АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-553/2025

Дело № А55-15244/2023

г. Казань

06 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 марта 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П., 

судей Богдановой Е.В., Самсонова В.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Долговой А.Н. (протоколирование ведется с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание), материальный носитель приобщается к протоколу),

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции: 

представителя ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 06.12.2024,

представителя финансового управляющего ФИО3 -ФИО4 по доверенности от 04.03.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024

по делу № А55-15244/2023

по заявлению финансового управляющего ФИО3 об оспаривании сделок должника в рамках дела № А55-15244/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее –  ФИО5, должник) финансовый управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании недействительным брачного договора от 01.06.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО1; о признании недействительными договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Магазин №518» (ИНН 

<

***>) от 10.12.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО6,  и договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Статус» (ИНН 

<

***>) от 10.12.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО6, и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления ФИО5 в качестве участника ООО «Магазин № 518» (ИНН 

<

***>) с размером доли 100% уставного капитала ООО «Магазин № 518», номинальной стоимостью 11 000 руб., исключив одновременно из состава участников ООО «Магазин № 518» ФИО7; в виде восстановления ФИО5 в качестве участника ООО «Статус» с размером доли 100% уставного капитала ООО «Статус», номинальной стоимостью 10 000 руб., исключив одновременно из состава участников ООО «Статус» ФИО7; в виде восстановления режима общей совместной собственности ФИО5 и ФИО1 в отношении объекта недвижимого имущества: квартира, назначение: жилое, общая площадь 152,4 кв. м, по адресу: Самарская область, г. Самара, Октябрьский район, Московское 

<

...>. Кадастровый номер объекта: 63:01:0642001:509; в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО5 автомобиль марки KIA SLS (Sportage, SL, SLS), 2016 г.в., VIN 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024 определение Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2024 оставлено без изменения.

Финансовый управляющий ФИО3 обратился с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

 В кассационной жалобе приведены доводы о том, что по состоянию на 31.12.2017 у ООО СМП «Волга», руководителем которого являлся должник,  наступили признаки объективного банкротства, что установлено судебными актами по делу № А55-37374/2019, требования кредиторов возникли в 2017 году; в материалах дела отсутствуют доказательства кратности разницы распределенного имущества по условиям брачного договора, отчеты по оценке рыночной стоимости имущества отсутствуют, в удовлетворении ходатайства финансового управляющего о проведении экспертизы по определению рыночной стоимости указанного в брачном договора имущества отказано необоснованно; выводы судов о кратности стоимости имущества сделаны без соответствующей оценки, выписки из ЕГРП не исследовались; заявитель также указывает, что квартира, полученная супругой должника по брачному договору, не является единственным жильем для нее и ее детей; судами необоснованно не принято во внимание наличие высоколиквидного имущества; ФИО1 отчуждено имущество в пользу своего отца; заявитель полагает ошибочными выводы судов о неосведомленности ФИО1 о финансовом состоянии ООО СМП «Волга».

В заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего поддержала доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ФИО1 возражала на доводы кассационной жалобы, поддержан отзыв на кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителей ФИО1 и финансового управляющего ФИО3, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов данного обособленного спора и установлено судебными инстанциями,  финансовый управляющий,  обращаясь в арбитражный суд с заявлением, указывал, что 01.06.2018  между ФИО5 и ФИО1 заключен брачный договор 63АА4974243, удостоверенный в нотариальном порядке.

По условиям брачного договора, режим личной собственности ФИО1 установлен в отношении следующего имущества:

- квартиры, площадью 152,4 кв. м, расположенная по адресу: Самарская область, г. Самара, Октябрьский район, Московское 

<

...>. Кадастровый номер объекта: 63:01:0642001:509;

- земельного участка, площадью 204 кв. м, адрес: установлено относительно почтового ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Самарская область, г. Самара, Ленинский р-н, ул. Арцыбушевская, д. 212, кадастровый номер: 63:01:0516003:1;

- доли 100% в уставном капитале ООО «Магазин № 518» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>: 

<

...>);

- доли 100% в уставном капитале ООО «СТАТУС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, I Самара, Московское шоссе, д. 49, помещение 1Н).;

- автомобиля, марки KIA SLS 2016 г.в. VIN 

<

***>.

Режим личной собственности ФИО5 установлен в отношении следующего имущества:

- нежилого помещения, площадью 218,7 по адресу г. Самара ш. Московское, д. 49 кад; номер 63:01:0642001:509;

- квартиры, площадью 208,2 кв. м по адресу 

<

...> кад. номер 63:01:0642001:560;

- 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, площадью 51,7 кв. м по адресу 

<

...> кад. номер 63:01:0642001:831;

- квартиры, площадью 97,1 кв. м по адресу 

<

...> кад. номер 63:01:0713003:889;

- доли 100% в уставном капитале ООО СМП «Волга» ИНН 

<

***>;

- доли 96% в уставном капитале ООО СМП «Волга» ИНН 

<

***>;

- доли 100% в уставном капитале ООО ЧОО «Служба безопасности «СТАТУС» ИНН 

<

***>;

- автомобиля марки НИССАН PATHFINDER 2,5D 2008 г.в. VIN 

<

***>.

Впоследствии, между ФИО1 и ФИО6 (отец ФИО1) заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Магазин № 518» и ООО «СТАТУС» от 10.12.2020.

ФИО6 умер 17.11.2021, после его смерти единственным наследником по закону является ФИО7 Согласно выписок из ЕГРЮЛ, 100% долей в уставных капиталах ООО «Магазин № 518» и ООО «СТАТУС» принадлежит ФИО7, руководителем ООО «Магазин № 518» является ФИО1, руководителем ООО «СТАТУС» - ФИО8.

Брак между супругами расторгнут 11.03.2020.

Также, финансовым управляющим было установлено, что в собственности ООО «Магазин № 518» имеется 2 нежилых здания и земельный участок по адресу: 

<

...>, общей кадастровой стоимостью 10 644 202,42 руб. По данным бухгалтерского баланса размер кредиторской задолженности общества по состоянию на 31.12.2018 составлял 845 тыс. руб., прибыль – 2 282 тыс. руб.; в собственности ООО «СТАТУС» имеется недвижимое имущество в г. Самара и г. Чапаевск, общей кадастровой стоимостью 8 207 900,64 руб. Согласно данным бухгалтерского баланса размер кредиторской задолженности общества составлял – 306 тыс. руб.; кадастровая стоимость квартиры, площадью 152,4 кв. м, расположенной по адресу: Самарская область, г. Самара, Октябрьский район, Московское 

<

...>. Кадастровый номер объекта: 63:01:0642001:509 – 5 884 740,07 руб.

Финансовый управляющий, указывая, что после отчуждения имущества должник не направил вырученные денежные средства на расчеты с кредиторами, а общая стоимость имущества ФИО5, по мнению финансового управляющего, составила не более 10 000 000 руб.;  в собственность ФИО1, вследствие совершенных сделок перешло имущество, стоимостью не менее 30 000 000 руб., обратился в арбитражный суд с заявлением о признании брачного договора от 01.06.2018 и договоров купли-продажи от 10.12.2020 недействительными сделками по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как цепочки сделок.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, исходил из отсутствия в материалах дела доказательств направленности спорной сделки на уменьшение конкурсной массы, свидетельствующей о злоупотреблении правом со стороны должника и ответчиков; судом было учтено, что непосредственно сам брачный договор не затрагивает права кредиторов должника, поскольку не распространяется на отношения, связанные с приобретением имущества должником в период принятия на себя неисполненных обязательств и соответственно спорное имущество из-под взыскания данным брачным договором не выводится, в связи с чем не усмотрел оснований для признания брачного договора и последующей цепочки сделок недействительными по основаниям статей 10, 168 и 170 ГК РФ, и отсутствием оснований для оспаривания сделок по специальным основаниям, предусмотренных Законом о банкротстве.

Апелляционный суд по результатам повторного рассмотрения спора с выводами суда первой инстанции согласился, не усмотрев оснований для их переоценки.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), оспаривание сделок гражданина в деле о его банкротстве допускается по основаниям, установленным специальными положениями Закона о банкротстве.

По общему правилу направленность сделки на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По указанному основанию могут быть оспорены сделки должника или за счет имущества должника, совершенные в пределах трехлетнего периода до принятия заявления о признании его банкротом.

Поскольку  дело о банкротстве ФИО5 возбуждено судом 16.05.2023, брачный договор  заключен 01.06.2018, сделка совершена за пределами указанного периода подозрительности.

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В связи с этим, квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответствующая правовая позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014; от 29.12.2020 № 305-ЭС20-4668(4) по делу № А40-86229/2018.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

При проверке доводов финансового управляющего суды установили, что оспаривая брачный договор, финансовый управляющий ссылался на его заключение при наличии у должника обязательств перед кредитором и с целью сокрытия имущества от возможного взыскания, что охватывается диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако указанные в обоснование заявления об оспаривании сделки обстоятельства не выходят за пределы состава подозрительных сделок, содержащихся в статье 61.2 Закона о банкротстве, и каких-либо иных обстоятельств, которые выходили бы за пределы дефектов подозрительных сделок, финансовым управляющим не представлено.

Отклоняя доводы финансового управляющего о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, суды указали, что в реестр требований кредиторов ФИО5 включены требования кредиторов: ООО «НефтеРемСтрой», КБ «Росэнергобанк» (АО), ПАО Сбербанк, ООО «АйДи Коллект», ФИО9, АО «Россельхозбанк», ООО СМП «Волга», ООО «Феникс», ФНС России, АО «НГПЗ», задолженность перед которыми установлена и образовалась после заключения брачного договора, исполнительные производства возбуждены после заключения оспариваемого договора, в связи с чем доводы финансового управляющего о наличии у должника признаков неплатежеспобности отклонены.

При этом суды указали, что наличие задолженности у ООО СМП «Волга», руководителем которого являлся должник, само по себе не может свидетельствовать о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

С учетом разъяснений, приведенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 (ред. от 06.02.2007) "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применительно к обстоятельствам данного спора, суды признали, что в обоих случаях (раздел имущества супругами) применен критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 по брачному договору из жилых помещений перешло право собственности на квартиру, площадью 152,4 кв. м, расположенную по адресу: Самарская область, г.Самара, Октябрьский район, Московское 

<

...>, кадастровый номер объекта: 63:01:0642001:509, ФИО5 – 2 квартиры: площадью 208,2 кв. м, по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 63:01:0642001:560, и площадью 97,1 кв.м по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 63:01:0713003:889.

Путем сравнительного метода оценки аналогичного движимого и недвижимого имущества на сайте Авито, Домклик, судом первой инстанции установлена средняя рыночная стоимость аналогичного имущества, и в процентном соотношении размер долей супругов составил: 55% - доля ФИО1, 45% - доля ФИО5, при этом суд указал, что такое соотношение между долями имущества супругов незначительно отклоняется от установленного законом режима общей собственности супругов в размере 50% для каждого, с учетом того, что с ФИО1 остались проживать двое детей, совместных с должником.

Так, судами было установлено, что квартиры были поделены поровну, при этом ФИО1 перешло право единоличной собственности на квартиру меньшей площадью в 152,4 кв. м., в то время как ФИО5 перешла квартира, площадью 208,2 кв.м.

 Относительно наличия у ФИО5 еще одной квартиры, площадью 97,1 кв.м. по адресу: 

<

...>, судами установлено, что данная квартира не являлась совместно нажитым имуществом, поскольку была подарена должнику. 

При этом, полученная по брачному договору квартира, площадью 208,2 кв.м., не являлась единственным пригодным для проживания помещением ФИО5, а следовательно является активом. 

В то время как квартира, полученная ФИО1 является единственным жильем для нее и детей. 

Таким образом, суды пришли к выводу, что ФИО1 получила в результате раздела имущества единственное жилье для себя и детей, а ФИО5 получил более дорогостоящую квартиру в качестве актива готового к продаже. В то же время, ФИО1 в результате раздела имущества не получила нежилые помещения (коммерческую недвижимость) в личную собственность. 

Таким образом, суды пришли к выводу, что бывшие супруги В-вы поровну разделили совместно нажитые жилые помещения, транспортные средства (по одному каждому супругу), доли в юридических лицах, а также нежилые помещения коммерческого типа.

Принимая во внимание, что определением Арбитражного суда Самарской области от 09.12.2022 по делу № А55-37374/2019 отказано в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СМП «Волга», суды не усмотрели факта соучастия ФИО10 и ФИО11 в совершении действий, повлекших наступление объективного банкротства Общства: не замещали должности главного бухгалтера или финансового директора, не являлись учредителем должника, и не имели никакого отношения к заключению от имени общества сделок с контрагентами, не представляли интересы компании на переговорах с ними, в связи с чем не могут быть признаны контролирующими должника лицами лишь на том основании, что у них в собственности имеется недвижимость и они находятся в родственных связях с ФИО5

Учитывая, что ФИО1 не являлась контролирующим лицом ООО СМП «Волга» и не обладала всей полнотой информации о его финансовом состоянии и могла исходить в первую очередь из цифр, отраженных в бухгалтерских балансах организаций за 2017 год.

Относительно имущества, которое отошло должнику, суды установили, что ООО СМП «Волга» ИНН 

<

***>, доля 96%  в котором отошла ФИО5, за 2017 год, согласно балансу, имело нераспределенную прибыль размере 1 025 тыс. руб. и активов на 63 574 тыс. руб., и эти данные являются балансовыми значениями, итоговая стоимость доли в Обществе определяется путем рыночной оценки активов и пассивов, однако рыночная оценка стоимости долей в Обществах при заключении брачного договора бывшими супругами не проводилась.

Между тем, ФИО1 при разделе имущества исходила из того, что ООО СМП «Волга» ИНН 

<

***> является основным бизнес- активом ее бывшего супруга, и по состоянию на 01.06.2018 о каких-либо признаках неплатежеспособности ООО СМП «Волга» ФИО1 известно не было.

Кроме того, согласно документам, представленным в материалы дела ПАО «Роснефть», ООО «СМП Волга» ИНН 

<

***> в июне 2018 года, в месяц заключения брачного договора, было аккредитовано для работы с ПАО НК «Роснефть», что само по себе является существенным активом, так как открывает доступ компании к возможности участвовать в государственных закупках и заключению дорогостоящих государственных контрактов; за несколько дней до заключения брачного договора, 25.05.2018 ООО «СМП Волга» в Арбитражный суд Самарской области подано исковое заявление к АО «Нефтегорский газоперерабатывающий завод» на общую сумму 36 128 975,54 руб. (дело № А55-14423/2018). Решением Арбитражного суда Самарской области от 22.07.2020 по делу № А55-14423/2018 в удовлетворении исковых требований ООО «СМП Волга» отказано.

Относительно финансового состояния ООО «Магазин № 518», судами было установлено, что по состоянию на 31.12.2017, согласно бухгалтерскому балансу, являлось убыточной организацией: убыток организации от продаж за 2017 год составил 2 277 тыс.руб., при этом нераспределенная прибыль составила всего 235 тыс. руб.; в отношении ООО «СТАТУС», ИНН 

<

***> - по состоянию на 31.12.2017 имело нераспределенную прибыль 9 332 тыс.руб., в  то же время, ООО СМП «Волга», ИНН 

<

***>, доля 96% в котором принадлежит ФИО5 за 2017 год, согласно балансу, имело нераспределенную прибыль 1025 тыс. руб. и активов на 63 574 тыс.руб.

В связи с изложенным, суды  пришли к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих об информированности ФИО1 о финансово-хозяйственной деятельности общества СМП «Волга» и других обществ, о их деятельности, о действительном составе имущества (бизнеса), принадлежащего должнику.

Отклоняя доводы финансового управляющего  о совершении ФИО1 сделки в пользу ФИО6 при злоупотреблении правом, суды указали, что отчуждение имущества в пользу отца является обычным поведением граждан, особенно в отношениях близких родственников. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Предъявляя требование о недействительности оспариваемого брачного договора и последующих заключенных договоров купли-продажи, как совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, финансовый управляющий не привел конкретных фактов такого злоупотребления, которые выходили бы за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Само по себе заключение брачного соглашения не может быть признано злоупотреблением правом, учитывая, что супруги по своему усмотрению вправе изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке, как на основании брачного договора, так и на основании любого иного договора, не противоречащего нормам действующего законодательства.

Суды пришли к выводу, что направленность спорной сделки на уменьшение конкурсной массы, свидетельствующая о злоупотреблении правом со стороны должника и ответчиков, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора не доказана; непосредственно сам брачный договор не затрагивает права кредиторов должника, поскольку не распространяется на отношения, связанные с приобретением имущества должником в период принятия на себя неисполненных обязательств и соответственно спорное имущество из-под взыскания данным брачным договором не выводится.

Отклоняя доводы финансового управляющего о мнимости и притворности оспариваемых договоров,  как цепочки сделок,   суды обоснованно исходили из того, что соответствующие правовые последствия, отвечающие намерениям сторон, достигнуты, переход права собственности зарегистрирован, титульные собственники фактически пользуются спорным имуществом; доказательства сохранения контроля должника над всем имуществом в материалах дела отсутствуют; сделки являются обычными, внутрисемейными сделками, при том, что раздел осуществлен с учетом интересов несовершеннолетних детей.

С учетом разъяснений пункта  10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", положений пункта  5 статьи 10 ГК РФ, исходя из установленных обстоятельств, суды пришли к выводу  об отсутствии оснований для признания брачного договора и последующей цепочки сделок недействительными по основаниям статей 10, 168 и 170 ГК РФ, поскольку признаки злоупотребления правом, выраженные в отклонении их поведения от общепринятого, как со стороны должника, так и со стороны ответчика финансовым управляющим не доказаны; конкретные доказательства, подтверждающие недобросовестность сторон оспариваемой сделки, не представлены.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Доводы финансового управляющего, приведенные в обоснование кассационной жалобы относительно характера свершения оспариваемых сделок, о наличии кредиторской задолженности, неравноценности раздела имущества между супругами, относительно отсутствия доказательств кратности имущества супругов, подлежат отклонению, поскольку выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведенной судами оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции, получивших надлежащую правовую оценку.

Доводы кассационной жалобы относительно необоснованного отказа судом в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы по установлению рыночной стоимости реализованного имущества по состоянию на дату совершения сделок, подлежат отклонению, поскольку суд первой инстанции исходил из отсутствия целесообразности назначения соответствующей экспертизы, установив достаточность доказательств в материалах дела.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

Доводов, опровергающих выводы судов, а также свидетельствующих о неправильном применении судами норм материального права, кассационная жалоба не содержит.

Поскольку судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024 по делу № А55-15244/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                   Е.П. Герасимова

Судьи                                                                          Е.В. Богданова 

                                                                                     В.А. Самсонов