ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-1157/2017

11 декабря 2018 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     04 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 декабря 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Аносовой Н.В., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем  ФИО1

при участии:  

от   финансового   управляющего  ФИО2: не явился,   извещен, 

от  ФИО3: не  явился,   извещен, 

от ФИО4: не  явился,   извещен, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-27458/2018)  ИП ФИО4  на определение Арбитражного суда  Республики Карелия от 21.09.2018 по делу № А26-1157/2017 (судья Е.И. Москалева), принятое

 

по отчёту финансового управляющего ФИО2

о результатах реализации имущества

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

установил:

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 18.09.2017 (дата объявления резолютивной части решения) ФИО3 (дата рождения: 24.05.1983, место рождения: г. Петрозаводск; ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>; адрес регистрации: 

<

...>; далее – должник, ФИО3) признана банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО2 (далее – ФИО2). Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 33 № 22.02.2018. Судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего  назначено на 03.05.2018.

27.04.2018  в суд поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от исполнения обязательств, а также протокол собрания кредиторов должника от 22.03.2018 с соответствующими приложениями, отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, сведения Гостехнадзора, налоговой службы Управления Росреестра о зарегистрированном за должником имуществе и открытых на имя ФИО3 счетах.

Определением   от 21.09.2018  суд  завершил   реализацию   имущества   ФИО3   Освободил   ФИО3   от   исполнения   обязательств.

На  определение  суда   подана   апелляционная   жалоба,  в  которой  индивидуальный   предприниматель  ФИО4 (далее – ИП ФИО4)   просит  определение   от 21.09.2018   отменить в  части   освобождения   ФИО3  от  исполнения   обязательств,   принять   в  этой  части   новый   судебный   акт   об  отказе  в   освобождении   ФИО3   от  исполнения   обязательств,  ссылаясь  на   несоответствие   выводов  суда   первой  инстанции   обстоятельствам  дела  и   неполное   выяснение   судом   первой  инстанции   обстоятельств   дела.

В отзыве  на   апелляционную   жалобу  ФИО3  просит   определение  от 21.09.2018   оставить  без  изменения,  апелляционную   жалобу       ИП ФИО4 – без  удовлетворения. 

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность   обжалуемого   определения  применительно к   доводам   апелляционной   жалобы   проверены  в   апелляционном   порядке.

Как следует из отчёта финансового управляющего, представленных ею документов, все необходимые мероприятия процедуры реализации имущества проведены. Сообщение о введении процедуры реализации имущества гражданки  ФИО3 опубликовано в газете «Коммерсантъ» 22.02.2018.  Сформирован реестр требований кредиторов должника, в третью очередь которого включены требования   на общую сумму 10 381 101,14 руб., в том числе требования ФНС РФ на сумму 96958,38 руб. основной долг и 23440,23 руб. пени, ПАО «Сбербанк России» на сумму 21722,14 руб., и требования ИП ФИО4 на сумму 10 238 980,29 руб. (в том числе 1 446 204,60 руб. сумма займа, 8 727 775,69 руб. проценты за пользование займом. 

 Согласно заключению финансового управляющего, признаки фиктивного или преднамеренного банкротства должника отсутствуют, оснований для оспаривания сделок не выявлено.  

  Какое-либо имущество, которое возможно реализовать, у должника в процедуре банкротства  не выявлено, в том числе отсутствует имущество, находящееся в общей совместной собственности  супругов.  Как установлено финансовым управляющим, все пригодное для реализации имущество было реализовано судебными приставами-исполнителями в ходе исполнительного производства, возбужденного по исполнительным документам в пользу      ФИО4  которое длилось с 2008 года, в том числе  должником были внесены денежные средства на сумму более 3 400 000 руб. В настоящее время должник не трудоустроена, дохода не имеет, на  иждивении находятся двое несовершеннолетних детей.  В ходе процедуры реализации имущества должника за счет денежных средств (ежемесячного пособия на ребенка) сформирована конкурсная масса в размере 35 000 руб., из которых 12 366,37 руб. было направлено на погашение текущих расходов, связанных с проведением процедуры банкротства. Денежные средства в оставшейся части в сумме 22 633,63 руб. возвращены должнику для обеспечения прожиточного минимума. В конкурсную массу не были включены принадлежащие должнику жилой дом и земельный участок,  на котором он расположен, поскольку жилой дом является единственным пригодным для проживания должника и ее семьи жилым помещением, указанные действия финансового управляющего были обжалованы конкурсным кредитором ИП ФИО4, в удовлетворении жалобы в данной части судом отказано, определение суда от  21.06.2018 вступило в законную силу.

Рассмотрев отчет финансового управляющего, исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с соблюдением положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

При этом суд первой инстанции счел возможным освободить ФИО3   от  исполнения   обязательств.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы и считает, что суд первой инстанции при вынесении определения обоснованно исходил из следующего.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацами 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества гражданина указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

В силу части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзацах 3 и 4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статья 2 Закона о банкротстве предусматривает основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе, в том числе понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, а именно: вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 N 304-ЭС17-76, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

В рассматриваемом деле доказательства, свидетельствующие о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, не представлены. Все  пригодное   для   реализации   имущество   было   реализовано   судебными   приставами-исполнителями   в   ходе   исполнительного   производства. По сведениям финансового управляющего, иное имущество у должника отсутствует.

Сокрытие   или   уничтожение   принадлежащего  ФИО3   имущества,  равно как   сообщение   должником   недостоверных   сведений   финансовому   управляющему   или   кредиторам,  из   материалов   дела  не   усматриваются.

Должником предоставлены необходимые документы и сведения для проведения в отношении него процедуры банкротства, в том числе об обстоятельствах, приведших к его несостоятельности, об источниках существования.

Таким образом,  кредитором не доказано наличие совокупности условий для неприменения в отношении  ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Доводы  ИП ФИО4   о  том,  что   должник,   принимая  денежные   средства   в  долг,  фактически  не   имела   реальной   возможности  их  вернуть   займодавцу  через  три  месяца,  так как  не   располагала   соответствующими   доходами,  не   принимаются   судом   апелляционной   инстанции,  поскольку   отсутствуют   доказательства,  что   ФИО3   при  возникновении   обязательства   действовала   незаконно  или   злостно   уклонялась   от  погашения  долга.  

Как следует из представленных материалов дела, ФИО3  частично возвратила долг, сумма основного долга в большей части погашена, все   имущество должника было реализовано еще в 2008-2009  в ходе исполнительного производства, но размер предусмотренных договором займа процентов (5 процентов в месяц, то есть 60 процентов годовых) даже для 2008 года значительно превышал соответствующие ставки процентов банков (при ставке рефинансирования  в 2008 году 11-13 процентов в год) и привел к начислению процентов на сумму около 9 000 000 руб., реальных возможностей для погашения которых у должника не имеется.

В апелляционной   жалобе  ИП ФИО4  отмечает,  что   факт   ненадлежащего   исполнения   ФИО3  своих  обязательств   перед   ФИО4,  то  есть   незаконности   действий   должника,   был  установлен  в  кассационном   определении от 26.10.2010   Судебной   коллегии   по   Гражданским   делам  Верховного   Суда   Российской   Федерации.  

Апелляционный   суд   не   принимает  указанный    довод   апелляционной   жалобы в  связи  со  следующим.

Указание  в кассационном   определении от 26.10.2010   Судебной   коллегии   по   Гражданским   делам  Верховного   Суда   Российской   Федерации на   ненадлежащее   исполнение   ФИО3   обязательств перед  ИП  ФИО4    по  договору   займа  от 03.04.2018 не  является  основанием   для  неосвобождения   должника   от  обязательств (абзац четвертый  пункта 4  статьи 213.28   Закона   о  банкротстве).

Ссылки   ИП   ФИО4  на   то,  что   ФИО3   до  настоящего  времени   не   трудоустроилась,  также  не   принимаются   судом   апелляционной   инстанции,  поскольку   должник  не   работает   по   объективным   причинам,  так  как  находится   в  отпуске   по   уходу  за   ребенком,  не  достигшим  3-х   летнего   возраста.

Судебный акт в обжалуемой части принят при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, поэтому оснований для его изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Выводы суда первой инстанции, относительно завершения процедуры реализации имущества должника, предметом апелляционного обжалования не являются, в связи с чем не подлежат переоценке судом апелляционной инстанции, который не вправе выходить за пределы апелляционного обжалования по собственной инициативе (часть 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

На основании изложенного и руководствуясь статьями  269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  Республики Карелия  от  21.09.2018 по делу №  А26-1157/2017  оставить  без   изменения,   апелляционную  жалобу   -  без   удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 А.Ю. Слоневская