причинен, на момент перевода долга ООО «ЭкоАгро» на ООО «СтройАльянс» у должника не было неисполненных обязательств, соглашение о переводе долга заключено 02.12.2016, в период превышающий три года до даты возбуждения процедуры банкротства в отношении ООО «СтройАльянс» (01.09.2020);

5)         Запрет на участие в электронных торгах лицам, аффилированным к должнику, Законом о банкротстве не установлен. Довод истца о приобретении на торгах

имущества банкротов, входящих в группу, аффилированными лицами, не свидетельствует о перераспределении активов ООО «СтройАльянс», и не имеет правового значения для рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих ООО «СтройАльянс», по обязательствам общества.

Исходя из вышеизложенного, состав субсидиарной ответственности в отношении каждого из ответчиков истцом не доказан.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом

1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 ГК РФ. Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 постановления № 53.

Наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя ООО «СтройАльянс», его учредителей, заинтересованных лиц и невозможностью осуществления ООО «СтройАльянс» расчетов с кредиторами истцом не доказано, судом не установлено.

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 08.11.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-1499/2023  оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью СК «Техстрой» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

                       Председательствующий                                                         О.А. Иванов

 

                          Судьи                                                                                     В.С.Дубовик

 

                                                                                                                         А.П.Михайлова